Золотой Призрак

Как ни странно, проходит всего месяц, когда Мадара вновь встречается с ней. То, что он видит на этот раз, доказывает – даже самого сильного человека можно заставить покориться другому, если быть достаточно умным и разыграть верную карту. Если угрожать правильно. Он осторожно приближается к огромной вспышке чакры, уже распознав ее и размышляя о том, что заставило Золотого Призрака пустить в ход силы своего зверя. Осознание того, что он видит, врезается в него с силой древесного дракона Хаширамы – его любимого дзюцу. Девушка пригвождена к земле, золотые цепи чакры – те, что используют Узумаки – обвивают ее тело, а два шипа пронзают ее руки, не давая ни единой возможности использовать дзюцу. Но не это причина ее беспокойства. Она смотрит на Биджу рядом с ней; он просто чудовищного размера, точно такого же, как в тот последний раз, когда Мадара видел его. Он также прижат к земле, колья пронзают его хвосты, а тяжелые цепи пригибают его тело к низу. Итак, они оба, очевидно, в ловушке, из которой нет выхода. Даже на таком большом расстоянии Мадара может заметить отчаяние в ее глазах. Но это отчаяние совсем иного рода. Она не хочет спасти себя, она хочет спасти лиса. Уберечь его от людей, причиняющим им обоим боль, и она рвется к нему с такой силой, что еще один Узумаки появляется рядом, дабы укрепить цепи чакры, удерживающие ее. Их как минимум девять, вместе с женщиной, которую Мадара знает как Узумаки Мито. Та сидит на земле, готовя печать. Ему требуется всего секунда, чтобы уловить то, что говорит самый старший из них. От услышанного внутри вскипает ярость. Они собираются извлечь Кьюби и запечатать его в Мито; действие, которое непременно убьет Золотого Призрака. Но она не дрожит в страхе перед собственной смертью. Вместо этого она рычит на главу клана Узумаки. Она говорит, что Курама – ее друг. Он не оружие, которое нужно использовать, а ее самый надежный союзник. Конечно, ее голос почти заглушен угрозами лиса. Он точно так же зол в своем желании сбежать. Его кроваво-красные глаза обращены к девушке – его сосуду – с явным беспокойством в глазах. И это все, что нужно для того, чтобы Мадара понял – он вовсе не бессердечен. Что девушка, пригвожденная рядом с ним, сильно волнует его. Что, несмотря на их явные различия, они близки друг другу настолько, насколько могут быть близки брат и сестра. Мадара понимает, что движется, лишь когда его меч вонзается в спину того парня, что сдерживает Золотого Призрака. Узумаки даже не осознают, что происходит, пока он не отсекает голову второму, стоящему к нему ближе всех. Теперь, когда ее удерживает лишь одна цепь, девушка поднимается на ноги во вспышке золота. То, что происходит дальше, похоже на месть в человеческом обличье. Даже если она ни разу не нанесла им смертельного удара. Кажется, что все угрозы лиса стереть клан Узумаки с лица земли выполнит эта девушка – с глазами красными, что перечеркивает тонкий зрачок – совсем как у того существа, которое она защищает. Мадаре даже ничего не нужно делать, только стоять в стороне и смотреть, как Золотой Призрак идет против главы Узумаки, идет против него и побеждает. Потому что не ее жизнь на кону, а жизнь того, кем она так явно дорожит. Даже если это гигантский демонический лис. Тот же молчит, наблюдая за тем, что происходит вокруг, двигаясь только для того, чтобы выпутаться из цепей, что не исчезли, несмотря на то, что Золотой призрак вырубила всех Узумаки. Она сама стоит над бессознательным телом главы, глядя на него с выражением лица, которое Мадара не может прочесть. Лис медленно приближается к ней, кладет один большой хвост ей на плечи, прежде чем исчезнуть, вернувшись в безопасность печати, в которой он живет. Как Узумаки сумели выманить ее, чтобы схватить, Мадара не знает. Он и не хочет выяснять, хотя догадывается, что девушка больше не попадется в эту ловушку. И лишь потом он замечает на земле маленькие следы. Детские следы. Они выманили ее, используя детей в качестве приманки. Возможно, детей из ближайшей деревушки. Не самая редкая тактика. Удивительное количество шиноби проявляло мягкосердечие в том, что касалось детей. Результат взросления в мире, где ежедневно гибнет так много людей. Если существовала возможность спасти детей без риска, то и Мадара не проходил мимо. Очевидно, что и Золотой Призрак была такой же, раз Узумаки смогли обмануть ее. – Я ожидала большего от них, – тихо сказала она, толкая ногой главу клана. Ее лицо грустное, и Мадара не понимает почему. Почему она вдруг так решила. Узумаки – клан ниндзя, и, хотя их земли удалены от Страны Огня, это не значит, что они невинны. Они так же безжалостны, как и мир, в котором они живут, и почему девушка не осознала это, Мадара не знает. – Просто я думала, что они будут такими, как я. Что они будут стремиться к миру и взаимопониманию… Моя мать была Узумаки, – говорит она так, как будто бы это объясняет весь ее мыслительный процесс. Глядя в ее лицо с резкими чертами, на цвет ее волос, Мадара может лишь форму ее глаз отнести к чему-то, что отдаленно напоминает клан Узумаки. Скорее всего, она полная копия своего отца. Ее внешность ясно говорила о том, что она не чистокровная Узумаки, к тому же, этот клан запрещал вступать в брачные узы вне клана. Как и другие кланы ниндзя, что предпочитали не смешивать свою кровь с кем попало. Это могло означать лишь то, что мать Золотого Призрака сбежала. Пытаясь представить себе это, Мадара хмурится. Похоже, детство у нее не было веселым. И это если еще ее матери удалось избежать охотников, что были посланы за ней. – Почему ты сражаешься за мир? – спрашивает Мадара, очищая свой меч от крови и вкладывая его в ножны. Теперь он так редко берет его с собой, чаще предпочитая гунбай. – Потому что я видела войну, – отвечает она, глядя в умирающее небо глазами такими темными, какие он еще у нее не видел. Синий цвет почти теряется в сумерках. – Я видела, как разлучали семьи и как издевались над людьми, что были беззащитны. И надо мной тоже издевались. Но если ты не продолжишь бороться, ты не сможешь сделать мир лучше. Я не хочу, чтобы кто-то испытал то же, что и я. И потому Курама на моей стороне. Потому что он тоже хочет мира. Затем она улыбается. Ее улыбка счастливее слов, и на ее лице нет слез, которые он ожидал увидеть. – Но вернемся к этому разговору как-нибудь в другой раз. Спасибо тебе за помощь, Мадара. Для того, чтобы собрать достаточно природной энергии, нужно оставаться на месте, а это раздражает. Она уходит. Мадара смотрит изумленно на то место, где она только что стояла, прежде чем рассмеяться. У нее вообще не было проблем. Она проверяла Узумаки, чтобы удостовериться, соответствуют ли они ее ожиданиям или нет. Очевидно, они не соответствовали. Мадара качает головой. Она сумасшедшая. Он поворачивается, чтобы скрыться в зарослях; его голова кружится. Девушка стремится к миру по той же причине, по которой и он желает его с самого детства. Черт, даже величайший Биджу хочет мира, судя по ее словам. Возможно, думает он, пришло время еще раз поговорить с Хаширамой. Просто еще одна попытка. Еще одна.