НЕТ ПРАВИЛ В ИГРЕ ДРАКОНОВ

Ночной дозор медленно продвигался к Королевскому тракту. Число повозок увеличилось: малорослые лошади горцев, которых привел Тиметт, тащили телеги с арбалетами. Верность вновь обращенных братьев Ночного дозора решили не проверять, хотя и позволили им оставить при себе тесаки и ятаганы. Особенно охраняли повозки, груженые самым ценным грузом — свечами Квиберна. Тиметт со своими воинами тоже присоединился к походу. Он сказал Полумужу, что предпочитает быть рядом с драконами, а не ждать, когда они упадут с неба на его голову. Клятву произносить, тем не менее, он отказался. Чтобы разрядить ситуацию, Тирион объявил Обгорелых личным конвоем королевы. Тиметт надулся от гордости. Когда на привале один из его людей полез к Миссандее, вождь взял его за шкирку и утащил в кусты. Вернулся Тиметт уже один. Другой Обгорелый пошутил про красоту Бриенны Тарт. Один удар локтем, который нанесла леди-рыцарь, сломал ему челюсть. Больше с Бриенной никто не шутил. Тиметт важно шагал рядом с повозкой королевы. Он узнал от Бронна, что девушка, чья красота так его впечатлила, летает на драконе, и разбойничье сердце растаяло окончательно. Тиметт только вздыхал, когда видел ее, и бросал завистливые взгляды на Джона Сноу. Тирион смеялся, что у Джораха Мормонта появился серьезный соперник. Хорошо, что Джорах его не слышал. Кроме Бронна, который стал Первым Разведчиком, Джон Сноу произвел Джейме Ланнистера в Лорды-Стюарды, а Квиберна назначил мейстером Ночного Дозора. — Лорд-Командующий, мы не дойдем до Рва Кайлин без провизии, — объявил Джейме, пользуясь своим новым положением. — Мы потеряли очень много времени. Мы продвигаемся ужасно медленно. Армия мертвых растет каждый день. Каждый день Король Ночи поднимает мертвецов из могил, каждый день они уничтожают деревни и обращают жителей в вихтов, — ответил Джон со злостью. — Но у нас стало в три раза больше людей и больше лошадей. Припасы, которые у нас были, закончились! — настаивал Джейме. — К тому же у нас много раненых. Бросить их в лесу, Лорд-Командующий? — На нашем пути до Королевского тракта будут замки? — спросил Джон у Тиметта. — Немного в стороне. Полдня дороги будет замок клятых Андервудов, — ответил Тиметт с нескрываемым злорадством. — Наш обгорелый друг учится политике, — заметил Тирион. — Кажется, он хочет свести старые счеты чужими руками. Но других поселений поблизости действительно нет. Если я верно понимаю, где мы находимся... Давос Сиворт подтвердил его слова. — Если мы не дойдем до Рва Кайлин, мы точно не победим мертвых, — добавил он. Джон отдал приказ поворачивать к замку Андервуд. Добрались даже быстрее, чем говорил Тиметт. Ободренные мыслью о теплом ночлеге, люди напрягали последние силы. Твердыня Андервудов стояла на западном склоне гор, там, где начиналась равнина. Построенный на отвесной скале, он был практически неприступен. Горцы, вечно дравшиеся с Андервудами, ни разу не смогли его взять. С трех сторон замок окружала пропасть, только крутая извилистая дорожка вела к воротам. Было уже темно. Опять пошел снег. Королева первый раз за время всего похода потребовала лошадь. Оставив войско у подножья горы, Дейнерис, Джон Сноу с Давосом и братья Ланнистеры верхом поднялись к замку. Путь преграждал ров; перекидной мост был поднят. При свете факелов на стенах мелькали воины в полном облачении. — Кто идет в замок? — раздался голос со стены. — Здесь королева Дейнерис и Ночной Дозор! Откройте ворота! — крикнул Джон. — Я лорд Андервуд и я не знаю никакой королевы Дейнерис! — услышали они в ответ. — Мой сюзерен Роберт Аррен и он не присягал королеве из-за моря! Я не знаю, почему вы называете себя Ночным Дозором! Ночной Дозор на Стене, а Стена пала! Значит, и Дозор погиб! — Лорд Андервуд, я прошу вас... Не нужно крови... — начал говорить Джон, но в этот момент Дейнерис решительно выехала вперед из темноты. — Лорд Андервуд! Я — Дейнерис Таргариен, законная наследница Железного трона и королева Семи Королевств. Я приказываю вам открыть ворота! Если вы не подчинитесь, я буду считать вас изменником! Я уничтожу ваш замок вместе со всеми вашими людьми! — крикнула она. — Вас слишком мало, чтобы идти на штурм! — Штурма не будет, милорд! Дейнерис прикрыла глаза. Драконы ни разу еще не приближались к ней после возвращения. Они летали над отрядом, не снижаясь; временами скрывались в поисках еды. Сейчас их, как назло, опять не было поблизости. Но она снова их чувствовала, по крайней мере Дрогана. Она позвала его. Несколько минут стояла напряженная тишина. Крупные снежинки ложились на одежду, таяли в огне факелов. Раздался яростный рев, и крылатое чудовище пролетело над королевой и ее свитой. Дрогон ударил лапами по зубцам на стене, которые с грохотом развалились, схватил одного из защитников замка и бросил с высоты во внутренний двор. Сделал круг над цитаделью и снова снизился, издавая жуткие пронзительные крики. Мост начал медленно опускаться. Первым делом Бронн и Джейме разместили людей по всем помещениям замка, в которых можно было развести огонь. Обгорелых Бронн сразу же определил в конюшни. Предварительно он растолковал Тиметту, что Андервуд сам открыл ворота, а значит, замок разорению не подлежал. Убедившись, что люди устроены, командиры Ночного дозора произвели ревизию в кладовых. Квиберн осматривал раненых. У многих были ожоги; некоторые, кто оказался в воде, жаловались на обморожение. Квиберн дал распоряжения мейстеру замка и нашел Джона Сноу. — Лорд-Командующий! Пойдемте со мной. Я вам покажу нечто, что кажется мне важным, — сказал Квиберн. Квиберн подвел Джона к одному из солдат с кораблей Эурона Грейджоя. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что он родом из Эссоса. Вьющиеся темные волосы и смуглая кожа говорили сами за себя. Наемник сидел у стены, прижимая к себе слегка изогнутый меч с длинной рукоятью в черных полированных ножнах — обычное оружие воинов Вольных городов. Солдат дрожал, на лбу выступила испарина; он что-то бормотал на незнакомом Джону языке. — Он из Пентоса, — сказал Квиберн. — У него сильнейший жар. Он бредит. Вероятнее всего, он не доживет до утра. — Что с ним? — спросил Джон. — Холод, Лорд-Командующий. Я думаю, он никогда прежде не оказывался на таком морозе. — Давос говорил мне, что наемники Станниса тяжело переносили пургу, в которую они попали по пути в Винтерфелл... — Но тогда еще не началась Ночь. И было не настолько холодно, как я понимаю? — Да, не настолько. Но почему вы сказали, что это важно? — Дотракийцы, милорд. Они тоже никогда не видели снег, не испытывали холод и не оставались совсем без солнца. В Эссосе, даже когда приходит ночь, можно уйти на крайний юг. Орда всегда так и поступала. — Вы хотите сказать... — Да, Лорд-Командующий. Вы рассчитываете найти у Рва Кайлин огромную армию. Я должен вас предупредить, что ваши расчеты могут оказаться неверными. Джон вздрогнул. Ему несколько раз приходило в голову то, что Квиберн произнес вслух. Всякий раз он гнал от себя эту мысль. Сейчас, глядя на умирающего наемника, он осознал ужасающую правду. Люди лорда Андервуда, понурив головы, выносили из амбаров и грузили на телеги сухари, ячменные лепешки и сушеную рыбу, которая заменяла здесь вяленое мясо. "Мы возьмем ровно столько, сколько нужно, чтобы дойти до Рва Кайлин", пообещал Джейме кастеляну замка, но Бронн явно решил перестраховаться. На телеги и в седельные сумки лошадей набили столько провизии, сколько там могло уместиться. Лорд Андервуд, сухой старик с длинными седыми волосами и аккуратной бородкой, молча наблюдал за опустошением его кладовых из окна большого чертога. Дейнерис и Миссандея грелись у очага. Бриенна Тарт стояла рядом, не выпуская из рук рукоять меча. Бриенна старалась не встречаться с Джейме Ланнистером; Джейме предпочитал держаться подальше от королевы. Поэтому Бриенна так и осталась с Дейнерис, после боя за Аркольский мост, перед которым Джон приказал ей охранять Ее Величество. — Милорд, я знаю, что вам трудно понять... — Тирион подошел к хозяину замка. — Но война, которая началась на Севере, заставляет нас предпринимать экстраординарные меры... — Миледи! — обратился Андервуд к Дейнерис, перебив Тириона. — Вы можете казнить меня, но послушайте, что я вам скажу. Ваши драконы — грозная сила. Вы можете плевать на законы и обычаи этой страны, когда у вас есть драконы. Но кто пойдет за вами в Семи Королевствах? Вы вломились в мой замок во главе сборища из беглых Ланнистеров, пиратов и дикарей. Они будут опорой вашего трона? Власть без почтения, основанная на одном лишь страхе, не будет прочной! — Лорд Андервуд! — Тирион набрал воздуха в легкие, намереваясь разразиться гневной тирадой, но Дейнерис жестом руки остановила его. — Лорд Андервуд прав. Мы ведем людей на самую страшную битву, которую только видел мир. Те, кто пойдут на смерть, должны знать, ради какой жизни они жертвуют собой. Милорд, в замке есть септон? — спросила Дейнерис после некоторой паузы. — Да, есть... — растерялся Андервуд. — Прикажите позвать его, — распорядилась Дейнерис. Лорд Андервуд махнул рукой слуге, стоявшему у дверей. Тот убежал выполнять распоряжение. — Ваша милость желает помолиться? — осторожно спросил Тирион. В его лице удивления было не меньшее, чем у лорда Андервуда. — Нет, — Дейнерис встала, торжественная и вдохновенная. — Я желаю сделать то, что должнО было сделать давно. Сразу, как я вернулась на землю моих предков. Дейнерис подошла к Миссандее и сняла обод, державший ее волосы — серебряную вещицу тонкой работы, украшенную головами драконов. — Милая, я заберу твое украшение. Обещаю, что подарю тебе другое, как только смогу, — Дейнерис поцеловала свою наперсницу. — Я всегда к услугам моей королевы, — растерянно произнесла Миссандея и склонилась перед ней в глубоком реверансе. В зале появился септон замка. Это был лысеющий толстяк с простодушным, даже наивным лицом. Он испуганно хлопал глазами и смотрел попеременно то на Дейнерис, то на своего лорда. — Как вас зовут, святой отец? — Н-невилл, — заикаясь, пролепетал септон. — Как ты разговариваешь с королевой? — рявкнул на него Тирион. — В-ваша милость, — добавил септон Невилл и бухнулся на колени. Лорд Андервуд поморщился, но смолчал. Дейнерис жестом руки велела Тириону перестать. Подошла к септону и подняла его с колен. — Я хочу попросить вас совершить один обряд, святой отец, который вы вряд ли когда-то совершали. Если вы не помните деталей этого обряда, то в замке находятся несколько человек, которые знают его до мелочей, — Дейнерис посмотрела на озадаченного Тириона. Джон проснулся оттого, что во дворе зазвонил колокол. Он не помнил, как заснул. Он обходил замок, потом присел у очага в нижнем зале среди солдат. Почувствовал, как тепло от огня растекается по телу, прислонился к нагретой стене и тут же провалился в сон. Джон сбросил меховой плащ, которым кто-то его накрыл, схватил меч и бросился во двор. Там уже были Бронн с Джейме, Джорах Мормонт и Давос. Отовсюду выбегали дозорные с оружием на изготовку. В стороне стоял лорд Андервуд, весь облик которого воплощал собой крайнюю растерянность. За ним стоял его сын, высокий сухопарый юноша. Двор был освещен множеством факелов. Особенно много огней горело у скромной септы, потерявшейся в самом дальнем углу двора. На ней и гудел колокол. Рядом с входом стоял знаменосец с черным знаменем Ночного Дозора в руках. В дверях септы появился Тирион с факелом. Он быстрым шагом прошел по заполненному людьми двору, заглядывая в лица ничего не понимавших воинов. Джон заметил, что Лорд-Десница необычайно серьезен. — Расступитесь! Отойдите! Дайте место, — говорил Тирион, освобождая таким образом площадку перед септой. Джон хотел было спросить у него, что происходит, но в этот момент из дверей септы вышла Дейнерис. На ее плечах был черный плащ. Джон никогда не видел на ней черных одежд. За спиной Дейнерис показался толстяк в белой рясе септона, подпоясанный семью разноцветными веревками. Толстяк встал рядом с Дейнерис и поднял над ее головой тонкий серебристый обруч. — В-властью, д-данной мне... — начал он и запнулся. Откашлялся, вдохнул полной грудью и продолжил, вдруг сильным и торжественным голосом. — Властью, данной мне Семерыми, я возлагаю на эту женщину корону Семи Королевств. Пусть Воин одарит ее отвагой и даст ей защиту в эти гибельные времена! Пусть Кузнец одарит ее стойкостью, чтобы нести эту тяжкую ношу! Пусть Старица укажет предназначенный ей путь и убережет ее во тьме, которая ждет ее впереди! Дейнерис из дома Таргариенов, клянешься ли ты, пред светом Семерых, заботиться и защищать всех своих подданных, как Отец заботится и защищает своих чад? — Я, Дейнерис Бурерожденная из дома Таргариенов, пред светом Семерых клянусь беречь мир и охранять покой во всех землях, вверенных мне волею богов. Я клянусь препятствовать несправедливости и сражаться за правду. Я клянусь даровать правосудие каждому, кто в нем нуждается. Я клянусь быть милосердной к заблудшим. Я клянусь вернуть благоденствие во все земли, которые боги поручили моей заботе! — Раньше такого не говорили, — заметил Джейме Ланнистер. — Теперь я провозглашаю Дейнерис из дома Таргариенов, первую своего имени, королевой андалов, ройнаров и первых людей и защитницей государства! Септон опустил ободок, который держал в руках, на голову Дейнерис. — Да правит она долго! — провозгласил он. — Да правит она долго! — крикнул Джон Сноу. — Да правит она долго! — грянуло во дворе замка. Дейнерис сделала два шага вперед, подняла руку. Все затихли. — Мы намеревались принять корону у трона, созданного моим великим предком Эйгоном. Но великая война не дает возможности сделать все по правилам. Сегодня мы выступаем на страшный бой. Мы желаем, чтобы люди Семи Королевств знали, каким будет мир после нашей победы. Дейнерис сделала паузу. Все затаили дыхание. — Сейчас, в эту торжественную минуту, мы клянемся перед ликами Семерых. Мы клянемся перед Старыми Богами и перед Утонувшим Богом. По рядам железнорожденных пробежал гул одобрения. — Войны великих домов поставили Семь Королевств на грань гибели. Мы, королева Дейнерис, провозглашаем, что больше не будет армий гранлордов. Во всем Вестеросе будет только одна армия — Ночной Дозор, который будет защищать всех подданных Железного Трона! Мы провозглашаем, что все благородные лорды и рыцари Семи Королевств отныне получат право иметь постоянных представителей перед короной. Они будут иметь возможность говорить от их лица в особой палате — Палате Лордов, и корона будет выслушивать их мнение и просить их одобрения для введения новых налогов и повинностей, объявления войны и заключения мира. Мы провозглашаем, что во всех землях, вверенных нам богами, будет только один суд — суд короны. И каждый подданный короны получит правосудие и защиту по одному закону, единому для всех Семи Королевств. Отныне мы провозглашаем себя не первой среди равных, а королевой всех свободных людей Вестероса! Тирион поглядывал на Дейнерис с некоторым самодовольством. Он вспомнил их разговоры о будущем устройстве Семи Королевств, которые они вели во время долго пути из Миэрина в Вестерос. Тириону всегда казалось, что она вполуха слушала проекты, которые он излагал, и больше интересовалась тонкостями отношений между великими домами. Оказалось, что он недооценивал свою королеву. Она все запомнила. — Ура королеве Дейнерис! — провозгласил Тирион. — Ура! — кричали все. Кричали Джон Сноу и Джейме Ланнистер, Давос Сиворт и Бронн, лорд Андервуд и Тиметт, сын Тиметта, рыцари Западных земель и железнорожденные. Глаза молодого Андервуда сияли от восторга. Дейнерис подошла к знаменосцу, взяла у него черное знамя Ночного Дозора. — Отныне у Семи Королевств будет одно знамя — знамя Ночного Дозора! — срывающимся голосом воскликнула она. — А теперь клянитесь на этом знамени, с которым мы пойдем на бой за всех живых! Клянитесь в верности не дому Таргариенов, но государству! Тирион первым преклонил колено и поцеловал знамя. — Быть может, вам и правда удастся сломать колесо, — тихо сказал он королеве. Дейнерис посмотрела на карлика с нескрываемым превосходством. Драконы один за другим пролетели над замком. Их крики словно подтверждали слова Лорда-Десницы.