Sayonara, Corporal.

      Аккерман внимательно смотрел на рыдающего Кенни, а его лицо медленно сменяло эмоцию на какое-то испуганное отвращение. Он пожалел уже о том, что вообще согласился сидеть столько времени с сыном. Уж было легче выбраться из пасти Титана, чем успокоить Аккермана-младшего. И как вообще Кристин справляется и с ним, и с работой по дому, и ещё успевает выполнять обязанности Капитана V(Ви)? Это же с ума сойти можно. Леви бы так точно не смог. Успокаивать одной рукой Кенни, другой подписывать договор, так ещё и при этом орать на подчинённых из-за их оплошности. Аккерману казалось, что все боги только что обрушили на него свой гнев в виде рыдающего сына.        Что уже только Капрал не делал. Он и пытался поиграть с сыном, и пытался его укачать, просто успокоить. И даже пытался покормить. Конечно, вся еда оказалась на руке Аккермана, но тот не собирался сдаваться вот так просто. В конце концов Аккерман был готов послать за Сашей кого-нибудь, чтобы она помогла ему, потому что Леви, казалось с ума сходил от вечного плача и истерик сына. Парень не мог роздуплить что именно хочет от него сын, даже после того, как поменял ему памперс, пока от злости не подкинул небольшое яблочко. Кенни тут же замолчал, внимательно глядя за тем, как фрукт чуть подкидывал и тут же ловили. Тут Леви просто просвятило, будто свет в конце туннеля. Парень наклонил голову, внимательно наблюдая за реакцией сына на его действия, даже, чуть улыбнувшись своей победе, которая принесла минуты спокойствия и тишины в этот дом.       Наконец уложив сына спать, Аккерман вздохнул с облегчением, положив голову на мягкую подушку на диване. Он сложил руки на груди, закрывая глаза, чтобы насладиться такой желанной тишиной. Ему в голову пришли просто гениальные мысли для рассуждения. Ведь его жена справляется с таким балаганом каждый божий день, и это, на самом деле, по сложности так же жестоко, как и битва с Титанами. Если там съедают твое тело, то тут по чуть-чуть твое самообладание, твою психику, желание жить. И это ужасно сложно, но Крис продолжала улыбаться Леви, когда тот уставший возвращался домой и просто клал голову ей на колени, пока его жена массировала голову Капрала пальцами, чтобы хоть чуть-чуть его расслабить. Она не выглядела уставшей, заколебаной, наоборот, продолжала выглядеть спокойной, живой.       Хотя, знаете, она не раз признавалась Леви, лёжа на его плече, что ужасно скучает по тем временам, когда её тело выглядело подтянутым, чем вызывало зависть даже у юношей, состоящих в её корпусе. Скучала за временем, когда лишь один её удар левой в челюсть откидывал людей на пару метров. Она и сейчас так может, но лишние кг после родов ужасно её волнуют, из-за она начала вновь тренироваться, не смотря на запрет Аккермана. Кристин сразу ему сказала, что через два года вернётся в строй и продолжит выходить на вылазки, потому что жизнь в четырех стенах совсем не для нее. Она — та Кристин Блэквуд, легенда УМП. Та, у которой смерть вечно на хвосте, а она обходит её самыми хитрыми маневрами привода. Это она выбралась из пасти Титана. Она стала легендой своей семьи с идеальным выполнением 113 маневра. И Леви в первый месяц таких заявлений наотрез отказывал жене и угрожал ещё одной беременностью, но в конце концов где-то через месяц понял, что это потерянный трюк.       — Капризначал, да? — Кристин кидает рюкзак возле кресла, в которое тут же плюхается, растекаясь по нему как пятно, устало вздохнув от боли в спине. Леви открывает глаз, недовольно скосив взгляд на жену.       — Немного. Говорю же, мы мужчины, общий язык нашли, но… — мужчина вздыхает и садиться, глядя на уставшее лицо жены, на котором сияла улыбка.       — Но, что? — Кристин издала смешок, вставая с кресла и плюхаясь рядом с Капралом, тут же укладывая голову ему на колени, чтобы он сделал ей массаж.       — Хер я когда ещё останусь с ним наедине, — раздражённо отвечает Аккерман и запускает в мягкие и шелковистые волосы жены пальцы, массируя кожу головы пальцами, от чего та прикрывает глаза.       — Ну-ну, — тихо вздохнув, Крис обхватывает руками бедра брюнета и медленно засыпает в таком положении, а Леви не смел её будить, лишь наблюдал за спящим и спокойным личиком жены. Наслаждался. Не часто начал это видеть.