Семь предупреждений

В новогоднюю ночь случаются чудеса... — Так-с, что там ещё нужно, Эйджиро? — Ёлка, в первую очередь. Если ты распутал гирлянду – это не обозначает, что уже всё готово, Кацуки,– слышится выкрик Киришимы из кухни. И не только крики слышит блондин, но и запах курочки из духовки. На столе в гостиной стоит огромная тарелка с мандаринками, на подоконнике – горящие ароматизированные свечи, абсолютно на всех плоских поверхностях – новогодние игрушки с мишурой и всякая подобная дребедень. Чего-то не хватало. — Кацуки, купи ёлку! Да, однозначно не хватало ёлки. — Чёрт, Киришима, если ты поможешь мне повесить гирлянду – я тебя расцелую! — У меня тут салатики – сам как-нибудь справишься,– парировал красноволосый. „Если я из-за тебя упаду со стремянки – пойду и прокляну”,– подумал Кацуки, забираясь на шаткую конструкцию, держа в одной руке „верёвку Сатаны”, а другой опираясь на одну из ступеней, упомянув всех богов, надеясь, не упасть. Вообще-то, Бакуго не хотел праздновать Новый Год. На вот это всё его сподвиг Киришима, пообещав бесплатную еду и детское шампанское, за которое готов был душу продать, что и сделал. Новогодним утром в квартиру блондина с опаской позвонил Эйджиро, так как опасался снова полететь с лестницы. Сразу же протянул бутылку, чтобы его задобрить, а потом, когда он её выпил, заставил украшать помещение со словами:„Мы Новый Год встречаем или поминаем кого-то?”. Стремянка опасно пошатнулась, а Кацуки, честно, чуть не наложил в штаны. Хвала мандаринам, больше она не шаталась, да и блондин с неё уже слез. — Я за ёлкой! — Неужели?– Киришима уже не скрывал насмешливые нотки в голосе. — Что-то ещё купить?– не обратив внимания на фразу Эйджиро, ответил Кацуки. На удивление, в этот день пошёл снег, радуя, безусловно, всех. Пусть он и быстро растает, зато сейчас, даже у Кацуки появилось новогоднее настроение. На нос падали снежинки, медленно тая. — Молодой человек, нашли время со своими листовками,– усмехнулась среднего возраста женщина с небольшой ёлкой в руках, „отбиваясь” от парня-агитатора. Бегали дети, кидая в друг друга снежки, некоторые катались на санках. Какой-то мелкий пацан кинул снежок в лицо Кацуки, пришлось отплёвываться от снега, под смех мелкотни и ничего не говорить. Во-первых, они мелкие, а, во-вторых, не будет же он говорить этому снайперу:„Сдохни!" —Король Взрывокиллер в игре, пацан! Не обращая внимания на реакцию того агитатора, который после крика Кацуки, чуть не выронил все листовки, блондин, нагнувшись, сгрёб в ладонях добротную кучу снега, слепил снежок и кинул мимо того паренька, поддавшись. Если бы кто-то сейчас видел Бакуго, то однозначно подумал, что он сейчас сошёл с ума. Бросался снежками с кучей детей и присоединившимся агитатором, потом лепили снежную бабу, строили какую-то крепость. В общем, погружались в детство. К счастью, он успел купить и ёлку, и шампанское, и ещё пару килограммов мандаринов, хотя их уже и ложить некуда. Кое-как затащил красивую зелёную ель на свой этаж, открыл дверь и застыл на пороге. От двери было видно и кухню, и гостиную, в которой лежали какие-то подарки. Откуда? — Не удивляйся, меня попросили передать твои родители, чтоб ты открыл на Новый Год, а не раньше. Вот,– объяснил Киришима, заметив отвиснувшую челюсть.– Ну, не только от родителей. Короче, увидишь,– Эйджиро пропихнул блондина в комнату, а сам решил затащить ёлку. Возможно, Киришима иногда тупит, но готовит он невероятно вкусно. Кацуки убедился в этом на своём опыте – такого божественного стола он ещё не видел (да простит его мама за такие слова!). Запах ели дурманил голову. Пока парни её устанавливали, пока украшали – надышались лет на десять вперёд, но, конечно, на следующий Новый Год, они будут думать о том же. „Всё-таки, это прекрасный праздник”,– подумал Бакуго, открывая одну бутылку шампанского и разливая по бокалам. — Что же, дорогой Кацуки...– начал говорить Эйджиро, но блондин его перебил: — Дорогой? — Новый Год же, могу себе позволить! Так вот: дорогой Кацуки! В этом году ты был хорошим мальчиком и поэтому я желаю тебе, чтобы все твои желания сбывались, чтобы ты никогда не грустил и не злился, чтобы нашёл свою вторую половинку! Вот... Повисла недолгая пауза, во время которой Эйджиро успел пожалеть за свой тост, как заметил, что Кацуки украдкой смахивает слезинку. — Это было божественно, Киришима! Послышался бой курантов и парни, пригубив из своих бокалов, не сговариваясь подошли к окну. Тёмное небо разрывали фейерверки, внизу бегали люди, задирая головы, чтобы посмотреть на разноцветные огоньки, образующие различные узоры в небе. Почувстовав вибрацию телефона в кармане, Кацуки его достал и прочитал входящее сообщение, а потом с улыбкой положил его обратно. „С Новым Годом, Кацуки!”, отправитель: Изуку Мидория. — С Новым Годом, Эйджиро! — С Новым Годом!– улыбнулся Киришима, наблюдая за счастливым лицом Кацуки. В новогоднюю ночь случаются чудеса...