Художник

28 глава Наблюдать за тем, как подкрадывается Хикаку, было бы забавно, не будь ситуация такой серьёзной. При не начатых переговорах подобное можно бы расценить и как предательство. Вот ученик, наконец, оказался в комнате и низко склонился. — Простите, сенсей, — повинился Хикаку. — Я не должен был давать волю чувствам. — Они дали тебе большую силу, разве не так? — отложил оружие, которым занимался. — Эмоции не стоит подавлять, их нужно контролировать. Тем более, что той куноичи ты явно небезразличен. Ученик смущенно отвёл взгляд. — Кто она? — Тока-чан… Племянница главы Сенджу, — после некоторой паузы всё же признался Хикаку. Хорошо. А то я уж начал подозревать, что мальчишке так любовь по голове дала, что отбила способность мыслить связно. — Хикаку-кун, хоть понимаешь, какие могли бы быть проблемы, не узнай я правду? Будущий союз потребует дипломатического брака. И Тока-чан наверняка окажется одной из невест. Хорошо получилось бы, стань её женихом Мадара или Изуна? Договорённости такого уровня переиграть не вышло бы. Ученик слегка побледнел и опустил голову. — Лучше, если супруги будут испытывать друг к другу хоть сколько-то теплые чувства. А по статусу вы вполне равны. От взгляда, каким одарил меня мальчишка, захотелось срочно проверить себя на наличие лишних деталей типа крылышек и нимба. А ведь переговоры ещё даже не назначены. — Клановые союзы — лишь вопрос времени. — Постарался всё же вернуть подопечного на землю, пока он в своих мечтаниях не улетел совсем уж далеко. — А твоя избранница хоть знает, насколько серьёзны намерения? — Я сообщу ей об этом, — создалось впечатление, что это действо ученик собирается совершить немедленно. — Каге-кун сможет пробраться к Сенджу и передать мой подарок. Сдержать кашель, поперхнувшись воздухом, не получилось. Какой он быстрый! — Таджима-сенсей? — встревожился Хикаку. — Да так, теперь мне понятно, почему посланный мной ниннеко не смог пробраться в их поселение. Полюбовался смущенной физиономией этого героя-любовника. Не говорить же, что у меня произошел внутренний конфликт восприятий. Я осознавал, что сейчас в одиннадцать-двенадцать лет детки уже вполне себе женихи и невесты, но иная установка была заложена слишком глубоко. — Об одном прошу: если вы опять решите пойти порисовать свои деревья, предупредите заранее. *** Буцума прислонился к бортику и полуприкрыл глаза. Чакра отряда смешивалась с водой и давала ощущение единения и покоя. Как раз его-то в последнее время и не хватало. Тихие разговоры воспринимались ненавязчивым фоном. Ненадолго можно забыть о проблемах. Тем более, из всех собравшихся энергией фонтанировал только изведшийся за время вынужденного безделья ирьенин. Оставалось порадоваться, что положение пока защищает от вопросов. — Настолько всё плохо? — Мики уже облюбовал себе жертву. — Эй! Фонтанчик напитанной чакрой воды едва не ударил ему в лицо. — Дай хоть немного посидеть спокойно, — вздохнул Рокеро, — и, будь добр, посмотри, что с моей шеей. — И не боишься, — подначил его ирьенин, — вдруг у меня коварная закладка на тихое устранение собственных сокомандников? Угасший было фонтанчик вновь обозначился рядом с ним. — Намёк понял, — Мики придвинулся ближе и протянул руку, украшенную причудливым шрамом от ожога. — Пыточник, — тихо зашипел Рокеро, но не отстранился — напротив, повернулся так, чтобы медику было удобнее. — А вот нечего запускать подобное, твой личный ёкай, кстати, тоже интересовался этим. Буцума не выдержал, аккуратно прикусил губу с внутренней стороны. Уж очень занятным стало выражение лица у давнего друга. — Да уж лучше к ним, чем снова к Узумаки, — проворчал Рокеро. — Ты сам-то после пребывания у Учих бодрее выглядишь, чем я после визита к союзникам. — Сейчас помощи не будет, — нарушил молчание Буцума, понимая, что ещё немного хождения вокруг да около, и ирьенин попробует притопить вредного пациента, они поднимут волны на всю купальню. На этих словах воцарилась тишина. Глава Сенджу вздохнул. Ашина — хоть и двоюродный брат, но, главное, лидер Узумаки. Интересы родного клана для него на первом месте. Это правильно, так и должно быть. Не будет он отправлять дочь в Страну Огня, пока здесь столь неспокойно, пусть сопровождающие и смогут защитить химе. Заодно и проверит, достаточно ли сильны союзники. Оставалось только дать другу отмашку, пусть поделится новостями с напарниками. Самому много говорить не хотелось: сейчас можно было немного дать волю слабости и просто побыть в покое. — Узумаки согласились на помолвку, — неспешно начал Рокеро, — но свадьба будет не раньше, чем Мито-химе закончит обучение. — Это года два-три? — предположил Хироки. Невысказанное “Да нас за это время сомнут” повисло в воздухе. — Больше, — поправил его Даи. — Лет пять. Печати изготавливать — это не клинком махать. — И что помешает Узумаки отодвинуть срок ещё дальше? — нарушил молчание Широ. — Это покажет время. — Почувствовав на себе взгляды, Буцума счёл за лучшее ответить именно так. Стоило бы осадить подчинённого за недоверие к давнему и надежному союзнику, но слова не шли. Узушио далеко, в другой стране. С чего им активно вмешиваться в войну Хи но Куни? Из-за родства по Ашуре? Так все шиноби — родичи по Рикудо. Этак и Учих нужно братьями считать. Тем более, что те и находятся под боком. Хорошее настроение вновь как ветром сдуло. Клану нужны были союзники, и проблему стоило решать быстро. *** — Ками-сама, пошлите ему ответственности, — пробормотала Тока, торопливо заканчивая уборку. С тоской приходилось признать: с двоюродного брата сталось бы предупредить её о вылазке на реку непосредственно перед выходом. Не со зла, просто по невнимательности. Хозяйственные хлопоты настраивали на неспешные размышления. Весна принесла с собой не только солнце, но и красноречивые взгляды парней. Это немного льстило самолюбию, но и вызывало грустную усмешку: большинство интересующихся не могли долго выстоять против неё на тренировке. То, что она являлась боевой куноичи, не отменяло того, что вскоре нужно было быть готовой стать хранительницей очага, хозяйкой в чьём-то доме. Возможно, даже в другом клане. Не химе, но племянница главы — это положение накладывало определённые обязанности перед кланом. Только выходить из храма за кем-то, кто даже достойно выстоять против неё не может, не хотелось. Облачаться пришлось почти как для боевой миссии. Тока с сожалением провела пальцами по веселым весенним узорам на юкате. Менять её на грубую одежду и доспехи не хотелось. Вот только время сейчас неспокойное. Да и не будь этих стычек, яркая ткань слишком заметна. И не потренируешься в юкате, останется тогда лишь сидеть на бережку, листать учиховские альбомы. Взгляд зацепился за веер. Он лежал на столе, будто ненадолго оставленный. Впору было подумать, что его позабыл кто-то из подруг или сестер. Вот только это не такой обыденный для куноичи аксессуар, и явно не боевой. Чутьё на опасность молчало, да и ничего подозрительного заметить не удалось. Сенджу взвесила на ладонях находку и признала, что она легче её веера. Значит, этот без тонких лезвий или полостей под сенбоны. Конечно, это не отменяло яда или иного неприятного сюрприза. Тока усмехнулась: она уже достаточно долго продержала его незащищенной рукой. Раскрыв веер, Сенджу отметила — тот явно новый, а рассмотрев картинку, замерла, не веря своим глазам. Изящные веточки и нежная пена лепестков. Вот только изображена была не подходящая по сезону сакура. Цветы персика — не то, что художник стал бы рисовать просто так. Тем более на предмете, находящемся у всех на виду. Кто мог прислать такое? Цветок персика — значение её имени и пожелание удачи в романтических отношениях, любви, браке. И на веере. Догадка была подобна удару молнии. Пальцы непроизвольно разжались, и находка спланировала на пол. Тока почувствовала, как щеки начали гореть. — Учиха… убью ёкая! — прошипела Сенджу, прижимая к пылающему лицу ладони и стараясь унять словно желающее вырваться сердце. Кое-как успокоившись, куноичи сложила и припрятала провокационный посыл, пока никто не увидел. Кого из двух Учих убивать в первую очередь, оставалось неясно. В то, что наследник великого клана опустится до подобных шуток, не верилось. При мысли, что намёк мог исходить от Хикаку, щеки снова стали гореть. Неужели он сам не понимает, какая это глупость? Или нет? Куноичи сжала плечо, словно вновь испытывая боль. Она знала, что Хикаку из верхушки клана, но не подозревала, что он — ученик главы. И уж тем более не ожидала столь скорого общения с его наставником. Учиха совсем не злился и, вроде как, отнёсся ко всему происходящему достаточно благосклонно. А если хотя бы половина того, что она слышала от дяди за последние месяцы, правда… Тока вздохнула. Такие крутые виражи начинали пугать. *** Вот и всё. Добавил в список необходимых дел посещение могилы главы разведки. Прогноз Нами осуществился и в этот раз, цветения садов она не увидела. Мика превзошла саму себя, предоставив идеальный в четкости и лаконичности отчёт. Хотелось верить, что её запала хватит на всю жизнь. Необходимость визита в столицу подкралась незаметно. Весенние празднования приближались неумолимо, и провести их следовало и с кланом, и во дворце. Оставалось порадоваться, что цвести деревья будут достаточно долго. Можно без спешки встретить начало празднований в одном месте, а закончить в другом. — Папа, — Изуна аккуратно подобрался под бок, — брат и Хикаку-кун сегодня опять пошли хм… рисовать деревья? Талант, несомненный талант, передать столько эмоций и смыслов одной лишь невинной фразой. — Хочешь составить им компанию? Разгоревшиеся предвкушением глаза были красноречивее всех слов. — Одного не отпущу, — решил сразу прояснить нюансы. — Там может быть опасно. Буцума наверняка получил неофициальное послание, которое я передал через его второго сына, уверен, за Хаширамой и Токой придёт хвост. Оставалось надеяться, что это будет попытка поговорить, а не миссия по отлову беспечных Учих. Но и такой вариант не исключался. Скорость, с которой исчез Изуна, намекала, что мне стоит поспешить. И правда, едва я успел закончить закреплять доспехи, как он чуть не кубарем вкатился в комнату. На такое рвение оставалось только вздохнуть и, отловив непоседу, поправить крепления его брони. — А теперь послушай внимательно, — придержал фонящего энтузиазмом ребёнка. — Я надеюсь, всё пройдёт мирно, но если нет… — Ухожу обратным призывом, — понятливо закончил тот, состроив мордашку пай-мальчика. Да-да, папка повторяет одно и то же в который раз. Вот только там действительно может быть что угодно, вплоть до грамотной засады. Уже за стенами селения прокусил палец и сложил печати. Призванный Торио привычно запрыгнул на плечи, прикидываясь воротником. Кажется, пушистику неохота лишний раз бить лапы. Но с другой стороны, меховушку нинеко изображал достоверно и пока по сезону. Кому-то вполне может быть неприятный сюрприз. Главное, чтобы после такой грелки шею не продуло! Лес встретил ароматом весны и трелями птиц. На этот раз, надеюсь, нормальных, а не таких, как во дворце даймё. Одним прыжком оказался на ветвях. Мигом позже рядом приземлился Изуна. Выбирая дорогу, не забывал приглядывать за ним, убеждаясь, что не отстанет, не нашумит. — Молодец, — шепнул сыну. Мелочь, но стоило показать, что заметил и оценил. Скорость у мальчика была под стать взрослому шиноби, как и беззвучность. Изуна довольно улыбнулся. Торио на плечах пошевелился, пришлось чуть притормозить, давая коту возможность аккуратно спрыгнуть. Ниннеко словно растворился в лесу. Дети обнаружились почти там же, где и в прошлый раз, и сейчас их было четверо. Ну, что ж, они многому научились. То, с какой тревогой все ребята нет-нет да поглядывали на заросли, наводило на определённые мысли. Этак они просто разбегутся и сорвут любой шанс на разговор. Или, как минимум, возможность передать ещё одно послание, уже с прямым предложением о переговорах. Выскользнувший из зарослей Торио успокаивающе обтёрся о ногу. Значит, обошлось. Движение на противоположном берегу было заметно разве что шаринганом. Уже понимая, кто там, демонстративно перестал скрывать присутствие, сильным прыжком выбрасывая себя на открытое место. Воды мы коснулись одновременно. От взгляда не укрылось, как юные “заговорщики” сперва отшатнулись в разные стороны, а затем, не сговариваясь, попытались прикрыть друг друга. *** Он последовал за отцом, не задумываясь, в прыжке доставая из ножен клинок. И лишь приземлившись, как следует рассмотрел не только брата, Току-чан и их собеседников. Мальчишка-ровесник не вызвал вопросов, а вот от одного взгляда на взрослого Учиху сердце словно пропустило удар. В памяти как плотину прорвало. Этот человек! То самое место! Тобирама едва сдержал возглас и чудом не нырнул под воду, погрузившись лишь по щиколотки. По телу пробежала дрожь. Разом показавшийся неподъёмным клинок опустился, едва не выскользнув из рук. Вспомнились берег реки и чуть не ставшая последней рыбалка. Не было никакого перегрева на солнце! Зато внезапное ощущение чужого присутствия — очень даже. Тогда, оглядевшись, именно этого Учиху он увидел. Понимание, что против взрослого шиноби он не потянет, и желание бежать пришли мгновенно. Остановил властный оклик, от которого всё тело как будто парализовало. Вода сомкнулась над головой. А в следующий миг на запястье сжались крепкие пальцы, и Учиха рывком вытащил его на воздух, а затем схватил за подбородок и заставил приподнять голову. Алый всполох в чужих глазах, и свет померк. — Тобирама, — голос отца с едва уловимой ноткой тревоги пробился, как сквозь одеяло. — Всё с ним в порядке, — Учиха улыбался. — Вероятно, вспомнил нашу с ним первую встречу. И нечего на меня так глазами сверкать, извиняться за то, что не дал ему утонуть, я не собираюсь! Тобирама с усилием протолкнул в легкие воздух. В висках стучала кровь, а в памяти уже всплыло другое воспоминание. Выслеживание брата, закончившееся появлением странного кота и этого же мужчины. Главы клана Учиха. От него ощущалась только легкая насмешка. Как и сейчас. От отца ощутимо повеяло угрозой. Это вывело из растерянности, хотя Тобирама чувствовал, как пальцы всё равно подрагивают. От взгляда не укрылось, что Учиха, который должен был достаться ему в противники, тоже сжимает рукоять сильнее нужного. Брат и его ровесник чуть сдвинулись, создалось впечатление, что они готовятся к тому, чтобы защищать друг друга... и их? А второй Учиха вроде как незаметно сместился, прикрывая Току-чан. Происходящее всё больше казалось изощрённым гендзюцу, вот только приостановка тока чакры грозила купанием в холодной воде. И, если вокруг реальность, всё будет выглядеть, словно он от такой малости контроль теряет. В какой момент ладонь взрослого Учихи скользнула в сумку со снаряжением, Тобирама не заметил. Совершенно неуместная, широкая улыбка ровесника Хаширамы резанула не хуже клинка. *** Годы битв научили стряхивать большинство иллюзий играючи, но сейчас Буцума почувствовал острое желание приостановить ток чакры и искупаться в холодной воде. — Карандаш? — вышло на редкость глупо, но ещё теплилась надежда, что это окажется какое-то замаскированное под него оружие. — А? — извечный противник недоуменно посмотрел на то, что зажато в его руке. — Да… часто их путаю. Ну, ладно. — Следом на свет показалась небольшая книжица, очень похожая на ту, что добыл Хироки. — Может, постоишь немного спокойно? Миг, и блокнот оказался открыт где-то на середине. — Ты издеваешься? — вырвалось против воли. — Почему? — Учиха сделал несколько быстрых штрихов. Встречный вопрос выбил весь запал. Руки сами собой опустились, так и не сложив печати, не взявшись за оружие. — Таджима... Это передаётся с кровью или с воздухом? — Думаешь, заразился? — усмехнулся тот, продолжая чиркать в блокноте. — Не волнуйся, это не так страшно, как кажется. Тихий, почти беззвучный смешок заставил глянуть на его источник. Буцума уже как-то обречённо отметил, что первенец подпустил красноглазого ровесника совсем впритык и явно получил от него комментарий к сложившейся ситуации. Очень уж похожими стали деланно невинные выражения лиц. Да и пальцы племянницы, словно ненароком сжавшие ладонь другого Учихи, явно не в гендзюцу привиделись. — Полагаю, нашу встречу можно считать предварительными переговорами, — как ни в чем не бывало продолжил Таджима. — Мики-сан, надеюсь, не только передал послание, но соображениями поделился. — Переговоры? — Буцума в который раз подумал, что кто-то из них двоих сошел с ума. Не так проходят подобные церемонии, и не в подобных местах! А произошедшее с Мики всё это время заставляло совет и клан тихонько бурлить. — Тот, кто сделает первый шаг, словно покажет свою слабость. — Таджима убрал карандаш и блокнот. — А разве наши старейшины пойдут на такое? Вопрос был риторическим. Вот сейчас инициатива вроде как исходила от Учиха, но в таком ключе, что впору было считать это демонстрацией силы. — А если я откажусь? — Из упрямства? — полюбопытствовал собеседник. — Полно, биджу — не тот противник, с которым стоит сражаться в одиночку. Даймё в первую очередь будет поддерживать аристократию. Мы оба прекрасно знаем, чем дело кончится. — Совета ещё не было, — отвратительное чувство, что он испугался и теперь сбегает, прикрываясь этим, не покидало. — Так и я не требую немедленного ответа. Только будущее уже сделало свой выбор. — Учиха бросил красноречивый взгляд на старших детей.