Разрушение. Часть 1

Гарри достиг своего предела, он был эмоционально опустошен. Гарри признался, что он - убийца, который никогда не изменится, что ему нравится делать это, но также сказал, что не хочет причинить мне вред. Зная его, это было действительно трудно признать. Прижимаясь к его обнаженной груди, слушаю спокойное сердцебиение. Подушечки пальцев бессознательно скользят по его прессу, обрисовывая каждый мускул. Его рука осторожно гладит мои волосы, медленно скользя вдоль корней, время от времени убирая пряди с лица. Мы оба не издавали ни звука. У меня, как всегда, миллион вопросов, но я слишком устала, чтобы даже подумать задать их; хочу просто насладиться моментом. Сегодня вечером Гарри открылся мне с совершенно новой стороны — этого вполне достаточно. Ума не приложу, где сейчас его мысли. Они могут быть спокойными или полными сожалений. — У тебя очень мягкие волосы, — шепчет парень, осторожно цепляя прядь волос и пропуская её между пальцев. Лёгкий смешок покидает мои губы. — Я мою их каждый день, — шучу, проводя рукой по покрытому чернилами торсу. — Смешно, — саркастично бормочет Гарри. Поднимаю голову и внимательно смотрю на его расслабленное лицо; мягкая улыбка застыла на губах. — С тобой все в порядке? — робко спрашиваю я. Его поникший вид сопровождает еле заметный кивок, он явно до сих пор смущен тем, что произошло. — Мне не стоило так ломаться... — с сожалением произносит Гарри. — Не говори так... Я рада, что ты это сделал, — переворачиваюсь, чтобы лечь рядом с ним на живот. — Но почему? Я был в абсолютном беспорядке, — шепчет он, имея в виду свой плачь. — Потому что... — начинаю я прежде, чем приподняться и полностью лечь на Гарри. Его руки спокойно лежат на моих бёдрах, а мой подбородок опирается на руки, сложенные на его груди. — Это лишний раз доказало, что в тебе больше человечного, чем я думала, — мой голос становится еле различимым. Губы Гарри изгибаются в улыбке, а большие пальцы круговыми движениями потирают обнаженную кожу. Его голова чуть приподнята на подушках, а зелёные глаза устремлены в мои. — Поцелуй меня, — тихая просьба заставляет внутренности трепетать. Слегка улыбаюсь, позволяя тихому смешку покинуть рот. Подтягиваю ноги, чтобы оседлать Гарри и наклоняюсь к лицу. Мы так близко, что ощущаю на себе его тёплое дыхание. Наши губы медленно сливаются в поцелуе. Холод его пирсинга сводит с ума. Сильные руки сжимают мои обнаженные бедра. Что бы между нами ни произошло, все заканчивается одинаково. Возможно, я отвратительна, если позволяю себе упасть в его объятия, после всего, что он сделал, но если честно, это больше меня не волнует. Да, Гарри кричал на меня в ярости, угрожал, но после этого сломался и рыдал. Можете называть меня сумасшедшей, но этого зрелища было достаточно, чтобы забыть обо всей пережитой боли. Возможно, я сошла с ума... Гарри свёл меня с ума. Мои губы слегка размыкаются и парень пользуется случаем, чтобы скользнуть языком ко мне в рот. Лишь на мгновение приоткрываю глаза, с наслаждением улавливая, что глаза Гарри мирно закрыты, а лицо расслаблено. — Ах... Черт, — стонет он, разрывая поцелуй. Открываю глаза и отстраняюсь, положив руки ему на грудь. — Что-то не так? — с тревогой спрашиваю я. — То, как ты прижимаешься ко мне бёдрами, сводит с ума, — хриплый вздох покидает его рот, еле заметная ухмылка отражается на лице. Наклоняю голову в замешательстве, но быстро соображаю, что Гарри имеет в виду. Моя челюсть слегка опускается и я понимаю, что бессознательно терлась о его пах. — О... Прости... С тобой все в порядке? — спрашиваю я, приподнимая бедра. — Лучше, чем ты можешь представить, — ухмыляется кудрявый, схватив меня за талию и опустив в исходное положение. Как только я сажусь обратно, ощущаю, насколько сильно он возбужден. Мои глаза слегка расширяются, но не успев подумать, Гарри страстно впивается в мои губы. Большие руки хватают за задницу, а губы нетерпеливо движутся напротив моих. Мои пальцы тонут в густых волосах; чувствую себя полностью запутавшейся в сетях, без возможности на спасение. Его достоинство продолжает твердеть, низ живота начинает нервно сводить. Может Гарри хочет, чтобы я сделала что-то для него? Не уверена, что мне будет комфортно, но он уже делал кое-что для меня. Я буду чувствствовать себя эгоисткой, если не сделаю то, что доставит ему удовольствие. — Г-Гарри... — невнятно бормочу между поцелуями, заставляя его остановиться и открыть глаза. Парень смотрит на меня, слегка запыхавшись, ожидая продолжения. — Т-ты хочешь... хочешь, чтобы я сделала кое-что для тебя? — заикаюсь от волнения, в надежде, что он поймет, о чём я говорю. Гарри в замешательстве выгибает бровь, совершенно сбитый с толку. — Что? — сомневается он, но сразу продолжает. — Оу! Ты про минет? — от такой прямоты мои щеки мгновенно краснеют. Господи, Гарри, пожалуйста, не делай это ещё сложнее. — М-м... Если это т-то, чего ты х-хочешь, — говорю я, стараясь подавить нервное чувство, с каждым словом разрастающееся внутри. Он смотрит на меня с хитрой ухмылкой, слегка поглаживая бедра. — Как бы привлекательно это не звучало, я в порядке, — улыбается Гарри, быстро наклонившись и поцеловав меня. Тёплые губы страстно прижимаются к моим, но мимолетное чувство облегчения сменяется беспокойством. Он не хочет, чтобы я делала это? Но почему? — Подожди, с-стой, — шепчу кудрявому в губы, заставляя остановиться, — т-ты меня не хочешь? Со мн... со мной что-то не так? — я смущена; чувствую, как уверенность стремится к нулю. — Что? Нет-нет… Черт, я не имел ввиду, что не хочу тебя. Просто судя по твоему голосу и обеспокоенному лицу, можно сказать, что тебе неловко даже думать об этом. Когда ты действительно будешь готова, я все ещё буду здесь, но прямо сейчас не хочу, чтобы ты чувствовала себя обязанной за то, что я подарил тебе первый оргазм на прошлой неделе, — объясняет Гарри, заставляя моё лицо сморщиться при слове «оргазм». Кажется, будто тяжёлый груз свалился с плеч. На секунду показалось, что он не хочет, чтобы я делала это, потому что противна ему или ещё по какой-то причине. Наверное, слишком сильно себя накрутила. Выдыхаю, чувствуя облегчение от того, что мы расставили все точки над и. — Поверь мне, принцесса, больше всего на свете я хочу видеть, как ты стоишь на коленях и обхватываешь губами мой член, — ухмыляется Гарри. Моя челюсть падает от шока. — Гарри! — шлепаю его по руке, за ненормативную лексику. Он усмехается и прижимается к моим губам, толкая на кровать. Задыхаюсь от резкой смены положения, когда парень нависает надо мной. Его колено упирается между моих ног. Одна из рук служит опорой рядом с головой, в то время как другая удерживает за бедро. Мои пальцы тонут в его кудрях, когда поцелуи становятся горячими и агрессивными. Язык атакует мой рот, а сильная рука начинает блуждать по телу. — Сними с меня кольца, — хриплый стон раздаётся у моего приоткрытого рта. Почему Гарри хочет, чтобы я сняла кольца? Видимо его другая рука слишком занята поддержанием тела на весу, и он не может сделать это самостоятельно. Решаю не подвергать сомнению эту странную просьбу. Хватаю большую ладонь и стягиваю четыре массивных кольца, ни на секунду не теряя ощущения тёплых губ. Его рука медленно спускается к поясу моих шорт и, прежде чем я успеваю сообразить, проскальзывает под тонкую ткань. Кислород резко выбивает из лёгких, когда он проводит пальцами вдоль моего напряжённого центра, заставляя тело дрожать. — Такая мокрая для меня, — шепчет Гарри на ухо перед тем, как прильнуть к шее. Дыхание вновь учащается от малейшего прикосновения. Боже, он сводит меня с ума. Волна удовольствия растекается по телу, когда длинные пальцы входят в меня. Судорожно хватаю простынь и сжимаю её в кулаках, пока Гарри сосёт и покусывает кожу на моей шее, нежно проводя языком по следам, которые оставляет. Его пальцы двигаются во мне мучительно медленно, но настойчиво, заставляя протяжный стон сорваться с губ. Ощущение все ещё новое, но более приятное, чем в прошлый раз. Теперь я понимаю, почему он хотел снять свои кольца. — Гарри, — тихо стону ему в ухо, пока он целует меня в шею, время от времени возвращаясь к губам. — Черт возьми, я обожаю, когда ты стонешь моё имя, — хриплый шёпот разбивается о мои губы, заглушая всхлипы удовольствия. Одного звука его голоса достаточно, чтобы довести меня до предела. Знакомый аромат одеколона витает в воздухе, вызывая новый прилив эмоций, пока мои руки тонут в мягких кудрявых локонах. Длинные пальцы скручиваются внутри, но этого хватает, чтобы вызвать протяжный стон, разорвавший поцелуй. Мягкие губы двигаются вдоль моей челюсти и вновь припадают к шее. Горячее дыхание обдает вспотевшую кожу. Контраст холодного кольца на тёплых губах одновременно подталкивает к пропасти и возносит до небес. Малейшее движение способно свести с ума. — А-а... — все слова забываются, от необъяснимого чувства, вспыхнувшего в глубине души. — Тебе нравится, когда я ублажаю тебя своими пальцами, милая? — издевательски шепчет Гарри, не отрываясь от моей шеи. Быстро киваю, чувствуя, как внизу живота нарастает возбуждение. — Скажи это. Я должен слышать твой голос, — требует он, целуя мой подбородок, осторожно ущипнув кусочек кожи идеальными зубами. — Д-да... — шепчу я. — Громче, — сурово говорит кудрявый. — Да! — отчётливо кричу на несколько октав выше. — Умница, — бормочет Гарри, с лёгкой ухмылкой на лице. Мышцы сводит от удовольствия, когда он продолжает погружать в меня пальцы. Знакомое, но все ещё непривычное тепло начинает растекаться по бёдрам, и я знаю, что через несколько секунд достигну пика. — О, Господи, — бормочу я на выдохе, от ощущения внутри, сжимая и разжимая пальцы на ноющих ногах. Гарри убивает меня. Его руки, горячее дыхание, хриплый голос — это слишком, чтобы сдержаться. — Ты близко, детка? — тихо спрашивает он, нежно касаясь губами кожи, заставляя сильнее сжать простыни. — Да, я... — чувствую себя слишком измотанной, чтобы продолжить говорить, что только заставляет расти ухмылку на ярко-розовых губах. Веки начинают тяжелеть, а давление внизу живота разрывает. Гарри скользит губами вдоль шеи к уху, всего на мгновение мягко сжав мочку между зубами. Этого игривого жеста вполне достаточно, чтобы закружилась голова. Через мгновение ощущаю, как его большой палец движется по моим влажным складкам и прижимается к скоплению нервов, перебрасывая через край. Напряжение в бёдрах возрастает до предела, а ноги начинают дрожать. Это заставляет Гарри остановить движение руки и просто держать пальцы внутри меня. Закрываю глаза, полностью отдаваясь волне эйфории, накрывшей меня с головой. Спина выгибается дугой, а простыни так сильно сжаты в руках, что кулаки побелели. Несмотря на закрытые глаза, чувствую, как кудрявый отстранился от моей шеи. Открываю глаза и вижу, как внимательно парень смотрит на меня, со слегка сжатыми зубами и выступающий челюстью, а похоть затуманивает взгляд, когда я стону его имя. — Да, детка, отпусти себя, — подбадривает Гарри, пока я медленно спускаюсь с высоты. Поверить не могу, как легко он способен заставить чувствовать то, чего я не чувствовала раньше. Никогда бы не подумала, что от малейшего прикосновения могу так быстро слететь с катушек. Гарри вытаскивает руку из моих шорт, подносит влажные пальцы к губам, засовывает в рот и быстро облизывает, в то время как комната наполняется глубокими вздохами. Мои глаза расширяются от удивления, но не настолько, чтобы заметить. Я ещё новичок в плане физической близости, и думаю, что вопросы, всплывающие в голове, абсолютно нормальны. — Ты в порядке, любимая? — спрашивает он, лёжа на боку и изучая моё обнажённое парализованное тело. — Лучше, чем ты можешь представить, — цитирую слова, которые ранее сорвались с его губ. Парень широко улыбается, целуя меня в щеку. — Я собираюсь принять холодный душ, — он садится на кровати, потянувшись, и выпрямляется в полный рост. Холодный душ? С какой стати ему принимать холодный душ? От ледяной воды нет никакой пользы, и уж тем более расслабления. — Зачем? — растерянно спрашиваю я. Пару секунд Гарри стоит на месте, одарив меня соблазнительной ухмылкой прежде, чем вновь склониться над кроватью, уперев руки по бокам. — Детка, за последние десять минут тебе удалось сделать меня твёрже камня. Я не могу сидеть и ждать, когда это пройдёт, — усмехается кудрявый. — О-ох... — как вообще реагировать на подобные комментарии? — Тебе также придётся вернуть их, — говорит Гарри, указывая на мои пальцы, покрытые его огромными кольцами. Ого, как они там оказались? Совершенно не помню, когда успела надеть кольца. Должно быть, сняв их с него, я скользнула ими вдоль пальцев, даже не осознав этого. — Прости, я даже не заметила, что надела их, — извиняюсь, быстро снимаю кольца и кладу в большую ладонь. Гарри сжимает кулак, бросив на меня игривый взгляд. — Не извиняйся, тебе идут... В основном, потому что они мои, — он подмигивает, наклоняется и, чмокнув меня в лоб, быстро выходит из комнаты, оставив меня в своей кровати, с яркой улыбкой на лице.