Lost souls

      Я чувствую, как мое тело плавно поднимается в воздух, замирая на высоте нескольких метров над полом. Голова безвольно запрокидывается, и я оказываюсь не в силах хоть как-то изменить свое положение. Мне остается лишь покориться судьбе, повиноваться воле того, кто легко и непринужденно, словно тряпичную куклу, забирает меня из этого кошмара. Впрочем, сейчас мои возможности и желания совпадают.       Несколько секунд я еще пытаюсь бороться со слабостью, упрямо рассматривая стены, коридоры и комнаты, проносящиеся мимо, однако вскоре силы окончательно оставляют меня, и я устало прикрываю глаза, мечтая о спасительном забвении. Плевать, что будет дальше. Плевать на все. На все, кроме этой мерзкой боли, что все еще не отпускает меня. Пытаюсь пошевелиться, однако мое тело пронзает настолько болезненная, адская судорога, что я мигом отказываюсь от этой затеи, замираю, теряясь в пространстве и во времени. Растворяясь, исчезая из этого мира.       Мое перемещение не занимает много времени, хотя мне и кажется, что прошла целая вечность. Я абсолютно перестаю понимать, что происходит, и догадываюсь, что все закончилось, только лишь спиной ощутив твердую гладкую поверхность. Прохладную… Облегченно выдыхаю, всем телом прижимаясь к спасительной прохладе. Из моей груди вырывается глухой полу-хрип, полу-стон, разрезающий звенящую вокруг тишину. Тяжело сглатываю, ощущая мерзкий солоноватый привкус крови. Черт, этот вкус — вкус смерти, извечно теперь будет преследовать меня в кошмарах.       Я не знаю, сколько лежу вот так, не шевелясь, практически не дыша. Каждое движение приносит боль, каждый вздох — мучение и хрипы. Вокруг царит звенящая, давящая тишина, в которой мне не остается ничего, кроме как тупо считать количество вдохов и выдохов, уверяющих меня в том, что я все еще жива. Я ничего не хочу и ничего не чувствую. Просто вглядываюсь в тошнотворно белый потолок, считая про себя. Вдох-выдох, вдох-выдох… Это мантра, транс, благодаря которому я все еще не свихнулась в этой чертовой тишине, в этом пронзительном, безнадежном одиночестве. Сейчас я даже начинаю жалеть о том, что Танос не довел дело до конца… Я просто больше не хочу… Не хочу больше мучиться…       Чувствую, как одинокая слеза осознания собственной обреченности скатывается по моему разгоряченному виску. Я либо сойду с ума, либо погибну, третьего мне, похоже, не дано. Да и нужны ли мне еще варианты? Снова борьба, снова потери, страдания, смерти, боль и страх… Хочу ли я этого опять? Да и выдержу ли это снова?       Ответ приходит сам-собой: нет. Я не хочу больше ничего этого. У меня попросту нет больше сил. Я сломаюсь, очень и очень скоро я окончательно сдамся, если уже не сдалась. Мое тело истерзано адскими пытками, душа мечется в безумной предсмертной агонии, так ради чего мне продолжать эти муки? Развлекать Локи и, тем самым, мучиться дальше? Я попросту не хочу. Я сдаюсь, капитулирую пред высшими силами. Прости, мам…       Еще около получаса я позволяю себе отдохнуть, отключаю все мысли и чувства. Просто затем, чтобы насладиться спокойствием, скорее всего, в последний раз. Боль не утихает, однако больше она не страшит меня, потому что сейчас боль — признак того, что я до сих пор жива. Относительно, конечно… Все в этом мире относительно.       С трудом поднимаюсь на кровати и сажусь, едва сдерживая рвотный позыв. Пространство вокруг расплывается жуткими уродливыми пятнами, заставляя меня думать, что я уже нахожусь в Аду. Хватаюсь за голову в тщетной попытке унять эту боль, эту тяжесть, этот гул в ушах, и сгибаюсь пополам, утыкаясь взмокшим лбом в колени, всхлипываю. Провожу в таком состоянии добрую четверть часа, собираясь с силами. Силы нужны мне просто для того, чтобы подняться, наконец, с этой кровати. То, что я собираюсь сделать, вдруг кажется мне таким простым, приятным и, самое главное, правильным, что я жажду этого, коря себя за слабость. Внезапно я удивляюсь тому, что не решилась на это раньше. Ведь, в самом деле, как просто взять и прекратить свои страдания…       Хватаюсь за деревянную спинку кровати и, прикладывая огромные усилия, встаю, подтягиваясь на руках и тут же сгибаясь практически вдвое. Выпрямиться я еще не могу, не хватает сил. Изорванные мышцы больше не желают подчиняться мне. Прикрываю глаза и несколько минут привыкаю к новым ощущениям, понимая, что, сделай я еще хоть шаг, свалюсь без сознания в то же мгновение. Господи, как же больно…       Глубоко и ровно дышу, хотя при каждом вдохе грудь раздирает адская боль. Собираюсь с силами и, держась за стену и шатаясь, направляюсь к балкону, который почему-то открыт. По пути я несколько раз едва не падаю, так что мне приходится часто останавливаться, однако все же достигаю цели: выхожу на широкую площадку, залитую солнечным светом. Солнце… Его яркие лучи нещадно бьют по моим глазам, однако я не отворачиваюсь, подставляя лицо приятному теплу, такому родному и домашнему, что мне невольно хочется улыбаться. Оно напоминает мне о детстве, о маме, о Стивене…       Сердце вдруг наполняется болью и раскаянием, глаза вновь застилаются слезами. Я подвожу их… Подвожу его. Оставляю на него непосильный груз ответственности, однако по другому попросту не могу. Мне надо… Отчего-то мне кажется, что еще пара шагов приведет меня к свободе, к забвению, к счастью. Меня ждут. Там мама, отец, которого я видела лишь в детстве, и последнюю память о котором у меня жестоко отняли. Я должна идти к ним… Идти с улыбкой. — Кэтрин, — долетает до меня чей-то голос, будто-бы доносящийся из другого измерения. — Отойди.       Он приказывает мне. Снова пытается контролировать мои действия, однако я больше не поддаюсь. Подхожу еще ближе к пропасти, заглядываю в бездну, завороженно рассматривая пейзажи там, далеко внизу. Высота манит меня, нашептывает мне свои обещания, призывает…       Разворачиваюсь спиной к обрыву. Не знаю, зачем, просто мне вдруг очень хочется взглянуть на Локи. Я не виню его больше. Я теперь вообще никого не виню. Мне нет дела до их вины, до их проступков и грехов. Просто так сложились обстоятельства. И так же они складываются и сейчас… Забавно, я могу с легкостью сбежать прямо в эту минуту, однако даже не помышляю о подобном. Я просто не хочу больше бегать. Это слишком сложно. — Отойди оттуда, — повторяет растерянный Локи, аккуратно подходя ко мне. — Не надо… — Не подходи, — спокойно качаю я головой, отступая еще на шаг к пропасти. Из-под моей ноги вылетает небольшой камень, с негромким стуком устремляясь вниз. — Все хорошо, Локи, правда, — говорю практически искренне, сама веря в это. — Все хорошо. — Я не подхожу, — обещает мне Локи, и в самом деле, останавливаясь. — Отойди от края, Кэтрин, пожалуйста… — Зачем? — я удивленно смотрю на него. — Все нормально, Локи, правда. Мне… Это нужно.       Я не знаю, как объяснить это, однако что-то действительно как будто тянет меня вниз, к земле. Наверное, надежда на то, что после будет лучше… Я отчаянно хочу, чтобы стало лучше. — Кэтрин, послушай меня, — успокаивающе произносит Локи, протягивая ко мне руки. — Тебя больше никто не тронет. Тебе больше не придется испытывать это, я обещаю. Только отойди от края…       Он взволнованно смотрит на меня, взглядом ловя каждое мое движение. Я непроизвольно чувствую его… страх. Локи боится моего решения, боится того, что я собираюсь сделать. Интересно, из-за того, что я еще не привела его к Камню?.. Отчего-то мне безумно хочется верить, что не только поэтому. — Я ломаю тебе все планы… — с усмешкой утверждаю я. — Ты беспокоишься за это.       Лицо Локи омрачается судорогой, словно бы я только что смертельно оскорбила его. Он обреченно прикрывает глаза, похоже, собираясь с мыслями и успокаиваясь. Я чувствую бурю эмоций, что терзают его в этот момент. Страх, волнение, даже что-то, похожее на панику. Прекрасно. Хоть раз, но мне удалось-таки задеть его за живое. — Хочешь узнать, чего мы хотели от тебя? — наконец, спрашивает он. — Я расскажу. Только идем со мной…       Локи протягивает мне руку ладонью вверх. Я медленно перевожу взгляд с его лица на ладонь и обратно. Нас разделяет всего пара шагов, так что я отчетливо вижу, как он бледен, и как его рука слегка подрагивает от напряжения. Глаза Локи лихорадочно поблескивают, больше не пугая меня тем жутким, призрачным спокойствием, что выражали они всегда. Он растерян и даже напуган, это я вижу очень легко, даже не заглядывая в его чувства. — Но я не хочу, — шепотом отвечаю я, отчаянно качая головой. — Не хочу! Я устала от планов, от всего! Понимаешь?..       «Понимаешь?..» — такой наивный, детский, глупый вопрос. Конечно же, он понимает. Локи сам добился этого, сам создал меня такой, какой я стала, и сам же подтолкнул меня к бездне. Конечно, понимает. Возможно, моя смерть и не входила в его первоначальные планы, однако точно присутствовала в них, как запасной вариант. — Я понимаю, — озвучивает Локи мои мысли, заставляя меня болезненно усмехаться. Эта усмешка, как и в прошлый раз, приковывает его взгляд к себе. Я вижу, как в его глазах пробегает тень сожаления. — Кэтрин, чего ты хочешь добиться этим?.. — тихо спрашивает он, вновь заглядывая в мои глаза.       Я улыбаюсь. Тепло и искренне. Он хочет вызвать меня на разговор, хочет, как обычно, незаметно подчинить себе мою волю, протянуть время. Вот только я все решила, и ему не удастся запутать меня. Не в этот раз. Больше я не поддамся на его уловки, не позволю диктовать мне чужую волю.       Качаю головой, делая еще один шаг назад. Вот так… Теперь меня и бездну разделяет последний, маленький шажок. Ничтожное усилие на пути к свободе. Впервые освобождение так близко, из-за чего мне даже не верится в то, что скоро все может измениться… Измениться навсегда. — Нет! — в отчаянии восклицает Локи, лихорадочно оглядывая пространство за мной. Похоже, он понимает, что ситуация обострилась до-предела. К его несчастью, ни одного читаури рядом не оказывается. — Прошу, пожалуйста, не уходи!.. — в панике восклицает он, теряя контроль над собой. — И это все, на что хватает мастерства бога коварства? — я насмешливо вскидываю бровь. — Зачем ты просишь меня остаться? Почему отговариваешь?! — от внезапного волнения я перехожу на сдавленный крик. — Ты отослал меня ему, ты добился того, чего хотел! Так зачем я тебе, черт возьми?!       Я тяжело дышу, нервно утирая выступивший на лбу пот. Внезапно мне становится страшно. Локи все же добивается своего: время упущено. Я уже не так уверена в том, что сумею решиться на это. Нервно оглядываюсь назад, в ужасе смотрю в пропасть, распростертую у моих ног. Страшно… Очень страшно. Однако и вернуться я уже не могу, слишком больно.       Несколько мгновений Локи словно борется с собой, вновь прикрывает глаза, шумно выдыхает. Я вся обращаюсь вслух, надеясь на то, что вот сейчас он прольет свет на все, что происходило в эти месяцы… Забываю даже дышать в предвкушении правды. Мне так важно услышать ее, хотя бы только раз. На краткий миг я даже забываю о том, что стою на самом краю пропасти, откуда так легко упасть…       Внезапно Локи открывает глаза, и в то же мгновение я чувствую, как сильные руки сгребают меня в охапку. С облегченным вздохом фантом Локи передо мной тает, и я с опозданием понимаю, что снова попалась. Опять. Вновь упустила шанс на вожделенную свободу. Мне вдруг становится настолько обидно, что на глазах в который раз выступают слезы. Я начинаю метаться в его стальных объятиях, пытаюсь вырваться, отыграть все назад. Слезы обиды на саму себя душат меня, тисками сдавливают горло. — Пусти! — в исступлении кричу я, дергаясь и извиваясь. Каждое движение приносит невыносимую боль, однако это не останавливает меня, а наоборот, подпитывает. — Отпусти, слышишь?!       Однако Локи не слушается, легко оттаскивая меня от края и заталкивая в комнату. Так, словно я вообще ничего не вешу.       Изо всех сил колочу его руками, но мои удары не приносят ровным счетом никакого результата. Локи не отпускает меня, равнодушно снося мои тщетные попытки. Я слышу его учащенное дыхание, чувствую быстрое сердцебиение, и это придает мне сил. Все-таки, ему не так просто справиться со мной.       Наконец, ему надоедают мои трепыхания. Поток ледяной отрезвляющей воды льется на нас обоих прямо с потолка, и только тогда я успокаиваюсь, ошарашенно замирая на месте. Растерянно перевожу взгляд то на свои мокрые волосы, прилипающие к лицу, то на одежду, то на его руки, все еще сцепленные вокруг меня. Мелкая дрожь пробивает все мое тело, на плечи наваливается ужасная слабость. И еще страх. Животный ужас пред тем, что я едва не совершила, с опозданием, но просыпается в моей душе, заставляя мои губы дрожать. Господи…       Несколько мгновений Локи настороженно наблюдает за мной, не размыкая объятий, а затем, видимо, поняв, что буря миновала, разворачивает меня к себе и обнимает, укрывая в своих объятиях. И в который раз мне становится все равно на то, что это объятия врага. Я просто утыкаюсь ему в грудь, давая волю слезам. Ужасные боль и обида терзают меня изнутри. Обида на всех и вся. Я чувствую себя ужасно слабой, сломанной, одинокой. Мне очень страшно, и главным образом я боюсь себя. А еще его. Того, что еще он может сделать со мной. — Что ты со мной сделал?! — сквозь слезы восклицаю я, слабо ударяя его в грудь. — За что?.. — мой голос срывается, становясь необычайно тонким и ломким.       Он не отвечает, лишь крепче прижимает меня к себе, поглаживая по спине, зарываясь пальцами в мои мокрые взлохмаченные волосы, давая мне выплеснуть все, что скопилось в моей душе. От его рук исходит приятное, уютное и такое домашнее тепло. Оно согревает меня не только снаружи, но и изнутри, возвращая моему сердцу давно утраченное желание жить. — Я не могу так больше… — всхлипываю я. — Просто не могу… Я боюсь…       Мне не хватает воздуха, слова путаются, перемешиваясь и обрываясь. Но это и неважно, ведь, мне кажется, Локи понимает, что я хочу сказать. Он дает мне немного времени, а затем медленно, словно не желая испугать меня еще больше, слегка отстраняется и берет мое мокрое от воды и слез лицо в ладони, и заглядывает в глаза. Не гипнотизируя, не изучая, а спрашивая. Я не противлюсь. Просто потому, что не хочу.       Локи аккуратно поглаживает мою щеку большим пальцем, успокаивая и согревая. Его заклинание уже практически высушило меня, однако я этого даже не замечаю. Я смотрю на него и понимаю, что в моих глазах он видит вопрос, на который никогда не даст ответа. Ответа, который мне так нужен. В его же взгляде я, как и всегда, вижу маску. Да, он сочувственно смотрит на меня, однако помимо сочувствия в его взгляде нет ничего, что объясняло бы его поведение. Это пугает меня еще больше. Я окончательно перестаю видеть в нем что-то человеческое. Теперь Локи воспринимается мной только как маска, за которой нет больше ничего… — Не надо… — отчего-то шепотом говорю я, опуская голову, скрываясь от его взгляда. — Почему? — в тон мне, спрашивает Локи, все еще не отпуская меня. — Я… Боюсь тебя, — честно признаюсь я, даже не думая лукавить.       Этот пленительный взгляд и усталость не дают мне врать. Я открываюсь ему, сдаюсь, рассказываю все. Я боюсь своей откровенности, однако ничего поделать с собой не могу. Я готова ответить на любой вопрос, только бы эта немая пытка прекратилась. И, похоже, Локи понимает это.       Я напряженно замираю, ожидая его главного вопроса… Конечно, Локи не преминет воспользоваться моей слабостью, а у меня попросту не хватит сил противиться ему. Я уже готовлюсь к своему поражению, когда он вдруг разочарованно вздыхает, приподнимая мое лицо за подбородок и заставляя меня вновь взглянуть в его глаза. — Ты ждешь допроса… — уверенно констатирует Локи. — Успокойся, — он устало качает головой. — Я не хочу расспрашивать тебя ни о чем. — Почему?.. — растерянно спрашиваю я, пытаясь осознать его слова. — Узнаешь как-нибудь позже, — с легкой улыбкой отвечает Локи, вызывая у меня еще больше вопросов.