Разрушение. Часть 1

Кровь стынет в жилах после слов парня. Нервно вздыхаю под пристальным взглядом кудрявого. — Гарри, я… не могу… заняться с тобой сексом, — шепчу, практически задыхаясь на слове «секс». — Нет, я не про секс. Ты ещё не готова к этому, — слова слетают с его губ, более красных, чем от обычных поцелуев, — Амелия, я хочу, чтобы тебе было хорошо. — Повторяет Гарри, целуя меня в подбородок. Я пользуюсь этим моментом и перевариваю то, что он только что сказал. Осознание происходящего бьёт меня, как тонна кирпичей. — Оу... Гарри... Я не уверена, что... — нервно шепчу я, в попытке выразить свою мысль. До недавнего времени меня никто никогда не целовал, не говоря уже о физической близости, и от этого мне становится не по себе. — Детка, пожалуйста, — он почти скулит, прижимая наши лбы друг к другу, задыхаясь и глядя мне в глаза. Ужасные мысли заставляют голову кружиться, в то время как тело готово сдаться ему в ту же секунду. — А если я сделаю что-то не так? — робко спрашиваю я. Гарри понимающе смотрит на меня и слегка качает головой. — Нет ничего такого, что бы ты могла сделать неправильно. Я сделаю всё сам, ты лишь должна позволить мне, — утешает парень, осторожно покусывая мои губы. Внимательно смотрю в его глаза, в которых отражается желание и забота. Его руки плотно прижаты к моим бокам, за исключение больших пальцев, плавно выводящих круги. Господи, я так хочу этого, так хочу сказать да. — Я не знаю, — прерывисто шепчу я. — Я никогда не заставлю тебя делать то, что вызовет у тебя дискомфорт. Если ты не хочешь меня, то мы прекратим, но если ты хочешь, то просто скажи «да»... ради меня, — успокаивает Гарри, заставляя почувствовать облегчение. Он наклоняется к моей шее и нежно целует за ухом, сжимает мочку губами и аккуратно тянет на себя. — Милая, со мной ты в безопасности. — Горячий воздух обдает кожу, по спине пробегают мурашки. Тело говорит мне позволить, в то время как разум твердит, что это ошибка. Топлю пальцы в кудрявых волосах, пока парень посасывает мою шею, осторожно, но достаточно, чтобы свести с ума. Вдруг, словно на автомате, я одобрительно киваю. Гарри резко прерывается и удивлённо смотрит в мои глаза. — Ты хочешь меня? — в его голосе слышится нетерпение. Снова киваю, слегка улыбнувшись. — Мне нужно, чтобы ты сказала это, Амелия. Мне нужно, чтобы ты сказала «да», — серьезно говорит Гарри, не отводя взгляд. — Да... Я хочу тебя, — мой голос дрожит от напряжения. В ту же секунду, как я соглашаюсь, он возбужденно улыбается и прижимается к моим губам, обхватывает мои щеки ладонями и наклоняется вперёд, так, что я падаю обратно на кровать. Моё сердце колотится так сильно, что вот-вот выскочит из груди. Я не могу избавиться от болезненного чувства неуверенности, засевшего глубоко внутри. Гарри выпрямляется и подталкивает меня к подушкам. Тело трясёт от нервозности и предвкушения. Парень снова нависает надо мной, соединяя наши губы. Кладу руки ему на щеки, когда он раздвигает мои ноги своими бёдрами. — Детка, ты вся дрожишь, — шепчет Гарри, отстраняясь. Я убираю руки от его лица и кладу их себе на живот. — Амелия, всё будет хорошо, я обещаю. Я не причиню тебе боли, только удовольствие. Знаю, что ты очень нервничаешь, но я собираюсь двигаться медленно, и если в какой-то момент ты захочешь остановиться, мы сделаем это, хорошо? — он успокаивает меня, сжимая руку и убирая волосы с моего лица. — Хорошо, — от его слов становится легче и голос звучит немного увереннее. Осознание того, что мы можем остановиться в любую минуту, значительно облегчает ситуацию. — Прекрасно, — Гарри улыбается, демонстрируя ямочки на щеках и вновь возвращается к моим губам. Резко втягиваю воздух и обвиваю руками его шею, потянув за корни волос. Его губы осыпают мою кожу поцелуями, задержавшись на шее и медленно опускаясь к ключицам. Я ощущаю прилив возбуждения, формирующий приятную тяжесть внизу живота. Гарри скользит губами по моей груди прежде, чем опуститься к моему животу, прямо над моими шортами. Он выпрямляется, цепляет пальцами резинку шорт и медленно тянет их вниз по моим ногам, пока полностью не снимает их с ног. Парень бросает шорты на пол и внимательно смотрит на меня. — Всё в порядке? — ласково спрашивает Гарри, когда я остаюсь перед ним в одном нижнем белье, лишь частично скрывающим мою кожу, благодаря кружевным вставкам. Это выглядит сексуально, но не провокационно. — Да, — киваю и слегка улыбаюсь. — Ладно, детка, — шепчет Гарри и пальцами обхватывает мои трусики; у меня сводит живот. Почему я так из-за этого переживаю? Мне бы хотелось быть более хладнокровной и не застрять на этом внимание, но... я собираюсь полностью обнажиться перед кем-то впервые в жизни. Я имею право нервничать. Тонкая ткань скользит вниз к коленям, затем и к лодыжкам, и я осознаю, что в этот момент уязвима, как никогда. Повинуясь рефлексам, сразу свожу ноги вместе, за что получаю пронзительный взгляд. — Амелия, с самого первого дня я говорю, чтобы ты не закрывалась от меня. Ты — самая красивая девушка, которую я когда-либо встречал, так что расслабься, — глубокий голос действует на меня успокаивающе и заставляет почувствовать облегчение. Стараюсь не думать обо всех тех девушках, с которыми был Гарри, не говоря уже о том, что они все точно знали, что нужно делать. Его слова моментально возвращают меня к первым дням пребывания в подземелье. Когда я впервые надела короткий топ и прикрывала руками оголенный живот. В тот день он сказал мне, что я не должна от него закрываться. Это было совсем другое время. Я снова раздвигаю ноги и Гарри принимает удобное положение. На секунду поднимаю глаза к потолку, пытаясь успокоить дыхание и привести в порядок мысли. Поверить не могу, что этот парень так на меня действует. Он сумел довести меня до ситуации, в которой я не планировала оказаться. Его губы нежно целуют внутреннюю поверхность моего бедра, посылая дрожь по всему телу. Мои ноги согнуты в коленях, пока большие руки удерживают меня за бедра. Чувствую, как моё тело напрягается, а ладони начинают потеть, как всегда, когда я сильно нервничаю. А потом он целует меня... прямо там. Делаю глубокий вдох, вздрогнув от его прикосновения. Гарри на секунду останавливается прежде, чем сделать это снова, но на этот раз скользит вдоль моих губ. Я крепко зажмуриваю глаза и позволяю тихому стону покинуть рот. Он повторяет свои действия снова и снова и это невероятное чувство, которое невозможно объяснить. Моё дыхание учащается, когда Гарри продолжает водить языком, меняя скорость и направление. — Гарри... — тихо стону его имя. Я полностью обескуражена, в хорошем смысле этого слова. Слегка выгибаю спину и приподнимаю бедра, в попытке получить контроль над ситуацией, но сильная рука тянется к низу моего живота и прижимает меня обратно к матрасу. Его язык скользит прямо по скоплению моих нервов, заставляя сходить с ума от восторга. Задыхаюсь, погружая пальцы в кудрявые волосы, чем вызываю протяжный хриплый стон. Моё дыхание становится тяжелее, а тело слабеет с каждой минутой сладкой пытки. Голова Гарри находится гораздо ближе, чем я думала. В подсознании мне всегда казалось, что когда люди делают это, то эмоционально отдаляются, но это не так. Из раздумий меня выводит небольшое давление снизу; тихий всхлип срывается с моих губ. Гарри пустил в ход палец и начал осторожно двигать им внутри меня. Я закрываю глаза, запрокинув назад голову от удовольствия. — Ты прекрасно справляешься, детка, — приглушенный голос доносится до моих ушей, пока я распадаюсь на части от жарких прикосновений. Сочетание языка и пальца создают опасную смесь необъяснимых эмоций, спрятанных глубоко внутри. Склоняю голову набок, а глаза держу плотно закрытыми, когда чувствительность внизу живота вырастает. Я больше не в силах контролировать стоны, то и дело слетающие с губ. Чувствую, как проваливаюсь в пустоту от невероятного прикосновения. — Гар-ри... — протяжно стону, в надежде, что парень не услышит меня; я все ещё немного смущаюсь. — Выкрикни моё имя, Амелия. Никто, кроме меня, не заставит тебя чувствовать себя так хорошо, — я слышу его грубый комментарий, но не могу думать об этом, потому что Гарри добавляет ещё один палец. Тихо всхлипываю и вижу, как губы парня формируются в ухмылку. Между бёдрами начинает растекаться тепло, медленно концентрируясь внизу живота. Это странное чувство делает данный опыт ещё более приятным. — Гарри! — кричу я, ощутив положительную вибрацию. Тело полностью немеет, когда Гарри увеличивает темп, интенсивнее покачивая пальцами во мне, одновременно лаская языком. Начинаю извиваться под ним, но его свободная рука крепко удерживает меня на месте. — Отпусти себя, детка, — голос Гарри звучит так мягко. Непонятное чувство внизу живота нарастает и заставляет меня бояться неизвестности. Я не знаю, что произойдёт и как долго придётся справляться с этим ощущением. Сжимаю одеяло в кулаках и крепко зажмуриваюсь. Среди хаоса и круговорота мыслей и эмоций, я чувствую, как рука Гарри накрывает и сжимает мою. Напряжение внутри достигает предела, а ноги начинают неудержимо дрожать. Язык кудрявого прижимается к самой чувствительной области моего центра, и этот поступок толкает меня через край. Всплеск эйфории растекается по венам, а спина выгибается над кроватью. С силой сжимаю руку Гарри и испускаю последний протяжный стон. Зрение затуманивается; чувство невероятного спокойствия накрывает с головой. Тело полностью расслабляется и я, наконец-то, спускаюсь с небес, ослабляя хватку на его руке. На несколько секунд спальня погружается в тишину, которую нарушают лишь прерывистые вдохи. Гарри садится на кровати, с широкой улыбкой на лице, и хватает мои трусики, пока я прихожу в себя. Пытаюсь собраться с мыслями, когда сильные руки скользят по моим ногам. — Устала? — спрашивает парень с ухмылкой и двигается вверх, падая рядом со мной на матрас. Я киваю, не в силах сказать ни слова. До сих пор не верю, что мы сделали это, но, признаться честно, ни капли об этом не жалею. Моя грудь опускается и поднимается, а сердце начинает замедляться. Гарри наклоняется и целует меня в щеку прежде, чем подняться с кровати. Он выпрямляется в полный рост; серые спортивные штаны низко висят на его бёдрах. — Я сделаю тебе чай, — говорит он, разворачивается и выходит из спальни. Переворачиваюсь на бок и зарываюсь лицом в подушку, с ярким румянцем на щеками и сияющей улыбкой на лице.