Пятно

У каждого из нас в жизни был такой момент, когда хотелось рассыпаться, как старый монумент; исчезнуть и умереть. Кому-то в жизни не хватало славы, кому-то любви, а кому-то внимания. Странно это - расти среди четырех братьев, отца и матери и не знать, что такое внимание. Но, может, это и сделало ее сильной? Побои отца, крики матери, безжалостное отношение своего клана - всё это закалило ее характер. Храни секрет, молчи, не смей говорить, запрет. Трудно быть хорошей девочкой, когда вокруг все давят. Все время разрываешься, пытаясь угодить себе, родителям и окружающим. И особенно между "надо" и "хочу". Со временем забывалось "хочу" и приходилось идти по пути "надо". Растоптали? Встань! Не можешь? Ползи! Слезы? Утри! Больно? Терпи! Не можешь? Докажи! Молчишь? Скажи! Обида? Забудь! Как? Как-нибудь! Сколько она падала? Сколько она терпела? Сколько плакала? Не сосчитать. Но с каждым годом становилась сильнее и сильнее. Вела за собой, в начале брата, потом клан, а теперь готова и весь мир за собой повести. Порой Мадара и забывала, что девушка. Она просто шла по пути "надо". А что она хочет, со временем забывала. Идти и требовать от себя невозможного, закрывая глаза на мечты... Теперь это всё позади. Мир из собственных грез теперь ей недоступен. Она сама закрыла дверь в эту комнату, чтобы не витать в облаках. Мадара точно знала, что мечты не сбываются, но!.. У них получилось. Наконец-то что-то произошло лишь потому, что она хотела. Хотела так давно, как обычный ребенок, мечтая. И, казалось, что всё это лишь иллюзия. Лишь мечты и красивые слова, воображение. Но всё же они смогли. Хаширама снова удивил ее. Действовал по их плану, считался с обеими кланами и старейшинами. Мадара ненавидела его больше всех, но и восторгалась им больше всех. Как это возможно? Как обычный человек может быть таким сильным? Как он смог не сломаться под натиском своего клана, когда в тайне мечтал о перемирии. Он был сильнее и куда добрее Мадары. Всегда улыбался, в то время, как девушка выходила из себя. И вот опять... Было шумно. Вокруг всё гудело. Шиноби смеялись во весь голос, хохотали и кричали друг на друга, чтобы собеседник расслышал его. Хаширама был уже пьян, но держался, смеясь и поддерживая разговор. Шиноби были из клана Учиха и Сенджу, которые из-за алкоголя забыли про ненависть. Первое совместное задание прошло, как по маслу, что радовало Хашираму, а вот Мадаре было как-то всё равно. Она сидела рядом с шатеном, пытаясь унять головную боль, что появился после этого запаха саке и шума. Всё вокруг нервировало, заставляло скрипеть зубами и вздыхать. Пора бы уже уйти. - Давайте выпьем еще раз! - опьяненным голосом произнес Хаширама. - Да-а-а! - Нет, - тихо взвыла Мадара, приложив палец на пульсирующий висок. Уже не в силах терпеть эту пьянку, что длится уже третий час, Мадара встал и собиралась уходить, но вдруг рука Хаширамы ухватилась за ногу, не позволяя покинуть их. Сенджу как-то глупо улыбался, пытаясь что-то сказать, но слова так и не мог подобрать. - Хватит, - устало сказала... сказал Мадара, вырвав ногу. - Ты отвратителен. Хаширама рассмеялся, как и все другие. Отчего это разозлило Мадару и она просто ушла, захлопнув передвижную дверь. Хаширама удивителен. Он не рассказал никому о тайне Мадары. Даже брату, который дорог ему больше, чем весь мир. В будучи пьяном состоянии, Мадара думала, что он сболтнет, но нет, он даже не заикнулся об этом. А ведь это уже не первая пьянка. Прошел второй месяц, как он узнал. И Хаширама вел себя обычно, смеялся, но иногда и подшучивал, когда они оставались одни, вспоминая прошлое. Мадаре это не нравилось, но что поделать? Хашираму не изменить. Мадара остановил...ся, когда перед ним показалась фигура Тобирамы. Он стоял, в упор смотря на Мадару. Они всегда не ладили, даже не пытались наладить контакт. Слишком разные, слишком другие. Но сейчас во взгляде альбиноса была отнюдь не ненависть, а усмешка. Рожу бы набила, - отметила про себя Мадара. - Как же ты меня бесишь, сукин сын. За Изуну и за себя убила бы. Тобирама начал подходить. В темноте его глаза как-то странно блистали, но отнюдь не от злости, как обычно. Мадара, будучи в доспехах, скрестил руки на груди, тихо клацнув кольчатой, нашитой на грудь кусари. Альбинос остановился и уставился на него, словно впервые увидел. Что он задумал? Уже весь в гневе, Мадара хмыкнул и обошел его, не сказав ни слова. Он не знал, что Тобирама задумал, но зная его, должно быть что-то не очень хорошее. Альбинос уже позади, Мадара шел вперед, пытаясь выбраться из этого дома. Но вдруг остановился, когда услышал шум сбоку. Чья-то комната. Мадаре захотелось проверить, чья. Он легонько сдвинул дверь и вошел. Внутри пусто, лишь чайник кипел на маленькой подставочке с углем. Опять шум. Сзади! Мадара обернулся. Тобирама. Стоит за дверью, что чуть-чуть сдвинута в сторону. Жуткое зрелище. Глаза альбиноса сияли каким-то блеском в проеме двери. Не хотел бы Мадара видеть его глаза в темноте, когда спит. - Кто бы мог подумать, а? - тихо усмехнулся Тобирама. - Учиха Мадара, перед которым трепещет мир, на самом деле лишь девушка, которая с самого детства восторгалась Хаширамой Сенджу. Что? Как? Кто?! - Тебе не кажется, что ты суешь свой нос не в свои дела? - холодно отметила девушка, поняв, что ее разоблачили. - Как ты узнал, выродок? - Птичка напела. Мадара промолчала, лишь яростным взглядом смерив своего собеседника. Немного подумав, она поняла, что альбинос не собирается никому рассказывать. Если хотел всем рассказать, то зачем предупреждать ее? Да и вряд ли Тобирама стал бы упускать такую возможность. Зная его, Мадара уверена, что он вначале будет шантажировать. А может убить его вообще? Нет, нельзя. Это будем равносильно обману Хаширамы. Мадара не могла вонзить нож ему в спину. Но вот в глотку этого альбиноса она бы с радостью воткнула. Хмыкнув, Учиха сделала пару шагов и остановилась, когда Тобирама загородил путь. Мадара уже начала беситься, но вдруг ощутила, что ее тянет к сну. Этот запах... Она помнит этот запах, что дурманит и туманит разум. Пыльца цветов мокутона, которым пользовался Хаширама. Сильнодействующий яд, который замедляет движения, нарушает контроль чакры и клонит ко сну. Мадара уже чувствовала, как правая рука начала обезвоживаться. Чертов Тобирама. Но Учиха ничего не сказала, лишь презрительно посмотрев на него. Да, только он мог так подло поступить. - Уже поплыла? - усмехнулся альбинос, наблюдая за тем, как девушка начала оседать. - А раньше-то как держалась? На противоядиях, - взвыла про себя она. - Но я и не думала, что сегодня придется травиться. Чертов ублюдок! - Знаешь? - Тобирама присел на корточки перед Мадарой, которая сидела на полу, собрав под себя ноги и опустив голову. - Насколько бы девушка ни была сильной, она останется все равно слабой. Будь ты хоть в тысячу раз Учиха Мадарой, ты всё равно остаешься де-вуш-кой, - альбинос провел рукой по макушке девушки и приподнял ее за подбородок, всматриваясь в затуманенные от яда глаза. - Какая жалость... Тебя убить сейчас проще некуда. Раньше ты выглядел куда сильнее, но я и тогда заметил, что ты слишком похожа на слабый пол. Не особо высокая, слишком худая, а руки хрупки. - Ты поплатишься за это, - прошептала Мадара прямо в лицо Тобирамы. - Будь уверен, я скоро привыкну к яду. И твои кишки будут висеть на заборе. - О, надо же, - шепнул в сомкнутые губы девушки альбинос, приподняв лицо за подбородок. - Я слышал угрозы и похуже. - Тобирама провел языком по холодной щеке Мадары, на что та скривилась, пытаясь отстраниться. Альбинос действовал на нервы, проводя склизким языком то по щеке, то по мочке уха, спускаясь то к шее, то снова к щеке. - Ммм. Как приятно тебя злить. - Отвали, извращенец, - девушка выпятила руки вперед, уже привыкая к яду и давая отпор Тобираме. - Не так, как брат, да? - растянулся в ухмылке Сенджу. - Он что, лучше меня? - Да пошел ты! - чуть громко выкрикнула Мадара. - Что тут происходит? Девушка замерла, когда услышала столь знакомый ей голос, принадлежавший Хашираме. Тобирама, немного нахмурившись, с усмешкой посмотрел на Мадару, которая пыталась встать. Стоило только ее отпустить, как Мадара поднялась на ноги, а Тобирама стал придерживать за локоть. Альбинос рассказал сказку, мол, у Мадары голова закружилась, а он помогал ему подняться. Но по виду самой Мадары было видно, что вот-вот и она либо переубивает всех, либо расплачется. Но она ничего не сказала, лишь быстрым шагом покинув комнату, но всё равно, шатаясь, будучи еще в плохом состоянии, словно после какой-то пьянки. Хаширама поверил Тобираме, ведь братья всегда доверяют друг другу. Да и шатен считал, что младший брат не знает о их с Мадарой общей тайне. Мадара всё шла и шла, пытаясь как можно быстрее достичь своего дома. Из-за чего-то ярость проходила, уступая место слезам. Но она держалась, пока не дошла до своего дома. Мадара поднялась к себе в комнату и, присев в один угол, обняла колени, заплакав. Он был прав. Тобирама говорил правду. Будь она хоть сотню раз сильнее, она всё равно девушка. В глубине она тоже слабая, но насколько глубока ее душа? Сколько в ней, море боли? А может вообще океан? Если кто-то заглянет, то не утонет ли? Но кто вообще рискнет заглянуть туда, где лишь тьма и холод? Кто захочет поделиться светом и теплом? Вряд ли кто-то решится на это. Она вытерла с лица слюну и скривилась. Черт. Она сидела перед ним на коленях. А он издевался над ней. И всё же, она слаба. Почему-то в голову приходило всё плохое, что когда-либо случилось с ней. Мадара вытирала накатывающиеся слезы, пытаясь успокоиться, но лишь усугубляла ситуацию. Отчего-то внутри всё сжималось, в груди болело, сердце так часто стучало, словно раненая птица, запертая в клетке. Душа стонет от той боли воспоминании, что приходили в голову. Все чувства давались ей с такой остротой, словно иглы вонзались в печень. Отец, мать, братья. Один за другим. Боль за болью. Ненависть матери, холод отца и смерть братьев. Она хотела отпустить эти темные воспоминания, но... У нее больше нет ничего, кроме них. Изуна... Изуна, где ты? - взвыла про себя Учиха. - Пожалуйста... Дай мне силы подняться, Боже! Дай мне клочок счастья! Дай мне смысл жизни, кроме защиты брата! Мадара встала с пола и, подойдя к шкафу, в темноте начала рыться, пытаясь найти свою вещь. Это была склянка, бутылка с саке. Надо было затопить свою боль хоть в чем-то. В слезах? Но нужен кто-то, кто бы вытер слезы. Брат... Ты нужен мне. Почему тебя нет рядом? Девушка стерла с лица слезы и, присев обратно на пол, начала опустошать бутылку за бутылкой. Сколько она пила - не знает. Но, судя по часам, - много. Но сколько бы ни было выпито, разум оставался при себе, лишь в глазах мутнело и слезы перестали душить душу, которая отравлена напитком. Это неправильно - много пить. Но сейчас ей не на кого положиться, кроме алкоголя. - Изу... на, - шепот вырвался из уст. - Хе-би и Та-ка... Юки-ацу... Ми-чи-о. Братья. Родные. Близкие. Кровинки. И лишь один из всех пятерых выжил - Изуна. Она не была виновата в их смерти, ибо была маленькой, пусть и сильной. Но всё равно, даже зная это, что-то так и стояло в горле, не позволяя нормально вдохнуть воздуха. Что именно она не знала. Но отлично знала причину своей боли. И это было отнюдь не потеря близких. Эту боль она пережила, пусть и не сразу. Душа металась из-за слов ее врага - Тобирамы. Альбинос был прав. Кого она обманывает? Окружающих? С рождения. Себя? С той самой первой встречи. Он был другим... Яркий, солнечный мальчик, всегда улыбался, пусть и утопал в боли. А она что? Она лишь становилась всё угрюмее и угрюмее. Что-то зацепилось с той встречи - первой и последней. Любовь ли? Возможно. Но разве есть в этом толк? Кто вообще сможет полюбить ту, которая не способна открываться людям. Да, всем известно, что Учиха Мадара сильный и волевой шиноби. Но на самом-то деле лишь испуганная, слабая и уставшая девушка. - Мадара? Девушка не отреагировала, услышав голос Изуны. Продолжила сидеть на полу, опираясь на стену и опьяненными глазами смотря на пустые бутылочки саке. В комнате было темно, но, даже в этой темноте, ее глаза четко выделялись. Она молчала, даже когда брат опустился рядом с ней. - Всё хорошо? - спросил Изуна. - Почему, брат? - вопросом на вопрос ответила Мадара, слегка обернувшись к нему лицом и заглянув пустыми глазами на него. - Почему ты убегаешь? Мне плохо... Мне так плохо, Изуна. - Что случилось? Я не... Я не избегаю тебя. - Почему ты не понимаешь меня? - О чем ты? - Я лишь хочу обеспечить тебе хорошую жизнь, - голос дрогнул, а на глазах блеснули слезы. - Почему ты считаешь меня в этом виноватой? - Не надо за меня беспокоиться. Я сам... - Ты сам "что"? - перебила Мадара, а тон стал грубее от злости. - За кого я буду волноваться, кроме тебя? Изуна, я не прошу от тебя многого. Брат... Просто дай знать, что я делаю всё это не зря. - Не зря перескочил через меня и примкнул к Сенджу? - не подумав, фыркнул Изуна. - Ты не хочешь меня понимать, - сглотнула Мадара вязкую слюну, что собралась в рту. - Ты даже не пытаешься... - Ты сама сказала, что ненавидишь Сенджу, - холодно сказал брат. - А теперь даже не пытаешься развязать войну. Они убили наших братьев! - Ты... не понимаешь меня. - Что именно? Чего именно я не понимаю?! - вскочил на ноги Изуна. - Хватит считать меня ребенком! Ты готова простить этих ублюдков?! Така и Хеби погибли от их рук! Почему?! Почему ты такой стала?! Почему ты перестала их ненавидеть?! - Изуна. Прошу, не надо... - В начале решись, кто тебе нужен! Я любил своих братьев! Я волновался за них! А ты даже слезу не проронила о их смерти! - Нет, я... - Сколько можно врать?! Ты же девушка! Ты не должна быть такой! - разозлился Изуна. - Хватит за меня всё решать! Хватит! Ты - мне не мать! Я не намерен больше подчиняться тебе и подыгрывать роль хорошего брата! - Изу... - Да, я ненавижу тебя! - выкрикнул Изуна. - Я ненавижу твою ложь! Ненавижу твою силу и твою заботу! Я сам могу выжить! Я сам могу обеспечить себе хорошую жизнь! Я бы был лучшим Лидером Клана, чем ты! Я был бы лучшим братом, нежели ты! Сердце замерло. Дверь захлопнулась. Слеза разбилась о пол, разлетевшись на сотни капелек. И снова эта боль. Не понимает. Как рассказать брату? Что сказать? Признаться, что полюбил Сенджу, врага? Рассказать и потерять его? Хотя, она уже потеряла. Ненавидит? За что? За то, что волнуется? За то, что боится потерять? За то, что не хочет его смерти? Лишь ради него она всё это делала. Лишь ради спасения его жизни она перешла свою гордость и пошла к Сенджу с просьбой спасти его. Лишь ради него согласилась на мир между двумя враждующими кланами. Лишь ради него одного... И никого нет. Снова одиночество. Эта коварная темнота, что пробирает до костей. Эта тишина, что оглушает. Прочь! Хотелось закричать. Прочь! Хотелось скрыться. Прочь! Хотелось спрятаться. Прочь! Хотелось понимания. Прочь! Прочь, боль! Прочь, одиночество! Уйди... "Я тебя не звала"

***

Какая бы пьянка ни была ночью, утром ей нужно было быть готовой ко всему. Похмелье прошло с трудом, но всё же прошло. Голова жутко болела, но с литром зеленого чая и это усмирила. И снова начался этот день. Несмотря на ранний час - восемь утра, выглядела она безупречно. Пышная грива волос, казалось, была в беспорядке в соответствии со строгим порядком. Выбившиеся из прически пряди обрамляли красивое застывшее в величественной гримасе лицо. Глаза были так же холодны, как вчера и позавчера, как год назад. Ни следа от вчерашних розовых соплей. Никаких следов, после слов родного и единственного брата. Никаких намеков на слабость. Лишь лед в глазах и уверенность в голосе. Маска. Это нервировало. Мадара еле сдерживалась, что бы не вмазать смачную пощечину этой девушке. На что люди только не идут ради выживания и хорошей жизни? Даже смешно, но ей сейчас не до шуток. Вот уже второй час подряд она, то есть он, Учиха Мадара пытался не обращать на девушку клана Яманака, которая сидела так близко, что запах ее духов начал душить не хуже яда цветов мокутона, внимания. Клан Яманака хотел вступить в деревню, которая сейчас строится. Ну ладно, если хочет. Но они еще и наследницу хотели ему, Мадаре, впихнуть. Она, конечно, красивая, но не в этом дело. Ее накрасили, разрисовали, одели, раскрыли все ее прелести, надушили духами. И будь Мадара парнем, то Яманака бы понравилась ему, но... Не повезло ей. - Мадара-сама, может... сегодня вечером поужинаем вместе? - максимально близко подсев к Мадаре, прошептала Яманака, добавив в тон голоса страсть и пошлость. - Я хорошо готовлю и очень хозяйственна. - Вот как, - хмыкнул он и перевел взгляд на ее длинные красные ноготки. - Смотря на твои полированные когтища - видно. Девушка наконец-то заткнулась, покраснев до самих ушей. Конечно, мужчина бы такое не заметил. Но Мадара-то девушка. Ни у какой домашней девушки ногти не бывают длинными и, тем более, разукрашенными. Она по себе это знала, ибо мытье посуды, стирка одежды и готовка съедают красоту рук. Мыльные средства высушивают кожу, а ногти начинают ломаться от постоянной химии. И, судя по тону голоса этой девушки, она слишком легкомысленна. Таких некоторые называли "шалавой", которая примкнет к любому, если дадут хорошее вознаграждение. Наконец-то собрание окончилось, можно уйти. На собрании были все: старейшины с обеих кланов, Хаширама и Тобирама. На альбиноса Мадара не обращала совершенно никакого внимания. На его колкие фразы закрывала глаза, чему удивился Хаширама. Договор-то подписан, но доверия со стороны Мадары они так и не разглядели. А вот клан Сенджу был рад клану Яманака. Девушка осталась одна. День продолжался. Изуны нигде невидно. Мадара пыталась не думать о плохом, но мысли всё равно лезли в голову. Для своего же спокойствия, она прошлась по улицам деревни, ища взглядом брата. Жители действовали на нервы, клонясь и здороваясь. Это подхалимство заставляло скрипеть зубами, ибо Мадара не любила особого отношения к себе. Да, она Глава Клана, сильнейшая шиноби, но всё равно человек. Можно было бы просто склонить голову, а не галдеть каждые пять секунд. Но будучи обученной скрывать чувства все до единого, она не сказала ни слова. Лишь шла вперед. И найти брата было не так уж и сложно. Изуна стоял напротив Тобирамы, одним лишь взглядом пытаясь убить его. Вокруг всё перевернуто вверх дном, хаос, всё разрушено. Следы драки. Дома разрушены, земля обожжена, кунаи на земле. Что ж, это было предсказуемо. Тобирама и Изуна всегда противостояли друг другу и сейчас вряд ли станут дружить. Было видно, что они уже порядком устали, возможно, в тайджицу друг друга изводили. Ну, что ж, пока еще живы. Хоть на этом хорошо. - Ублюдок, - прошипел Изуна, сверкнув шаринганом. - Хм, - усмешка тронула бледное лицо Тобирамы. - Ну же, давай, пора бы размяться по-настоящему. Мадара присела на крышу дома и вздохнула. Она бы хотела помочь брату, но он сам сказал, что бы та не вмешивалась. Ну, если всё зайдет слишком далеко - она встрянет, но сейчас, лучше не надо. Она наблюдала за тем, как Изуна и Тобирама сражались между собой, дрались, пытались убить друг друга. Вскоре к Мадаре подсел Хаширама и тоже принялся наблюдать за ними. Девушка лишь краем глаз глянула на него и промолчала. А тот пытался что-то сказать, но никак не знал, что именно. Идиотский случай. - Я думал, что ты начнешь их разъединять, - наконец-то вымолвил шатен, но ему ответила лишь тишина. - Не волнуешься за жизнь брата? - ... И снова не ответила. Волнуется ли она за жизнь брата? Конечно же, она волнуется! Она бы сейчас раздавила бы Тобираму, но Изуна сказал... Ранил такими словами. Растоптал сердце. Плюнул в душу. Не хотелось быть навязчивой. Изуна ударился спиной о землю и заскрипел зубами от боли. Брови Мадары лишь дрогнули, когда Тобирама стал подходить к нему, вытирая кровь с губ. Жители уже разбежались кто куда, и хорошо, что нет никого рядом. Изуна поднимался на ноги, а Тобирама остановился и оскалился. Миг! И он пропал, переместившись за спину Изуны. Альбинос собирался вонзить кунай в макушку Учихи, как вдруг застыл, ощутив на шее лезвие короткой катаны. Позади Тобирамы стояла... стоял Мадара, оказавшись за ним лишь за долю секунды, разглядев метку хирайшина за спиной брата. Тобирама скосил глаза на Мадару, за свою спину и перевел взгляд на Хашираму, что появился напротив Изуны, который тоже смотрел на брата( то бишь сестру) яростным взглядом красных глаз. - Поигрались и хватит, - наконец-то сказал Мадара, чуть сильнее надавив лезвие за шею альбиноса. - Тобирама, - сказал Хаширама. - Изуна, - холодно пригрозил Мадара и, убрав клинок, сделал пару шагов назад. - Если так жаждете убить друг друга, устроив бой, - деритесь за пределами деревни. Ваши погромы потом убирать придется. У нас нет времени топтаться на месте! Деревня должна развиваться! А ваши трупы мне ни к чему в деревне! Проваливайте! Изуна шокировано распахнул глаза, не узнав родную сестру. Голос был холодный, взгляд - ледяной, лицо - строгое, тон - грозный. И теперь Изуна сомневался в том, что это нечто - его сестра. А может маска? А может это "отмазка"?

***

Время шло. Изуна не приходил домой, спал, черт знает где. Тобирама и Хаширама занимались привычными делами деревни. Коноха. Мадара назвал деревню Листом. Ей почему-то хотелось назвать Огнем, так как это близко к клану Учиха, но потом передумала. Видя, как Хаширама душу вкладывает в дома, что создавал, Мадара решила назвать именно Листом, что сможет плыть по течению спокойно, не поддаваясь ненависти окружающих. Хотелось поговорить с Изуной. Но что сказать? В голову ничего не приходило. И Мадара просто решила отдохнуть от всей этой суеты, почитав книгу. В библиотеке клана Учиха ничего не нашла, пришлось в клан Сенджу заглянуть вечером. Шиноби лишь удивленно смотрели на нее, но всё же молчали. Вскоре никого не осталось. Мадара искала, чтобы прочитать перед сном, но ничего не находилось. - "Наследники шиноби", - прочла обложку Мадара, идя к выходу, как вдруг ощутила чью-то чакру. - М? - Читаем? - Хаширама сидел на кресле, держа в руках свиток. - Ну да, - ответила Мадара, остановившись. - Не хочешь пройтись перед сном? Погода сегодня лучше некуда. Луна полная. - Нет, - хмыкнула девушка, прижав к себе книгу. - Что люди подумают, когда увидят, как Главы Кланов гуляют ночью под полной луной. Ты никогда не думаешь о последствиях. Хаширама рассмеялся, чем и удивил Мадару. Та лишь хмыкнула, снова прикрыв глаза. Но потом шатен замолчал, позвав к себе. Мадара, немного подумав, решила подойти, всё же, что он сможет сделать? Много чего, например - за руку схватить. - Отпусти, - прорычала Мадара и, отложив книгу на стол, приготовилась вмазать. - Сенджу, тебе жить надоело?! Как же вы все меня д.. Резко толчок на себя и Мадара застыла, замолчала, заткнулась. Хаширама крепко держал за руки, наклонив к себе, отбирая первый поцелуй не у кого-нибудь, а у самой Учиха Мадары. Эта самая сильнейшая куноичи стояла с распахнутыми глазами, румянцем на щеках, прижатая к своему любимому врагу. Эта теплота губ, это расстояние, этот запах саке... Выпил? Для храбрости? Пьян? Всё ей нравилось, нравилось, нравилось! Но она бы не была Мадарой, если бы не стала вырываться. Хаширама вначале не отпускал, наслаждаясь этим моментом. Но Мадара всё же вырвалась от его цепких руки и задала крепкую, звонкую и плотную пощечину. Хаширама лишь растянулся в улыбке, хотя больно было очень даже сильно. Кулак - дело одно, а женская пощечина - отнюдь не сахарное наслаждение. - Что такое, Мадара-чан? - улыбнулся Хаширама, держа покрасневшую щеку и смотря на девушку, что вот-вот взорвется. - Тебе же понравилось. - Ты-Ты...Ты-ты-ты!... Ничего подобного! Извращенец! Вы все из клана Сенджу подлые пошляки! - закричала невероятно яростным голосом, что стал более женственнее, возможно, из-за нахлынувших эмоции. Мадара быстрым шагом подошла к двери, дабы уйти, но - закрыто. - Ключ где?! - Вот, - лениво поднял пальчик Хаширама, где висел за крючок металлический ключик, который Мадара собиралась отобрать, как вдруг шатен согнул пальчик, спрятав ключ в ладошку и подставив щеку. - Обмен... поцелуешь - отдам. Вот же наглость! Ни совести! Ни стыда! Даже обмен хочет устроить! Ха! Мадара собиралась опять дать леща, как Хаширама перехватил руку и поцеловал ладошку. Девушка загорелась алым пламенем смущения и, вырвав руку, убежала их комнаты, естественно, разгромив в пух и прах дверь со стеной. Хаширама рассмеялся, впервые увидев своего друга и врага в таком шоковом состоянии. Ему нравится такая реакция. - Ю-юху, Мадара! - проорал Хаширама. - Ты книгу оставила! Ахахаха! Мадара, как ужаленная, бежала по улицам Конохи, а потом ворвалась к себе домой. Изуна, что сидел за столом, встал, дабы наконец-то извиниться, но сестра, вся красная и злая, пыталась отодвинуть двери и войти, но нервы, мать их... - Мадара, я хотел поговорить о том случае... - Какой случай?! - шарахнулась Мадара, вспомнив отнюдь не это. - Не было ничего! Иди в свою комнату! - Что? Онее-сан, я... - хотел было объяснить Изуна, но Мадара снова прервала: - Спать! Быстро! Уже полночь, а ты шляешься где-то! Изуна застыл с приоткрытым ртом, не понимая, то ли радоваться, то ли грустить. Он тут речь готовил, хотел извиниться, а сестра психанула. Пришлось пойти к себе, дабы не злить сестру. А сама Мадара сидела на полу, прикоснувшись к груди, ощущая, как сердце вот-вот выскочит. - Не-е-ет, - взвыла Мадара. - Ты идиот, Хаширама... Идиот! Где-то там, Хаширама листал книгу, сидя в библиотеке, весь радостный. Но вдруг чихнул. Будь здоров! Тебе здоровье еще понадобится.