Курфюрст поневоле

      Мостовой камень ещё не растерял ночной сырости, а площадь перед городскими воротами уже заполонили десятки хмурых солдат, укутанных в имперские мундиры. Остландские гвардейцы тащили тюки припасов, волокли ящики пуль, кряхтя грузили мешки пороха.       — Живее, цигоровы дети! — окрикнул суетящихся бойцов Леопольд. — Живее!       — Тише, Лео, — дернул его за плечо Вальмир. — Милостью Сигмара, мы успеваем.       — Сигмара и баннеты, — вставил реплику Фридрих. — Она разрешила нам выехать первыми.       — Эх… — крякнул магистр. — Помнишь ту историю?       — Историю? — наморщил лоб фон Рауков.       — Про нурглитов, — осклабился рыцарь. — Ее адмирал какой-то пересказывал.       — Боги… — скривился иерофант. — Эта шутка древнее Империи.       — Почему флот нурглитов такой живучий? — задорно бросил Леопольд. — Да потому что говно не тонет!       — А ну работать! — рявкнул Вальмир, глядя на хихикающих солдат. — Хорошо, что тут нет Врага.       — Боюсь, временно… — поправил мантию Фридрих.       — Мы ж видели демонов, — возмутился Лео.       — Демонов то мы видели, — ответил фон Раукову чародей. — Да все не тех. Кошмары изнанки многогранны, Хаос — лишь крупнейшая рыба в черном океане.       — Дела… — шепча молитву богам, икнул рыцарь. — А ещё?       — Брат, — предостерегающе кашлянул Вальмир. — Это не темы для болтовни.       — Не темы, не темы, — ворчал магистр. — Лучше знать с кем дерешься.       — Пока что — с кунари, — щелкнул пальцами Фридрих. — Демоны, любой их вид, овеществленная эмоция. Драться с ними…       — Все равно что ссать против ветра, — Кивнул курфюрст.       — Тем более, я, слава богам, не малефик, — заметил колдун. — И плохо разбираюсь в тварях.       — Ну, ежели что, — усмехнулся Леопольд. — Хворост у нас есть.       — Щас бы чего покрепче воды, — отсалютовал друзьям фляжкой Вальмир. — Сами знаете, куда идем.       — Да в задницу бестигора! — насупился рыцарь. — Эльфский могильник… Аж жуть берет.       — Тише! — ткнул Леопольда Мазенхурд. — Тут слишком много ушей.       — Скоро их будет слишком мало, а что есть — острые, — шумно втянул носом утреннюю прохладу фон Рауков. — Был я у таких мест… Тогда столичные прохиндеи раскопали могилу какого-то ихнего принца, еще времён, когда ушастые резались с карланами. Принц то оказался бодреньким! К нему бродячий некромант гостить заходил. Ух страху было. Выхватил он свою железку, стал махать… Я думал всё, конец мне.       — Но… — заинтересованно крутанул головой Фридрих. — Чем кончилась сказка?       — Сказка? —обиженно ёрзал магистр. — Меня чуть в тилейскую пасту не настругали.       — Ну не настругали же, — осклабился Вальмир. — И Фриц прав. Там была пара десятков гнилых костяшек.       — Я самую чуточку приукрасил, — не стал спорить Леопольд. — Вот только некроманта опосля ловить все равно весело было.       — Быть может, — кивнул старший фон Рауков, пряча флягу за пояс. — А быть может, его ловили мои гвардейцы…       — И мои рыцари! — насупился брат.       — В любом случае, — сострил Фридрих. — Пепел от костра гребла инквизиция.       — Что-то мы припозднились, — хлопнул по коленям Вальмир. — Лео, пусть бойцы седлают лошадей. Да Ингмира приведи.       — Ингмира? — недоуменно оглядел курфюрста Мазенхурд.       — Да, — рубанул ладонью Вальмир. — Старик тоже едет. Глупо бросать его одного.       — А что мы конкретно ищем? — заинтересованно хмыкнул Леопольд. — Как выглядит ентот ключ?       — Мммм… — смутился не ожидавший таких вопросов Фридрих. — Я еще плохо разобрался, но уверен, это нечто уникальное.       — Уникальное? — вздёрнул бровь курфюрст. — Фриц, мы собираемся… Сигмар! Мы собираемся обыскивать эльфийскую гробницу!       — Не верится, да, братец? — усмехнулся Леопольд. — Ну и наш колдунец то рожать будет, что там как?       — Будет рож… — крепче стиснул трость Фридрих. — Что?       — Кислевитская поговорка, — отмахнулся Вальмир. — Но вопрос хороший. Мы ни демона не знаем про тот могильник. Вдруг там отрава в воздухе? Эльфийская магия — она забористое бестигорово дерьмо.       — Там нет отравы, — спокойно кивнул Мазенхурд. — Это говорится в ее описании исследователями.       — Исследователи? — насупился рыцарь. — Гробокопатели что-ли?       — Не совсем, — снисходительно расстелил перед остландцем пергамент иерофант. — Тут есть ученый люд. Эту карту составили орлейцы.       — Пижонствующие декаденты, — сплюнул курфюрст. — Но полезные, Сигмар их просвети.       — Давай сюды! — выдернул хрупкую бумагу Леопольд. — Таааак…       — Это всё? — через минуту отбросил карту магистр. — Там несколько затхлых келий?       — Это только верхний ярус, — виновато засмеялся чародей. — На нижние люди не спускались.       — Кхм… — теребил усы младший фон Рауков. — Так мы идем вслепую, брат?       — Господин, — окликнул имперца Мазенхурд. — Мы…       — Да, Лео, — уверенно дёрнул ножнами с пылающим Руноклыком Вальмир. — Мы идем вслепую. ***       Повозки медленно тянулись через девственный лес, оглашая его звуками людского быта. Скрипели колеса, переговаривались бойцы гвардии, мрачные ветераны хмуро глядели кругом, ища опасность в рисунке листьев и шелесте кроны. Никто из имперцев никак не мог принять факт смены обстановки и то, что местные леса были куда менее зловещими.       — Вальмир, — ткнул брата ездивший с ним в одной повозке Леопольд. — Тракт левее идет.       — Что? — прикорнув, старший фон Рауков не смог сходу разобрать слова магистра. — Левее? Ах да, Левее… Мазенхурд!       — Господин, — отозвался деливший телегу с тремя допельзольдерами Фридрих.       — Тракт идет левее! — перекрикивая стук копыт, бросил ему Вальмир.       Понятливо кивнув, чародей махнул рукой бойцам, останавливая воз, что стало сигналом для прочих людей отряда.       — Солдаты, — обратился к слезшим на землю воинам курфюрст. — Не буду таить. Мы идем на очень рискованное дело. Так что если прибежит гонец зовущий подмогу — спешите изо всех сил. Там, куда я, досточтимый магистр Леопольд, иерофант Мазенхурд и доверенные гвардейцы отправляемся, жизнь и смерть переплелись воедино, так что ждать нас там может любая бестигорова херь. Крепите сердца и души!       — Строимся! — привёл в чувство замолчавших людей младший фон Рауков. — Панталоны стирать будете, когда вернемся!       Дождавшись, пока солдаты разойдутся на небольшие отряды, Вальмир кивнул брату.       — Начинаем.       Сотня допельзольдеров выделилась из общей массы и двинулась за братьями.       Ветки шурша поглотили людей.       Изнутри лес казался даже более внушительным, нежели снаружи. Где-то там, высоко над людьми, гудели широкие кроны, летали птицы и зрели диковинные плоды, а бесконечный лиственный покров, казалось, расстилался до горизонта.       Группы остландцев выглядели карликами идущими между стоп титанов.       — Владыка, мы… — к братьям подбежал запыхавшийся следопыт. — Мы нашли… Что-то.       Кивнув солдату, курфюрст размашисто двинулся следом.       Отряд следопытов ждал их у трухлявого пня, ранее бывшего величественным дубом. Мужчины тяжело дышали, время от времени проверяя колчаны стрел.       — Тут, — ткнул проводник пальцем в сторону пня. — Покажите его милости.       — Вальмир. Это… — магистр недоуменно посмотрел на брата. — Что это за дерьмо бестигора?       Перед остландцами лежал мертвец. Изрядно тронутое гнилью тело молодого воина из дружины лорда было скрыто витками белых нитей, вызывавших ассоциации с паутиной.       — Гробницы близко. — Кивнул своим мыслям Фридрих. — Я читал, тут водятся гигантские арахниды.       — Арах… Что? — потянулся за молотом рыцарь. — Говори, как нормальный северянин, колдунец.       — Пауки, Лео, — утихомирил его Вальмир, с интересом рассматривая труп. — Гигантские пауки.       — Этим человеком не отобедали, — высказывал мысли Фридрих. — Арахниды питаются… Иначе.       Браться понимающе переглянулись. ***       — Так вот вы какие… — Леопольд свистнул, глядя на широкую каменную арку, змеившуюся между толстых древесных корней оплетавших небольшой холм.       Арка дышала сыростью и гнилью, а потому ни один имперец не хотел первым окунуться в мрачный лабиринт за ней. Сотня бойцов мялась у самого входа, что источал будто бы потусторонний страх.       — Принесите факелы, — нарушил всеобщую тишину Вальмир. — Будем спускаться.       Часть допельзольдеров убрала мечи, заменив их на длинные еловые шесты обмотанные смоленным тряпьем.       — Жги, — изящным пасом ладонью Мазенхурд высек каскад искр мгновенно воспламенивших лучины.       — Ходу! — подавая воинам пример, Леопольд первым бросился к арке.       Остландцы неуверенно пошли следом.       — Мы гоним их в гости ко злу, — шепнул брату курфюрст, преодолевая каменный завал у лаза.       — Знаю, — сплюнул магистр, пинком отбрасывая напитанный водой корень. — Гробницы эльфов редко пустуют.       — Тихо, — из укрытого тенями конца первой залы донеслось шуршание, заставившее старшего фон Раука потянуться к Руноклыку. — Проверить!       Допельзольдеры выудили фламберги и медленно разошлись кругом.       — Сигмар милосердный! — Леопольд крутанул молотом, отбрасывая в сторону гигантскую черную тень бросившуюся на него из тьмы.       При свете лучин, тень оказалась пауком, достигавшим размеров людской головы. Трещины карапакса сочились зеленоватым ихором, но тварь не спешила умирать, грозно сверкая рядом ярко-алых глаз.       — Добейте ее! — рыцарь обтёр покрывшееся испариной лицо.       — Сдохни! — Вальмир размашисто рубанул клинком, пробив голову монстра. — Доволен?       — Д-да, — кивнул брату испуганный магистр. — Ненавижу насекомых.       — Строго говоря, — Фридрих зажёг левитирующий круг чародейского света, избавляясь от мрака. — Многие бестиологи относят пауков к другой группе.       — Запомни, колдунец, — чистя молот от паучьей крови пробубнил Леопольд. — Я вашими заумными каракулями срамное место вытирал, а когда тебе на лицо бросается клыкастая тварь — это мерзко.       — И страшно, — усмехнулся иерофант, оглядывая пустынную залу. — Верно?       — Для кого-то — и страшно, — согласился младший фон Рауков. — А для меня просто мерзко.       — Прекратить болтовню! — осадил имперцев Вальмир. — Спускаемся дальше.       — Господин. Полагаю, это своего рода порог, — Мазенхурд кивнул в сторону каменной насыпи. — Что объясняет пустынность первой залы.       — Да-да, — Невозмутимое лицо фон Раукова при тусклом свете колдовского огня напоминало глянцевую маску. — Фриц. У нас мало времени.       — И я лишь хочу его сэкономить, — терпеливо разъяснял суть проблемы чародей. — Мне знакомы некоторые ритуалы асуров. И людоящеров. Тут же я вижу поразительное смешение обрядовых культур. Сколько воинов идет с нами?       — Воинов? — нахмурился Вальмир. — Тридцать. Остальные стерегут ход. Но я не…       — Господин, — дёрнув ладонью, Фридрих приложил палец к губам. — Это место нас слышит. И здесь не должно быть больше десятка людей. Прикажите им уй…       — Брат, — Леопольд кашлянул, привлекая внимание. — Ты должен глянуть. Там, дальше…       — Дверь, — осклабился Фридрих. — Я хотел сказать вам, милорд фон Рауков, про способ ее отомкнуть. Но в зале не должно находиться больше десятка людей.       — Колдунец, — сощурил брови магистр. — Объяснись.       -Это загадка. — Рубанул кистью Фриц. — Ловушка! Духи привязанные к могилам в качестве стражей чувствуют присутствие гостей, но не могут понять, кто они. За века магия гробницы истаяла. Однако, если тут соберется слишком много смертных… Духи узнают, что мы — люди.       — А людей здешние остроухие не жалуют, — кивнул Вальмир.       — И все же ты-бы глянул на дверцу то, — Хмыкнул рыцарь, касаясь рукоятки молота.       — Веди, — склонил голову Мазенхурд. — Но сначала — убери допельзольдеров.       Первый зал гробниц впечатлял. Длинные ряды каменных гробов тянулись будто мрачные памятники былых времен, а между осколков скульптур плясали зеленоватые огоньки.       Трое имперцев шли медленно, пораженные гротескной смесью уродства с величием, они молча озирались, не смея произнести ни слова.       Наконец, из черных теней вынырнули древние каменные ворота, чьи гранитные створы несли печати тысячелетий. Лишённые всяких украшений, они, тем не менее, излучали странное, мертвое величие.       — Ты сможешь это открыть? — хмыкнул Вальмир, разглядывая творение эльфийских мастеров.       — Думаю, да, — кивнул Фридрих. — Смогу.       — Быстрее, колдунец, — нетерпеливо улыбнулся Леопольд. — Сигмар знает, что тут обитает, тот паук едва ли одинок.       Вскинув руки, иерофант запел. Жёлтые молнии блеснули колдовским огнем и хлестнули по древней арке, вздымая облако гранитного крошева.       — Не вы-хо-ходит, — прокашлял согнувшийся маг. — Эльфийские чары сльхи-шхом сх-ильны.       — Ну конечно, — весёлый шепот раздался будто из ниоткуда. — Надменные ушастики были теми еще мастерами, не в обиду, лучше ваших.       Лязгнул руноклык, покидая ножны, гулко ухнул молот Леопольда занимая место в руке, двое братьев синхронно ощетинились оружием.       — Бесполезно, — взмахнул рукой Фридрих. — Ты… Дух, верно?       — Надо же, какой догадливый человечек, — рассмеялся голос. — Именно! Местные невежды зовут таких как я демонами, но ты же видел истинных демонов!       — Колдунец, — схватил Фрица за плечо рыцарь. — Какого эта тварь мелет?       — Дикий, храбрый, неистовый! — шептало существо. — Леопольд-Леопольд, ты бы мог достичь таких высот, что и не снились твоему брату… Но увы, гнев… Гнев пожирает всё…       — Довольно! — заклятье экзорцизма белесой плетью ударило воздух. — Что тебе от нас нужно… Дух?       — Сразу к делу, да? Уважаю таких людей. Что же до моих желаний… Скажем так, я хочу предупредить вас.       — Предупредить? — нахмурился Вальмир. — Именем Сигмара, демон, да ты просто тратишь мое время.       — Дух… Дух… Запомните уже наконец, я — дух! — изобразило гнев существо. — Но мне доводилось убеждать таких, как ты, Вальмир. Тебе нужен ключ, так? Ключ к богатствам этого мира? У меня он есть! Согласитесь выслушать меня и эта дверь распахнется. Видите, только выслушать! Я действую себе в ущерб.       — Хорошо, — согласился курфюрст. — Я выслушаю тебя… Демон. Если ты восхвалишь Сигмара.       — Зачем мне возносить хвалу твоему богу, человек? Это что, какой-то обряд?       — Обряд, — кивнул фон Рауков. — Обряд изгнания нечисти. Возможно, ты служишь хаосу и тогда…       — Молитва обратит меня в пепел? — задорно и, на пару с этим, ехидно воскликнул голос. — Обратит в пепел того, у кого нет тела?       — Нет, — спокойно качнул головой имперец. — Молитва причинит тебе боль, а мы это услышим.       — Будь по твоему, человек, — бесстрастно ответил шепот. — Хвала Сигмару!       — Ничего, — выдохнул Вальмир, уже готовившийся к бою с материализовавшейся тварью. — Ладно… Так и быть. Мы слушаем.       — Приятно иметь дело со здравомыслящими людьми.       Лязгнув древними механизмами, гранитные створы разъехались в стороны, окатив гостей потоком затхлого воздуха.       — Да уж, — глухо кашлянул Леопольд. — О фимиамах для мертвецов ушастые не слышали.       — Или же их поглотила бездна времени, — Мазенхурд чуть усилил сияние чародейского нимба. — Как все остальное. ***       — Итак, — начал рассказ дух, стоило отряду миновать арку. — Что вы знаете о Чёрном Городе?       — Чёрный Город — сакральный объект наиболее распространённого культа аборигенов, — боязливо огляделся маг. — По легенде, когда-то город был золотым и в нем обитал верховный бог — Создатель. Так же, Чёрный Город — объект в Тени, изнанке реального мира, равноудаленный от любой ее точки, во всяком случае, так говорят трактаты из ферелденского круга. Учитывая, что Тень — суть имя обители кошмаров…       — Довольно, — нарочито уставшим голосом ответило существо. — Все рассказанное тобою истинно. За одним ма-а-леньким исключением. Если Черный Город был золотым, то эти времена минули так давно, что их не помню даже я.       — И? — угрюмо вздохнул старший фон Рауков, перешагивая расчертившую кладку трещину. — Какой прок с твоих слов?       — Прок? — сделал театральную паузу гость из Тени. — Оооо, друг мой, прок самый прямой, можно даже сказать… Живительный. Видите ли, Чёрный Город зовется Чёрным не только за свой цвет. Облюбовавшая его сила черна, будто безлунная ночь. Скверна. Скверна пришла в мир из Черного Города.       — Я знаю легенду о тевинтерских магистрах, — разряды сверкнули между пальцев Фридриха.- Ровно, как и о морах.       -Тогда ты должен сознавать важность моих речей, — зелёный огонёк повис рядом с лицом Вальмира. — Тьма, облюбовавшая Черный Город — разумна. Или, как минимум, наделена зачатками самосознания. А я ведь тоже своего рода гость. Гость, желающий совершить бегство.       — Бегство? — нахмурился курфюрст. — Так вот для чего мы тебе. Демон, я не стану заключать договоров. Разбирайся со своей тьмой сам.       — Нет-нет-нет, — запротестовал голос. — Вальмир! Это… Это шанс для нас. В моих силах открыть вам дорогу обратно. В ваших силах — позволить мне самому ей воспользоваться.       — Выглядит, как брехня, звучит, как брехня, и даже… — Леопольд потянул носом воздух. — Сигмар милосердный, брат, это даже пахнет, как брехня.       — Склонен согласиться, — кивнул Фридрих. — Дух, ты пытаешься использовать нас.       — Я пытаюсь прийти к устраивающим обе стороны условиям, — чопорно возразило существо.- А пока что мы пришли только к искомому месту.       — Месту? — сощурили взгляд фон Рауковы.       — Месту упокоения одного беспокойного долийца, — голос духа вновь обрёл прежнюю холодность. — Его благодарные родичи унесли тело досточтимого колдуна в древний могильник их народа, выстроенный ещё до того, как древние люди первый раз надели на эльфов рабский ошейник. Здесь он и лежит последние две сотни лет. Он и… Его талисман, чистая безделица, как считали растерявшие былое знание ушастые.       — Ключ, — осклабился Мазенхурд. — Хитро…        Главная крипта представляла собой вытянутую в форме раковины моллюска залу, витками уходящую к поверхности. Из небольшого отверстия на самом верху древнего сооружения бил яркий дневной свет, но его было слишком мало, чтобы рассеять тысячелетние тени, надежно обвившие могильник. Тела умерших эльфов лежали в тяжелых каменных гробах недвижимыми памятниками былых времен. Гробов было так много, что на мгновение братьям показалось, будто их занесло во владения некромантов Сильвании.       — Глядите, — изумрудные огоньки весело подлетели к стоящему перед людьми гробу. — Вот он, наш эльфийский друг.       Высокий гроб был настоящим произведением искусства. Тонкий, изящный, он больше походил на ложе монарха. Гранитные стены украшала сложная резьба, повествующая о жизни лежащего там чародея, а местами осыпавшуюся крышку венчало прижизненное изображение покойника.       — Это лишь блеклая тень того, как хоронили других лежащих тут мертвецов, — с притворной грустью обратился к фон Рауковым дух. — И даже эта тень — пародия на пародию. Долийские мастера изобразили их колдуна на крышке, но резьба… Резьба говорит об иных временах и иных героях.       — Рассказ без сомнения трогательный, — флегматично осмотрел гроб Вальмир. — Будь я дома, плакал бы, как столичная барышня. Однако…       — Перед вскрытием могилы лучше провести некоторые ритуалы, — уклончиво кивнул остландцу Фридрих. — Тут сохранились защитные чары.       — Верно, — мысленно кивнуло гостям существо. — Я помогу. Смотри.       Огоньки взвились выше, чтобы замереть над сложной мозаикой в центре крипты.       — Экзорцизм, — хмыкнул Мазенхурд, разглядывая творение нелюдских рук.       — Именно. Он разрушит эльфийские чары. Ты схватываешь на лету, Фридрих.       — Фриц, — как бы невзначай коснулся рукоятки меча Вальмир. — Твоя магия, она безопасна?       — В теории — да, — ответил иерофант. — На практике же, я никогда не работал со столь древней и сложной волшбой. Обычно, колдуны хаоса делают всё слишком небрежно. А других целей у меня не было.       Провожаемый задумчивыми взглядами друзей, Фридрих двинулся к огонькам, бормоча первые слова магических формул. Энергии света медленно текли к его дергающимся пальцам, липли на посохе, отражались в голосе.       Достигнув цели, иерофант выпрямился, уперевшись о жезл. Наступала самая трудоемкая часть ритуала.       — Фриц! — ободряюще выкрикнул Леопольд, когда тело чародея окуталось саваном золотых молний. — Спали им всю остроухую шмагию.       Молнии слились в горящую эфирным пламенем сферу, переливающуюся между рук Фридриха подобно миниатюрной звезде. Звезде, готовой вот-вот разорваться губительным для эльфийской волшбы светом.       Вспышка эфира на мгновение ослепила Вальмира, так что когда имперец смог вновь приоткрыть глаза, всё было уже кончено. На месте мозаики дымился небольшой кратер, заполненный жидким стеклом, а испещрявшие пол кристаллы лопнули, или покрылись уродливыми трещинами.       — Получилось, — выдохнул стоящий среди огненного безумия иерофант. — Полу…       — Да, Фридрих, получилось, — огоньки хищно бросились к гробу долийца. — Взгляните.       — Ах ты-ж… — Леопольд схватился за молот.       Могила преобразилась. Исчезла крышка, оголяя желтоватые кости, пропала резьба. Гроб стал напоминать неуклюжий гранитный ящик. Более того, ключа в нем не было.       — Ты врал мне, — спокойно констатировал факт Вальмир, берясь за руноклык. — Ты. Врал. Мне.       — Скорее, чуть-чуть вводил в заблуждение, — язвительно бросила сущность. — Мои измышления касательно Черного Города правдивы, а вот остальное… Не совсем.       — И зачем? — жезл Фридриха указал на стайку огоньков. — Какой смысл?       — Смысл? — ехидство голоса не было притворным. — О, Фридрих, смысл в том, чтобы испытать вас, испытать… Тебя. И ты прошел это испытание с честью, должен заметить.       — Жаль лишать вас своего общества, — продолжал речь дух. — Но на сегодня наша беседа подошла к логическому завершению, а дабы вы не скучали, спешу обрадовать. Те чары, что так любезно уничтожил Фридрих, являлись защитой от проникновения слабых тварей, дабы те не вселялись в трупы… Дальше, думаю, догадаетесь сами. Желаю… Желаю выжить.       — За-ра-за, — по слогам выговорил курфюрст. — Дерьмо бестигора!       — Идём, — шепнул братьям Мазенхурд. — Демонам требуется время. Мы можем усп…       Договорить иерофант не смог — могильник сильно тряхнуло и на людей в изобилии посыпались каменные крошки.       — А можем не успеть! — братья достали оружие.       Замешкавшийся Фридрих схватил прислоненный к одному из гробов клинок, чей материал не сумело одолеть даже беспощадное время. На лезвии угадывались пустые гнезда для рун, но в остальном меч был в превосходном состоянии.       — Обращаться, как я понимаю, умеешь? — дождавшись кивка, Вальмир одобрительно хмыкнул. — Идём!       Первого врага отряд встретил миновав треть приведшего их сюда коридора. Чахлый, еще до конца не обретший контроль над скелетом эльфийского мечника демон был сражен руноклыком с презрительной легкостью. ***       Твари застали имперцев у самого выхода. Шестеро. Пять скелетов и один воин, облачённый в тяжелый латный доспех, скрывающий плоть. Немёртвые ждали людей так, словно знали об их приближении.       — Дерьмо, — коротко шепнул Вальмир.       — Полное, — согласился Леопольд.       Одержимые демонами трупы напали первыми. Внушительный двуручник в ладоне мертвеца полыхнул зеленью и имперцев окатила волна горящего изумрудным света.       Кислотно-желтая пленка защитных рун окутала Вальмира, гоня прочь вражеские чары.       — Я попробую изгнать духов, — тяжело дыша, кивнул братьям Фридрих. — Дайте… Время.       Лязгнув Руноклыком, Вальмир бросился к восставшему мечнику и, нырнув под ударом, рассек прикрывающий кости слой доспехов.       Магистр тоже не терял время даром. Дробящие удары молота обрушивались на хрупкие черепа скелетов, кроша их один за другим.       — Трое! — задорно крикнул Леопольд.       -П-м-ги! — прохрипел курфюрст.       Воспользовавшись заминкой человека, противник Вальмира перешел в контратаку, обрушив град яростных ударов, которые фон Раукову лишь с огромных трудом выходило парировать.       Световая волна бьющая из вскинутого жезла чародея решила исход боя. Могущественные энергии омыли сражающихся, плавя демонических тварей, разрушая держащие их в реальности узы.       — Не за что, — блестя покрытым испариной лбом усмехнулся маг. — Быстрее! ***       Картина, что открылась взору братьев, больше походи на творение столичного живописца-авангардиста. Пол первого зала гробниц, словно диковинный ковёр, устилали сотни паучьих тел, среди которых разгуливали перепачканные в ихоре солдаты, добивающие раненных зверей.       Появление фон Рауковых вояки встретили одобрительным гулом, в котором, тем не менее, сквозила усталость.       — Докладывайте, — хмуро кивнул на лохматые тела Вальмир.       — Да что тут докладывать, ваша светлость? — коренастый десятник зло пнул ближайшего арахнида. — Ушли вы, а тут енти мутантусы понабежали со всех щелей, видать выгнало их что-то.       В говоре и манерах командира ясно проглядывали кислевитские корни.       — Понабежали, говоришь? — задумчиво потер щетину курфюрст. — Ладно, Сигмар с ними. Раненные есть?       — Густава одна из ентих зверюг крепко за руку цапнула, — обеспокоенно икнул десятник. — Лекарь говорит, ничего серьезного, но ближайшие пару-тройку деньков он у нас не боец.       — Сворачиваемся! — пробасил еще более угрюмый Леопольд. — Если свезет, завтракать будем в городских тавернах!