Разрушение. Часть 1

— Вот мы и на месте, — говорит Эрика, открывая дверь в свою квартиру. Она придерживает её для меня; мягко улыбаюсь ей, всё ещё всхлипывая. — Спасибо, что позволила мне остаться... Я просто не знала, к кому ещё пойти, — шепчу, оглядываясь по сторонам. — Эй, всё в порядке. Можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь, но ты должна рассказать мне, что случилось, — девушка пытается утешить меня. Понятия не имею, что бы без неё делала. Прямо сейчас я не могу оставаться с Гарри, даже если запрусь в спальне. У Эрики маленькая, но очень милая и уютная квартирка; она выглядит именно так, как я представляла. Гостиная украшена цветами, повсюду расставлены рамки с фотографиями девушки и её друзей. — Просто у нас с Гарри сейчас… сложный период. Он кое-что скрывал, и я не уверена, что смогу его простить, — обнимаю себя руками, скидывая с ног кеды. Эрика слегка хмурится, жестом приглашая сесть на диван. — Не возражаешь, если я спрошу, что именно он скрывал? — произносит она, облокотившись о спинку, подперев голову рукой. Я робко сажусь напротив, сложив руки на коленях. — Это долгая история... — концентрируюсь на своих пальцах, нервно ковыряя ногти. В этот момент миллион мыслей проносится в голове. — Мы никуда не торопимся, — девушка сжимает моё колено со слабой ободряющей улыбкой на губах. После этой фразы я рассказываю ей практически всё. Рассказываю о том, как Гарри похитил меня, что он убил моего брата, как сильно я влюбилась в него. Единственное, о чём решаю умолчать, что Гарри — лидер банды, а мой брат — Эдриан. Возможно, я упустила из виду ещё несколько деталей, но лишь потому, что не могу ясно мыслить. Мой разум полностью поглощён размышлениями о парне; мне действительно страшно, что я никогда не смогу выбросить его из головы. — Амелия... Мне очень жаль, — сочувствующе произносит Эрика, сжимая мою ладонь. С самого первого дня нашего знакомства, она только и делает, что успокаивает меня. Девушка идеально подходит на роль человека, с которым можно поговорить. — Мне тоже... — шепчу в ответ, заправляя прядь волос за ухо. — И что ты собираешься делать? — звучит вопрос, который пугает больше всего, потому что у меня нет на него ответа. — Понятия не имею... Я не могу быть с человеком, державшим в тайне столь важную вещь. Если Гарри лгал мне о моём брате, кто знает, что ещё он скрывает. А что, если он никогда меня не любил? — я начинаю всё больше себя накручивать. Между нами повисает тишина. Мои руки слегка дрожат, а глаза слезятся, но я не могу больше из-за этого плакать... просто не могу. — Ты знаешь, что Гарри всегда считался парнем, который никогда не улыбается? Вот о чём люди говорили за его спиной. Каждый раз, когда он проходил мимо витрины тату салона, на его лице было монотонное хмурое выражение, будто он недоволен всем, что его окружает. При одном только взгляде на него хотелось забиться в угол, а когда он заходил в помещение, атмосфера моментально менялась — будто Стайлс высасывал из места все положительные эмоции, — её рассказ заставляет меня в недоумении выгнуть бровь. — Зачем ты мне это говоришь? — слегка посмеиваюсь, когда слышу о вечно недовольном жизнью кудрявом парне. — Потому что однажды я увидела вас вдвоём... Это было в один из вечеров, когда вы выходили из ресторана. Его рука расслабленно лежала у тебя на плече, а твоя была поднята, чтобы переплести свои пальцы с его. Во время вашей милой беседы он широко улыбался. Я собиралась подойти и поздороваться, но увидев то, как Гарри смотрит на тебя, поняла, что не хочу мешать. Вы оба выглядели такими счастливыми… идеальная пара, не обращающая внимания на то, что происходит вокруг. Я всего несколько раз видела, чтобы Гарри по-настоящему улыбался — это происходило только тогда, когда он был с тобой, — Эрика замолкает, в этот момент я осознаю, как сильно колотится моё сердце. Опускаю взгляд на колени и медленно киваю. Никогда не догадывалась о том, что люди думают о Гарри; я понимала, что его боятся, но не могла себе представить, что до такой степени. — Я понимаю, что он солгал тебе, Амелия, и ты имеешь полное право злиться, но ни за что на свете я не поверю, что он не любит тебя. Я не знаю, что происходит тогда, когда вы остаётесь наедине, но точно уверена в одном: Гарри уже не тот ужасный человек, каким был до твоего появления. Понятия не имею, как тебе удалось, но ты изменила его, — заявляет девушка. Я по-прежнему не поднимаю голову, чувствуя тяжесть в груди; одинокая слеза скатывается по моей щеке. — Я так сильно его люблю… — мой голос предательски ломается, — но не знаю, смогу ли когда-нибудь смириться с тем, что он скрывал от меня такую тайну. Ты говоришь, что он изменился, но я по-прежнему не уверена, любил ли он меня когда-нибудь. Я хочу верить ему, но просто не могу... — качаю головой и снова смотрю на подругу. — В тот день, когда он кричал на главной улице, что любит тебя, я была совершенно потрясена. Это явно далось ему нелегко — Гарри не публичный человек. А потом, когда ты убежала, не сказав ничего в ответ… он выглядел так, словно весь его мир рухнул. Ты этого не знаешь, потому что ушла, но мы с Найлом были там. Я была готова разрыдаться, потому что никогда не видела его таким разбитым; не думала, что он вообще способен на чувства. Он любит тебя, Амелия, — от её слов у меня разрывается сердце, а по коже пробегают мурашки. Я помню тот день, будто это было вчера, но никогда по-настоящему не задумывалась о том, как на него повлиял мой молчаливый уход. — У меня такое чувство, будто землю вырвали из-под ног. Гарри убил моего брата и всё это время молчал об этом. Как можно любить кого-то, кто хранил такую тайну? — не перестаю задаваться одним и тем же вопросом, нервно проводя рукой по волосам. — Я согласна, что он должен был сказать тебе, но он знал, что если сделает это, то ты уйдешь от него. Что и произошло, — Эрика говорит то же самое, что и Гарри перед моим уходом. Медленно киваю в полной растерянности. Я не могу оставаться с Эрикой вечно. Смогу ли я покинуть это место навсегда? Смогу ли вернуться домой? Сомневаюсь, что парень отпустит меня, прямо сейчас он, вероятно, очень зол, и ни за что не позволит мне уйти. Гарри всё ещё полностью меня контролирует, и если я каким-то образом ускользну, то он просто поймает меня снова. — Как насчёт того, чтобы сходить за вкусной едой и посмотреть кино? Ты сойдёшь с ума, если будешь продолжать думать об этом. К тому же, уже восемь вечера, — улыбается Эрика, вновь похлопав меня по колену. — К-конечно, звучит отлично, — киваю, слегка улыбаясь в ответ. Я рада, что девушка позволила мне остаться с ней ненадолго — она действительно прекрасный друг. Эрика выпрямляется в полный рост, хватает коробку с салфетками и с улыбкой протягивает мне одну. Быстро вытираю слёзы, встаю и направляюсь к двери вслед за ней. В магазине Эрика хватает всю нездоровую пищу, которая попадается нам на глаза. Мы бредём вдоль проходов; корзинка наполняется чипсами, мороженным, попкорном и замороженной пиццей. Не говоря уже о выпивке. — О, ещё нам нужен фильм, а лучше два! — восклицает девушка, проходя мимо стойки с DVD-дисками. — Как насчёт «Дневника памяти»? — она вопросительно смотрит на меня. — Может, нам стоит держаться подальше от любовных историй? — слегка усмехаюсь, когда у Эрики отвисает челюсть. — О чёрт, ты права, — выдыхает она, убирая диск обратно. — А что ты думаешь о «Клубе "Завтрак"»? — спрашивает девушка, вытаскивая очередной диск. — Я никогда его не видела, — бормочу под нос, изучая обложку. — Что? Тогда мы определенно его берём, — шокировано произносит Эрика. Я слышала об этом фильме и знаю, что он довольно популярен, но мне так и не довелось его посмотреть. Мы выбираем ещё несколько фильмов и несём все покупки на кассу. Девица за стойкой пренебрежительно смотрит на нас и на содержимое корзины, но нам всё равно. Я должна отвлечься и хоть на один вечер забыть о Гарри, медленно, шаг за шагом вытесняя его из мыслей. Сегодня мы просто будем смотреть кино. Как только мы возвращаемся в тёплую квартиру, ставим всю еду и напитки на кофейный столик, то наконец включаем фильм. — Итак, наша цель — посмотреть все три фильма за вечер. Так что не засни! — Эрика тычет в меня пальцем, вставляя диск с проигрыватель. — Ничего не обещаю, — смеюсь в ответ, зная, что, скорее всего, отрублюсь после первого же фильма. — Да, я тоже, — шутливо соглашается она, хватая пульт, садясь на противоположный конец дивана, поджав под себя ноги. Когда фильм начинается, я не могу не задаться вопросом, что Гарри делает прямо сейчас. Может, он спит, а может, развлекается в клубе с какой-нибудь случайной девушкой. Что бы парень ни делал, это не должно меня волновать, но я не могу перестать об этом думать. Наша ссора раз за разом прокручивается у меня в голове. Чёрт возьми, Гарри не заслуживает того, чтобы постоянно думать о нём. Мои веки начинают тяжелеть, я борюсь с желанием заснуть на протяжении большей части фильма. Это был очень тяжёлый длинный день, меня определённо не хватит на три фильма. Чувствую, как глаза медленно закрываются, и я проваливаюсь в глубокий сон. Громкий повторяющийся звон заставляет широко распахнуть глаза; фокусирую зрение на экране, видя главное меню фильма. Поворачиваю голову и понимаю, что Эрика отключилась на другой стороне дивана. Она неохотно просыпается от звонка и смотрит на стол, чтобы увидеть, что её телефон мигает. Похоже, мы обе не выдержали и одного кино. — Кому, чёрт возьми, я так поздно понадобилась? — стонет девушка, хватая телефон, быстро отвечая на звонок. Я растягиваюсь на диване и вновь закрываю глаза, в надежде заснуть, пока она отвечает на звонок. — Хэй, — шепчет она. — Воу, ладно, притормози… что значит он всё уничтожает? — слышу, как Эрика окончательно просыпается, в голосе слышится непонимание и беспокойство. Мгновенно открываю глаза и смотрю на подругу, выпрямившуюся, как струна на своей стороне дивана. — Да, она сейчас со мной, — отвечает девушка, заставляя меня сесть и широко раскрыть глаза. С кем она говорит? Она отрывает устройство от уха и протягивает мне. — Это Найл, — беззвучно шепчет Эрика, выводя меня из транса. Забираю у неё телефон и подношу к уху. — Алло? — робко бормочу в трубку. — Амелия! Ты должна немедленно вернуться в квартиру к Гарри! — в панике тараторит Найл. Моё сердце начинает бешено стучать. — Зачем, что происходит? — нетерпеливо спрашиваю я. Динамик наполняется звуками криков и разбивающихся предметов, когда Найл пытается их перекричать. — Гарри сошёл с ума. Он крушит всё вокруг и продолжает орать на тебя. Я пытался заставить его остановиться, но он меня не слушает, — голос блондина пропитан отчаянием. — Найл, он не хочет меня видеть, — всё, что удаётся сказать в ответ. — Амелия, я умоляю тебя… Ты единственная, кто сможет до него достучаться! — восклицает парень. — Я всё испортил! Она никогда не полюбит меня снова! — слышу, как Гарри кричит во всю глотку, на фоне звуков разбивающегося стекла. — Гарри, немедленно положи... — начинает кричать Найл, когда связь прерывается. Трясущейся рукой опускаю телефон вниз, подняв глаза, потрясённо смотрю на Эрику.