Ключ

Ночь выдалась пасмурная. Еще в сумерках со стороны моря потянулись тяжелые тучи, и в них то и дело вспыхивали ниточки молний, высвечивая неровные фиолетовые края. Северный ветер постепенно пригнал тучи к берегу. Едва минуло полночь, как стены замка содрогнулись от первого громового раската, такого оглушительного, что даже птицы снялись с деревьев и с клекотом унеслись в небеса. В конюшнях испуганно заржали лошади. Где-то далеко, в нескольких верстах к западу, завыла на все голоса Волчья стая. От этого тревожного воя проснулся и Гед. Он вообще плохо спал по ночам, виной чему была многолетняя привычка охотиться с Черным. Но теперь Волкам было не до охоты. Древний животный страх перед грозой заставлял их метаться по лесу, ломая деревья и без разбору грызя все, что попадется на пути. Гед почувствовал даже, как один молодой самец, ополоумевший от грома, ворвался в дарийский лагерь. И люди кинулись от него врассыпную, забыв подобрать факелы, оставив безопасные палатки… Черный тоже боялся и скулил, косясь на небо из глубокой лощины, в которой прятался. «Ничего, – мысленно сказал ему Гед. – Это только гроза» Услышав его беззвучный голос, Волк приподнял уши, и робко махнул хвостом, будто извиняясь за свою трусость, но скулить не перестал. Да, всего лишь гроза. Но все равно ведь страшно! Гед хмыкнул и перевернулся на другой бок, чтобы снова уснуть. Но сон почему-то не шел. То ли просачивалось в мысли настроение Черного, вызывая тревогу, то ли мешал вой ветра за окном… А еще, в окружающем пространстве что-то изменилось. Почти незаметно, тонко, лишь намеком на что-то большее… Однажды, когда Гед охотился в лесу, он уловил среди сотен привычных запахов едва различимый новый аромат, и полночи пытался найти его источник. Запах был ему не знаком, а потому вызывал любопытство. Излазив несколько верст чуть не на четвереньках, Гед нашел, наконец, то, что искал. Выяснилось, что это пахнет цветок, который обычно растет только в Дарии. Наверное, семена принесли солдаты, на одежде или случайно замотав в спальные мешки, а может, обронили с пометом птицы… Но, как бы там ни было, в лесу появились новые цветы. К концу лета они так разрослись, что на их запах прилетели пестрые бабочки, которых тоже отродясь не было в Северном Верте. Бабочки оказались разносчиками какой-то иноземной хвори. От нее в Башне подохли почти все лошади… И только Гед знал, с чего все началось – с одного единственного цветка. Он и теперь чувствовал нечто подобное. Что-то было не так. Что-то по крупице нарастало из темноты, нестерпимое, давящее, страшное… Кралось, подобно хищному зверю, уже почуявшему добычу. И его нельзя было обнаружить – до решающего прыжка. Что же происходит? Гед нахмурился, сел на кровати и потер лицо руками. Еще утром ему выделили комнату в другом крыле замка, но он так и не перебрался туда, смекнув, что не сможет как прежде видеться с Брайаном. Да и каморка раба его вполне устраивала. Тому, кто привык спать на голой земле, не пристало жаловаться на жесткий матрац или простыни из обычного льна. Хотя, эту ночь Гед проводил в постели принца. Мальчишка явно беспокоился за него и старался не упускать из виду – на всякий случай. Как только утихли пересуды по поводу визита Стража, он отменил все свои дела, запер дверь на ключ и заявил, что намерен посвятить весь вечер Геду. Тот, конечно, не возражал. Подобное внимание все еще казалось ему странным, но не настолько, чтобы от него отказываться. Теперь же Брайан безмятежно спал рядом, раскинув руки на подушке. Гед повернулся к нему и долго не мог отвести взгляда. Тонкое аристократическое лицо мальчишки казалось таким спокойным, пушистые ресницы чуть заметно подрагивали во сне, пряди волос падали на щеки и лоб, колыхались от неслышного дыхания… Даже гроза не сумела нарушить его сны. Гед нахмурился. Вроде бы принц совсем не изменился с вечера, но что-то в нем было совсем иным. Не таким, как прежде. Несколько минут он безуспешно пытался понять, что же здесь не так. И лишь потом сообразил, что дело вовсе не в Брайане, просто он сам видит больше обычного. Может, раньше его подводили глаза, а может, он не знал, как именно следует смотреть… Принц будто сиял изнутри. Ясные переливы света струились по его коже, будто невесомый туман. Дрожали крошечными звездами на каждом волоске, поднимались вверх вместе с теплом от его тела, чтобы раствориться в воздухе… Иногда между пальцами или на груди пробегали быстрые молнии, и тогда можно было слышать тихий треск, будто надеваешь шерстяной плащ. Гед прищурился, часто заморгал, но видение не исчезло. Тогда он заворожено протянул руку к принцу. И светлый туман ожил. Вспыхнул множеством голубоватых искр, свернулся в тугую спираль – и потек прямо к пальцам Геда, медленно втягиваясь внутрь… Оказалось, что он сладкий и терпкий, будто вино. Чужой свет. Чужая жизненная сила… С некоторым трудом Гед заставил себя отдернуть руку и отстраниться. Он уже чувствовал нечто подобное, когда король выпорол его кнутом, а Брайан лечил, но тогда это было неосознанно. Так высохшее растение во время дождя впитывает воду каждым листиком и тянет из земли каждую частицу влаги, не задумываясь о том, что делает. Теперь же он был здоров. Но желание дотронуться, втянуть в себя этот ясный белый туман казалось ему таким же естественным, как потребность в пище или воде. Только сильнее. Он не просто хотел этого – он жаждал, сходил с ума от одной только мысли об этом, готов был отдать все что угодно за одно мимолетное касание. За одну секунду, пока его пальцы будут скользить по коже мальчишки, впитывая его свет… Потом он вдруг вспомнил, что Хозяин всегда отправлял его зализывать раны в колодец. Слугам и охране запрещалось приближаться к нему под угрозой смерти, и даже воду туда приносили заранее, пока Гед еще висел на цепях. Да и сам Хозяин никогда не приходил его навещать... Потому что знал, чем это может обернуться? Нет, Геду и раньше было известно, что он способен забирать чужие силы. Только он никогда еще не брал так много у одного человека. И никогда чужая энергия не виделась ему столь явственно и не была столь притягательна, как теперь. Боже, да он согласился бы умереть на утро – только бы ощутить это внутри себя, прямо здесь и сейчас… Сам не зная, что делает, Гед снова потянулся к принцу и даже зажмурился от удовольствия, поднеся к нему руку. Как же он наполнен светом, этот мальчишка! Прямо-таки, до отказа… Будто весь состоит из мерцающего тумана, ясного и сладкого… Интересно, каким он окажется, если прикоснуться? Положить ладонь на солнечное сплетение, где вспыхивает больше всего крошечных молний… Или прижаться к нему всем телом, чтобы Сила беспрепятственно текла внутрь, принося неведомое блаженство, доводя до исступления… Какое-то время Гед сопротивлялся. Говорил себе, что не хочет причинять вред, что Брайан и так уже натерпелся по его вине, что в этом нет никакой нужды… Но, чем дольше он сидел рядом, тем сложнее было сдерживать себя. За окном беспокойно метались птицы. Вспышки молний то и дело освещали покои, и вслед за ними раздавалось глухое ворчание грома, от которого стены замка тяжело вздрагивали, будто неподалеку случился камнепад. Когда в лесу в очередной раз завыл Черный, Гед не выдержал. Тронул кончиками пальцев грудь Брайана, едва-едва… …И тут же невыносимый поток ясного света заставил его выгнуться дугой, застонать, стиснуть зубы. Дрожа всем телом, Гед придавил мальчишку к кровати. И пил, пил его силы, будто исстрадавшийся от жажды человек – холодную воду. Это продолжалось всего несколько секунд. Потом внезапный порыв ветра распахнул окно, едва не разбив стекла и швырнув на подоконник несколько сухих листьев. Стукнули рамы – и Гед очнулся. Кубарем скатился с кровати, ударившись коленом о каменный пол, поднялся на четвереньки, отдышался… Принц по-прежнему спокойно спал, хотя от такого грохота не проснулся бы, пожалуй, только мертвый. В полумраке его лицо казалось иссиня-бледным, а сквозь повязку, скрывающую ожоги на ключицах, начала проступать кровь. Должно быть, раны так и не зажили до конца. Ведь все свои силы Брайан без остатка отдавал Геду... И вот как Гед ему отплатил. Черт возьми, ну почему так получается?! Почему единственный человек в мире, который вообще захотел помочь цепному зверьку Хозяина Башни, вынужден страдать из-за своей доброты? Еще совсем недавно Гед зарекся причинять ему боль. А теперь что? Все по новой?.. Должно быть, тварям вроде Геда вообще нельзя давать столько энергии, иначе они могут пристраститься к ней, как Волки – к человеческому мясу... Как бы там ни было, Гед чувствовал, что меняется. Он начал видеть все по-другому, даже с Черным мог говорить на расстоянии, чего раньше не бывало. И боялся даже предположить, чем это закончится. Он ощущал себя куколкой, готовой превратиться в бабочку, если кто-нибудь даст ему сил. Если позволит завершить эту метаморфозу, расправить крылья, принять ту форму, которая суждена ему от рождения. Только ведь это означает, что он и дальше будет тянуть силы у принца. И где гарантия, что в следующий раз ему вновь помешает открывшееся окно или раскат грома, или еще что-нибудь?.. Он и теперь едва сдерживал себя, чтобы не прикоснуться к Брайану. Руки у него дрожали так, что их сводило судорогой, в горле пересохло, сердце бешено стучало в груди, норовя проломить ребра. И в голове было только одно – светлый туман и серебряные искры, ощущение терпкой сладости во всем теле… В конце концов, Гед стащил у принца ключи и опрометью бросился вон из комнаты. Скатился по лестнице, прыгая через пять ступенек, миновал спящую охрану, и юркнул, наконец, в подземный ход. Захлопнул за собой дверь – и остановился, вспомнив, что не взял факела. Странное чувство, похожее на нестерпимый голод, отпустило, и только теперь Гед начал как следует понимать, что натворил. Хорошо хоть принц не проснулся! Впрочем, он, наверное, проснется еще не скоро. Слишком ослаб… Только бы не вернулась лихорадка и не началось воспаление, ведь у искалеченного организма совсем не осталось сил бороться с инфекцией… А что, если Брайан умрет? Даже будь на месте принца здоровый воин, привычный к физическим нагрузкам, Гед и то усомнился бы, что с ним все будет в порядке. Но этот мальчишка… Может, когда-то он и был достаточно крепок, чтобы выдержать подобное, но после Башни, после того, как он вылечил раны от кнута, не спал сутками, да еще выкупался в холодной воде – стоило ли рассчитывать на хороший исход? Поразмыслив, Гед вышел из подземелья и отправился искать лекаря. Для этого пришлось расспросить нескольких солдат и обойти множество комнат, двери которых ничем не отличались друг от друга, и в итоге его отправили в лабораторию при лазарете. Келлар был там, толок в оловянной ступе какие-то корешки. Увидев Геда, он тут же оставил свое занятие и повернулся к нему: – Что ты тут делаешь? Гед прикрыл за собой дверь и сказал, стараясь не смотреть лекарю в глаза: – Вы… не могли бы зайти к Брайану? Он плохо себя чувствует. – Что случилось? – нахмурился тот. – Опять перенервничал? Или поранился? – Нет, просто… Просто осмотрите его, – Гед замотал головой и выскочил из лаборатории, не в силах как следует все объяснить. На душе было удивительно паршиво. Он не знал, куда деться, и не придумал ничего лучше, чем просто уйти в лес, к Черному. Волк не очень-то смыслил в людских проблемах, но его по-звериному простодушные советы часто оказывались полезны. В любом случае, сейчас надо было держаться подальше от принца. Если бы только Гед заранее знал, что сделает что-то подобное! Он бы уже давным давно покинул замок! Или хотя бы сумел вовремя остановиться… Нет, лучше уж никогда больше не видеться с Брайаном, чем медленно убивать его, пока он спит. А ведь Гед был обязан ему всем, что имел, он собирался защищать мальчишку, он… Любил его? Да, наверное, любил. Если только это чувство не было простой потребностью в пище… От этой мысли Гед замер посреди темного туннеля, по которому пробирался на ощупь, и судорожно вздохнул. Может, и прав был Хозяин. Им не суждено жить долго и счастливо, как писали в старых сказках. И в конце концов останется только боль. А вдруг Гед вообще не способен кого-то любить? Ведь тогда он непременно начнет тянуть из этого человека жизненные силы, и в итоге погубит его? Но Брайан не заслуживает подобного! Что бы ни случилось, он не должен пострадать! Гед выбрался из подземного хода в лес и без сил опустился на землю. Птиц над головой больше не было, да и ветер улегся, а значит, скоро должен был начаться дождь. Несколько минут спустя появился Черный. Он прижимал уши от страха перед грозой, но упрямо шел к другу, чувствуя, что тому очень нужна его помощь. Темноволосый парень обнаружился у скальной гряды недалеко от водопада. Он сидел, обняв колени руками и опустив голову. Волк подошел и улегся рядом, чуть слышно поскуливая. Гед никогда не мог понять, как Черному удается ловить все его эмоции. Порой это даже раздражало, особенно когда зверь, видя, что Гед расстроен, начинал допытываться о причинах, а рассказывать не хотелось. Но теперь Волк ничего не спрашивал. Лишь сочувственно уткнулся в плечо, будто все и так было понятно, и лизнул руку шершавым языком. Несколько минут спустя Гед с удивлением обнаружил, что Черный пришел не один. Из-за деревьев, из-за ручья, с крутого каменистого холма позади – отовсюду сходились Волки. Их еще не было видно, но движение их громадных тел создавало колебания воздуха, горячее дыхание повышало температуру, а страх и вовсе пылал, будто множество костров, такой же реальный, как и вызвавшая его гроза. Не открывая глаз, Гед предельно четко видел, как из пастей зверей вырываются облачка пара. Чувствовал, как дрожат дождевые капли, стекая с их шерсти, и падают наземь, как перекатываются под шкурами тугие клубки напряженных мышц. И точно знал, откуда пришел каждый Волк, о чем он думал, каких животных недавно загрыз… Все это было так очевидно, что Гед даже удивился, почему раньше не замечал подобных вещей. Неужели он был настолько слеп? Как вообще возможно, что всю жизнь он видел лишь картинки, пустые образы – и совсем их не чувствовал?.. Волки бесшумно обступили его, принялись обнюхивать. Некоторые из них даже скупо виляли хвостами, будто встретили вожака стаи или давнего друга. Страх внутри них постепенно угасал. Видимо, Гед казался им важнее грозы, а события этой ночи – слишком приятными, чтобы беспокоиться о чем-то другом. Сам же Гед почти ненавидел зверей за это. Прибежали на запах его украденной Силы, как на запах течной самки по весне или человеческих трупов… Пусть Волки и не глупы, но сейчас их поведение не имело ничего общего с разумом. Просто звериный инстинкт. Нечто издревле заложенное в их естество, природное, незыблемое… И они радовались тому, что Гед сделал с Брайаном. Считали, что это правильно и хорошо. – Что происходит? – шепотом спросил Гед у Черного. – Почему вы… Зверь только вздохнул и поднял на него глаза, тускло светящиеся в темноте: «Просто ты становишься собой. Пробуждаешься. Мы давно ждали этого» – Чего? «Нельзя остановить приход весны, верно? Нельзя удержать солнце за лесом, когда наступает утро... – Черный хитро сощурился. – Рано или поздно ты все равно нашел бы этого человека, потому что он – Ключ, который тебя открывает. И сколько бы тебя не приучали сидеть под замком, ты не смог бы с этим смириться» – Какой к черту ключ?! – прорычал Гед. «Ты нашел его. Теперь поздно. Цикл уже запущен, весна началась, солнце показалось из-за леса. И ты не остановишься» – Я буду… тянуть его силы? Волк не ответил и лишь опустил тяжелую голову на лапы, свернувшись клубочком неподалеку. По его мнению, все шло своим чередом, и Гед был единственным, кто этого не понимал. Ну ничего, пройдет совсем немного времени, и он поймет. Успокоится и станет тем, кем и должен был стать. В конце концов, если хищник думает, что есть мясо – это плохо, это вовсе не значит, что он добровольно заморит себя голодом… – Нет, – сказал Гед и поднялся на ноги. – Не дождетесь. Я больше не трону Брайана. Только не его... Черный растянул губы в равнодушной улыбке и вильнул хвостом. Улегся поудобнее. Гроза сходила на нет, и он собирался немного поспать. * * * Принца разбудили осторожные касания чужих пальцев. Сначала они ощупали его запястья, измеряя пульс, потом тронули лоб и, наконец, укутали теплым одеялом чуть не до подбородка. Он открыл глаза и увидел Келлара. За окном догорал закат, отсветы разведенного в камине огня освещали комнату. Ничего не понимая, Брайан огляделся вокруг. Попытался сесть, но голова предательски закружилась, в глазах потемнело, и он повалился обратно на подушку. – Лежи, – строго велел ему Келлар. – Сейчас лекарства принесу, полегчает. – Что случилось? – с трудом выговорил принц и подивился собственному голосу – тот звучал глухо и хрипло. Да и язык едва ворочался, будто после нескольких бутылок вина. – У тебя была лихорадка. Но сейчас все хорошо, надо только отлежаться немного – и будешь как новенький… – Лихорадка? – переспросил принц. – С чего вдруг? И где Гед? Келлар вздохнул и развел руками: – Не знаю. Со вчерашней ночи его не видел. Наверное, ушел охотиться. Или что он там обычно делает, когда не сидит под замком?.. Брайан поморщился и все-таки поднялся, спустив ноги с кровати. Голова опять закружилась, но уже не так, как в первый раз, и он потянулся за рубашкой. – Ты чего это удумал? – возмутился Келлар. – Тебе нельзя сейчас вставать! – Что-то не так, – пояснил принц. – Гед не ушел бы без причины, а значит, у него проблемы. Что он тебе сказал? – Да ничего… Сказал, ты плохо себя чувствуешь. Да не волнуйся, вернется твой Гед, он же теперь здесь живет! Ему и идти-то больше некуда… – Что-то не так, – повторил принц, и начал торопливо одеваться, путаясь в завязках рубашки. Келлар вздохнул и помог ему просунуть руки в рукава. Подал штаны. Не сделай он этого, Брайан сам наклонился бы за ними и, конечно, тут же грохнулся бы на пол. Потом надел ему на ноги ботинки и даже принес куртку на случай, если принцу захочется выйти на улицу. После вчерашней грозы снаружи было холодно. Когда он уже взялся за ручку двери, Келлар окликнул его по имени: – Я не знаю, что между вами происходит, – сказал он, – но, может, ты зря так доверяешь этому человеку? Это ведь он позвал меня сюда. Если он что-то сделал с тобой, и ты не хочешь говорить… – Ничего он не сделал, – отмахнулся Брайан и вышел за дверь, пошатываясь от слабости. Лекарь проводил его обеспокоенным взглядом. Почему-то принц был уверен, что Гед покинул замок, и не через главные ворота, а каким-нибудь обходным путем. Не найдя на поясе связки ключей, он лишь убедился в своей правоте и поспешил к подземному ходу. Дверь туда оказалась открытой. Недолго думая, Брайан вытащил из уключины в коридоре один из факелов и направился туда, держась за стены, чтобы не упасть. Перед глазами до сих пор плясали черные точки, ожоги и сломанные кости болели так, что с трудом удавалось сдержать тошноту, колени подгибались при каждом шаге. Но чувство страха подстегивало его. Заставляло пройти еще немного, и еще, и еще… Пока, наконец, впереди не замаячила последняя лестница, ведущая на поверхность. Брайан, конечно, не надеялся, что найдет Геда прямо у выхода, ведь минули почти сутки с тех пор, как тот ушел. Но глупо было хотя бы не попытаться его отыскать. Принцу понадобилось несколько минут, чтобы поднять крышку люка. Странно, раньше она не казалась такой тяжелой. Или просто руки так сильно не дрожали… Но в конце концов, он справился и выбрался на поверхность, тяжело дыша и утирая со лба холодный пот. В лесу было сыро и зябко, пахло мокрой землей. Неутомимый ручей прыгал по камням, журча так громко, что за этим шумом делалось совершенно невозможно различить другие звуки. Брайан опустился на колени и сунул голову под холодные струи. Стало немного легче. Даже тошнота отступила, а боль, будто испугавшись новых ощущений, затаилась глубоко внутри. Отжав мокрые волосы и вытерев лицо краем рубашки, Брайан огляделся по сторонам. Вокруг было пусто, только набухшие от влаги деревья, примятая трава… и множество Волчьих следов, густой сетью опутавших все вокруг, насколько хватало глаз. – Гед! – позвал он. Ответа не последовало. Голос будто тонул в этом безжизненном пространстве, даже не порождая эха. Солнце почти скрылось за горизонтом. Длинные тени деревьев густой сетью опутывали все вокруг, скользили по лицу принца, будто призраки. – Гед! Не менее часа он бродил по лесу, выкрикивая его имя. Когда совсем стемнело, Брайан остановился и без сил рухнул у подножия огромного дуба, почти иссохшего от старости. Прислонился затылком к шершавой коре, выругался сквозь зубы: – Чтоб тебя… Знаешь ведь, что я тебя ищу! Неужели так сложно отозваться? – Сложно, – ответил подозрительно знакомый голос. Принц завертел головой и запоздало сообразил, что голос идет откуда-то сверху. Вскочил, посмотрел на дерево, возле которого сидел – и увидел среди молодой листвы тонкую фигуру Геда. – Ты б хоть предупредил, что уходишь, – проворчал Брайан, – ну там, записку написал или сказал охране… Я уж думал, с тобой что-то случилось. – Все нормально, – как-то странно отозвался Гед. – А ты… Как себя чувствуешь? – Хорошо. Но было бы еще лучше, если б ты спустился. Гед подумал и уверенно мотнул головой: – Нет. – Нет? – переспросил принц. Несколько секунд он ждал пояснений, но их так и не последовало, и Брайан хмуро закусил губу. – Если ты на меня за что-то злишься… – начал он. – Не в этом дело. – Тогда что случилось? Гед отвернулся и тихо, но отчетливо проговорил: – Да ничего не случилось. Я просто хотел с твоей помощью отделаться от Хозяина. Теперь я свободен. А значит, больше нет смысла торчать в твоем замке и делать вид, что ты мне нравишься. Брайан склонил голову набок: – Серьезно? Вчера ты был рад, что остался, а сегодня уходишь? – Представь себе. – Гед… Ты можешь просто сказать, что случилось, и не устраивать этих шутовских представлений? Из тебя плохой актер. А я совсем не умею читать мысли и… – Ты что, не понимаешь? – зло прорычал Гед. – Ты мне больше не нужен! Так что уходи и больше не ищи меня. Мы неплохо повеселились, и спасибо тебе за все, что ты сделал… Но ты ведь не думаешь, что для меня это что-то значило? Брайан молча смотрел на него. – Да перестань! – рассмеялся Гед. – Нельзя быть таким наивным, ты же принц все-таки! И вообще, ты ведь сам хотел, чтобы я ушел от Хозяина. Теперь-то ты чем недоволен? Мальчишка ничего не ответил. Вздохнул и вновь уселся под деревом, скрестив руки на груди. Видимо, он не верил ни единому слову. – Здесь Волки ходят, – заметил Гед. – Хочешь, чтоб тебя съели? Топай давай! – Если я тебе больше не нужен, то почему ты об этом волнуешься? – фыркнул принц, и, конечно, не двинулся с места. – Брайан… Просто уходи. Пожалуйста. – Черта с два! – вдруг выкрикнул принц и снова вскочил на ноги. – Думаешь, стоит просто сказать мне что-то обидное – и я тут же про тебя забуду? Ты ведь не первый день меня знаешь! Это хоть раз срабатывало? И вообще, рано или поздно ты все равно спустишься, так что я лучше посижу здесь и подожду. – Это глупо. – Не глупее того, что делаешь ты! Ну что такого страшного могло случиться? Я так понял, ты забрал часть моей энергии, пока я спал, и теперь боишься, что снова это сделаешь. Так? – Откуда ты… – Да брось, думаешь, так сложно было понять, что происходит? Если ты поранился или влип в какую-то историю, мог бы просто сказать. Я ведь и раньше отдавал тебе силы. С чего ты взял, что в этот раз я разозлюсь на подобное? Гед лишь хмуро покачал головой: – Я не ранен и не болею. Я просто… становлюсь чем-то другим. Брайан вопросительно посмотрел на него. –Хозяин говорил, что во мне спит демон, который питается людскими силами, – продолжал Гед. – И когда он проснется, я не смогу загнать его обратно. Я толком не знаю, что это означает, но… Что если я теперь – как Волки? Они ведь тоже не могут отказаться от человечины, если хоть раз попробуют… Что ты будешь делать тогда? Просто позволишь мне себя убивать? – Волки, не Волки… – Брайан поднялся и протянул ему руку: – А давай проверим! Есть ведь всего два варианта, так? Либо ты «демон», который жить не может без чужой Силы, либо твое тело просто восстанавливается, приходит в норму. У тебя ведь другая норма, она отличается от человеческой, да и раны только начали заживать. Значит, нужно выяснить, какой из вариантов правильный. Пока ты на этом дереве гнездо не свил… Гед поразмыслил немного и вздохнул: – Только не сегодня. До тех пор, пока ты не сможешь хотя бы стоять, не шатаясь от слабости, я к тебе и близко не подойду. – Как скажешь, – легко согласился принц. – Но завтра вечером я вернусь. Только, пожалуйста, не убегай никуда больше. Иначе я буду тебя искать. А я не великий мастер лазать по деревьям.