НЕТ ПРАВИЛ В ИГРЕ ДРАКОНОВ

Вторые сутки отряд вновь призванных братьев Ночного Дозора пробивался через метель по горной дороге. Повозки со смертоносным грузом вязли в снегу, подковы коней скользили по невидимым под снегом камням. Джон торопил людей, первый шел вытаскивать застрявшую телегу, подбадривал отстающих. Рыцари Джейме отдали запасных лошадей Мормонту и Бриенне. Давос довольствовался низкорослой крестьянской лошадкой. Для королевы соорудили крытый экипаж из самой крепкой телеги, которую смогли найти в деревне. Дейнерис обычно предпочитала путешествовать верхом, но она была слишком слаба после пережитого. Миссандея, молчаливая и печальная, опекала свою королеву. Джон нервничал. По плану они должны были встретить дотракийскую орду в крепости Ров Кайлин. Крепость занимал гарнизон северян, и Джон опасался, что они могут и не поверить в дружественные намерения иноземных варваров. Теперь он понимал, что дотракийцы дойдут до Рва первыми. Оставалось только надеяться, что их не встретят стрелами и кипящей смолой. Через несколько часов пути метель начала стихать, идти стало легче. — Мессир, расскажите побольше о том ужасном грузе, который мы везем, — спросил Джон у Квиберна. — Похоже, в нем наша последняя надежда. — Дикий Огонь обладает страшной разрушительной силой, но использовать его в бою практически невозможно. Только счастливая случайность позволила в свое время лорду Тириону применить его против флота Станниса. Случайный удар по сосуду с жидкостью, или случайная искра — и Дикий Огонь уничтожил бы того, кто им попытался воспользоваться. Я нашел способ превратить жидкость в твердую субстанцию. Теперь по ней можно бить кузнечным молотом, и ничего не произойдет. Слитки, или бруски дикого огня, скажем так, вы можете носить с собой во время битвы и не бояться, что вдруг обратитесь в факел. Они загораются только тогда, когда на них попадает очень горячее пламя, которое дает шнур, пропитанный тем же Диким Огнем. — Две сотни лет придворные пироманты пытались укротить Дикий Огонь и ничего не могли сделать, — вмешался в разговор Тирион. — А вы совершили открытие в одиночку? — Пироманты убедили самих себя в магической природе субстанции. И слишком много времени посвятили поиску неведомых заклятий, — улыбнулся Квиберн. — Я же полагаюсь лишь на силу опыта. Тирион хотел было сказать или спросить еще что-то, но в этот момент отряд замедлил свой ход, а затем остановился. Джон хлестнул плеткой коня и поскакал в голову колонны. Посреди занесенной снегом дороги стоял человек громадного роста и опирался на секиру размерами под стать себе. Рогатый шлем делал бы его вид совсем устрашающим, если бы не роскошная женская шуба на плечах, которая была ему сильно коротка. — Одичалые? Здесь? — удивился Джон. — Я мало знаю про одичалых, но он — хуже, — Бронн указал на воина. И громко обратился к нему: — Давно не виделись, мой обгорелый брат! — Где полумуж, продажная рука? — грубо спросил рогатый. — Милорд Десница, к вам пришли, — крикнул Бронн, обернувшись к отряду. Джон Сноу, братья Ланнистеры, Давос Сиворт и Бронн слушали Тиметта, сына Тиметта у костра в лесу. Несколько воинов из клана Обгорелых стояли поодаль. Внизу, у дороги, разгорались другие костры. Ночной Дозор встал на вынужденный привал. — С кораблей высадилось много, очень много воинов. У них машины, которые метают стрелы и камни. Они ставят их у Аркольского моста. Они хорошо спрятались от таких, как вы, кто не знает наши горы, — говорил вождь. — Тиметту сказали, что в горах Обгорелых видели полумужа. Тиметт подумал, что людям с кораблей некого больше ждать, кроме полумужа. Полумуж не обманывал Обгорелых. Обгорелые помнят своих друзей. — Вряд ли стоило надеяться, что Эурон про нас забудет, — сказал Тирион. — Много воинов — это сколько? — Столько, сколько было всех воинов кланов Лунных Гор в битве, где был ранен полумуж. И еще столько, и еще столько, и еще. — Больше тысячи бойцов, — перевел Тирион. — Есть другая дорога к Королевскому тракту? — спросил Давос. — Есть тропа через перевал. Ее знают только Обгорелые, — кивнул Тиметт. — По тропе могут пройти повозки? — уточнил Джейме. — Там даже лошади Обгорелых не пройдут. А лошади Обгорелых меньше ваших лошадей. — Значит, мы пойдем через мост, — глухим голосом произнес Джон Сноу. — К позициям врага можно пробраться незаметно? — Эти горы принадлежат Обгорелым, и Обгорелые могут пробраться везде. Только зачем им карабкаться по камням для тебя? — Тиметт с вызовом спросил у Джона Сноу. — Они все называют тебя лордом. Что ты можешь нам дать? — Я дам тебе только одно, Тиметт, сын Тиметта. Жизнь для тебя и твоего племени, — Джон посмотрел в глаза громадному воину. — Если мы не пройдем через мост, ты скоро умрешь. Твои воины умрут. Твои жены умрут. Твои дети умрут. Ты доверяшь полумужу. Он тебе подтвердит. Тирион поднялся, подошел к вождю, положил руку на ему плечо. — Просто поверь ему. Поверь, что мы идем остановить врага, который идет за нами за всеми. И от него не укрыться ни за стенами самой сильной крепости, ни в пещерах твоих гор. Но если мы пройдем, после войны ты получишь столько золота, сколько унесут твои воины. Я даю тебе слово, — торжественно провозгласил Тирион. Тиметт послал за подмогой. Пока ждали прихода Обгорелых, рыцари обсуждали план атаки. — Вы хотите опять рискнуть своей жизнью, Лорд-Командующий? Драконы больше не прилетят вас спасать, — тихо спросил Давос Сиворт. Он боялся, что Джон захочет взять на себя самую опасную миссию. — Нет, сир Давос, — мрачно ответил Джон. Он понимал, о чем спрашивал Давос. Нужно было назначить того, кто поведет отряд в тыл железнорожденным. От него зависел успех нападения, их жизни и исход всей войны. Но Джон не знал, на что способны рыцари Джейме. У Джона тут не было своих людей, кроме Давоса. Но от Давоса мало толку в бою. Единственный оруженосец Джона, который оставался с ним, Нэд Флинт, погиб на "Эйгоне". Всю свою свиту, проверенных в боях с Болтоном северян, Джон отправил в Винтерфелл. Они отплыли на корабле, чтобы доставить бесценный груз — драконье стекло, необходимое для войны с нежитью. И Сандора Клигана, живое послание от Джона сестре, Сансе Старк. Корабль покинул Драконьий Камень еще до переговоров с Серсеей. Теперь Джону пришлось пожалеть о своем решении. С одной стороны, рыцари Западных земель показались ему опытными бойцами. Они были отлично вооружены. Джон не без зависти поглядывал на их латы. По сравнению с ними его собственная новенькая бригандина, изготовленная в Винтерфелле специально для поездки к королеве драконов, выглядела довольно убого. На раззолоченый доспех Джейме Ланнистера со множеством хитрых шарниров, искусно сделанный шлем с забралом, легкий и удобный, Джон даже смотреть не хотел. Таких вещей в Винтерфелле делать просто не умели. Но как рыцари Ланнистеров покажут себя в бою? Будут ли верны клятве? Пойдут ли на смерть ради победы? — Сир Джейме, кто сможет возглавить нападение на лагерь врага? — спросил Джон. Джейме и Тирион выразительно посмотрели на Бронна. — Вот дерьмо, — тихо выругался наемник. — Брат Бронн, вы пойдете с людьми вашего старого друга в лагерь железнорожденных. — Есть, Лорд-Командующий! — Бронн достал из углей картофелину и начал остужать, подкидывая в руках. — Мы будем ждать сигнал. Вы его подадите, когда выйдете на позицию. Пусть благородный Тиметт скажет, какой это будет сигнал и как его услышим мы, перед мостом. Мессир Квиберн, выдайте брату Бронну этих ваших... Как их назвать? — Свечи. Давайте называть их свечи, — предложил Джейме. — Какое образное название! — похвалил его Тирион. — Брат мой, я всегда подозревал в тебе задатки поэта. Дейнерис сидела в повозке и наблюдала за тем, как Джон строит отряд. Она почти не покидала свой экипаж весь день. Тирион посоветовал ей не вступать в переговоры с вождем Обгорелых. "Я не могу ручаться за его благоразумие," дипломатично объяснил свое предложение десница. "А нам сегодня очень нужна его помощь." Уже много лет, с того момента, как она задушила своего первого мужа, Дейнерис только и делала, что принимала решения. Она отдавала команды, посылала людей на смерть, выносила приговоры. Она привыкла не сомневаться в том, что делает и не жалеть о том, что уже сделано. Она верила в свое предназначение. Верила в то, что она живет ради чего-то великого. Она даже называла саму себя драконом, хотя и не вслух. И вдруг все переменилось. Она сидит в закрытой повозке и просто наблюдает. Вокруг нее мужчины, некоторых из которых она без колебаний казнила бы сразу, как только увидела. Ее драконы, ее дети и ее смертельное оружие — исчезли, оставили свою мать, не выдержав столкновения с неведомой силой. А она, Дейнерис Бурерожденная, осталась на попечении Джейме Ланнистера, предателя и убийцы ее отца, и бастарда Эддарда Старка, лучшего друга узурпатора. У Владыки жестокие шутки... — Леди Бриенна, я прошу вас быть с королевой, пока мы не вернемся, — отдал последнее распоряжение Джон. Он протянул леди-рыцарю пару свечей Квиберна. — На крайний случай, — шепнул он Бриенне. Затем Джон, не слезая с лошади, заглянул внутрь королевской повозки. — Моя королева, мы выступаем, — он приложил правую руку к сердцу. Джон не прикоснулся к ней за последние два дня. Похоже, он сам поверил в то, что говорил около заброшенной таверны, когда казнил Белмора. "Я Лорд-Командующий Ночного Дозора, и буду соблюдать все обеты так же строго, как и требовать этого от братьев", сказал он ей на привале, когда она хотела прижаться к нему. И отстранился, почтительно, но твердо. Влюбленный мальчик пропал. Теперь Дени видела в его глазах холод и решимость. Он готов повести людей на смерть и готов умереть сам. — Жду Вас с победой, Лорд-Командующий! — хрипловатым голосом ответила она. Джон опустил полог. Ох, как же он ей таким нравился. Дени почувствовала предательское желание между ног. Будь прокляты зима, Долгая ночь и Белые Ходоки со всеми полчищами мертвых. Она закуталась в меха и прижала колени к животу, отчего желание стало еще сильнее. Рядом сидела Миссандея, осунувшаяся и убитая горем. Если бы не она, Дени бы не сдержалась и ублажила себя прямо сейчас. "Нашла время, дура!" мысленно обругала она саму себя. "Пожалуй, за одно я могу быть благодарна Эурону Грейджою," подумала королева. "Если бы не его подлое нападение, я никогда, наверное, не увидела ТАКОГО Джона. Когда все закончится, я знаю, что сделаю. Я запрусь с Лордом-Командующим в самых тесных покоях и не выпущу его оттуда, пока... Пока..." От этой мысли ее бросило в жар, тело пронзила дрожь. Картины одна горячее другой возникали у нее перед глазами. Сейчас Дени была совершенно уверена, что все закончится хорошо. Леди Мелисандра первой намекнула, что Джон может стать не просто ее союзником. "Он молод, красив и смел", повторяла она. Дени всякий раз лишь смеялась в ответ. Но Мелисандра была настойчива. В конце концов Дени сильно разозлилась. "Кого вы мне сватаете, миледи? Какого-то немытого дикаря? Вы мне рассказывали, что он служил в Ночном Дозоре и много времени прожил с Одичалыми. Зачем мне такое существо в моей постели? Мне вполне хватило кхала Дрого! Тем более что этот ваш Джон Сноу — бунтовщик! Объявив себя королем, он восстал против короны!" кричала она. Тогда-то Мелисандра и рассказала, что Р'Глор дал ей силу, чтобы воскресить Джона Сноу из мертвых. Из этого факта, а так же из своих видений Мелисандра заключила, что Джон — Принц, что был Обещан. Так же как и Дейнерис. Что они должны объединиться и вместе победить угрозу, надвигающуюся на мир людей. Дейнерис не то чтобы ей поверила, но заинтересовалась. И когда стало ясно, что возвращение Железного трона не будет легкой прогулкой, она согласилась пригласить Короля Севера на переговоры. Она поверила, когда увидела шрамы на груди Джона. На корабле, на котором они возвращались на Драконий Камень после злосчастного похода за Стену. Конечно, он не должен был выжить после таких ранений. Но он жив. Значит, Мелисандра говорила правду. Значит, Джон действительно избран Владыкой для чего-то очень важного. А избранных лучше держать поближе, подумала тогда Дени. К тому же, Джон оказался симпатичным мальчиком. Простодушным и глуповатым, конечно. Но зато искренним и смелым. И не таким диким, как она боялась. Дени потеряла Визериона, и ей очень нужен был кто-то рядом. Однажды он взял ее за руку. И она разрыдалась. Все разочарования, которые она испытала за время войны в Вестеросе, вдруг вырвались наружу. Она совсем не играла. Она даже позволила себя поцеловать. Если бы Джон был решительнее, она бы позволила ему и все остальное. Но Джон не отличался решительностью в любовных делах. Дейнерис тогда быстро опомнилась и ушла из каюты. — Ваше величество, как вы себя чувствуете? — раздался снаружи скрипучий голос. Дени, поглощенная своими мыслями, не сразу узнала Квиберна. Тот приоткрыл полог и заглянул внутрь повозки. — Я... Я хорошо, — через силу произнесла она. — Почему вы спрашиваете? — Лорд-Командующий сказал, что вы выглядите нездорово. Он приказал мне осмотреть Вас, — почтительно ответил Квиберн. — Вы вся горите! Вы не простыли, Ваша милость? "Да, Лорд-Командующий! Я не здорова! Я заболела вашей милостью," подумала Дени. — Нет, нет. Я чувствую себя прекрасно... — Дени заставила себя собраться. — Мессир, пока мы ждем исхода битвы, не ответите мне на несколько вопросов? Забирайтесь, снаружи ведь холодно... Дени подумала, что общение с этим загадочным типом поможет ей справиться со своим желанием. Неуместным и ненужным сейчас. — Скажите, мессир... На переговорах в Драконьем Логове меня не покидало ощущение, что Серсея Ланнистер разыгрывает перед нами спектакль. Сейчас, когда обстоятельства переменились столь резко, объясните, чего она на самом деле хотела? — Вам не показалось, Ваша милость, — Квиберн залез в повозку, расположился у самого выхода. — Лорд Тирион действительно спас тогда многие и многие жизни, хотя и не так, как он думал. — Вы можете быть вполне откровенны, мессир. Ваше присутствие здесь дает вам мое прощение, в чем бы вы не участвовали прежде. — Я благодарен Вам, Ваша милость! Коро... Серсея Ланнистер с самого начала намеревалась сорвать переговоры и спровоцировать Вашу милость на штурм Королевской Гавани. Как я уже говорил, неподготовленный штурм, на который был расчет, привел бы если не к полному вашему поражению, то к непоправимым потерям вашей армии. После того, как Ее... как Серсея Ланнистер покинула Драконье Логово, Вашу свиту и Вас должны были обстрелять из засады. Ваши люди хорошо обыскали округу и расставили дозорных на всех возвышенностях, поэтому вряд ли кто-то был бы убит... Но Вы наверняка захотели бы ответить на подобное вероломство, не так ли, Ваша милость? — Вы страшный человек, Квиберн, — Дейнерис очень захотелось позвать Бриенну Тарт, которая шагала взад-вперед у повозки. — И почему же вы с Серсеей этого не сделали? — Тирион Ланнистер. Я не присутствовал при их беседе, но Ее... Серсея Ланнистер не отдала приказ после его ухода. Разумеется, она не собиралась посылать армию на север и долго объясняла мне, что нужно дождаться прибытия Золотых Мечей из Браавоса... Но она сомневалась, я это видел. На самом деле она никогда не верила Эурону. Говорила, что он не полный идиот, чтобы просто так привезти в Королевскую Гавань мощнейшую армию, после чего он сам станет ей не нужен. Я не знаю, что творилось у нее в душе, Ваша милость. Я думаю, что она все же испугалась, увидев мертвеца. Она повела себя не как королева, а как будущая мать, понимаете? — Да, наверное... Почему вы здесь, Квиберн? — Дейнерис посмотрела ему в глаза. — Эурон Грейджой наверняка достойно бы оплатил вашу присягу. — Видите ли, Ваша Милость... Я был всем обязан Ее... Серсее Ланнистер. Поэтому я не мог присягнуть человеку, который виновен в ее смерти. — Вы хотите сказать, что Серсея была убита? — удивилась Дейнерис. — Но из рассказов сира Джейме я этого не услышала... — Я не могу этого доказать, поэтому и не распространяюсь о своих догадках. Но я почти уверен, что ей помогли... не пережить выкидыш. — Почему вы так считаете? — Это странная история. Накануне смерти миледи исчезла одна из ее служанок. Тогда, после отъезда сира Джейме, многие придворные принялись спасать свои шкуры. Поэтому я не придал этому значения. Только в последний момент, выбираясь из Красного замка по подземельям, я наткнулся на обезображенное тело молодой женщины. У меня не было времени разбираться, чье это тело... Но то, как ужасно она умерла, не могло не навести на подозрения. — Боги, как же? — взволнованно спросила Дейнерис. Даже Миссандея, кажется, встрепенулась и отвлеклась от своих переживаний. — У нее не было лица, Ваша милость. Так делают только убийцы-безликие из Браавоса. Вы слышали об этой мрачной секте? — Да, конечно. В Эссосе каждый вздрагивает, когда слышит слово Безликие. — Безликие служат Железному Банку Браавоса. Тихо Несторис, который все эти дни находился в Королевской Гавани, мог воспользоваться их услугами. Вот только для чего Тихо Несторису понадобилась смерть Серсеи? Они обо всем договорились, у них не было противоречий. Менять Серсею на Эурона Грейджоя, своенравного и непредсказуемого — нелепое решение. Это еще одна причина, почему я говорю лишь о догадках, Ваша милость. У миледи было множество врагов, но никому в тот момент не была выгодна ее смерть. Даже Вам, Ваша милость. — Да, действительно. Мы были уверены, что если и не получим от нее помощи, то не получим и удар в спину... — Вот именно. Странная история, тем не менее я уверен в том, что смерть Серсеи — дело рук Безликих. — Железный Банк никогда не делает рискованных ставок, — вдруг произнесла Миссандея. И продолжила твердо и уверенно: — Железный Банк играет наверняка. Так всегда говорил мой хозяин, а он имел много дел с Браавосом. Это сделал не Железный Банк. Квиберн с интересом посмотрел на темнокожую служанку королевы. От шпионов он знал, что Дейнерис некогда то ли выкупила, то ли отобрала ее у работорговца. Она была красива экзотической красотой, свойственной уроженцам южных островов. Хозяин сначала сделал Миссандею своей наложницей, но оценил ее ум и наблюдательность и дал девушке хорошее образование. Дейнерис подарила ей свободу, но Миссандея осталась с Матерью Драконов и стала ее единственной подругой. — Но использовать лица других людей, как маски, умеют только Безликие, — возразил Квиберн.