Художник

26 глава Селение встретило деловитой суетой и отсутствием повышенного внимания. Так, обычные приветствия от попадающихся навстречу родичей и любопытные взгляды детей. Хорошо, значит, за время нашей миссии ничего серьёзного не случилось. Отряд потихоньку рассасывался по домам. Сачико было чуть замедлила шаг, но затем решительно пошла рядом. Невольно стал отсчитывать секунды до встречи, но не успел дойти и до десяти. — Мама! — возгласу Тамы вторил ехидненький смешок Мидори. Сестра уже коварно подкралась к мужу и ненавязчиво утаскивала Хизао в сторону дома. Сачико чуть не споткнулась, но с растерянностью справилась и даже смогла улыбнуться, наклоняясь к обхватившему её за ноги Таме. Следом налетел примчавшийся с дальних полигонов ураган. Вот только “порывы” волшебным образом остановились где-то в метре от меня. Да-да, верю, что вы уже большие и не будете лезть обниматься. Выражения лиц у ученика и старших детей были весьма красноречивыми. — Покажете, чему научились за это время? — решил подыграть им таким образом. Вот на полигоне вы не отделаетесь так просто. Кажется, коварные планы на этот счёт были не только у меня, но так даже веселее. Юдсуки подобным не заморачивался и подпрыгнул, обхватив руками и ногами, повис этаким декором. Удобнее перехватил сына и бросил насмешливый взгляд на Изаму. Интересно, какое желание окажется сильнее? Показать, что он уже большой, или с разбегу запрыгнуть родителю на шею? Не выдержал. Притом сорвался с места с такой скоростью, что я едва успел его подхватить. — Ой, что ты делаешь, щекотно… Тама-чан, перестань! Младший из детей демонстрировал завидную целеустремлённость и упрямство. Он медленно, но верно подбирался к запрятанным в потайных кармашках сенбонам и кунаям. Сачико, видно, не до конца поняла, чего именно добивается ребёнок, и принимала это всё за игру. Сдерживать широкую улыбку я и не собирался. Интересно, как скоро она поймёт, что осталась без оружия? Откуда у сына такие таланты, непонятно, но умение незаметно подобраться и стянуть что-то прямо из-под носа шиноби определённо было полезным. Главное, донести до него, когда подобное нужно делать, а когда — нет. — Эй, а вот это уже опасно! — вмешался, поняв, что мелкий начал вытаскивать взрывпечати. — Ками-сама! — заметившая поползновения Сачико быстро вернула их на место. — Когда только успел! Сгребя юного карманника в охапку и предусмотрительно развернув спиной к себе, девушка направилась к входу. Наконец-то дома, и, надеюсь, на следующую миссию не придётся отправляться слишком быстро. *** Суета, царившая на излюбленном полигоне, напоминала выход на шашлыки, разве что вместо них присутствовала легкая закуска, да и алкоголя принесли гораздо меньше. Рюозо на пару с Джиро заканчивали сервировку. Летом было бы лучше, но кого такие мелочи останавливали, особенно когда действительно надо. Тот самый, едва уловимый запах весны уже появился в воздухе. Легкая мелодия флейты вплеталась в него мягко и гармонично, словно изначально была частью природы. Акума не использовал чакру, играя для души, а не запутывая в гендзюцу. Вот только слегка отсутствующий вид Таро рождал подозрения, что он ударился в воспоминания и сам себя погрузил в иллюзию. — Отомри, лечиться будем, — Осаму легонько подтолкнул его к накрытой полянке. — Слишком много событий на такую короткую зиму. Осознание, что никто из присутствующих ни разу не напивался, пришло неожиданно. Мысль о том, что может сотворить пьяный отряд такой силы, подействовала не хуже кодирования и всех заговоров вместе взятых. Сакэ не лезло в горло, маленькая о-тёко* казалась ведёрной и никак не желала кончаться. В очередной раз сделал глоток в надежде, что хоть теперь её осушу. Получилось. Но приметивший непорядок Джиро мигом вновь наполнил посуду. Да он издевается! Или поставил целью довести всех до состояния пьяных откровений. Моих проблем остальные участники “терапии” не испытывали, и напряжение их потихоньку отпускало. — А может, кому-то в Страну Ветра сбегать? — в голосе Таро появились едва уловимые пьяные нотки. — Ну, там гендзюцу, здесь несчастный случай… Глядишь, после этого и войны не будет. — Вернёшься, увидишь, что стал дедушкой, и снова сбежишь? — предположил Джиро. — Или дождёшься, когда глава назовёт тебя “папа”? Хорошо, я не успел сделать глоток. Скажет тоже! Да и если называть, то что такого-то? — Ты мне здесь нужен, — высказал своё мнение, пока могучий шиноби не сбежал на край света от трудностей семейного плана. — Сходи, что ли, с разведчиками, побегай за Сенджу. — Присоединяюсь! — немедленно отозвался Джиро. — А то Даи, того и гляди, забудет, как я выгляжу. — Недооцениваешь себя, — усмехнулся Осаму. — Хотя я бы тоже со своим сцепился. Интересно, что у него за рана такая, раз не даёт мощные техники использовать. Но и без них неприятно удивить может. — Джиро, тебя в штабе желают видеть, — быстро напомнил подчинённому о суровой реальности. Вот нечего на меня так смотреть! Иммунитет выработался. — Закончи там и хоть сюда своего Сенджу притаскивай. — Ох, кажется, я уже слегка пьян, раз такое вслух сказал. Надеюсь, именно этот представитель лесного клана где-нибудь на миссии. — Да и мы что-то засиделись, — Акума вновь любовно огладил флейту. Шиноби выглядел совершенно трезвым, только глаза блестели больше обычного. — С теми разбойниками можно и форму потерять! Он поднёс инструмент к губам. На этот раз музыка была другой. Она манила, звала за собой, просила поиграть, выпустить скопившуюся силу на волю. — Это без меня, — с сожалением пересилил это желание. — Нужно закончить с разбором дел. *О-тёко — небольшая цилиндрическая чашка для сакэ. *** — Ну, хоть какие-то попытки контакта были? Не просто же так Сенджу вдоль границ бегают. Командир разведывательного отряда призадумался. — Сложно сказать, Таджима-сама, — наконец вынес вердикт он. — Сильно не лезут, если мы делаем попытку приблизиться, отступают. А если стычки и происходят, то как-то вяло. На ум невольно пришел анекдот про двух англичан, которые попали на необитаемый остров, да так и не разговаривали, потому что некому было представить их друг другу. — Ну, спросите у них напрямую. — Ничего стоящего не шло, пришлось озвучить то, что было. Выражение лица у собеседника стало странным. Кажется, он очень хотел спросить что-то в духе “И так тоже можно?” — Вдруг ответят, от неожиданности даже правду, — продолжил развивать мысль. — Соврут, поймём сразу. А промолчат, так мы ничего не теряем. Могу отрядить в помощь Джиро-сана. — Вспомнив об инициативе собственного отряда, понадеялся, что они никуда не рванули в нетрезвом виде. Подобное предложение вызвало улыбку. — Зачем же так сразу, мы сначала сами попробуем. По-хорошему. Невольно посочувствовал Сенджу, которому не посчастливится подвернуться разведчикам. Мало ли что они подразумевают под этим словом! Отпустив шиноби передавать новые вводные подчинённым, придвинул уже прочитанные бумаги — проверить, не упустил ли чего. Очередной отчет из столицы вызвал новые вопросы. Чуть подумав, разложил отчёты в хронологическом порядке и прочитал разом. Устроить эпидемию в клане, где много ирьенинов — солидное достижение. В Стране Огня таких умельцев не было, а вот шиноби из Страны Ветра вполне могли бы отличиться. Вот только так просто подобное не провернуть. Либо не один год подготовки, либо чья-то существенная помощь. Вряд ли кто-то из тамошних кланов взял и поставил себе цель подорвать силы Сенджу просто из интереса. Возможно, даймё Страны Ветра уже давно планирует войну и теперь ослабляет силы противника, тогда нужно ждать диверсии нам и наблюдать, не попадут ли под удар другие кланы. Либо это часть плана нашего правителя. Чужими руками ослабить один из великих кланов, затем лично поддержать и опутать клятвами и договорами. А Сенджу выбраны потому, что у них репутация лучше. Клан любви же. Не сдержал смешок. А может, это инструкция? Вон, Сену сперва мозги полюбили, потом Назуми физически, и всё хорошо. Жаль, пока такое рановато предлагать. Не поймут-с. В целом картина получалась интересной, но в неё просились яркие акценты. Письмо из провинции успокоило: пока всё шло более-менее ровно, учителя юного наследника занимались именно тем, для чего их и наняли, не пытаясь лезть, куда не просят. А родственники то ли не горели желанием брать на плечи дополнительную ответственность, то ли не хотели бодаться с шиноби. Банды, лишившиеся влиятельного покровителя, рассосались, словно сами по себе. Вот привалило “счастье” соседям! Были сильные сомнения, что распробовавшие вседозволенность люди резко возжелают мирной жизни и чудесным образом переквалифицируются в крестьян и ремесленников. Интересно, можно ли придумать технику, которая позволяла бы быть в нескольких местах разом? С тоской констатировал, что на теоретические изыскания просто нет времени. Но, с другой стороны, зачем мне дополнительное искушение всё лично контролировать. “Хочешь сделать хорошо — сделай сам” — плохой девиз для руководителя. Хватает умных и опытных людей, которым стоит показать своё доверие. А мне пора размяться и, если повезёт, хорошо подраться. *** Надеюсь, у разведчиков дело идёт лучше. Обещанные Сенджу на глаза попадаться не спешили. Хотя пару раз удалось почувствовать бледные, почти выветрившиеся следы характерной чакры. Значит, представители лесного клана действительно были поблизости от границ. Выросшее на небольшой прогалине дерево гордо тянулось вверх, вольготно расправляя ветки. Вот его и порисую. Тем более у коры фактура интересная, её можно и отдельно, крупным планом изобразить. Вот только об осторожности забывать было нельзя. Неожиданно на границе сенсорного восприятия показались огоньки знакомой чакры. А они-то что здесь забыли?! Кажется, моя просьба об осторожности была пропущена мимо ушей. Сразу же вспомнился разговор с сыном в провинции и их с Хикаку инициатива во время посольства. Рисунки дерева? Хотелось верить, что речь шла именно о растении, вот только была вероятность, что юные шифровальщики не придумали ничего оригинальнее, кроме как обозначить так кого-то. В любом случае, сейчас слишком неспокойно, чтобы позволить детям без прикрытия шарахаться возле границ. Заодно проверю бдительность подрастающего поколения. Дерево действительно было. Полоскало мертвые ветки в воде. А ещё служило мостиком и насестом. Кого изображают детки — экзотических птичек или плоды, предположений не было. А вот насчет происхождения их товарища вопросов не появилось. Буцума в его возрасте выглядел примерно так же. У меня возникло желание обозначить своё присутствие и пропесочить детей за неосторожность. Но спешить в таком деле не следовало, да и стоит отдать должное, разведкой они озаботились, призвав своих ниннеко. Лучше сделаю иначе. Устроившись удобнее, извлёк блокнот и карандаш. Вечером попрошу у ребят посмотреть их рисунки, покажу свои, полюбуюсь выражениями лиц, и уж потом поговорим. Сцены вырисовывал старательно, любовно, чтобы никаких сомнений в том, кто изображен, не было. Закончив очередную зарисовку, на которой Мадара и сын Буцумы почти соприкасаются лбами, что-то рассматривая в блокноте, поданном Хикаку, почувствовал себя папарацци. Прикусив губу, чтобы сдержать смешок, потихоньку отступил подальше. Домой дети пока не собирались, а вот у меня уже не так много времени. Только интуиция недвусмысленно советовала всё проверить ещё раз. Река скрадывала звуки, с такого расстояния хлопок вряд ли кто услышал, но все равно вызывал Торио с оглядкой. Появившийся ниннеко заинтересованно принюхался. — Возле реки Мадара, Хикаку и ещё один мальчик, — на этих словах кот насмешливо прищурился: сенсор он хороший, наверняка уже понял, кто этот третий, но уточнять я не стал. — Проверь, есть ли кто ещё поблизости. Если найдёшь, сообщи мне. Вот ведь Чеширский кот! Показалось, что у пушистого напарника морда треснет от сдерживаемой улыбки. — Не подшучивай над детьми, я тоже хочу поучаствовать! Вместо ответа Торио мазнул хвостом по одежде и скрылся в тени. — Белый котёночек, совсем белый, — промурлыкал ниннеко, вернувшись спустя пару минут. — Такой внимательный, скоро их найдёт. — Веди. — Подобная новость энтузиазма не добавляла. Ещё не хватало детям спалиться досрочно. Поплотнее свернув чакру, двинулся чуть вглубь земель Сенджу. Увидев, кого именно нашел напарник, только покачал головой. Один раз — случайность, два — совпадение. Но если я его встречу в третий раз, впору будет задуматься, а не делают ли мне таким образом намёк. Надежда на то, что визитёр знает, куда идёт и кто его там ждёт, умерла, не родившись. Мальчишка шел не так, как соклановец или Мадара с Хикаку. Этот Сенджу пробирался неуверенно, тщательно прячась и проверяя местность. Видно, приметил отлучку родственника и решил проследить, чего это того понесло в сторону земель Учиха. — Ня-яу, — Торио, изображая обычного кота, выбрался из укрытия. — Мря-я! — он обтёрся о ближайшее дерево. Глаза у ребёнка удивлённо расширились, а у меня закралось подозрение, что ниннеко просто издевается: да с его размерами только домашнего мурлыку и изображать! Но внимание отвлёк, этого не отнять. — Ну, здравствуй, — выдохнул на ухо. Мальчишка шарахнулся и развернулся, выхватывая кунай. Вот только при этом посмотрел прямо мне в глаза. Иллюзия мягко опутала чужой разум, давя желание сопротивляться или шуметь. Оружие Сенджу не выпустил, только замер неуверенно. — Вот так и стой, — благодушно улыбнулся, доставая блокнот и карандаш. Прикусил губу с внутренней стороны, сдерживая смех. Быстрыми штрихами набросал напряженную фигуру. Торио, словно издеваясь, обтерся об ногу мальчика, затем подошел ко мне и, запрыгнув на плечи, свернулся на шее эксклюзивным воротником. — У тебя мышцы не устали? — поинтересовался у невольной модели. — Ты за всё это время их даже не расслаблял. Лицо у мальчишки вытянулось. А вот после того, как у юного шиноби начало подергиваться веко, стало немного стыдно за своё поведение. Вот только смолчать было выше моих сил. В конце концов, от разрыва шаблона ещё никто не умирал. — Прелесть! Такое выражение лица идёт тебе гораздо больше, а то просто мелкая пародия на Буцуму. Прямо ностальгия началась. Мальчишка поперхнулся воздухом. — Что? Мы с ним почти всю сознательную жизнь сражаемся. — Почему? И взгляд такой пытливый, точно насквозь хочет увидеть. — Что именно? — слишком много вариантов продолжения. Мальчишка молчал, но глаза не отводил, только кончики ушей постепенно алели. Карандаш вновь скользил по бумаге. В этот раз будет шарж. Дорисовал кошачьи ушки. — Вот, — вытащил из альбома готовый рисунок. — Ответ на один из возможных "почему". Полюбовался на ошарашенную физиономию. — А теперь осталось последнее. Подойди. Странно, но мальчишка повиновался. То ли мягкий тон сыграл свою роль, то ли стресс. Вложил в руки Сенджу небольшой пакет с давно подготовленными письмами. Оставалось осторожно затереть свой образ в воспоминаниях мальчика. Пусть будет уверен, что сбился со следа. А легкое внушение не даст ему забыть оставить послание на столе отца. Отловят кого-то разведчики или нет, ещё не ясно, а тут почтальон сам подвернулся. *** Учиха был пьян. Не то чтобы Мики шокировал этот факт, в конце концов, самому доводилось хлебнуть лишнего. Удивляло другое. Как Таро и остальных вообще выпустили за пределы селения?! Стали понятны эмоциональные высказывания Даи в адрес давних врагов. Точно ёкаи, раз на такое пошли. Хотя это принесло им победу. Противники просто не могли понять, что будет предпринято в следующий момент. Припомнив последние часы, мужчина искренне понадеялся, что Учихи не решат, будто ходить на миссии пьяными — хорошая идея. Сенджу поднёс к губам чашку и сделал маленький глоток. Чай без каких-либо посторонних добавок. Мики придержал желание выругаться. Почему он сидит тут? Не то чтобы так уж хотелось сравнивать, как сильно отличаются застенки Учих от собственных, или проверять умение красноглазых связывать пленников, но всё равно. Были определённые сомнения, что окажись ситуация зеркальной, приём был бы столь же радушным. Шиноби поставил посуду на столик с такой осторожностью, будто она могла укусить. Ещё более диким казалось отсутствие видимой охраны. Взгляд упал на единственное, помимо него, живое существо в комнате. Небольшая трёхцветная кошечка тихонько мурлыкала сквозь сон. Воспоминание о разговоре с Ринджи-саном вынудило поглядывать на неё с подозрением. Вот только от животного не чувствовалось ни капли чакры. Кошка распахнула медовые глаза, встретилась с ним взглядом и, как показалось, насмешливо прищурилась. Мики вновь мысленно помянул ёкаев. Идея проверить, насколько простираются границы предоставленной свободы, была интересна, но пока стоило заняться более насущной проблемой. Сенджу закатал рукав. Рана выглядела скверно, но, что удивительно, он до сих пор жив. И признаки отравления проявляться не спешили. В родном клане всегда были искусные ирьенины. Преобладающая чакра суйтона располагала к целительству. Но почему-то в битве против ядов стали выигрывать Учихи. Отравителями красноглазый клан не был. Мики припомнил, что происходило в последние минуты боя. Вот не удалось увернуться от клинка, выскочившего из почти развалившейся на части куклы. А в следующий миг руку опалило жаром такой силы, что боль мгновенно притупилась — видно, ожог слишком глубокий. Воспаления не возникло, да и характерный запах, от которого порой мутило юных шиноби, уже исчез. Действия Таро были дикими, но, похоже, они оказались более эффективными. Девушка-ирьенин убрала корку, в которую спеклась кожа, и обработала бугристую рану пахнущей травами мазью, потом прошлась шосеном… и всё. Но чтобы марионеточники, и не использовали отравы? Чакра слушалась неохотно, но провести диагностику самому себе труда не составило. Объяснение было одно. Привычка Учих немедленно прижигать раны катоном сейчас их спасала. Яд просто сгорал до того, как успевал разойтись по телу. Шаги в коридоре привлекли внимание. Визитёры явно специально обозначали своё приближение. — Таро, а может, ты пьяный мастер? — голос, прозвучавший за седзи, был знаком. Мики медленно выдохнул, понимая, что, видно, придётся и на себе познать, каков у Даи противник. — В трезвом состоянии не замечал за тобой таких талантов! — Больше не пью. — Жаль! — створка седзи поползла в сторону, являя Учих. *** Они явно опоздали к назначенному времени. Отец уже просматривал какие-то бумаги, а Изуна помогал Юдсуки растирать тушь так, чтобы она не оказалась повсюду. — Простите, Таджима-сенсей, — выдохнул Хикаку. — Увлеклись. — О том, где и с кем, он благоразумно промолчал. Отец подошел поближе, рассматривая их с явным любопытством. Мадаре стало немного не по себе. Им и раньше доводилось прибегать прямо с полигона, не приведя одежду и прическу в должный вид, но такого внимания не было. — Вижу, день прошел плодотворно! — легкое приятное прикосновение к волосам сменилось чуть болезненным тянущим ощущением, а через секунду отец продемонстрировал вытащенную хвоинку. — Вот как ты умудряешься это делать? У тебя в шевелюре пол-леса застряло. — Тренировки, — Мадара развел руками. Он и сам не понимал, почему у того же Хикаку подобных проблем не возникало. — Надеюсь, вы помните, что отдых всё-таки необходим? Я вот сегодня решил порисовать, нашел очень интересные виды. Довольно улыбнувшийся отец вышел из комнаты. Продолжения не требовалось. Знакомый блокнот лежал на столе. Мадара с радостью подсел бы к уже устроившимся на татами Хикаку и Изуне с Юдсуки, но колющийся в волосах мусор всё-таки нужно было убрать. Трясти хвою и веточки на отцовский стол не хотелось. Попытка сходу прочесать непослушные пряди закончилась тем, что зубцы гребня запутались. — Ой! Мадара развернулся к другу сообщить, что это его слова, но замер, понимая, что произошло нечто серьёзное. — А кто это? — вопрос Изуны прозвучал приговором. Друг застыл, неотрывно глядя алыми от додзюцу глазами на разворот блокнота. Наследнику клана показалось, что вот-вот прорежутся вторые томоэ. — Посмотри, — Хикаку больше артикулировал, чем озвучил слова. Так и не вытащив гребень, Мадара одним прыжком оказался рядом, глянул, что же там интересного. В следующую секунду в ногах поселилась предательская слабость. Мальчик осторожно, чтобы не рухнуть, сел на татами рядом с другом. — Эй, что с вами?! — голос Изуны донёсся как сквозь толстое одеяло. — Папа! — ему вторил Юдсуки. — Папа! — кажется, он убежал вслед родителю. Шагов вернувшегося отца он не услышал, неожиданно ощутил тепло ладони на плече. Мужчина ничего не говорил, только стоял чуть позади. — И давно ты знаешь? — голос прозвучал глухо. Что делать, было совершенно непонятно. Вроде как стоило бы склониться пониже за такое недостойное для наследника поведение, вот только виноватым Мадара себя не ощущал. — Определённые подозрения у меня возникли ещё в столице. Мадара вздрогнул. Он ожидал возмущений, давления ки, даже удара, хотя раньше вне полигона такого не было. Но никак не спокойного ответа. — А уж когда ты зачитал тот отрывок письма, в котором фигурировало приглянувшееся тебе дерево, так и вовсе… Встретившись взглядом с Хикаку, Мадара увидел отражение собственного недоумения. — Что я пропустил?! — встрепенулся Изуна. — Нии-сан! Мадара упрямо насупился, а Хикаку только развел руками. — Ох, ребята, а вы знаете, что бревна, деревья и прочие производные давно уже стали неофициальным обозначением Сенджу? — участливо полюбопытствовал отец. — Хотя я надеялся, что речь у вас всё же действительно шла о дереве. — Это Сенджу? — Изуна мигом сцапал блокнот и всмотрелся в рисунки. — А как вы вместе оказались? — Хаширама мой друг. — Мадара сам подивился собственному спокойствию. — И я с самого начала знал, что это Сенджу. Как и он, что мы — Учихи. — Он забавный, — нарушил молчание Хикаку. — Да и никаких сведений выведать не пытался. Мадара прикусил губу, чтобы привычно не пошутить про Току. Он уже решил взять вину на себя, а подобное привлекло бы лишнее внимание. — А можно мне теперь обезьянку? — выпалил до того тихо шуршащий страницами Юдсуки. Настороженно замерший Изуна фыркнул, маскируя смешок. — Может, хоть без Сарутоби обойдёмся? — вздохнул отец, но тут же осёкся. — Впрочем, тебе всё равно негде найти представителей данного клана. Нам бы с Сенджу разобраться. Сын, не бледней, не в том смысле слова. — Хаширама хочет прекратить войну, — опомнился Мадара. Это “разобраться” действительно заставило похолодеть. А взгляд Изуны сулил допрос с пристрастием и претензии. — Интересная задумка… — протянул отец после небольшой паузы, за время которой, видно, успел принять решение. — Надеюсь, вы оба понимаете, что на голой силе подобное не сделать? Ощущение, что урок будет суровее, чем ожидалось, заставило подобраться. Если отец счел идею достойной, нужно воплощать, какой бы сложной она не оказалась. — Вот! — родитель указал рукой на внушительные свитки. Похоже, за ними он и отлучался. — Надеюсь, перед тем как строить планы, вы изучите всё это. Ладно… хотя бы половину написанного. Да-да, именно вместе. В одиночку такое никто не утащит. *** — Ани-чан! — Я тренировался, — Хаширама порадовался, что даже врать не пришлось. Младший брат недовольно нахмурился, сложив руки на груди и при этом каким-то непостижимым образом умудряясь смотреть так, будто выше ростом. — Прости, я понимаю, что опоздал. Увлёкся. — Порой Хашираме казалось, лучше бы брату было родиться первым. Вот бы из кого вышел идеальный наследник! Случайно подслушанный разговор старейшин не вызывал злости: правда ведь. — Ани-чан, — Тобирама вздохнул и покачал головой. Знакомые обреченные нотки в голосе вызвали улыбку. — А тренироваться поближе к дому? — Ты что, за мной следишь? — в другое время Хаширама не обратил бы на эти слова внимания. Общение с постоянно переживающим за секретность Хикаку наложило свой отпечаток. — Тебя отец искал, — шепнул брат, но взгляд всё же отвёл. Следил. Но раз всё тихо, значит, потерял след. В том, что эта тайна рано или поздно раскроется, Хаширама не сомневался. Но надеялся, что у них будет несколько лет, за которые можно стать настолько сильными, что взрослым придётся с ними считаться. — Он… сильно ругался? — подобное обещало проблемы. — Когда тебя не нашли ни в клане, ни на полигонах, — да. Один из наших разведывательных отрядов сегодня попался Учихам, а ты непонятно где и с кем. Хаширама прикусил губу. Похоже, это произошло как раз в то время, когда он был с Мадарой и Хикаку. Война продолжается. Пока он играет с Учиха, их соклановцы убивают друг друга. — Много? — в горле неприятно царапнуло, но заканчивать предложение не пришлось. — Мики-сан. — Имя Тобирама произнёс неохотно. Хаширама облизнул пересохшие губы. Насколько же там было всё серьёзно, раз даже такой шиноби не выдержал? Один из отряда отца. Он будет в ярости. Стало горько. Ирьенин с удовольствием возился с ними, показывал техники. — Там и песчаники были, — продолжил делиться новостями брат, — так что быстро началась полная неразбериха. — Он может ещё вернуться, — подобное известие заставило встрепенуться. Мадара говорил, что отец размышлял о возможности союза. Упоминать об этом Хаширама, конечно, не стал. — Мики-сан хороший ирьенин, а ты сам читал отчёты: с Учихами не раз удавалось разойтись мирно. Надежда была слабой, но отказываться от неё не хотелось. *** В комнате Мадара пытался отбиться от насевших с вопросами младших братьев. Прислушавшись к тихой возне, усмехнулся и решил пока не вмешиваться. Никаких серьёзных счетов к Сенджу у детей появиться не успело, преобладало любопытство и обида, что таким секретом не поделились с ними. С этим первенец мог справиться и самостоятельно. А вот дальше всё было не так просто. Ситуация получилась неоднозначной. Дружба наследников кланов — это прекрасно, если возникает она после заключения всех договоров или хотя бы когда переговоры уже начаты. Дополнительный гарант, помимо обмена заложниками, политических браков и прочих нюансов. А в нашем же случае она могла похоронить само начало переговоров. Вот как её вывести из подполья, не вызвав ещё большего недоверия? Ладно, у нас шаринган — вопроса, насколько Хаширама искренен, стоять не будет. Но найдётся немало тех, кому Сенджу подавай если не в мертвом виде, то в качестве пленника. Того же Сена приняли более-менее спокойно потому, что он поначалу воспринимался как трофей, и то проблемы были. А сколько найдётся твердолобых Сенджу, для которых факт такой дружбы наследника станет поводом заявить о коварном плане давних врагов? Да тот же Буцума порой бывает на диво упрям. Ощущение чакры Джиро поблизости заставило насторожиться. Время было неурочным, просто так на ночь глядя не являются. На всякий случай сразу начал дышать в ритме медитации. Как наяву видел: вот визитёр оказался в доме, перекинулся парой слов с Сачико и направился ко мне. Створка седзи аккуратно поползла в сторону, являя немного растерянного и чуть виноватого Джиро. Одного взгляда на него хватило, чтобы волосы на затылке зашевелились. А можно мне утром узнать, что привело такого человека в подобное состояние? Встретившись со мной взглядом и, видно, кое-что поняв, шиноби смутился окончательно. — Мы немного перепили, — издалека начал Джиро. Медленно выдохнул. Расходились мы лишь слегка навеселе, но что им мешало взять с собой алкоголь и потом догнаться? — Захватили биджу, разрушили город или устроили государственный переворот? — перечислил самое страшное, что пришло на ум. — Столько мы не выпьем, — собеседник счёл это веселой шуткой. — Тогда что? — подобное утверждение было спорным, но успокоило. — А можно следующим отловим Даи? — Джиро талантливо попытался изобразить саму невинность. Медленно выдохнул, понимая, что спокойно поспать не удастся.