Lost souls

— Не уходи… — хрипло шепчет Локи, терзаемый страшной агонией.       Я вижу, как неистово мечутся его чарующие ранее глаза под опущенными веками. Слышу хриплые стоны, полные боли и страданий. Чувствую, как быстро, мгновение за мгновением, жизнь покидает его. Внезапно мне становится очень страшно. Безумно страшно при мысли, что он может умереть. Боюсь за все: за настоящее и будущее, за себя и остальных. Умри он, что станется со всеми нами? Что станется со мной? Перспектива свободы манит, однако она же и ужасает. Долгое время я жила одним лишь желанием — отомстить, но сейчас… Локи умирает не от моей руки, месть не свершилась. Что я буду делать дальше? Ради чего мне жить?..       Качаю головой, пытаясь выбросить из головы тревожные мысли, мешающие мне сосредоточиться на главном, а именно — на том, каким же именно образом я собираюсь помочь ему, лишенная всякой магии?       Аккуратно опускаюсь на кровать, так, что теперь нас разделяет всего пара жалких сантиметров. Я чувствую жар, страшный жар, терзающий его израненное тело. Я должна бы поторопиться, однако никак не могу заставить себя попросту прикоснуться к нему, слишком свежи воспоминания, барьером стоящие между мной и им. Даже в таком состоянии Локи умудряется внушать мне робость, заставлять меня колебаться пред ним.       Глубоко выдыхаю, надеясь припомнить хоть что-нибудь из того, чему меня учили дома. Мысли беспорядочно пляшут в голове, смешиваясь в страшный ком из чувств, желаний и страхов. Что я сейчас ощущаю? Триумф? Браваду? Волнение? Страх?.. Наверное, все вместе. Это безумно сложно понять, разобраться в том, что же именно происходит у меня на сердце сейчас, в момент, когда мой враг лежит поверженный и ужасно слабый. Возможно, сейчас не время думать об этом, и, скорее всего, именно сейчас я теряю драгоценные мгновения, однако заставить себя оторвать взгляд от этого мертвенно-бледного лица я не могу, захваченная каким-то странным трансом, мантрой, не отпускающей моего внимания.       Прикрываю глаза и силюсь обратиться к магии, как некогда учила меня мать. Она всегда говорила, что магия — живое разумное существо, а потому его можно уговорить и призвать в минуты опасности. Именно поэтому изначально мы учились покоряться ей — невыразимо гордому и страстному существу, благоволящему далеко не всем. Лишь покорившись Магии, мы могли по-настоящему получить над ней контроль. «Твоему хозяину нужна помощь! — от напряжения закусив губу, произношу про себя я. — Он умрет, если я не помогу ему… Снизойди же до меня… Услышь…»       Внезапно воздух в комнате становится невыносимо плотным и настолько тягучим, что мне ужасно трудно просто дышать. Резко начинает кружиться голова, а в горле образуется тугой ком. Меня услышали. Главное не сдаваться. «Мне нужна твоя помощь! — мысленно повторяю я. — Спаси же своего повелителя!»       Несколько минут меня словно что-то испытывает на прочность. Ничего не происходит, так что на мгновение я даже начинаю терять веру в себя. В себя, но не в истинное учение. Меня услышали, значит, нужно лишь напрячься, приложить чуть больше усилий, чем я могу…       Пауза затягивается. В комнате повисает страшная давящая тишина, нарушаемая лишь тяжелым хриплым дыханием Локи. Я не прекращаю своих попыток, с каждой новой просьбой разочаровываясь в себе еще больше. Черт, ну давай же…       Я уже готова отступить, признавая свое поражение, как вдруг все резко прекращается. Я чувствую, как воздух вокруг наполняется магией. Глубоко вдыхаю, наслаждаясь ее силой, вновь ощущая ее вкус. Она повсюду, и мне даже кажется, что я слышу ее слабое потрескивание, хотя это, конечно, просто мои фантазии.       Глубоко дышу, стараясь надышаться ей про запас. Господи, как же мне не хватало ее! Я чувствую, как в моей душе осколки постепенно срастаются, как возвращаются на место недостающие кусочки, вырванные с кровью из моего сердца. Сейчас, именно в этот момент, я настоящая. Такая, какой была всегда, задолго до всего этого ужаса.       Сила опьяняет, разбивая старые сомнения и поселяя в душе новые. И вот я вновь смотрю на умирающего Локи, однако смотрю на него совсем по-другому. Я больше не чувствую себя слабой, ничтожной, жалкой, а осознание чужой жизни в моих руках придает мне еще больше сил. И будущее больше не страшит меня.       Теперь я ясно осознаю, что не хочу спасать его жизнь. Не хочу, однако не могу ослушаться той, что напоила меня магией, о чем мне непременно напоминают завихрения силы. Отныне я связана обещанием, а значит, обязана спасти его. Спасти, вопреки здравому смыслу и своему желанию.       Аккуратно дотрагиваюсь до руки Локи, готовясь давно заученным заклинанием поддержать его. Я знаю, что он пользовался иной магией. Ах, если бы я только могла понять, какой! Оказывается, мне есть, чему поучиться у самого Повелителя Магии…       Его рука, ужасно холодная, крепко впивается в мое запястье, не отпуская меня. Он хватается за меня, за источник силы, как за последний шанс на спасение. Я чувствую, как медленно, капля за каплей, мои силы переходят к нему. Я вижу, как он расслабляется, как ему становится легче, буквально на глазах. Магия успокаивает его боль, залечивает раны, поддерживает жизненные силы. Мне вдруг становится ужасно неловко, ведь именно в этот момент я связываю нас уже при помощи своей магии, заканчивая ритуал, что он начал по пути сюда. Теперь мы связаны силой, магией, и эта связь может очень сильно навредить двум врагам. Волнуясь за все на свете, я не подумала о том, как быть с этой связью? Моя магия, частичка меня отныне течет в его крови, точно так же, как его течет в моей. Это… Странно и ужасно… неловко? Не могу подобрать более подходящего слова…       Несколько долгих минут я просто сижу, осознавая эту незримую связь, что крепче всяких пут. Ведь он сам, первый начал это… Думал ли Локи в тот момент о том, что я могу завершить эту связь? Вряд ли… Скорее всего, он не мог допустить и мысли о том, что мне когда-либо придется вытаскивать его с того света, и уж тем более, что я соглашусь на это.       Отныне и вовек я связана с ним, а это значит, что я могу чувствовать его боль, душевную и физическую. И для этого мне теперь не нужно делать абсолютно ничего. Собственно, также, как и ему…       Прикрываю глаза и пытаюсь понять, что именно он чувствует сейчас? Эмоций много, они беспорядочно мечутся, сплетаясь и терзая его изнутри. Физическая боль ушла, однако ее заменила другая, более опасная. Душевная. Отчаяние, страх, растерянность… Странно, я не думала, что он может ощущать это, учитывая все факторы… Догадывалась, но не была уверена. Локи чувствует себя потерянным, одиноким. Ему больно, ужасно больно… Что-то терзает его, рвет его душу на части, не дает расслабиться даже в забытье…       Внезапно мне становится не все равно на его чувства. Я все еще вижу перед собой поверженного врага, питаю к нему ненависть и презрение, однако где-то глубоко на задворках моей души просыпается сострадание и… нежность?.. Он потерян для всех, включая самого себя… Я чувствую боль одиночества, предательства… Я не могу понять причин, однако отчетливо ощущаю именно это.       Передергиваю плечами, прогоняя напряжение, скопившееся во всем моем теле. Даже сейчас, перестав чувствовать его, я ощущаю себя разбитой, потерянной, одинокой… Даже из-за остатков его чувств мне безумно хочется плакать, забившись в дальний угол и беспрестанно жалея себя. Мне… жаль его? Действительно жаль?       Бред! Я раздраженно качаю головой. Конечно же, вся эта жалость вызвана этой глупой связью! Нельзя было так подставляться, нельзя было пускать его в свои чувства и позволять себе попадать в его! Мы враги, для нас естественно желать друг другу смерти, а вовсе не хлопотать над ужасными ранами… Однако мы то и дело спасаем друг друга, после собственноручно стараясь уничтожить.        Устало утираю пот со лба. Я не знаю, просто не знаю, что происходит сейчас со мной! Я предала всех, снова, в который раз! Я не позволила ему умереть, и сейчас я сижу рядом с ним, рядом с человеком, внушающим мне страх, и думаю, что же может так сильно терзать его, такого уверенного и неприступного на вид. Разумеется, мне всегда было ясно, что за насмешливой маской скрывается нечто, куда более глубокое и трагичное, но я всегда рассматривала его чувства только как оружие, которым мне при случае удастся воспользоваться… Сейчас же какая-то часть меня желает… облегчить его боль?.. Черт… Что же происходит со мной в этом чертовом месте?! «Он враг! Он враг!» — твержу я себе, словно мантру, завороженно вглядываясь в безмятежное лицо, все еще не утратившее неестественной бледности. — «Враг! Враг! ВРАГ, ЧЕРТ ТЕБЯ ДЕРИ!»       Он враг. Да, все верно. Враг, который заставил меня зависеть от себя. Враг, который подчинил меня, сломил, уничтожил. Враг, на руках которого кровь моих родных и моей матери. Враг… И все же я не смогла заставить себя покинуть его, оставить его умирать. Не смогла. Почему? Я не знаю. Не знаю! НЕ ЗНАЮ!!!       Мне нужно оправдание, нужно, чтобы мой идиотский порыв был чем-то обоснован… Вот только никакой пользы от всего этого получить мне не удалось и не удастся! Я лишь еще сильнее заставила себя зависеть от него, чем когда-либо. И, наверное, вопрос «зачем», извечно теперь будет терзать меня. А ведь, правда, зачем?       Внезапно Локи начинает что-то судорожно шептать. Неразборчиво, сбиваясь и хрипя, ведь раны еще не до-конца заросли… Совершенно не думая, что делаю, я хватаю его за руку, погружаясь в его разум. Я хочу знать, что терзает его. Я хочу… А что я, собственно, хочу?..       Оказываюсь в мыслях Локи, очевидно, в одном из его кошмаров. Я вижу Асгард, могущественного и воинственного викинга с длинной бородой. Один его вид внушает мне трепет, и я моментально понимаю, что стою перед Одином. Он не видит меня, да и вообще, похоже, никто здесь не может меня заметить. Вот и славно. Надеюсь, так будет и дальше…       Чуть поодаль я вижу высокого статного юношу. Высокого, повторю вновь. Настолько, что мне приходится задирать голову, чтобы посмотреть на его лицо. Он молод, немногим старше Локи. Голубые глаза в обрамлении светлых ресниц лучатся простотой… Юноша так понятен и так… располагает к себе, что я невольно задаюсь вопросом: как два брата могут быть настолько разными?..       И, наконец, я вижу ее. Прекраснейшую из женщин. Фригга. Она стоит рядом с Тором, нежно поглаживая того по плечу. Эта картина настолько домашняя, что я никак не могу взять в толк, почему именно она вызвала у Локи такую бурю эмоций? Что именно мучает его здесь?       Ответ приходит внезапно. Небо, заслоненное тысячей вражеских кораблей, темнеет. Благоговейная тишина вдруг наполняется отчаянным криком, звуками борьбы и плачем. Я испуганно оглядываюсь по сторонам, забывая о том, что все это — лишь иллюзия. Для меня все становится реальным, и я по-настоящему готовлюсь к бою.       Царственная троица быстро расходится. Мужчины отправляются к эпицентру битвы, а Фригга… Фригга не успевает сделать и пару шагов в направлении огромных дверей, как те с грохотом распахиваются, являя нам героя моих ночных кошмаров. Танос. Он не спеша входит в зал, гремя тяжелыми доспехами. С его огромного копья ручьями стекает кровь, оставляя за ним страшный след. Я прижимаюсь к колонне, напряженно вглядываясь в происходящее…       В несколько быстрых шагов Танос оказывается около Фригги. Ни Один, ни Тор попросту не успевают выйти ему наперерез. Женщина пытается сопротивляться, однако против него ее потуги выглядят просто жалко. Без особого труда Танос застает богиню врасплох. Свист. Страшный свист отчетливо выделяется в окружающем шуме. Копье тяжело входит в тело женщины, и та с негромким криком оседает на пол. Около нее моментально образуется лужица крови, страшно поблескивающей в свете многочисленных свечей.       Крича от отчаяния, Тор бросается на убийцу матери, однако не успевает сделать и пару шагов, как могучая сила отталкивает его назад, прижимая к каменному полу. Камень силы… Танос без труда использует его, заставляя Тора мучительно корчиться от боли. Танос наслаждается его агонией, его болью. Я понимаю, что мне стоило бы вмешаться, стоило бы попытать счастья… Мне нужно выполнять свой долг, однако я попросту не могу. Мне страшно. Малодушие берет надо мной верх, и я ничего не предпринимаю, в отчаянии наблюдая за тем, как гибнут асгардские правители.       Раздается глухой влажный хруст, и Тор замирает, устремляя растерянный взгляд вверх. Смерть настигает и его… Я в ужасе закрываю глаза. Господи, да что же это такое?!       Смерть Одина я не вижу, однако прекрасно все слышу. Я не хочу смотреть на это, не хочу это чувствовать… Я слышу звуки отчаянной битвы. Несмотря ни на что, Один пытается стоять до конца. Похоже, Таносу приходится нелегко, потому что битва затягивается. Я не вылезаю из своего укрытия, молясь про себя, чтобы меня не нашли. «Только не меня! Прошу, только не меня!» — шепотом повторяю я, стараясь сдержать слезы.       Мне страшно. Мне ужасно страшно. Я не знаю, где я, не знаю, что делать. Этот монстр с легкостью расправился со всей королевской семьей, так что же мы можем противопоставить ему? Что могу сделать я? Мне кажется, что его сила безгранична, что нет никого, кто смог бы одолеть его. Бороться с ним — все равно, что подписать себе смертный приговор…       Внезапное осознание тяжелым грузом ложится на мои плечи. Ведь Локи тоже был на моем месте. Он также понимал, что против этой силы нет оружия. И точно также он молился про себя, чтобы его не постигла подобная участь… Вот только я сплоховала, поддалась страху, так могу ли теперь я обвинять его в этом?       Шум боя за моей спиной резко стихает, и я понимаю, что все кончено. Теперь осталась только лишь я… Но ведь Танос не видел меня, так, возможно, мне удастся спастись?.. Ответом мне служат тяжелые шаги, приближающиеся к моему скромному укрытию.       Внутри меня все холодеет от ужаса. Я загнанно озираюсь по сторонам, в отчаянии пытаясь найти путь к спасению… Вот только все тщетно. Выхода нет. Спасения ждать больше неоткуда…       Я безоружна. У меня нет ничего, чем можно было бы дать отпор этому монстру, однако я все равно решаю сделать невозможное. С трудом сглатываю и, от напряжения до крови закусывая губу, встаю в полный рост. Все равно Танос уже знает, что я здесь, так что уж теперь скрываться?       В моей крови отчаянно бушует адреналин. Интересно, это ли чувствует человек, приговоренный к казни? Внезапно мне перестает хватать воздуха, я начинаю задыхаться, однако упрямо терплю, стараясь ничем не выдавать своей слабости. Сердце гулко стучит в ушах, и его звук эхом отдается у меня в голове. Мысли пропадают, оставляя после себя лишь страх, животный, панический. Танос медленно приближается ко мне, а я молюсь про себя, чтобы не было видно, насколько сейчас у меня дрожат колени…       Мне хочется сжаться в маленький комочек, спрятаться, забиться в самый дальний угол. Вот он уже в двух шагах от меня… Мои глаза наполняются обжигающими слезами. Я понимаю, что последует за очередным, последним шагом…       Тяжелый взмах копья, свист… Боль. Ужасная боль пронзает все мое тело. Я сворачиваюсь пополам, наконец давая волю слезам. Вот и все… Именно так и закончится моя жизнь… Я не желаю осознавать, что умираю, силюсь подняться, продолжить бой, однако сил уже не остается. Я лишь неуклюже барахтаюсь в луже собственной крови. И как это с меня успело столько натечь?..       Отчаяние с головой захлестывает меня. Я не хочу умирать! Я еще не готова… Я не могу так… Горячие слезы струятся по моим щекам, и я даже не пытаюсь сдерживать их. Помогите мне! Защитите… Однако никто не придет. Больше попросту некому…       Звук легких и быстрых шагов заставляет меня открыть глаза. Я не могу видеть, кому принадлежать шаги, однако изо всех сил стараюсь дождаться его, кто бы это ни был. Отчего-то мне кажется, что это очень важно… Глупо, конечно, учитывая тот факт, что мне уже не помочь…       Шаги становятся все медленней, а затем и вовсе замирают. Несколько мгновений я напряженно прислушиваюсь, собирая силы. Мне нужно привлечь внимание, нужно дать знать, что я еще жива… Нужно, вот только сил на это уже не остается.       Собираю в кулак все свое мужество и с огромным трудом пытаюсь перевернуться. С моих губ срывается хриплый булькающий стон, по щеке мгновенно катится теплая липкая капля. Я захлебываюсь кровью. Она везде, она не дает мне дышать. Пытаюсь кашлять, однако меньше ее не становится. Господи, насколько же ее вкус ужасен! Этот вкус — вкус смерти. Моей смерти.       Шаги возобновляются, явно приближаясь ко мне. Я не могу повернуть голову, не могу взглянуть на своего компаньона. Однако это и не нужно, ведь очень скоро он появляется в моем поле зрения…       Локи растерянно опускается рядом со мной на колени, протягивает руку к моим ранам, а затем, словно обжегшись, отдергивает ее, неверующе качая головой. Я вижу, как краснеют его глаза от искусно сдерживаемых слез. Он беззвучно шевелит губами, тщетно силясь что-то сказать. — Только не это… — наконец, шепчет он, потерянно оглядываясь на тело матери и вновь устремляя свой взгляд на меня. — Только не ты тоже…       Я хочу ответить хоть что-нибудь, хоть как-то успокоить его, однако не нахожу в себе сил. Крови становится слишком много, она нескончаемым потоком стекает по моим щекам и подбородку, булькает в груди, собирается в лужу вокруг меня. Я плачу от отчаяния, понимая, что все кончено. Его взгляд, полный боли и скорби, говорит мне об этом. Мне хочется выть, кричать, плакать… Мне хочется жить. Вот только чувства постепенно стираются, уступая место пустоте. Я начинаю судорожно хрипеть, упрямо цепляясь за жизнь. Кровь пузырится на моих губах, заставляя меня захлебываться, задыхаться, кашлять…       Локи в отчаянии привлекает меня к себе, пачкаясь в этой крови. Словно в трансе, он раскачивается взад и вперед, баюкая меня, как куклу. Его дрожащие руки мягко гладят меня по голове, не желая смиряться с моей смертью. Я умерла?.. Или же еще нет? — Нет… — со слезами просит Локи у моего тела. — Не оставляй меня…       Его голос, да и он сам, дрожит. На Локи больно смотреть, таким потерянным он выглядит. Словно умалишенный, Локи продолжает раскачиваться со мной взад и вперед, как будто надеясь на чудо. Он что-то шепчет, в отчаянии поглаживая меня по голове, однако я уже не слышу. Страшная сила вырывает меня из его объятий, и я падаю, падаю, падаю…