В твоих глазах...

Гарри ползал на коленях, в поисках линзы. Иначе его могли просто не понять, один глаз изумрудный, второй цвета серебра с белыми подпалинами. Внутри все ещё кипело от высокомерия Малфоя. Очки ему не понравились! Добивает мол, Поттер, лежачих!.. А его не добивали? Все четыре факультета с первого по последний, да хотя бы в тот раз, когда его на турнире подставили? Этот же самый Малфой первый начал, значки эти… А тут, всего-то про зрение сказал. Да что он вообще знать может о херовой жизни?! Драко точно не знает каково это, когда тебя с годовалого возраста морят голодом, избивают. Когда тебя каждый год, а то и не по разу, пытаются убить. Ни черта он не знает, хрустальный мальчик. И плевать, что выбора не было. У Гарри его тоже не было, но никто об этом не думал и не думает. Не найдя линзу, Поттер опустил голову и направился к себе, надеясь никого не встретить по пути. Но, конечно же, ну просто обязательно он должен был вновь столкнуться с мелким змеенышем!.. Вот почему Малфой не может просто сидеть у себя в комнате? Или хотя бы по минимуму смотреть, куда идёт. Теперь-то видит. — Свали, — Гарри нахмурился, но глаз не поднял, стараясь обойти Драко. — Пшел нахер, мудак, — «поприветствовал» его Малфой, все же впечатываясь в Гарри плечом и тут же тормозя на месте. Его проклятущий новый аксессуар с непривычки не удержавшись на носу слетел в неизведанные ебеня. Малфой выругался, кляня все на чем свет стоит. Чертовых очков он не видел. Как и ничего вокруг… — Херов Поттер, со своим херовым зрением… — бурчал себе под нос Драко, наклоняясь и пытаясь наощупь найти пропажу. Будучи уверен, что в коридоре один. Дабы Малфой сам не уничтожил действительно редкую вещь, которая может ему помочь, Поттер незаметно подтолкнул очки ему под пальцы, ожидая, пока тот схватит их, а затем замер, наблюдая, ожидая, когда Драко заметит, что был не один. Натянув очки на нос и вперившись взглядом в разноцветные глаза, Малфою ничего не оставалось, как насмешливо хмыкнуть, пряча за привычной ухмылкой всю испытываемую гамму чувств от смущения за свой облик пред округой до чертовой новости о своем соулмейте, взирающем на него сейчас с непонятным выражением на лице. — Что, Поттер? Благодарности ждешь? — сложил руки на груди Драко. — У щеночка условный рефлекс не только тявкать невпопад, но и спасать? Видя, что нахмурившийся Гарри уже открыл рот что-то явно возразить, Малфой быстро затараторил, перебивая. — Да если б не твоё никчемное зрение, мне б вообще не пришлось таскать на себе эту гадость! — брезгливо выплюнул он, давая понять, что прекрасно осведомлен о их статусе. — Да если б не ты, чертов герой, проблем бы у меня и в помине не было! И, бога ради, прекрати уже этот жалкий цирк с линзами! — перебегая взглядом с серого глаза — отражения собственного цвета — на зеленый, все еще скрытый линзой, воскликнул Малфой. — Тоже мне, Гриндевальд. Версия 2.0!.. — Так это из-за меня у тебя проблемы? Ой, — елейным голосом запел Гарри, хватая Малфоя за грудки, прижимая к стене, из-за чего очки слетели на самый кончик носа. — А я вот думал, что твои проблемы из-за того, что твой папаша — жалкий обмудок, не способный защитить жену с ребёнком, который добровольно сдался в рабство змееподобной твари, пустив её в свой дом. Я правда думал, что ты такой шуганный на шестом курсе был, потому что Волан-де-Морт посчитал, что самым ахуенным наказанием для твоего уебищного отца будут страдания сына… Все твои проблемы, Драко, — старательно выделил имя, — из-за того, что вы семейка лицемеров, которые на стороне победителей, которым кроме денег ничего не уперлось. Счастливо оставаться, — он резко надавил на очки, поправляя их, развернулся, взметнув полами мантии и ушёл, для себя решив, что «жалкий цирк с линзами» ему очень даже нравится. Смотря, как Поттер, эффектно применяя трюк Снейпа, упокой Мерлин его душу, с мантией, уходит, взбеленившийся Малфой делает выпад, хватая того за локоть и притягивая ближе, пользуясь небольшой разницей в росте и смотря на того сверху вниз полным ненависти взглядом. — Может мы и хитрые. Может и лицемерные. Но вот, что я скажу тебе, герой, — снова выплюнул последнее слово Драко, будто оно было худшим ругательством, — мы еще и гордые. И я лучше сдохну, чем хоть раз в жизни коснусь тебя иначе, нежели вот так! — закончил он, показательно разжимая пальцы и отворачиваясь. — Да я лучше сдохну в августе, чем дам трахнуть себя подобной лицемерной суке, как ты, — Поттер стиснул зубы, теперь действительно став похож на Северуса. — Ты, Малфой, должен мне ноги целовать за то, что ты и твой отец не гниете в Азкабане! — Тогда просто прекрасно, что видеть твою напыщенную геройскую рожу я буду на два месяца меньше, сдохнув в июне! — Стоило ради этого твою шкуру из всякого дерьма вытаскивать, — Поттер поправил мантию и почти ушёл, но через мгновение развернулся, отвешивая Малфою хлесткую, унизительную пощечину. — За то, что гандон. Схватившись за пылающую щеку, Малфой на миг в шоке приоткрыл рот. Они буравили друг друга взглядом с минуту, прежде чем Драко, сузив глаза и раздув ноздри, не прошипел: — Ну, сука… И вот они уже летят по полу коридора, мутузя друг друга по чем зря. Поттеру не было жалко ни очков, ни красивого лица, последняя линза выпала, галстук был содран, и половина пуговиц отсутствовала, являя покрасневшую от ударов и напряжения грудь, шею с родимым пятном в форме месяца и двух точек-звёзд рядом. Он вцепился руками в шею Драко, давя пальцами на кадык до тех пор, пока у того не припухли губы и не потемнело лицо. Лишь потом отпустил, поднявшись с него, пнул пару раз по ребрам и присел рядом, наблюдая за хрипящим, полузадушенным юношей. — Ни капли благодарности… — Да чтоб ты сдох, мразь убогая! — сплевывая кровь набок, прошипел Драко, откидываясь головой на пол. — Вот тебе моя благодарность!.. Подняться он был не в состоянии, перед глазами все еще плыло от нехватки кислорода, сознание уплывало. Его распирала ярость. Ему было до ужаса обидно вот так проиграть чертову очкарику в поединке. Хотя… это ведь теперь он сам — чертов очкарик… — Да лучше б я сам сдох в адском пламени или камере Азкабана, чем быть хоть чем-то обязанным такой редкой дряни с завышенным чсв, как ты! — последние силы стремительно покидали его. Лицо Поттера перед глазами плыло. — Ненавижу!.. — Не у меня тут завышенное чувство собственного достоинства, крысеныш. Не у меня, — Поттер наклонился над ним, чуть садистски улыбаясь. — Я хотя бы не начинаю агрессировать из-за того факта, что кому-то в ту же сторону, что и мне, или что мне приходится лечиться. — Сдохни уже, выблядок!.. — едва успел выдохнуть Малфой, прежде чем окончательно отключиться. Но, перед потерей сознания, парень успел зацепиться взглядом за довольно знакомое родимое пятно. Где-то он такое видел, но где, вспомнить не успел, улетая во тьму… Поттер, как истинный герой, отлевитировал Малфоя в Больничное крыло и оставил там. Глянул на разбитые очки, фыркнув, чисто из уважения к покойным профессорам, починил, оставляя рядом, после чего покинул избитого соулмейта в Больничном крыле. Гарри поспешил в свою родную башню. Ему ещё предстояло сделать зелья, которые вела молоденькая девушка, вообще не чета Северусу, и попытаться уснуть через ноющую боль во всем теле.