Зов севера

      Время шло, но оттянуть неизбежное с каждым днём становилось всё сложнее. Дни становились всё короче, ночи длиннее. Темнота всё больше заполняла пространство, протягивая везде свои руки. Напряжение росло, оно явно ощущалось в морозном и слишком резком воздухе. Герда сопротивлялась зову севера слишком долго.       В мире слишком много несправедливости, и, чем больше Герда смотрела на общество новыми глазами, тем больше ей хотелось его покинуть.       И, помимо всего, у Герды начала проявляться магия.       Как-то раз, когда она возвращалась вечером домой, на неё напала компания молодых мужчин. Им показалось забавным накинуться толпой на одинокую девушку, чувство безнаказанности развязало им руки. Вот только исполнить свои гнусные планы они не успели.       Миг - и они превратились в ледяные статуи. Всё, что росло и зрело в душе девушки, достигло своего пика, магия вырвалась наружу и ударила в подонков в переулке. Лёд и снег обрушились на них. Герда посмотрела на перекошенные злобой и похотью лица, навечно застывшие во льдах, и поспешила уйти из этого проулка.       Кай беспокоился и нервно расхаживал взад-вперёд по комнате на чердаке. Все их родные, увы, за эти два года умерли, и молодые люди стали жить вместе, в жилье Герды. Свою комнату на чердаке Каю пришлось продать - налоги непрестанно росли, как и цены на всё, при этом зарплаты никто повышать не собирался. Вот только самое бесценное, что есть в его жизни - его храбрая Герда - запаздывала, и это вызывало у юноши беспокойство. Обычно она приходила домой с работы раньше, но сегодня задержалась дольше обычного. А сгущавшаяся темнота за окном лишь прибавляла беспокойства.       "Надо было её встретить, - мысленно укорил себя Кай. - Почему я её не встретил? Вдруг с ней что-то случилось?"       Он уже собирался накинуть верхнюю одежду, как вдруг дверь распахнулась, и в комнату вместе с вихрем снежинок вошла Герда. Глаза её пылали ледяным огнём, руки были покрыты льдом.       - Герда! - с облегчением воскликнул Кай. - О Боже, что с тобой произошло?!       - На меня напали, - холодным тоном ответила Герда.       - О нет! - побледнел от ужаса юноша. - Они... сделали с тобой...       - Не успели. Я расправилась с ними первой.       - Что ты с ними сделала?       - Сделала так, что теперь они полностью соответствуют своей сути. Теперь они полные отморозки.       - Ты их... заморозила?       - Да. И мне их нисколько не жаль. Им же не было жаль одинокую девушку, на которую они напали толпой?       Герда посмотрела в окно, где уже вступила в свои права ночь, а затем повернулась к Каю.       - Я меняюсь, Кай, - призналась она. - Думаю, ты и сам заметил. После смерти Снежной Королевы её сила перешла ко мне.       - Я знаю.       - Тебе наверно страшно находиться снова рядом с ледышкой? - спросила Герда.       - Зачем ты это говоришь? - непонимающе прошептал Кай.       Герда серьёзно посмотрела на него льдисто-голубыми глазами.       - Я хочу, чтобы ты выбрал, пока я ещё человек: уйти тебе, пока не поздно, или остаться со мной до конца?       - Герда, я тебя не брошу!       - Даже если придётся последовать за мной на другой конец света?       - Ты же отправилась тогда за мной. Теперь моя очередь.       Герда слабо улыбнулась.       - Спасибо. Ты не представляешь, как мне стало легче.       Она сделала взмах рукой и пустила магию. Иней покрыл окно морозными узорами, а затем раскрыл его. В небо взлетели снежные голуби, неистово-белым пятном выделяясь на фоне сгустившейся тьмы.       - Мне кажется, ты станешь сильнее предыдущей Снежной Королевы, - заметил Кай. - Твоя сила явно больше.       - Возможно, у меня и до этого были какие-то способности, которые я тогда не раскрыла, а сила королевы их умножила, - предположила Герда, с грустью глядя вслед улетающим снежным голубям. - Если я говорила с рекой, растениями и животными... Хотя, что теперь об этом говорить! - покачала она головой, тряхнув серебристыми волосами.       Она смотрела в окно, в темноту и холод, которые наполнили её жизнь. Всё слишком изменилось, чтобы стать, как прежде, и проснувшаяся магия лишь подтвердила это.       Мир больше не казался ей радостным местом, а её родной город, как выяснилось, был полон грязи, боли, ненависти и насилия.       "И стоит ли помогать тем, кто не хочет, чтобы мир стал лучше? - думала она. - Если многим нравится этот уклад жизни с насилием и несправедливостью - что ж, пусть варятся в этом и дальше."       Лучше бы снег и лёд скрыли эту грязь навеки, избавив от неё мир и даровав покой. Кое-каких грязных и отвратительных созданий они уже отправили в вечность, но это лишь жалкая часть огромного, уродливого и жестокого мира.       На этом ничего не закончилось. Всё стало ещё хуже. В один день Герда и Кай узнали, что их хотят выселить. Якобы ещё их родители имели огромные долги, хотя все небольшие долги, которые когда-то имелись, были давно погашены засчёт продажи комнаты Кая. Но законотворцы были непреклонны и велели молодым в ближайшие дни освободить помещение. Куда отправятся вчерашние дети, как и на что будут жить - никого это не волновало.       Это стало последней каплей.       Лишить их и без того не самого лучшего жилья было низко и отвратительно. И кому мог понадобиться их чердак? Наверняка какой-то богач решил выкупить дом целиком, а всё инстанции в их городе, как успели убедиться Герда с Каем, на стороне тех, у кого есть власть, богатство и сила. Таким в их мире закон не писан, а при желании они могут и вовсе переписать все законы в свою пользу. Бредя по городу по пути домой, Герда отчётливо понимала, что не имеет больше ничего общего с людьми и не желает иметь. Больше здесь не было смысла оставаться.       Всё решено, - подумала Герда, твёрдым шагом подходя к окну и распахивая его одним движением, впуская в комнату морозный воздух, тут же обдавая её своим ледяным дыханием, словно подталкивая к последнему действию. К тому, что она давно должна была сделать и оттягивала изо всех сил. Зов севера взял своё.       "Давай!" - пропели снежинки, и Герда сделала взмах руками, чувствуя, как волна магии, которую она сдерживала внутри с момента нападения, вырывается наружу, повинуясь ей и преображая реальность.       Снежинки словно возликовали и закружились по комнате белым вихрем, обдавая холодом Герду и удивлённого Кая, но не причиняя им вреда. Миг - и Герда наколдовала себе и Каю теплые белые наряды, оттороченные белым мехом и украшенные кристаллами - одежду, достойную королевской четы. Не успел юноша опомниться, как возлюбленная схватила его и вылетела на подхвативших их ветрах в небо, где их уже ждали белоснежные сани с запряжёнными в них летающими лошадьми - тоже белыми и прекрасными.       - Больше нам тут нечего делать, - произнесла Герда, вместе с Каем усаживаясь в сани. - Мы летим на Север. Там наш дом.       Перед глазами у Кая промелькнули воспоминания о том, как в точно таких же санях он летел вместе со Снежной Королевой в её ледяные владения, как она укутывала его в белоснежную шубу, словно озябшего родного сына, как по-матерински она относилась к нему, но лишь на миг. Он тряхнул головой, прогоняя нахлынувшие воспоминания.       "В этот раз всё будет по-другому, - твёрдо сказал он сам себе. - Я лечу с Гердой, а это значит многое!"       Чем дальше они улетали от былого дома, тем лучше становилось Герде. Вместе с домом она словно оставила былые печали и заботы того мира, и теперь же, в бесконечном ночном небе, у неё будто открылось второе дыхание.       Герда чувствовала, что летит домой. По-настоящему домой.