Разрушение. Часть 1

— Ты больной, Гарри! Ты в курсе? — говорю ему в порыве ярости. Не могу поверить в происходящее, в голове не укладывается... Я всё ещё на взводе и не могу это отпустить. Подозрительность преследует тех, чья совесть отягощена виной? Что за бред. Откуда, чёрт возьми, он это взял? — О, детка, ты ещё много обо мне не знаешь, — он ухмыляется, а я инстинктивно отстраняюсь от него. Его дьявольский тон пропитан игривостью, что очень обескураживает. Ни единого намёка на сожаление или раскаяние. — Не называй меня так! Ты псих, который убивает людей ради удовольствия, — пытаюсь отодвинуться от него ещё дальше, но кровать позади не позволяет этого сделать. — А ты чёртова сука, которая не делает того, что ей говорят. Мы оба далеки от идеала, дорогая, — отстреливается парень. Гарри не выглядит очень злым, даже наоборот, необычайно спокойным. Его челюсть не сжата до скрипа зубов. Похоже, ему нравится этот спор. Чувствую обиду от его слов, но я слишком внимательно сосредоточена на разговоре, чтобы придать этому большое значение. — Гарри, ты только что убил невинного человека! Молодого парня, раз уж на то пошло! Ты сумасшедший! — чувствую, что уже это говорила. — Я предпочитаю называть это «творчески мыслящий», — дьявольская улыбка формируется на его губах, от чего мой желудок неприятно сжимается. Делаю глубокий вдох и мысленно напоминаю себе, что в гостиной лежит мёртвое тело. — Гарри, это не смешно! Разве ты не чувствуешь вину? — Рано или поздно он бы умер. В конце концов, мы все умираем. — О чём ты говоришь? — смотрю на него в замешательстве. Его глаза наполнены темнотой с небольшим отблеском безумия, кудри откинуты назад, а выдающиеся черты лица остаются такими же резкими, как обычно. Он подходит ближе, заставляя меня упасть на кровать. Мой живот скручивается в узел, когда Гарри нависает надо мной. Пытаюсь отодвинуться, но моя сила не идет ни в какое сравнение с его. — Никто не вечен. Возможно ты никогда об этом не задумывалась, но каждый день мы все медленно умираем, — шепчет он. — Это не оправдывает убийство! Тот парень мог прожить долгую жизнь, но ты лишил его этой возможности! — не унимаюсь я. — Я просто немного ускорил процесс, — ухмыляется Гарри. Мне нужно держаться от него подальше. — Ты сошел с ума! Отвали от меня, — выпаливаю в гневе. Он слегка усмехается и недоверчиво качает головой. — Меня забавляет, что ты думаешь, что я буду слушать твои приказы. Ты забыла, кто кого похитил? Я поворачиваю голову в сторону и закрываю глаза. Не могу поверить, что мне придется иметь с ним дело всю оставшуюся жизнь. Он похитил меня и никогда не отпустит. Одинокая слеза скатывается по моей щеке, пока Гарри продолжает смеяться. — Не могу поверить, что ты убил его, — бормочу я себе под нос. — Ну, так привыкай, потому что... — его рука медленно движется вверх, а пальцы формируются в пистолет. Он смотрит на меня и пугающе прислоняет их к моему лбу, — это не последний раз, когда ты испытываешь подобное чувство. — Заканчивает парень, притворяясь, что нажимает на импровизированный курок. — Ты ужасный человек, — мой голос опускается до шёпота. — Почему ты думаешь, что он был другим? Он также был членом банды и убивал невинных людей, — заявляет Гарри. Я об этом даже не думала. Тот парень был членом «Разрушения». Он убивал невинных граждан и творил ужасные вещи. Но это не имеет значения, потому что убийство — это убийство и никогда не будет верным решением проблем. — Это не имеет значения, — бормочу я. — Если ты думаешь, что заставишь меня чувствовать вину из-за того, что я выстрелил долбаному предателю в голову, то ты ошибаешься, — шепчет он мне на ухо. Он прав. Какого чёрта я вообще пытаюсь добиться этим разговором? Он же не будет мучиться угрызением совести за то, что сделал. Гарри важный член банды и, вероятно, убил тысячи людей. — Гарри, пожалуйста, уходи, — он слишком близко, а этот разговор ни к чему хорошему не приведёт. Меня тошнит от его нестабильного поведения, а внутри всё сжимается. Его длинное тело всё ещё нависает надо мной. Он ухмыляется, в то время как его рука начинает скользить вверх по моему бедру, посылая по телу разряды тока. Запах его одеколона витает в воздухе, смешиваясь с ароматом мяты, который никогда его не покидает. — Ты собираешься убрать то кровавое месиво? — шепчет парень, заставляя моё сердце остановиться. — Нет… нет-нет, Гарри, я не могу, — моя злость сменяется уязвимостью — ненавижу это. — Неужели принцесса не хочет запачкать руки? — это лишь веселит его. — Ты псих, — не задумываясь, говорю я. Вместо ожидаемого гнева, его губы формируются в небольшую ухмылку. Кровь стынет в жилах, когда его лицо оказывается в миллиметре от моего. — О, дорогая... — начинает Гарри, заправляя прядь волос мне за ухо, — ни один великий ум не существовал без примеси безумия. — Заканчивает он леденящим шёпотом. Тёплые губы прижимаются к моему уху, от чего по спине пробегает дрожь. Его рука нежно ведёт вверх по моей ноге до бедра, и он впивается в него кончиками пальцев. На мгновение я теряю контроль над своим телом, полностью скованная его действиями. Во мне борются противоречивые чувства. Его губы снова прижимаются к моей шее, на этот раз нежно покусывая кожу. Я начинаю задыхаться, когда парень смещается чуть ниже и начинает посасывать чувствительную часть моей шеи, вызывая прилив удовольствия, проходящий через меня. Он ухмыляется, реагируя на звук, исходящий от моих губ. Каждой клеточкой тела ощущаю на себе его тёплое дыхание. Моя рука путается в его растрепанных кудрях. Слегка оттягиваю их назад, в то время как Гарри продолжает свои манипуляции. Я расслабляюсь и окончательно теряю над собой контроль. Наши тела прекрасно контрастируют друг с другом. Его тело большое и рельефное, в то время как моё маленькое и гладкое. Мы были противоположностями во всех отношениях, но ничто не могло остановить нас от столкновения. Словно целая наука, в которой я совершенно не разбиралась. А потом случилось это — его мягкие губы соприкоснулись с моими. Приятное чувство, которое, казалось, уже забыто. Губы Гарри были мягкими и тёплыми, в отличие от приятного холодка металла. Я постоянно забываю о его пирсинге. Смотрю на этого человека каждый день, но никогда не обращаю внимания на маленькое кольцо, застрявшее в его нижней губе, за исключением тех ситуаций, когда чувствую его на своих губах. Мы продолжаем сливаться в поцелуе, лишь тихое прерывистое дыхание заполняет комнату. Гарри решительно хватает меня за запястья и одной рукой зажимает их над моей головой. Его крепкая хватка причиняет мне слабую боль, но легкость его губ заставляет меня не думать об этом. Он просовывает свой язык мне в рот и безоговорочно побеждает в борьбе за господство. Слабый всхлип сорвался с моих губ, когда парень с силой сжал мои запястья. — Тише... — шепчу я между поцелуями. Гарри отпускает меня, а я осторожно кладу одну руку ему на щёку. Вдруг он останавливается и резко отстраняется. Его кроткий взгляд прикован ко мне, когда он начинает подниматься, и садится передо мной на кровать. — Чёрт, я не должен был… — Гарри, слегка запыхавшись, проводит руками по своим растрёпанным кудрям. Моя грудь поднимается и опускается, ощущения такие будто я пробежала марафон. Гарри сидит ко мне спиной и медленно качает головой. В чём проблема на этот раз? Медленно приподнимаюсь и сажусь рядом с ним, но вместо того, чтобы посмотреть на меня парень опускает голову. — Гарри... — начинаю я, но он обрывает меня. — Нет. Я не могу говорить об этом сейчас, это слишком... — бормочет он перед тем, как встать, избавив кровать от тяжести своего тела. Что слишком? О чём он говорит? Гарри быстро пересекает комнату и открывает дверь, но замирает на пороге. Я внимательно смотрю на него, но через несколько безмолвных секунд он выходит, закрыв за собой дверь, и оставив меня наедине с мыслями.