Солнце и Луна

      Марк курит сигареты втихаря, хотя знает, что сестра отреагирует нормально, потому что сама в юношестве баловалась подобным. Но ей, как-то, не «Прикурилось» как она говорила. Мальчишка же сигарету за сигаретой, дымил как паровоз и сам не заметил, как день без сигарет казался слишком уж…не таким. Скучным. Горьким. Ему не жалко тратить деньги сначала на синий винстон, потом яву, а после и чапман. Третий он признавал только с шоколадом, иначе ни как. По правде говоря он обожал сигареты с кнопочками. Марк не был типичным быдлом, скорее, сложным подростком, пытаясь доказать что он чего-то да стоит. Правда, делал это не с помощью дворовых парней, которые считали свою крутизну тем, кто скольких девушек перетрахал. Он ездит на автобусах зайцем прячась за спинами людей, забиваясь в самый угол, да бы не заметили, а сохраненные деньги спускает себе в карман и снова прибегает в табачку в которой ему продают сигареты. — Чапман браун, две пачки, — протягивает деньги миловидной продавщице и та хитро усмехается, что напрягает Марка. Раньше она так не делала. — А я ведь в курсе, что ты учишься тут неподалеку, хех, — не без смешинки в голосе протягивает ему две пачки и звонко смеется, когда парнишка замечает что на одной пачке прикреплена бумажка с ее адресом в ВК. — Найди меня, окей? Она тянет последние гласные и это звучит так, будто она над ним смеется, но…она полностью серьезна. Да, у него не было отношений прежде, но…о женском теле он все же что-то знал. Просмотренных видеороликов с содержанием восемнадцать плюс было полно, да и кто запрещал подглядывать за сестрой? Он порой этим грешил. Тот кивает и улыбается, на ходу ищет её страницу в соцсети и радуется, когда видит что по страничке у нее есть такие же подписки как и у него. Заглядывает в музыку. Тоже вкусы сошлись, и…вау, у него появляется надежда. Он пишет «привет», но ему отвечают только через полчаса, когда он уже явился в школу. Невольно улыбается, когда она не прекращает общение после дня переписки с ним. Они общаются несколько месяцев, а его походы в табачку стали не только за сигаретами, а просто пообщаться вживую. Анита, как звали девушку, училась заочно, а работала здесь благодаря подруге, которая помогла ее сюда устроить. С хозяином заведения у нее были отдельные отношения, с помощью которых Ани смогла тут работать. Ей было почти девятнадцать, когда парню только-только стукнуло семнадцать. Зимой он часто убегал из дома вечером, провожая ее до дома после поздних пар. На вопрос Марка «Почему ты продолжаешь со мной общаться?» она отвечала просто, с улыбкой, от которой у парня все внутри дрожало. «Ты не пытался завалить меня в постель в первую неделю общения» Он никогда не думал, что сможет привлечь внимание какой-нибудь девушки, его одноклассницы сохли по парням из параллели, или же по одноклассникам которые были наглее, чем кто-либо в свои семнадцать. Марк боялся, что какой-нибудь «упырь» как их называла Анита, отобьет ее, и даже стал немного подкачиваться дома. Да, он был худощавым и неловко сложенным, бледнолицым с челкой на половину лица, но ему было так приятно, когда она гладила его по волосам, носом зарывалась ему в шею, и его иссиня-черные волосы скрывали ее пылающее от смущения лицо. Он не заметил как-то, что он называл дружбой, внезапно приобрело другое чувство. Любовь, которую он раньше не испытывал, передалась и Ани.       Спустя полгода они начали встречаться, и никто из них не давил на друг друга. Девушка сразу призналась, что Марк не ее первый, и поэтому не стоит ждать того, что «Ого, они у друг друга первые, ух, вот это любовь», на что парень лишь пожал плечами. Ему было неважно, сколько у нее было до него. Сейчас ведь она с ним. Он никогда не говорил «Моя» давая ей свободу, хоть иногда и ревновал, когда она мило общалась с другими покупателями. Когда к ней начал подкатывать какой-то парнишка, кажется, из его параллели, Марк взбесился и силком оттащил его от Аниты. Пришлось вступить в драку, но, несмотря на худощавость, он был изворотливым, поэтому хоть и получил пару синяков и ссадин, а еще разбитую бровь, он отбил желание «соперника» подкатывать к его девушке. Тогда он впервые на эмоция назвал ее своей в драке. Он помнил, как она бережно закалывала ему волосы, чтобы обработать бровь, как нежно гладила по синякам. Они оба не заметили, как их отношения спустя еще полгода перешли в постель. Правда, но секса толком и не дошло, ни у одного из них не оказалось с собой презервативов, поэтому все ограничилось петтингом. Когда он решил что «Надо бы на всякий носить хотя бы один» и пошел в аптеку, понял что ему даже слово «Презервативы» вслух сказать сложно. Пришлось обращаться к Леоне. Их разговор начался с неловкого юношеского: — Мне тут это… Ну… — Марк неловко мялся на пороге ее комнаты, и кусал щеку изнутри от смущения, пытаясь подобрать слова. Девушка вздохнула, отрываясь от написания конспекта и повернулась к парню корпусом, и мягко улыбнулась. — Ты общаешься с девушкой, да? — ее смешинка в голосе не была какой-то злобной или чем-то подобным, и, заметив еще более смущенное лицо Марка, продолжила. — Встречаешься, если быть точнее. И спустя год общения ваши отношения стали более близкими, да? Тот еле кивнул и резко выпалил то, что хотел сказать: — Я слишком смущаюсь в аптеке, можешь купить презервативы? — тот выдохнул и его взгляд забегал по комнате. Услышав смех сестры, Майоров младший сжал губы в тонкую нить, и слегка обиженно посмотрел на Леону. — Ну-ну, не смотри так, сигареты не стесняешься покупать, а такую вещь как презервативы не можешь? Эх ты… Ладно, жди, — та закрывает дверь перед его носом и быстро одевается. Ей и самой надо было в аптеку, ее противозачаточные кончились. Она не стеснялась иногда разового секса, поэтому, услышав такую просьбу брата, не удивилась. Ему должно было стукнуть восемнадцать через неделю. Одевшись, она вышла из комнаты, потягиваясь. Марк уже убежал в комнату, а на тумбочке в прихожей уже лежали пятьсот рублей. — Марк, тебе на все или как? — К-как сама думаешь! — послышался слегка сдавленный голос парня, и она лишь закатила глаза. Пусть осмыслит все происходящее и, может, даже успокоится на эту тему. Она и сама вспомнила, как первый раз покупала презервативы. Хотя, после того, как чуть не залетела из-за того, что матушка ее бывшего захотела внуков, несмотря на то, что ее чадо и сама Леона были юны, и проколола презервативы, а потом аккуратно вернула… Бр-р-р, эту историю вспоминать не хотелось. Когда она вышла из квартиры и повернула ключ, Марк тихонько выполз из своей комнаты и прошелся из стороны в сторону, до кухни, в очередной раз, стащив пачку печенья. Он был сладкоежкой, а это печенье, которое Леона где-то доставала в огромных количествах, просто обожал юноша. Она лишь мягко улыбалась на вопрос «Где ты, их, блин, покупаешь?» и молчала, загадочно сверкая зелеными, в отличие от Марка, глазами. Они, в принципе, вообще были не похожи. У юноши были иссиня-черные волосы, и пронзительно синие глаза, которые могли так стрельнуть, что не по себе становилось даже ей, хотя она жила с ним больше, чем кто-либо. Она же была блондинкой, волосами пошла в отца, хоть и глаза достались от матери, такие же ярко-зеленые глаза. Это выглядело по-своему красиво, особенно если учесть, что она одевалась в светлые одежды. Мрачные, мертвецкие вещи обожал её брат. Она вернулась спустя полчаса, с пачкой презервативов, она лишь подкинула ее брату на стол, оставив там же сдачу — себе же она купила очередные таблетки, и довольно улыбнулась. Пройдя на кухню и увидев там перекусывающего брата, та лишь поставила чайник на плиту. — Почему суп не поел? — это не было упреком, как бы это, возможно, сказала бы мать, и, достав кастрюлю с едой на стол, аккуратно разлила в две миски. — Опять лень, да? — Угу… Но ты же нальешь, да? — тот виновато посмотрел на сестру и слегка кивнул на печенье. — Ну и оно тут лежало… Такое… Соблазнительное… — Прямо как твоя девушка? — она по-доброму подколола парня и поставила разогревать суп. — Не беспокойся, что я купила большую пачку, можешь не всю сразу таскать, а так, парочку в сумку кинуть. Тот еле кивнул, забыв, за чем она ходила и даже улыбнулся. Теперь ему почему-то стало как-то легче. — Леона… Спасибо тебе, ты самая лучшая сестра в мире, — он встал из-за стола и приобнял ее. Она была чуть ниже его, поэтому было удобно уткнуться своим лбом в ее и потереться носами. Это было их традицией, что ли, если так можно называть. — Не стоит, — она прикрыла глаза и довольно чмокнула его в щеку. — Так, суп согрелся…

***

      Когда встреча Марка и Аниты снова состоялась, он уже был готов. Она понимала его смущение, поэтому не давила, растягивая прелюдию. Да и ей самой это нравилось, видеть, как у этого мальчишки пропадает стеснение, и он сам начинает весьма активно действовать. Трех как раз хватило на ночь, и на утро он обнаружил, как на его груди сопит любимая девушка, по-собственнически закинув на его ноги свою, и обвив руками. Погладив ее по голове, он посмотрел на время, и про себя присвистнул. Если у Ани был сегодня выходной, то у него было пять уроков. Им их сократили из-за дополнительных занятий, на которые Марк иногда ходил, а иногда нет. Когда как. Поэтому, решив, что лучше остаться с девушкой, и не будить ее, он прикрыл глаза, положил свою руку ей на спину, укрыв одеялом, которое сползло, и заснул. Анита проснулась спустя полчаса, и заметила, что парень не ушел. «Приятно» отметила про себя девушка и слегка понежилась в его объятиях. Не смотря на то, что он был все таким же худым, лежать на нем было удобно, даже не твердо. Мирно вздымающаяся грудь, волосы растрепались по подушке, рука на ее спине… Ей давно этого не хватало. Ее бывший был грубым и всегда уходил, когда просыпался. Она встала с кровати, стараясь не разбудить парня, но, почувствовала, как ее снова притягивают, и обнимают, заботливо чмокнув в макушку. — Доброе утро… Любимая.