НЕТ ПРАВИЛ В ИГРЕ ДРАКОНОВ

Лезть в пасть к дракону Джон не собирался. Да и сами драконы в окрестностях Рва Кайлин еще не появлялись. Но ему нужно было время, чтобы прийти в себя. За несколько минут произошло слишком многое, чтобы принимать хоть какие-то решения. Джон спустился во двор старой крепости. Велел привести коня. Жестами показал, что его не нужно сопровождать и выехал в северные ворота Рва Кайлин. Морозный ветер холодил лицо и прочищал голову. Способность думать понемногу возвращалась. "Дейнерис можно посадить под замок. Джейме и Ночной дозор поддержат, скорее всего. Обмороженные дотракийцы попробуют сопротивляться, но дикий огонь их напугает так же, как и железнорожденных. Но если Квиберн прав насчет третьего дракона? Наделать стрелометов, про которые он говорил? Бесполезно, в пургу и метель... Значит, нужно признать рассказ Рида выдумкой. И навсегда остаться лордом Сноу. Дейнерис остынет и поймет. Без нее не справиться. Иначе все умрут." Мертвый дракон... Началось ведь с его идеи. Тогда все казалось так просто... После королевского ужина Джон остался наедине с Тирионом. Лорд-десница очень сильно напился и в очередной раз рассказывал, как дракон испепелял войско его брата. Люди не успевали разбегаться, говорил Тирион. "А мертвяки разбегаться не будут," подумал Джон. Он уже получил послание от Брана, своего брата-калеки, который много лет считался погибшим. Тот увидел полчища мертвых совсем близко от Стены, у Восточного дозора. Бран вернулся из-за Стены, когда Джон уже был на Драконем Камне. Санса писала, что у Брана то ли появились способности вселяться в сознание птиц и зверей и видеть прошлое, то ли их брат подвинулся рассудком. Санса склонялась ко второму варианту; но Джон встречал за Стеной людей, которые могут видеть глазами птиц. Он поверил Брану. Дейнерис в те дни сама стала расспрашивать о воинстве мертвых. Джон решил, что его упорство принесло свои плоды и она готова ему поверить. На Королевском совете он произнес пламенную речь о том, что Дейнерис может разом изменить отношение к себе во всем Вестеросе. Из заморской завоевательницы превратиться в спасительницу Семи Королевств. Истребительницу самой тьмы. Надо только слетать за Стену и выжечь мертвых. Драконы ведь в небе; мертвяки и Иные ничего им не сделают. Только жги. И уж тогда-то Север во главе со своим королем непременно склонится перед избавительницей. И не только Север, вероятнее всего. Тирион кричал и топал ножками. Варис ("двуличная тварь!") вставал на колени. Они пытались ее отговорить. Дейнерис объявила, что она готова отправиться спасать свой народ. Но Джон должен быть там тоже и предоставить прежде королеве доказательства, что мертвяки существуют и все его рассказы — не выдумка. На корабле, пока шли на Север, Давос уверял, что она не прилетит и что они попусту теряют время. Джону тоже не верилось. Но ящики с драконьим стеклом стояли на пирсе на Драконьем Камне. Оруженосцев Джона королева оставила как заложников. Поэтому по прибытии он велел отправить ворона с известием о том, что они добрались. В Восточном Дозоре обнаружилась странная компания безумцев, которые пришли сражаться с мертвыми добровольно. Джон с большим удивлением узнал среди них Пса Клигана, который несколько свихнулся на собственном предназначении спасти мир. Безумцев, которые называли себя Братство Без Знамен, отправили за Стену ловить доказательство. По словам командира крепости, поблизости бродило много вихтов, отбившихся от воинства Короля Ночи. Мертвяка скоро приволокли. К удивлению Давоса, Дейнерис прилетела. Она посадила Дрогана на заснеженный пляж вдали от замка. Ей предъявили вихта. Кажется, она была шокирована. Был составлен план. Джон идет на разведку с конным отрядом. Находит скопление мертвяков и возвращается в Восточный Дозор, чтобы объяснить королеве, где их искать. Если отойти по суше будет невозможно, отряд Джона сможет вернуться на корабле, который отправился в устье близлежащей реки. Королева летит с тремя драконами и сжигает всех тварей к той самой матери. Вышло хреново. Как только они вышли за Стену, началась пурга. Джон приказал спешиться. Они вели коней под уздцы, когда перед ними возникло полусгнившее чудовище — медведь с синими глазами. Лошади вырвались и умчались прочь. Медведя кое-как завалили. Пурга закончилась. Люди Джона обнаружили, что находятся на расстоянии не больше трех полетов стрелы от орды мертвых, которая ползла прямо на них. Отряд смог добраться до реки, где ждал корабль. Заняли оборону на крутой скале на берегу. Лед был тонкий, его поломали. Мертвые лезли наверх друг по другу, напарывались на копья с наконечниками из драконьего стекла, валились недвижимые вниз или тонули в воде. Но лезли и лезли. Драконье стекло ломалось, силы заканчивались, хотя люди и сменяли друг друга. Несколько разведчиков погибли. Корабль болтался в море совсем рядом, но шлюпки не могли подойти к берегу из-за волны и сильнейшего ветра. Тут появились драконы. Потом ему рассказали, что Дейнерис узнала про вернувшихся к Стене лошадей и немедленно поднялась в небо. Джон смотрел, как три дракона сжигают вихтов сотнями и думал, что мечтал о такой картине с того самого ужасного дня, когда впервые увидел их. Огнедышащие монстры зависали над нежитью и выбрасывали потоки пламени, уничтожая за раз сотни тварей. Драконы были прекрасны. И драконья всадница была прекрасна. Казалось, еще немного — и угроза, нависшая над миром людей, исчезнет. На скалу на противоположном берегу реки поднялся Великий Иной. Он дождался, пока один из драконов приблизится к нему, и метнул копье. Дракон издал пронзительный крик, пролетел еще приличное расстояние, проливая на мертвяков фонтаны крови, и с грохотом упал в реку. Дейнерис на Дрогоне ринулась на Короля Ночи. Тому подали новое копье. Дрогон смог увернуться. Дейнерис больше рисковать не захотела. Тем более что еще один дракон улетел восвояси, как только увидел гибель сородича. Она села рядом со скалой и дала возможность людям Джона погрузится на шлюпки, которые пробились к берегу через волны. Дрогон несколько раз выпустил пламя, испепелив рвавшихся к скале мертвецов. Джон до последнего рубил уцелевших вихтов, пока разведчики залезали в шлюпки. В последней момент какая-то дохлая тварь полоснула его по ноге. Джон упал и скатился в ледяную воду. Сандор Клиган успел его вытащить. От обжигающего холода Джон сразу же потерял сознание. Как они добрались до Восточного Дозора, он не помнил. "Тирион прав. Дракон со всадником — во много раз сильнее и полезнее в бою. Вряд ли Визерион погиб, если бы им управлял человек. Если мертвецов встретят два объезженных дракона, шансы на победу действительно вырастут многократно. Но оседлать дракона может только Таргариен по крови..." думал Джон. "А что если Рид не врет? В самом деле, зачем было сочинять такую невероятную сказку? Что если он, Джон Сноу, вовсе не сын своего отца? Если он — сын наследного принца Рейгара Таргариена?" Поверить в такое Джону было сложно. Но чем дальше, тем больше ему казалось, что услышанное сегодня — правда. Джону вспомнил свое грустное детство, бесконечные унижения от мачехи, свою беспросветную тоску. Позорную кличку "Лорд Сноу". Службу в Ночном Дозоре, как он чистил выгребную яму, а Аллисер Торн смотрел, руки в боки, и ухмылялся. Ненависть в глазах оруженосца Олли и острую боль в груди, когда кинжал вошел в его сердце. Бездонную мглу, в которую он провалился. "Не зря же Красная ведьма воскресила меня! И она же тоже говорила, что я избран. Что я Принц, что был обещан. Может быть, ее надо было понимать буквально? И это послание от нее... Не могли же они с Ридом договориться... Птички, птички-невелички, Что ж вы не летите По небу ко мне?" вспомнил Джон детскую песенку, думая о драконах. Где их носило, не представляла даже сама Дейнерис. Тирион предполагал, что драконы улетали к морю, охотились за рыбой или за тюленями. В окрестностях Королевского Тракта поживиться им было нечем. Как сделать, чтобы драконы прилетели, Джон не понятия не имел. Их могла бы призвать Дейнерис, но она точно не станет делать это просто так. Даже если бы он и согласился пойти на самоубийственный опыт. Значит, нужно возвращаться в замок и преклонять колени... Перед кем? Его возлюбленной королевой? Родной теткой? Или уже самым опасным его врагом? Внезапно конь под Джоном заржал и встал на дыбы. От неожиданности Джон вылетел из седла. Первое, что он увидел, отряхнув снег с лица, были два огромных красных глаза. Вглядевшись в темноту, Джон понял, что перед ним стоит Призрак. В залу, где осталась Дейнерис, вернулись Тирион и Джорах Мормонт. Королева сидела на стуле, который изображал трон. По ее неестественно прямой спине и неподвижному лицу можно было догадаться, что она всеми силами хочет скрыть волнение. Только руки ее выдавали: она держала их, сцепив, по обыкновению, на животе. Но все время то сжимала, то разжимала пальцы. Мрачные дотракийцы стояли вокруг. — И где наш лорд Джон? — крикнула Дейнерис, едва завидев входящих. Мормонт с поклонами прошмыгнул мимо и спрятался за ее спиной. Тириону пришлось отдуваться одному. — Поехал искать драконов, я полагаю, — сказал Лорд-Десница. — По воле Вашего Величества. — Вы пришли сюда, чтобы посмеяться над своей королевой? Что ж, мы не удивлены. Ваша преданность давно вызывала сомнения. Послушайте, Тирион, а может быть, это вы все подстроили? — Простите, Ваше Величество... — Тирион выпучил глаза. — Вы же так нахваливали этого Джона Сноу! И вы предложили пригласить его на Драконий Камень, — голос Дейнерис становился все звонче и звонче. — Потом придумали переговоры со своей сестрой, из-за которых мы потеряли армию и флот... Тирион, может быть, вы вместе с лордом Сноу и этого Рида подговорили? — Ваше Величество, простите, но чем я дал повод так думать... — Тирион прижал руку к сердцу, поклонился, стараясь не смотреть королеве в глаза. — Кстати, этот Рид уже взят под стражу? — надменно спросила Дейнерис. — Ваше Величество, но вы не отдавали такой приказ... — Значит, вы плохо нас слушаете, Лорд-Десница! — Дейнерис опять перешла на крик. — Идите и схватите бунтовщика! — Простите, Ваша милость, но я бы предложил не делать сейчас... резких движений, — мягко сказал Тирион. — Все очень напряжены... — Что? Что вы сказали? — Дейнерис вскочила, подлетела к Тириону. — Вы хотите сказать, что не исполните волю своей королевы? Или что кто-то еще не исполнит волю королевы? Дейнерис нависала над карликом. Ее лицо горело от гнева. Тирион невольно оглянулся на дверь. Джейме шел за ним, но Тирион остановил брата. Он предполагал, что застанет королеву в расстроенных чувствах, и подумал, что один вид Джейме может толкнуть ее на необдуманные поступки. Тирион был рад, что брат и его люди стоят под дверью и придут ему на помощь. В крайнем случае. — Ваша милость, прошу вас, выслушайте, — Тирион сделал пару шагов в сторону. — Мы в очень непростом положении. У всех нервы на пределе... Давайте дождемся возвращения лорда Джона. Думаю, у него хватит благоразумия самому... дезавуировать эту скользкую тему. Дейнерис прошлась по залу, уселась на свое место. — Лорд Тирион, — произнесла она торжественно. — Если вы немедленно не отправитесь исполнять волю своей королевы, мы будем считать вас изменником! И поступим с вами, как с изменником! Тирион решил больше не спорить и, пятясь и кланяясь, покинул залу. — Мальчик, пришел! Иди ко мне, — позвал Джон. Огромный волк, ростом почти с лошадь, ткнулся мокрым носом ему в щеку. Джон хотел обнять лохматого друга (или, точнее, повиснуть на его шее), но Призрак сделал несколько шагов назад. Остановился и посмотрел на Джона, словно звал его за собой. Джон давно уяснил, что лютоволку нужно доверять. Он попробовал свистнуть лошадь, но ее и след простыл. Джон выругался и пошел за Призраком, проваливаясь по колено в снег. Через полчаса Джон увидел впереди огонек. Присмотревшись, он разглядел запряженные тройкой сани. Лошади быстро несли их прямо к Джону. Джон схватился за меч, но заметил, что лютоволк, всегда чуявший опасность, спокоен. Когда сани приблизились, Призрак даже вильнул хвостом. Лошади испуганно хрипели, почуяв зверя. С саней слез толстый человек и упал, завалившись на бок в глубоком снегу. — Сэм? — неуверенно спросил Джон. — Ты? — Да, это я. Здравствуй, Джон, — еще более неуверенно ответил толстяк, поднимаясь на ноги. — Бран знал, что мы найдем тебя не в замке. И мы нашли. Он говорил, будто извинялся за что-то. Сэм Тарли. Нелепый толстяк, который принял присягу Ночного Дозора вместе с Джоном. Он стали больше, чем самыми близкими друзьями. И даже больше, чем братьями. Они вместе тянули лямку новобранца и вместе готовились умирать перед битвой с Одичалыми. Рассказывали друг другу о своих первых женщинах, делили последнюю лепешку в походах. Именно Сэм помог Джону стать Лордом-Командующим Ночного Дозора. Не было для Джона человека роднее, чем Сэм. Джон обнял его и тут же заметил человека, лежавшего в санях. Подошел ближе. — Боги... Бран! — воскликнул Джон Сноу и кинулся к брату, которого не видел столько лет. — Джон. Хорошо, что мы встретили тебя здесь, — сказал Бран. Джон отшатнулся. Голос, который он услышал, не мог принадлежать юноше намного младше него. Это был голос человека, который знает настолько много о мире и о людях, что уже не может и не хочет выносить такую тяжесть. Голос мертвенно спокойный и отстраненный. Голос человека, который давно умер. — Бран... Я так счастлив, — Джон попытался изобразить радость от встречи, но у него не получилось. — Я не Бран, также как и ты не Сноу. Ты уже знаешь про своих родителей... — заговорил Бран, и у Джона мороз по коже пробежал от его слов и от его замогильного голоса. — Откуда... — начал Джон, но Бран оборвал его. — Все это неважно, кроме одного: ты должен стать драконьим всадником. Великий Иной поднял дракона, которого ты ему привел. С его помощью Иной разрушил Стену. Мощь дракона оказалась сильнее древней магии, которая скрепляла Стену. Вихтов больше ста тысяч. Завтра они уничтожат Последний Очаг. Через четыре дня они дойдут до Винтерфелла. Иной становится сильнее с каждой жизнью, которую они забирают. — Почему они пошли на Винтерфелл, а не на Белую Гавань? — спросил Джон. — Ему нужен я. Он боится только драконов, иначе он давно прилетел бы за мной. Он пытается увидеть, где они. Я его сдерживаю. Пока могу. Если он обратит меня, он сможет видеть все, что происходит в мире. Дейнерис одна с ним не справится. Его дракон сильнее. Вдвоем на двух драконах вы сможете попытаться. Тогда появится шанс. Бран ни разу не изменился в лице, его голос ни разу не дрогнул, пока он рассказывал все это. Потрясенный Джон хотел задать сто вопросов, но не мог произнести ни звука. Он хотел попросить объяснить каждое сказанное слово, но лишь хватал губами морозный воздух, словно выброшенная на берег рыба. — Бран может видеть все, что случилось когда-нибудь, — пояснил Сэм и нелепо улыбнулся. — Он теперь Трехглазый Ворон. Джон посмотрел на Сэма как на помешанного. Да и сам он чувствовал себя не вполне нормальным. — Но драконы неизвестно где, — выдавил Джон. — Только их мать может их призвать. — Ты тоже можешь, — сказал Бран.