Цветок Китая

Некстати ее ноги заплетаются, а впереди виднеется камень. Она запинается, чудом не падает на пыльную землю, но продолжает бежать трусцой. Силы покинули ее уже через несколько минут после побега и сейчас она могла лишь изредка ускорять шаг, или на последнем издыхании пробегать некоторые расстояния. Перед глазами плыли темные круги, воздуха катастрофически не хватало. Лиса пыталась делать вдохи, но грудь сразу же сдавливало болезненным спазмом и она бросала попытки насытить легкие кислородом. Девушка старалась не думать о том, как такой длительный маршрут мог навредить ее ребёнку. Она чувствовала, что ей становится все более нехорошо с каждым шагом и в районе пупка начинает что-то адски колоть. Страха в ней было так много, что она уже не слышала своих мыслей, просто продолжая идти вперед и не оглядываться. Когда Лиса на полном серьезе начала задыхаться от нехватки воздуха — остановилась на время. Она опёрлась ладонями в колени и согнулась, ощущая боль внизу живота. Пот струился по вискам, неприятно скатываясь к шее, но зато к облегчению остужая разгоряченную бегом кожу. Ее ноги дрожали и она не могла контролировать этот раздражающий мандраж, продолжая просто напряжённо приходить в себя после длительного забега. Грудь ходила ходуном, а свитер на спине полностью пропитался влагой, от чего она судорожно думала, не заболеет ли каким-то респираторным заболеванием после всего этого? Мысли в голове проносилось просто безудержным потоком, она не могла вычленить что-либо конкретное, поэтому позволила себе думать обо всем и ни о чем одновременно. Постояв ещё мгновение, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям и заодно к звукам леса, омега осторожно разогнулась, морщась от ноющих спазмов в мышцах и спине. Лиса смотрит вперёд, в даль извилистого тракта, окружённого деревьями и кустарниками. За всю свою относительно долгую дорогу, она ни разу не видела птиц или каких-либо иных намеков на присутствие фауны. Неужели Намджун действительно не врал, когда сказал, что увёз их в закрытую деревню? Фактически, она прямо сейчас могла стоять совсем рядом с землей, где покоятся радиоактивные отходы. Невольно Лиса почувствовала горький, сладковатый запах, витающий в воздухе, будто начала вдыхать токсичные испарения, стоило только подумать о существовании оных поблизости. Задерживаться больше на месте не хотелось. Когда в кустах позади что-то зашуршало, все заставило пройтись дрожи по ее позвоночнику. Именно этот предостерегающий звук стал катализатором к продолжению пути. Через примерно полчаса она с безумно радостным вскриком вылетела на шоссе. Проезжая часть простиралась на несколько километров, но на дороге было пусто. Сделав недюжинное усилие, омега поднялась из неглубокого кювета на обочину, неожиданно тут же примечая вдали одинокую машину. Лиса щурится, пытаясь разглядеть номерной знак и марку автомобиля, дабы не попасть в ловушку своих собственных надежд. Когда небольшой джип постепенно подъезжает ближе, она охает и недолго думая вылетает на дорогу, прямо на неё несущуюся служебную машину. На крыше авто мигнули проблесковые маячки и раздался громкий звук сирены, предупреждая омегу. Лиса не сдвинулась с места, лишь поморщилась от противного писка. Полиции пришлось замедлиться. Машина остановилась в нескольких сантиметрах от девушки. Окно опустилось и из него выглянул недовольный мужчина в форме. — В чем дело, мэм? — Мне нужна Ваша помощь! — Взволнованно просит она, складывая ладони в умоляющем жесте. Альфа в ответ хмурится и прячется в салоне, что-то обговаривая со своим напарником. Спустя, кажется, целую вечность, оба сотрудника полиции выходят из машины. — Вы Лалиса Манобан? — Да! Да, это я! — Кивает головой, выжидающе глядя на мужчин. Ее оглядывали с ног до головы, явно изучая. В руке она заметила лист ориентировки. — Передай пока другим постам, что нашлась пропавшая. — Бросает один другому и вновь поворачивается к ней, смягчаясь в лице. — Не беспокойтесь, теперь Вы в безопасности. Мы доставим Вас в участок до выяснения обстоятельств. — Спасибо! Боже, спасибо огромное… — Она не знала точно, благодарила ли попавшихся ей сотрудников правоохранительных органов или невероятную помощь Вселенной. Неужели ее поиски настолько предались огласке, что поступило распоряжение всем патрульным? Намджуну точно будет не избежать вопросов общественности. Он не сможет скрыться от новостных СМИ. — Сейчас Вы успокоитесь и все расскажете, пока я буду заполнять протокол. — Альфа указывает в сторону машины и доброжелательное лицо моментально располагает ее к себе. — Только постойте, мой бывший муж прямо сейч… — Недоговоренные слова потопают в череде выстрелов. Она вскрикивает и тут же приседает вниз, закрывая голову руками. Лиса слышит, насколько хаотично летят пули в их сторону и испуганно спешит спрятаться за капот автомобиля, все ещё передвигаясь на корточках. Снаряды бьют по металлическому корпусу, заставляя ее прижиматься к горячей шине, от которой шёл невероятно душный, маслянистый запах. Ее замутило. Она видит, как полицейские достают своё табельное оружие и встают в профессиональную позицию, целясь в сторону. Выстрелы не прекращаются, пугая ее просто до невозможности резкими звуками. Лисе не пришлось долго думать, чтобы понять, кто начал стрельбу; Намджун очнулся удивительно быстро и, скорей всего, не без помощи своих людей. Омега слышит болезненный хрип и один из Альф бездыханно падает на землю. Лиса сдерживает вскрик, закрывая ладонью рот. Она расширенными от шока глазами наблюдает за тем, как из-под тела мужчины вытекает ручеёк алой жидкости. Глаза человека неестественно закатились и вскоре веки сомкнулись. Ситуация набирала опасные обороты. Девушка слишком сильно дорожит своим ребёнком, чтобы так опрометчиво оставаться и дальше под огнём обстрела. Все ещё не разгибаясь, она доходит до задней двери машины, открывая ее и прытко залезая в тёплый салон. Она устраивается на кожаных сидениях, пытаясь унять дрожь. Ей даже приходится руками схватится за свои бёдра и прижать их, дабы не подпрыгивать на месте от перевозбуждения и паники. Переднее окно вдруг окрашивается в красный. Капли так неожиданно появляются на стекле с характерным звуком, что она кричит. Тело второго полицейского пошатывается и падает. Лиса сразу же встречается взглядом сквозь окно с Ним. Выстрелы больше не слышны. Она остаётся одна. Лицо Намджуна искажается и губы изгибаются в зловещей улыбке. Словно сама смерть пришла за ней. На его чёрной рубашке виднелись следы крови, как и на закатанных рукавах краснеющие пятна. Омега замирает, чувствуя, как холодеют руки и ноги от ужаса. Сердце бухает куда-то в пятки. Альфа опускает вытянутую руку с пистолетом и начинает двигаться к ней. Казалось, что его шуршащие по гравию шаги отдавались в округе смертоносным эхо. Лиса судорожно вскакивает с места, хватается за сидения и перелезает вперёд, садясь за руль. Она оглядывается, сметает руками вещи в поисках ключа зажигания, но ничего не находит. Она не сможет завести машину! Омега чувствует, как у неё от страха начала кружиться голова и к горлу подступила тошнота. — Где же этот ключ! — Шепчет девушка под нос, пока безуспешно роется в бардачке. Решая бросить эту затею, Лиса хватает шипящую рацию с подставки около руля и наугад зажимает кнопки пальцами, поднося чёрный аппарат к губам. — «Посту срочно требуется помощь! Здесь перестрелка, пришлите подмогу! Повторяю, нужна помощь! Шоссе находится…» — Дверь хлопает с ее стороны и не успевает она договорить, как рация повисает на пружинящейся трубке. — «Что? Шестьдесят два-тридцать семь, повторите! Шестьдесят два-тридцать семь?..» — Намджун хватает ее за волосы со всей силы и дергает на себя, заставляя выйти из машины. Омега охает и хватается за мужские руки, заплетающимися ногами ступая на асфальт. Лодыжку простреливает болью и она летит на землю, но Альфа перехватывает ее уже под руку, не давая распластаться на дороге. Он грозно сжимает ее предплечье, ведя вперёд себя, от чего девушке приходится переходить на бег, дабы не наступить Намджуну на ноги. Неподалёку стоял знакомый автомобиль люкс-класса с открытой дверью, брошенной Кимом впопыхах, чтобы успеть предотвратить успешный побег своей жены. Мотор машины угрожающе рычал, точно монстр, словно пародируя характер своего владельца. — Думала, что убежишь, дрянь? — Рыкнул он у неё над ухом так, что Лиса дёрнулась, вжав шею в плечи, однако же мужчина не дал ей далеко отстраниться, вновь подтянув к себе. Кожа под пальцами Альфы горела огнём. Девушка задыхалась от паники, свободной рукой по инерции закрывая живот, понимая, что это сейчас единственная защита для ребёнка. Омега молилась о том, чтобы Намджун не решил поднять на неё руку. Перенесённый стресс сделает своё дело и добьёт их с крохой окончательно в довесок после этого. — Прошу, одумайся! — Повышает она голос, но Альфа лишь грубо заталкивает ее в салон своей машины, не дожидаясь, пока девушка удобней усядется. Намджун хлопает дверью со своей стороны и вдавливает педаль газа в пол, оставляя позади одинокую патрульную машину и трупы полицейских посреди дороги. Лиса испуганным взглядом провожает невинных жертв злодеяний Кима через боковое зеркало. — И ты оставишь их вот так? — Ёнг разберётся. — Отвечает с ледяным безразличием, заставляя умолкнуть. В голосе слышалась угроза и любое неповиновение сейчас могло кончится для неё также плачевно, как и для случайных жертв ситуации минутами ранее. Сердце ее так быстро билось, что она могла слышать сейчас только его бешеный стук в ушах. Грудь ходила ходуном и она начала всерьёз бояться, что орган вскоре не выдержит подобных испытаний для ее ослабленного беременностью организма. Она незаметно накрывает ладонями низ живота, надеясь, что Альфа не заметит этот жест. — Ты одержим… — Шепчет Лиса одними губами, разглядывая пустыми глазами поля и леса вокруг, но на самом деле вовсе находясь где-то не здесь, а глубоко в своих мыслях. — Для тебя это не новость, любовь моя. — Намджуна странно передергивает и правую часть его лица сводит мимолетной судорогой, меняя лицо мужчины на мгновение до неузнаваемой яростной оболочки. Лиса косится, задерживая дыхание. Даже звуки извне пропали, оставляя ее полностью наедине с настоящим чудовищем в запертой клетке. — Все будет хорошо. — Омега говорит мягко, резко контрастируя с напряженной обстановкой. — Успокойся. Нужно просто успокоиться. — Рядом с ней сейчас находился больной человек, поэтому нельзя было грубить и выводить его из себя. Точно не тогда, когда в руках неуравновешенного находился руль. — Намджун, снизь скорость. — Не командуй! — Рычит Альфа, крепче сжимая кожаную обивку руля в руках, так, что белеют костяшки. Лиса явно видела внутреннюю борьбу — это читалось в растерянном, разгневанном взгляде. — Мы можем пострадать. — Она не замечает дрожь в своём голосе, не пытаясь создавать видимость бесстрашия. Ее колотило, особенно когда взгляд падал на стрелку спидометра, равномерно набирающую все большую скорость. — Намджун! — Стрелка приблизилась к ста сорокам и Лиса зажмурилась, вжавшись в сидение. — Альфа, сбавь скорость! Подобное подействовало на мужчину отрезвляюще и машина резко начала замедляться, настолько, что ее дернуло вперёд, но она успела упереться ладонями в переднюю панель автомобиля. Ремня на ней не было и подобная встряска не прошла бесследно, оставив пару синяков на руках. Тошнота и головокружение усилились. Намджун не остановился, но скорость набирать больше также не спешил, молча продолжая вести машину. Лиса не видела, сосредоточенная на том, чтобы не провалиться в беспамятство от шока, но мужчина был напуган. Он не контролировал свои действия. Они делали это за него. В опасный момент его разум отключился напрочь и за рулем будто сидел некто иной. Не он сам. Такой выпад из реальности его удивил, но благодаря омеге рядом у него получилось частично прийти в себя. Он понимал, что творил, но не мог остановить себя. Его глаза все ещё застилала страшная пелена ярости, которая полыхала в венах безудержным потоком. Намджун был зол и эта негативная эмоция усиливалась с каждой минутой. Лиса щурится от дневного солнца, закрывает глаза и откидывается на спинку сидения. Казалось, что она попала в нескончаемый водород событий, замкнулась в петле времени и никак не может выбраться, как бы не старалась. Она устала. Все просто повторялось вновь и вновь, словно что-то ожидало, когда она наконец сдастся и перестанет сопротивляться. Даст себя убить. Силы покидали ее, но она упорно держалась в сознании, вцепившись короткими ногтями себе в ладонь, прорывая тонкую кожу до небольших ранок. Нужно было оставаться здесь. Ждать Чонгука. Ждать своего Альфу. Нужно…нужно обязательно… *** Национальное полицейское агентство Суджин ощупывает свой нагрудный пуленепробиваемый жилет, проверяя, туго ли он закреплён. Она затягивает длинную липучку вокруг талии и выдыхает, чувствуя несильную боль в рёбрах. Омега переборщила и затянула слишком сильно, но ее паранойя не давала ослабить застежки на жилете, поэтому она сделала вид, что это лишь вынужденная мера и по-другому никак. Девушка от ветра щурится и заправляет выбившуюся чёрную прядку волос за ушко. Оглядевшись, она примечает своих коллег, которые уже были полностью в профессиональном снаряжении и обсуждали план действий. Вокруг стояли три служебные машины, слегка ослепляя яркими фарами, направленными прямо в лицо. В воздухе витал особенный запах, какой бывает перед каким-то предстоящим судьбоносным событием. Обычно подобная атмосфера всегда сопутствовала ей на службе, но со времени увольнения она давно отвыкла от всего этого. — Все готово? — Голос Чондэ застаёт ее врасплох и Суджин вздрагивает. — Извини, думаю о своём. — Отмахнулась девушка, получая в ответ снисходительную улыбку. — Я думал, что в полиции все смелые. При первых встречах ты показалась мне хладнокровной и отважной женщиной, готовой идти напролом. Последнее время Вы потеряли сноровку, суперинтендант. — Со восприняла это как вызов и сверкнула глазами, подняв уголки рта. Чондэ пытался подобным образом приободрить, поэтому она нисколько не обиделась. — Это было ошибочное мнение. Просто защитная маска. На службе в полиции трудно быть хрупкой и слабой, даже притворяясь. — Она пожимает плечами, чувствуя мандраж. Время близилось к следственной операции. — Это точно. — Соглашается Чондэ, тихо вздыхая и облокачиваясь плечом о закрытую дверь белой машины. — Ощущаю себя виноватой за то, что решила ждать, пока господин Чон и Тэхен отправились к преступнику без единой доли опыта. — Суджин хмурится, поджимая губы. — Но сейчас ты поменяла своё решение, верно? Мы едем туда и к вечеру будем там. — Лишь бы успеть вовремя… — В тревоге ее руки становятся неприятно холодными, поэтому она сжимает пальцы в кулаки, пытаясь разогнать застывшую от волнений кровь. — Обязательно. Ты же суперинтендант Со, как может быть иначе? — Чондэ улыбается, поддерживающе хлопая ее по плечу. Их глаза встречаются и надолго сплетаются друг с другом. Ни один из них не решается прервать зрительный контакт, словно это могло окончить их общение. Глаза Альфы излучали теплоту и нежность, от чего Суджин чувствовала навязчивых бабочек в животе. Пульс ее постепенно ускорялся и она поняла, что краснеет. Девушка опускает взгляд первая, смущаясь. — Не хочу прерывать ваш интимный разговор, но нам нужно выезжать! — Слышится звонкий голос Джексона, одного из участников сегодняшней операции. — Все взяли табельное? — Суджин отталкивается от капота машины, на котором сидела ранее, и дожидается утвердительных кивков мужчин. — Отлично, тогда в дорогу! Проверьте свои жилеты и не забудьте о приёмных передачах. — На этих словах она самолично проверила свой чёрный наушник, включая и выключая его, проверяя стабильность и частоту связи. Все работало просто прекрасно. — Вы с Чондэ можете переговариваться мысленно. — Вставляет фразу со смешком Ван, играя бровями. Омега же одаривает его холодным, молчаливым взглядом, больше озабоченная сейчас своим снаряжением, нежели высказанной шуткой. — Иди уже. — Усмехнулся капитан, пихая Альфу в бок. Джексон в приподнятом настроении направился к одной из машин. — Уверен, что едешь со мной? — Обращаясь к Киму, поворачивается Суджин. — Не могу отпустить тебя одну, даже если ты будешь стрелять гораздо лучше, чем я. — Омега смущенно хихикнула, опуская руку на оружие в кобуре. — Все возможно. — Тем более, там господин Чон и я бы все равно не смог сидеть и ждать его без дела. Мой долг закрывать его спину, быть щитом, поэтому я не могу отсиживаться в стороне. — Чондэ говорит серьезно, тон уверенный, низкий. Она верит его словам, не видя в глазах и капли страха: силу, готовность противостоять врагу и защищать своих — да. Это заставило ее сердце странным образом трепетать. — Хорошо. Тогда поедем в одной машине. Садись вперёд, я за руль. — Омега хватается за ручку двери, готовая забраться в салон, но Ким ее внезапно останавливает, опуская свою руку поверх ее тыльной стороны ладони. Со удивленно поднимает брови. — Поведу я. — Чондэ смотрит красноречиво, прямо и пронзительно, от чего она замирает, не смея отвести взгляд. — Не спорь, у меня хороший опыт вождения. — От Альфы исходила такая надежность, что препираться с ним из-за того, кто будет вести автомобиль ей совсем не хотелось. Стоит все-таки доверить это дело мужчине. Суджин улыбается одним уголком губ и кивает, убирая руку. … Ифань хмыкает, закидывает в рот хрустящий крекер и тянется к уху, ненадолго выключая связь. На ноутбуке он видел передвижение двух красных точек: одна — Чондэ, вторая — Чонгук. Они были на больших расстояниях друг от друга. Полиции придётся поднажать, чтобы успеть, потому что Чон уже практически на месте, если верить геолокации. Скоро начнётся самая напряженная часть, времени на перерыв у него мало. Ибо как только Чондэ подъедет и подаст тревожный сигнал, если вдруг что-то случится, то вся основная мафиозная элита всколыхнется по одному приказу Ву. Главное не прокараулить момент. Альфа поднимает взгляд, когда слышит скрип двери. На пороге стоит улыбчивая, неловко мнущаяся Хёнлин, держащая на руках поднос с чаем. Ифань хотел было подскочить к жене, но Чонин, будучи сидящий наиболее близко, забрал у омеги поднос быстрее. — Зачем носишь тяжести? — Грозно хмурится, наблюдая за тем, как чашки чая с помощью Кима оказываются стоять на столе. От аккуратных куржечек исходил горячий пар и пленительный аромат ягод. Во рту невольно образовались слюнки. Хёнлин скрестила руки на груди и Ифань тут же смягчился, не сдерживая нежную улыбку. — Вы сидите здесь уже долго. Даже обед пропустили. — Недовольно щебечет, отчитывая всех присутствующих, точно маленьких детей. — Любимая, ты просто могла попросить Лао принести нам чай. Не обязательно было напрягаться, тебе нужно больше отдыхать. — Я не хрустальная и не больная, чтобы все время лежать. — Возмущается омега, придерживая поясницу. — Принесла помимо чая ещё вишневые круассаны, поешьте. — Девушка медленно, в перевалочку, доходит до диванчика и усаживается рядом с Дженни, наблюдая с довольным видом за тем, как муж с хищным блеском хватает горячий круассан. Чонин поблагодарил, пригубляя чашку чая. — А Вы? — Обращается Хёнлин к притихшей шатенке, скромно устроившейся с краю. — Не голодна, спасибо за заботу. — Дженни улыбается, получая в ответ добрую, красивую улыбку молодой омеги.  — В компании одних мужчин находится так долго трудно. Не пройдётесь со мной на террасу? — Дженни обдумывает приглашение, и получая от Чонина одобрительный кивок, все же решает подышать свежим воздухом вместе с женой Криса Ву. Она осторожно хлопает дверью, ощущая, как прохладный ветер приятно обдувает кожу. На террасе находилось трое секьюрити, которые по одному лёгкому жесту Хёнлин поспешили скрыться из поля зрения. Правда, омеги из поля зрения самой охраны — не скрылись. Дженни чувствовала на себе пристальные взгляды, но старалась вести себя непринуждённо и понимающе. Все-таки она находилась в одной из штаб-квартир мафиозного главы наедине с его беременной женой. Всего лишь перестраховка. В этом не было чего-то предосудительного или необычного. Дженни понемногу расслабляется, запахивая тёплую кофту на себе посильнее. Ветер развивал несобранные волосы, но пряди не мешались. Через пару шагов она достигает бетонных перил, опираясь о них и опуская взгляд на оживленный вечерний город. Солнце все ещё слепило на небосводе своими лучами. Явно виднелось, как скоро светило начнёт постепенно прятаться за горизонт и весь Сеул покроет пеленой мглы. На высоте многоэтажного дома наблюдать за мельтешащими машинами и людьми на дорогах было занимательно. Она долго молчала, не замечая продолжительной паузы. С Ву Хёнлин было комфортно молчать. Девушка не требовала внимания и не настаивала на диалоге. Просто находилась рядом и будто поддерживала одним своим тихим присутствием. Наверно, Ифань безумно любил свою жену за подобное. — Иногда становится страшно, насколько же наш мир прекрасен и опасен одновременно. — Раздаётся все-таки голос омеги, привлекая взгляд Дженни к инициатору разговора. — Я живу на границе тёмной и светлой стороны луны. С одной мафия, кровь, насилие, жестокость, а с другой — женское счастье, уютный дом, любимое хобби и куча разных привилегий из-за своего статуса. Этот баланс не даёт мне впасть в апатию. — Ты бы бросила мужа, если бы могла? — Дженни не удивляется мыслям собеседницы, не интересуется продолжением, а просто задаёт сопутствующий вопрос. — Нет. Никогда. Я предана ему и люблю его. Мы связаны истинностью. — Хёнлин вздыхает и осторожно придерживает свой округлившийся живот рукой, заставляя Ким невольно скосить свой любопытный взгляд. — К чему я это…? — Да? — Иногда переживать плохие периоды просто необходимо, чтобы получать в своей жизни больше поводов для счастья. Контраст заставит по-другому взглянуть даже на самые обычные вещи. — Омега нежно, по-матерински тепло, улыбается. — Лиса пройдёт своё испытание и вы снова увидитесь. Не переживай, потому что я чувствую тяжесть на твоём сердце. Она, будто камень, давит на грудь, не даёт дышать. Я понимаю. — Благодарю. — Коротко и ясно, но искренне и максимально уважительно. Хёнлин удовлетворенно щурит свои раскосые, кошачьи глаза, в которых Дженни видит своё отражение. С этой женщиной было спокойно и легко, чувствовалось, что ее не осудят, не упрекнут, а выслушают и обязательно дадут дельный совет. Однако, слова сейчас были излишни. Они стояли на широкой террасе-балконе, наслаждаясь ветром и звуками живого города. Без слов, но разговоры и не требовались. Омеги солидарно отдыхали в тишине. *** Сумерки постепенно сгущались над кронами зелёных деревьев. Фары освещали землистую дорогу впереди. Машину равномерно покачивало от кочек. — Эта деревня давно заброшена. Был скандал, но я не вдавался в подробности по какой причине. — Чонгук отстегивает ремень безопасности, слыша резкий щелчок, когда он встаёт в своё исходное положение. Тэхен проделал аналогичное, и послышался сигнал о том, что пассажиры не пристегнуты. Радио давным-давно было выключено, так как станции не ловили в этой зоне. — Нас уже ждут. Мы проехали слишком легко на территорию. — Тэхен смотрит в окна, щурясь от слепящих лучей заходящего солнца, пробивающихся сквозь стволы деревьев. Казалось, что сам лес замер в ожидании, наблюдая за автомобилем сбоку. Создавалось неуютное впечатление слежки, поэтому Тэхен сосредоточился на дороге впереди, собственно, как и Чонгук. — Мы тоже готовы к встрече. — Хмыкает Альфа, круто сворачивая на повороте. Тэхен, только отстегнувший ремень, пожалел, что сделал это слишком рано. — Их будет несколько — нас всего двое. Количество на их стороне. Мы можем не справиться. — А сила на нашей. — Чонгук хмурится, раздраженно цыкая и сверкая глазами в сторону Кима. — Не будь таким пессимистом. — Криминальный авторитет и бывший наемный киллер против кучки членов мафиозной группировки…звучит обнадеживающе, но не всецело. — Тэхен усмехается и тяжело вздыхает, вкладывая в свой выдох все своё вселенское страдание, какое только мог испытывать. У него ужасно болела голова и мышцы, он хотел спать и нормально поесть, но ныть Альфа себе не разрешал. Его успокаивала мысль, что когда все закончится, он возьмёт путевку в лучший санаторий за границей на месяц и уедет туда отдыхать с Джису. Всю усталость, как рукой снимало и он готов был идти рвать противников голыми руками. Чонгук, впрочем, был настроен не менее воинственно. Даже чересчур, что было видно по его горящему взгляду, но в то же время по пугающей холодности на лице. — Оружие при тебе? — Чонгук бросает взгляд на парня рядом. — Да. — Стрелять только по необходимости. Нам не нужны проблемы за превышение самозащиты. — Тоже верно. — Я остановлю машину на той подъездной дороге и мы осторожно выйдем на улицу. Смотрим в оба. — Понял. — Отвечает Тэхен, ловко доставая пистолет из-за пазухи, который доселе был надёжно спрятан ветровкой. Что ж, он уже даже начал скучать по подобным развлечениям. Давно в его руках не чувствовалась такая приятная тяжесть огнестрельного. Джип преодолевает небольшое расстояние и уверенно сворачивает в сторону, останавливаясь. Из-под капота шла пыль, которую подсвечивали жёлтые фары. Не задерживаясь в салоне ни на минуту, мужчины выходят из машины в полной боевой готовности. Чонгук хлопает дверью и блокирует авто, пряча ключи в задний карман джинс. Под ногами сначала хрустел гравий, но относительно хорошая дорога заканчивается сразу же после подъездного участка, и ноги начинают вязнуть в грязи и земле. В лесу вечер ощущался как ночь, ибо густая зелёная листва скрывала светлое небо и оранжевое солнце от людских глаз. Темнеть здесь начинало гораздо раньше. Когда ветки трещат совсем рядом, Чонгук напрягается и смотрит вопросительно в сторону Тэхена, который смотрел также в ответ. — Ты слышал? — Это справа. Ким оглядывается, прищуриваясь и замечает несколько темных фигур вдалеке, медленно лавирующих меж стволов деревьев, точно неуловимые ниндзюцу. Тени обманчиво оказывались в самых разных и неожиданных местах, хотя их владельцы были совершенно в другой стороне. Тэхен крепче сжал пистолет в руке и отточенным движением перезарядил ствол. — Иди к тому дому. А я немного потанцую. — Чонгук хмыкает на этих словах, переводя взгляд на нужное здание, где сейчас находилась его омега. — Не переусердствуй. Их трое. — И не такое видел. — Отмахивается мужчина, с азартным блеском в глазах выискивая своих противников в глубинах мрачного леса. Чонгук оставляет Тэхена, переходя с твёрдого шага на бег. Перед самым крыльцом на его пути вырастает внушительная фигура блондина. Он показательно разминает мышцы шеи и встряхивает руками, показывая свою силу и преимущество в габаритах. Альфа окидывает его холодным, скептическим взглядом, наблюдая за нервными движениями человека напротив. Когда здоровяку надоедает бессмысленное созерцание, он рычит и делает стремительный выпад. Чонгук мгновенно перехватывает его за локоть, уворачивается в сторону и резким, хлестким ударом бьет бету открытой ладонью в нос. Мужчина взвыл от боли и с темнеющими пятнами перед глазами грузно рухнул на землю. Альфа даже не оглядывается, преодолевая три ступени одним широким шагом, и хватается за ручку ветхой, деревянной двери. Она поддаётся на удивление легко, отворяясь с противным скрипучим звуком. Его явно давно ждали. Чонгук входит внутрь медленно, держа пистолет в руках крепко. Смотрит по сторонам, заглядывает в приоткрытую дверь, морщась от тухлого запаха канализации. Уборная. Проходит дальше, пока половицы под его тихими, едва слышными шагами жалобно поскрипывают, заставляя навострить уши сильнее и напрячься в ожидании засады. Его учащенное дыхание слышалось отдаленно, словно дышал ему в затылок кто-то другой, и от этого по его коже бежали противные мурашки. Завернув за угол, мужчина замер, стискивая в руках оружие. Его глаза расширились, а в груди пульсирующим толчком поднялся гнев. Намджун стоял с гадкой самодовольной ухмылкой посреди комнаты, держа перед собой Лису. Дуло пистолета было направлено девушке в висок и предупреждающе упиралось прямо в кожу. Омега выглядела измученной, уставшей и испуганной до ужаса. Она была болезненно бледной, даже зеленоватой и смотрела на Чонгука влажными, большими глазками, молча взывая к помощи. Это заставило сжать кулаки до хруста костей. Альфа сделал уверенный шаг вперёд, но Намджун тут же отошёл назад, грубо дёрнув за собой и Лалису. Его вторая рука до покраснения кожи сжимала шею девушки, заставляя ту цепляться за мужские руки в попытках ослабить хватку. Чонгук ощутил, как его плечи наливаются тяжелым свинцом, а горло начинает жечь от желания выпустить непроизвольное рычание в сторону противника. — Стой на месте, Чон. — Шелестит низкий голос Кима, вызывая у второго Альфы волну отвращения. «Стой на месте» Намджуна звучало точно как вызов, а Чонгук не привык упускать возможность сцепиться в неравной схватке, дабы показать оппоненту его истинное место. Отпрыск Соныля ему не ровня. — Стою. — Бросает спокойно мужчина в ответ. — Пистолет на пол. — Это лишь мера предосторожности. — Чонгук смотрит на свою пару и та молча хлопает глазами, дрожа в чужих руках. — Нам стоит говорить один на один. Не нужно использовать омегу в качестве щита. Это неверно. — Ты будешь учить меня? — Рычит Намджун, заставляя Лису зажмуриться. Чонгук сжимает челюсть. — Мы с тобой вполне в состоянии разобраться самостоятельно. Без присутствия женщины. — Она залог моей свободы и то, ради чего я все ещё живу на этой чертовой Земле. Ты правда считаешь, что я отпущу свою жену к тебе? Она моя! — Отчаянный крик, будто бы сотрясает стены, но на лице Чонгука даже не дрогает мускул в этот момент. Он выражает собой ледяную сдержанность, когда же напротив словно бушует смертоносное пламя — полная противоположность. — Хорошо, тогда просто опусти оружие и я сделаю это тоже. Лиса никуда не сбегает, а я не собираюсь нападать. — «Пока» так и остаётся недосказанным, но Намджун этого не узнает. Ким издевательски хмыкает, выдерживает продолжительную паузу, но вдруг действительно опускает пистолет вниз. Руку же с шеи омеги он убирать не спешил, продолжая держать девушку подле себя. Чонгук оценивает ситуацию и также медленно опускает дуло пистолета в пол, но не убирает оружие полностью, готовый защищать свою пару в любой момент. Воцаряется тишина, во время которой Альфы схлестываются в ментальном, когнитивном поединке, точно глаза их были горящие мечи, с лязгом ударяющиеся друг о друга. Лиса наблюдает за молчаливой битвой, чувствуя, как сердце ухает где-то в районе живота, будто ребёнок взволнованно дрожал вместе с ней. Страх ее клубился комком в горле, вызывая обильное слюноотделение. — Что дальше? Чон хмыкает. — Очевидно, что твои игры закончились. Убери руки от Лисы и дай ей уйти. Сейчас же. — Иначе? — Скользко тянет Ким, ядовито скалясь. — Этот дешевый спектакль закончится слишком быстро. — Резко отвечает Чонгук. — Какая мне выгода? Меня все равно посадят или на крайний случай упекут в больницу. К тому же, я до безумия люблю эту девушку и она это знает, поэтому я не дам ей уйти. Ты же стоишь на моем пути и становится само собой разумеющееся, что мне стоит убрать препятствие с дороги, дабы обрести с любимой счастье. Верно? — Рассуждает вслух мужчина. Лиса осторожно опускает взгляд вниз, наблюдая за тем, как рука с пистолетом подозрительно подрагивает. Намджун то сжимает, то разжимает пальцы на рукоятке до покраснения. Она сглатывает вязкую слюну и поднимает испуганные глаза на Чонгука. Сейчас ей показалось, словно она следила за ситуацией со стороны и ждала развития событий. В ее силах было предотвратить печальный исход, если она постарается и отбросит дикий страх внутри куда-нибудь на задворки сознания. Воздух вокруг, будто накалился, обжигая своей напряженностью кожу. Он вибрировал и она ясно видела эти волнения, точно эмоции всех присутствующих в помещении смешались в единый ядерный коктейль. Девушка ощущала, как Намджун становится все более несговорчивым и раздражительным. Ещё тогда, когда они ехали в машине, то в глазах мужчины она не видела ничего, кроме чистого чёрного гнева. Скоро Альфа может дойти до апогея, откуда возвратной точки нет и тогда никто уже не выйдет сегодня из дома живым. Ни ее любимый человек, ни она с ребёнком, ни сам Намджун. Нужно было срочно что-то предпринимать в этой словесной заминке, пока внимание Кима направлено на своего соперника. Омегу он недооценивает, будто забыл, что совсем недавно Лиса нехило приложила деревянный стул о его голову, несмотря на габариты взрослого мужчины. Она никогда на самом деле не была беззащитна — это лишь иллюзия. Теперь ей есть кого защищать. Чонгук и ребёнок. Хватает несколько секунд на то, чтобы со всей силы дать пяткой сзади по голени, наступить тут же ей на носок дорогого ботинка, и попытаться вырваться из рук Намджуна. Она толкает бёдрами Альфу в живот, чтобы отодвинуть его от себя, пока Ким со стоном сгибается пополам от пронзившей его ногу боли. Ей удаётся вырваться из крепкого захвата, но мужчина успевает со всей злостью отшвырнуть смелую омегу. Лиса охнула и полетела на твёрдый пол, ударяясь о него с глухим стуком, который незамедлительно эхом отозвался в ее костях. Она болезненно застонала. Все происходит моментально, невероятно быстро, настолько, что у неё захватывает дух. Голова вдруг закружилась так, что в ушах противно зазвенело, а шею и спину обдало ледяным потом. Ее бросило в жар. Следом после ее падения слышится рычание, далее громкие удары, звуки борьбы, а потом ее сердце застывает, когда звучит череда выстрелов с разных сторон. Лиса сгруппировывается и закрывает голову руками, вжавшись поясницей в толстые ножки пыльного кресла в углу. Ее мышцы сводит судорогой и она замирает. От перенесённого ужаса ее сознание быстро померкло. Омега выдохнула, от чего пряди волос на лице всколыхнулись, и провалилась в темноту. ***