Безобразная фальшивка

      Они с Морти около месяца таскались по галактике Гарлблоб. Так долго они обычно не путешествовали. Рик гадал, сколько сможет продержаться тот отстой-робот — как он прозвал его про себя, подменяющий Морти, пока они с пиздюком окунуться в настоящее приключение. Санчезу не хватало постоянного спутника. Не так, чтобы сгонять туда и обратно и переживать о времени, слушая нытьё Морти. А чтобы забыть обо всём и пролететь вместе на тарелке столько, сколько они смогут.       Сначала Рик искал изотоп Плутония-256, о котором уже не первый год шёл слух на самых пропащих планетах Гарлблоба. Потом они с Морти увлеклись ловлей космических китов, в результате чего стартовали в заезде самой крупной гонки столетия — Китовом разбое. Более десяти тысяч участников записались на гонки. Рик, как и всегда, жаждал победить любой нечестной ценой. Морти в очередной раз ныл, что они умрут, и дед их просто ненавидит. На сверхскорости они пронеслись несколько галактик, по пути сшибая и взрывая чужих китов.       — Эти киты, Морти, просто охуенно быстрые! Они первые заселили космос, и они могут развивать огромные скорости. Но самое главное они используют для перемещения червоточины.       — Какие ещё червоточины? — кричал Морти, крепко держась за приборную доску. Перед глазами словно расступались звёзды, скорость казалась ненормальной.       — Вот такие! — крикнул Рик. Кит словно нырнул в туннель. Звёзды вдруг стали синими, они стремительно приближались. Морти казалось, что кит вместе с кораблём вот-вот столкнутся с одной из них. Он оглянулся и увидел, что те звёзды, которые они оставили позади, стали красными. Свет будто обтекал кита и их корабль. Морти странно себя чувствовал, будто был обдолбан. Стало страшно, а потом вдруг всё померкло, весь свет исчез, и только где-то впереди маячила всего одна светящаяся точка.       — Что это, Рик?! — истерически закричал Морти. — Что это такое…       Смит широко распахнул глаза, сердце его бешено билось. Он до боли сжал рукой край приборной доски. Ладонь вспотела и норовила соскользнуть. Морти перевёл взгляд на Рика, тот выглядел так, будто не видел в своей жизни ничего лучше. Это ещё больше напугало Смита. Потом кит словно вынырнул откуда-то и они вместе с ним. Морти понял, что, наконец, стал слышать; из-за страха он и не заметил, что какое-то время был оглушён. И первым, что он услышал, был смех Рика. Ужас, который всё это время Морти испытывал, чуть отпустил. Его мелко трясло, он тяжело дышал.       — Что это мать твою было?! — заорал он. — Почему было так темно?! Где мы были?       — А это было то, что заставит всех их пососать, Морти! — весело сказал Рик, не замечая состояния внука.       — Что это за блядские туннели, Рик?       — Это охуенная вещь, Морти. Околосветовая скорость света. Нет ничего быстрее скорости света, Морти. И мы почти приблизились к ней. Эти киты просто фантастические.       — А если бы было? — тупо спросил внук, никак не реагируя на фанатизм Рика.       — Тогда бы мы вышли за пределы вселенной, но это в любом случае невозможно.       — Почему? — тупо спросил внук лишь бы за тем, чтобы спросить хоть что-то. Ему всё ещё казалось удивительным, что он слышал и видел. Его руки по-прежнему мелко дрожали.       — Ты, что меня не слушал, Морти?! — возмутился Рик. — Нет ничего быстрее скорости света!       — А что там за пределами вселенной? — вдруг спросил Морти и посмотрел на Рика. — Там темно? Как, когда мы были в этой червоточине?       — Нет никакого там, Морти, — раздражённо сказал Рик.       — Но ведь там другие вселенные, разве нет?       — Ты ведь не думаешь, что они кучкуются на одной улице как дома в каком-нибудь Ноттинг Хилл? — насмешливо спросил Рик.       — Но ведь у всех параллельных вселенных есть координаты. Разве это не значит, что они находятся в каком-то пространстве?       — Это условное пространство, Морти, — сказал Рик, — такое же, как мнимые числа.       — Ясно, — сказал внук, хотя по его лицу было понятно, что ничего ему не ясно.       — Ох, Морти, тебе, в самом деле, стоит заняться образованием, — сказал Рик, отхлёбывая из своей фляги. Он взялся за штурвал и подал киту импульсы с помощью кнопок и рычагов.       — Рик, ему же больно, — с жалостью сказал Морти, смотря на кита впереди их тачки.       — Больно? Да ты охренел, Мо-эээ-рти! Ты вообще не слушал, что я тебе говорил? Ему не больно, он кайф ловит! Смотри, смотри, — Рик схватил внука за шею и прижал его к лобовому стеклу. — Видишь, ему охуенно там?       — Он стонет! Ему больно! — запротестовал внук.       — Ага, как же, — фыркнул дед. — Больно ему. Он кончает, Морти, дурья твоя башка.       — Что? — глаза внука полезли на лоб.       — То! Чем крупнее особь, тем дольше оргазм. А ты думаешь, дорожка позади нас от чего? От следов шин на дороге? — заржал Рик.       Морти посмотрел назад, и увидел, что за из кораблём тянулась дорожка чего-то белого.       — Это что… его с-сперма? — заикаясь спросил внук.       — Сперма, конча, спущенка. И это очень полезно, Морти. По этому следу идёт самка. Она следует за самцом, на её животе есть специальный мешок, в который вся эта прелесть собирается и оплодотворяет её яйца.       — Яйца? — тупо спросил Морти. — Они размножаются яйцами?       — Нет, они живородящие, просто внутри мешка спрятаны яйца. Сейчас сезон спаривания. Поэтому, кстати, заезд на китах проводят раз в сто лет.       — Это какое-то извращение, — сказал внук, хмуро смотря на кита.       — Это охуенный способ размножаться, Морти. Кит кончает от своей невъебенной скорости, а самка в попытке догнать его, собирает производство его крутости, — Рик заржал. — Биология, мать её.       — И долго он так будет?       — Долго, посмотри на его размеры. Знаешь, сколько свиньи оргазм испытывают? Знаешь?       — Нет, — покачал головой, Морти.       — Чему вас только в вашей тупой школе учат. Тридцать минут, Морти. А люди? Несколько секунд. Так что мы на его спермаке, — Рик кивнул на кита, — до самого конца доедем. Вот блядь! — вдруг резко крикнул Рик. — Эти трахнутые ублюдки используют кристаллы с Джарбсорба.       — Зачем?       — Затем, чтобы яички кита вырабатывали больше спермы, конечно! Ты посмотри только! Посмотри на его грёбаный хвост! Он ведь сейчас взорвётся! — почти восхищённо сказал Санчез. — Нет уж, хуй вам, а не глазмабрский тессаракт!       Морти с ужасом смотрел на соперников, чей кит извивался в путах, словно бился. При этом его хвост норовил ударить по кораблю.       — Сейчас мы им устроим, — сказал Рик. — Держи, — он передал ему какую-то коробку. — Давай, сука, давай! — повторял Санчез, ковыряясь в проводах корабля.       — Р-рик, они, кажется, хотят в нас чем-то выстрелить, — сказал Морти, смотря на соседей, которые неслись с той же скоростью, что и они, при этом их кита заносило на поворотах. Сбоку корабля соперников появилось огромное дуло. И если бы не опасность, сопряжённая с этим странным агрегатом, Морти бы оценил всю комичность ситуации. Пушка походила на те, что использовались на боевых фрегатах прошлого века. Пока Смит раздумывал, Рик прикрутил к коробке в его руках два провода.       — Когда скажу три, нажимай на кнопку, Морти! — закричал Рик. Смит с силой сжал коробку в руках. Санчез надавил на газ, снова подав сигналы киту, и тот ускорился. — Отлично, ещё одна червоточина! — воскликнул Санчез, смотря на приборную доску. — Через раз…       — Рик, они догоняют!       — Заткнись, Морти! Не мешай считать. Два! — Рик, сосредоточенно смотрел на пищащую точку на дисплее. Потянул рычаг на себя.       Смит прижался носом к стеклу, вокруг появились другие корабли, наконец догнавшие их.       — Три, Морти! ЖМИ! — заорал Рик. Смит зажмурился и с силой вжал кнопку. Тут же он почувствовал секундный рывок, а потом новый туннель втянул их в себя.       Морти очнулся, когда понял, что они сели. Он трясущимися руками открыл тарелку и буквально вывались в руки скандирующей толпе.       — Да, пидарасина! — кричал Рик. — Да! Рик и Морти!       — Мы победили? — спросил он неверящим тоном.       — Конечно, победили, пёс! — сказал Санчез, подходя к нему и обнимая за плечи.       Смит чувствовал себя так, будто его пропустили через мясорубку. На вручении глазмабрского тессаракта он нервно улыбался, пожимал чьи-то склизкие конечности и позировал для фотографий. Потом брали интервью, где Рик со свойственной рикхаризмой обозвал всех мудаками и успел подраться с оператором. Морти наблюдал за этим со смирением. Когда их, наконец, выпустили, Санчез закинул награду в тачку и потянулся, хрустя спиной.       — Теперь можем завалиться куда-нибудь и отметить, — сказал он довольно. — Как тебе идея?       — Может, лучше вернёмся домой? — с надеждой спросил Морти.       — Да ты охуел, Морти! Мы выиграли столетние игры. Ты прикинь как это охрененно! Да нас на этой планете везде примут с распростёртыми объятиями! Все новостные каналы только о нас.       — Тогда можно я пойду в гостиницу? — с надеждой спросил внук. — Я устал и хочу есть.       — Ладно, пиздюк, — с неохотой согласился Рик. — Идём, вон пожрём чего, потом устрою тебя на ночлег, а сам оттянусь.       — Идёт, — согласился Морти.       Они оказались у большой двухэтажной закусочной с названием Флешбэкбургеры. Рик на входе показал карту участника заезда. Их тут же сопроводили к столику с видом у панорамного окна. При этом все посетители таращились на них, явно желая подойти и взять автограф. По телевизору над баром, располагающимся в глубине ресторана, крутили ролик, где Рик съездил по роже оператору.       — Я думал это забегаловка типа фаст-фуд, — сказал Морти, садясь за стол и оглядываясь на нехарактерный интерьер для кафе с быстрым обслуживанием.       — Так и было, — сказал Рик. — Но ей уже несколько тысяч лет. Со временем такие заведения приобретают статус ресторанов.       — Наши макдаки тоже могут стать ресторанами? — недоверчиво спросил Морти.       — За тысячелетие большинство забегаловок и ресторанчиков закроется, тогда тот же Макдональдс из национальной идеи превратится в охраняемое достояние Америки. Так что да, всё может быть. Смотри-ка, здесь есть меню из Цитадели, — с раздражением сказал Санчез. — Какой-то из Риков смог пропихнуть его сюда.       — Это же круто, — сказал Морти, переворачивая страницу и смотря на меню из Цитадели.       — Это нихрена не круто, Морти! Этот мерч — дешёвка. А ты капиталистическая дырка, раз рад ему.       — Тогда я буду морти-коктейль, — сказал внук, никак не реагируя на выпад деда.       — Неженка, — фыркнул Рик.       — Они вкусные, — как бы защищаясь, сказал Морти.       — А жрать, что будешь? Давай, Морти. Я уйду до утра, не хочу, чтобы ты сидел голодный.       Внук с подозрением посмотрел на деда.       — Это на тебя не похоже, — заметил он.       — Я не пытался быть заботливым, — тут же сказал Рик.       — Конечно, — согласился внук, откровенно лыбясь.       — Ах, ты пиздюк, — незло сказал Рик, отвесив лёгкий подзатыльник. — Давай, Морти. Это не так уж сложно — выбрать себе ужин.       — Тогда мне рикбургер, — он с вызовом посмотрел на Санчеза. — И э-э эти вот палочки из гурбалабов.       — Осторожнее, Морти, те, что мы ели на Джаспаре-3 были из гурбалубов.       — А есть разница?       — Ты в курсе, что расист? — спросил Рик, отложив меню. — Есть ли разница между японцами и китайцами, Морти?       — Но я ведь не китайца собираюсь есть.       — Это почти одно и то же! — Санчез резко ударил ладонями по столу. — Ты что хочешь, чтобы наше шоу закрыли из-за недостаточного количества чёрных лесбиянок?       — Э-э это здесь причём? — не понял Морти, оглядываясь вокруг. Рик схватил внука за шею и повернул его лицо в зал, заставляя посмотреть на остальных посетителей.       — Смотри, внимательно, Морти. Они все только и ждут, когда ты спутаешь китайца и японца, чтобы потом обвинить и растерзать тебя.       — Мне казалось, что азиаты к этому относятся чуть проще, — задушено сказал Морти.       — Это потому что ты тупой кусок дерьма никогда не был на планете гурбалабов! Тогда бы ты знал, как они ненавидят гурбалубов!       — Хорошо, ладно! — закричал Морти, пытаясь отпихнуть от себя Рика. — Я-я закажу ланч-бокс для антропоморфного существа!       Рик, наконец, выпустил его из захвата, и Морти закашлялся, жадно глотая воздух.       — Г-господи, т-ты совсем двинулся, — сказал он, хватая стакан с водой и отпивая из него.       — Будь осторожнее, Морти. Эти грёбаные блюстители чужой свободы следят за тобой круглосуточно.       — Ты сам говорил, что мы находимся в голубой драме, и нам это не грозит, — Морти вытер вспотевший лоб салфеткой и Рик долго следил за ним, прищурив глаза.       — Ты меня не возбуждаешь, — сказал он наконец.       — Спасибо, боже! — воскликнул Морти в ужасе.       — Значит, я мог ошибиться.       — Вы хотите сделать заказ? — спросил официант, вырастая как из-под земли.       — Э.. да, пожалуйста, мне ланч-бокс для антропоморфного существа, рикбургер и морти-коктейль.       — Всё-таки решил рискнуть, — фыркнул Санчез, хмуро смотря в своё меню. — Ты хоть в курсе, что ланч-бокс собирается путём случайного выбора?       — Мне всегда везло. Правда, самый первый ланч-бокс был самым вкусным. О, тут есть оладушки мамы!       — Где? — спросил Рик. — Точно, оладьи Бэт. Можно будет взять их на завтрак. Ладно, мне э-э большой трицепс марсианского гарпа с кровью и… тут что, вообще нет нормального бухла?       Официант стоял с непроницаемым лицом.       — Сраный блюститель имиджа, — сказал Рик раздражённо. — Рикдэниэлс. Эти ублюдки должны знать, что такое нормальный вискарь.       Когда официант принял их заказ и отошёл, наступило неловкое молчание. Морти шлёпал ладонями по столу, не зная чем себя занять. Рик пил из фляги, потом прищурившись, посмотрел на внука.       — Ты выглядишь сейчас как на грёбаном свидании, Морти. Расслабься.       — Я устал и хочу спать, а ты затащил меня сюда и…       — Хочешь, чтобы тебе жрачку прямо в номер принесли? Извини, пацан, но такое я позволяю только тем, кому хорошенько вставил.       Морти опять покраснел. Рик закатил глаза.       — Знаешь, Морти, тебе надо что-то сделать с этим. Кит кончает, а ты визжишь как припадочная девица. Ты так никогда свою подруженьку Джессику в постель не уложишь.       Внук хмуро посмотрел на деда, кусая губы.       — Ты, правда, думаешь, что мы в этой драме?       — Точнее во флешбэке, — задумчиво сказал Рик. — Стал бы я говорить, что переживаю, если ты останешься голодным?       — Но ты сказал это…       — Не я! А грёбаный Рик из Флешбэка, знаешь, зачем нужны флешбэки, Морти? — внук покачал головой. — Чтобы зрители прониклись моими сложными платоническими чувствами к тебе. Они придают глубину повествованию.       — Но ты не проявляешь никаких платонических чувств…       — Я же сказал, что не хочу, чтобы ты был голодным, верно?       — Э-э да?       — Почему так неуверенно? Хочешь ещё раз это услышать? — с отвращением спросил Санчез.       — Точно нет.       — Ну, так и захлопни варежку, а теперь выгляди благодарным и тупым, в общем, как обычно.       Морти нахмурился.       — А зачем им нужно, чтобы ты выглядел заботливым? Ты ведь не такой.       Рик сидел и смотрел на внука, а потом до него дошло.       — Точно, Морти! — воскликнул он. — Эти ссаные пидарасы задумали нам ловушку! Они хотят разделить нас. Они…больные ублюдки! Они хотят сыграть на моих чувствах к тебе!       — Но ты сказал, что у тебя нет ко мне никаких чувств.       — Флешбэк, Морти! Это же флешбэк! Когда мы вернёмся к основному повествованию, они будут! — Рик прищурился и окинул подозрительным взглядом всех сидящих вокруг. — Морти, вглядись в эти лица, каждый из них может стать твоим убийцей.       — Моим?! — истерически спросил внук. — Почему моим?       — Потому что они хотят сыграть на моих чувствах! Очевидно, что это я главный герой, а ты мой недалёкий спутник!       — Ваш заказ, сэр, — сказал официант, раскладывая перед ними тарелки с едой.       Рик схватил десертный нож и тут же приставил к горлу официанта.       — Говори, сраная пидарасина, это ты?! Ты хочешь отравить его? Сколько тебе заплатили? Хочешь сольник, ублюдок черножопый? Ты грёбаный извращенец, раз решил отравить ребёнка!       — Рик, — тяжело выдохнул Морти, пряча лицо в ладонях.       Спустя пять минут оба сидели подле ресторана.       — Откуда я мог знать, что слово «черножопый» является оскорблением? — спросил Рик, вставая с асфальта и отряхивая брюки.       — И ты ещё обвинил меня в расизме? — раздражённо спросил Морти. — Знаешь, ты всё-таки мудак. И ко всему прочему допился до белочки. Я пошёл спать.       — Куда?       — Да хотя бы в тарелку, всё лучше, чем быть с тобой!       — Кончай истерить, идём в гостиницу, там пожрём.       — Ты ведь не будешь нести эту хрень о флешбэках? — с надеждой спросил внук.       — Слово ска-эээ-ута, — ответил Санчез.       — Ты не был скаутом.       — Ну и в жопу их, туда только одни слюнтяи вступают. Знаешь, тут есть гостиница с видом на три вулкана. Заценим?       — Давай мы пойдём уже куда-нибудь. У меня всё болит, мы проторчали в последнем заезде весь день, и я завтракал, — Морти посмотрел на часы, — больше десяти часов назад.       — Не делай вид, будто что-то понимаешь в этой бессмысленной штуковине, — сказал Рик, хватая руку Морти и тряся ей.       — Это часы вообще-то.       — Что за нелепость?! Часы в виде кружочка.       — Это называется аналоговые часы, — сказал Морти. — Если ты не умеешь определять время по стрелкам…       — Только полные долдоны пользуются этой хренью, Морти! Вот как должны выглядеть часы мужика, — он продемонстрировал спортивные часы на своей руке. — Компьютер, какой сейчас час?       — Два тринадцать после захода звезды Сирион-G7 и четыре двадцать семь после захода KL-Элиос. По гарлблобскиму исчислению четырнадцатый час вторых суток от захода…       Морти смотрел на Рика скептически.       — Четырнадцатый час? Ты ведь несерьёзно?       — Время это не так просто, как этот твой циферблат со стрелками. И как ты собрался определять время, когда не на всех планетах в сутках двадцать четыре часа? Ты просто тупой кусок дерьма, Морти!       — Да понял я! — с отчаянием воскликнул внук. — Рик, я… я согласен со всем! Что я тупой, что я достал и что мне надо заткнуться. А сейчас, пожалуйста, давай уже куда-нибудь заселимся, и я лягу спать!       Рик мрачно посмотрел на несчастное лицо Морти и потащил его к ближайшей гостинице. Если этому маленькому говнюку всё равно, где спать, то Санчезу и подавно. Он не борец за комфорт. Спустя полтора часа оба приняли душ и даже перекусили ужином, который им принесли в номер. Морти так и подмывало напомнить деду его же слова о том, что еду в номер он заказывает только после хорошего траха. Но Смит предвидел, что будет высмеян сам, поэтому просто улёгся в постель, уставший и ужасно обиженный, сам не зная на что.       — Ты мог бы поселить меня в отдельном номере, — сказал он недовольно, натягивая одеяло до самых ушей.       — Ага, чтобы какой-то извращенец пришёл к тебе ночью и перерезал тебе глотку?       — Ты что ли?       — Подъёб засчитан. Но тебе ещё рано спать в отдельных номерах.       — А тебе?       — А я могу ради разнообразия не трахать сегодня кого-нибудь, а тупо нажраться, — сказал Рик, опрокидывая в себя бутылку.       — Фу, — сказал внук, отворачиваясь от деда.       — О вкусах не спорят, — сказал Санчез. — Спи, Морти.       Когда внук сопел в обе дырочки, Санчез всё ещё надирался. Если эти пидоры решили, будто они могут отобрать у него Морти, то они сильно ошибались. Этот ссаный флешбэк сказал ему одно, Морти нужна замена. Такая вот подушка безопасности, которую он сможет таскать за собой по всей вселенной в особо опасные приключения. К утру Рик уже знал, что по возвращении домой, он создаст клона первого типа.