Идеальная жертва

- Вы можете вспомнить этого человека? – шериф трясет перед ним черно-белой нечеткой фотографией. Какаши хмурится, приподнимаясь с кровати. Еще с утра он заметил полицейскую машину на служебной парковке. Правда вот сам офицер не спешил подниматься в палату. Ему позвонила доктор Харуно. По всей видимости, как только состояние больного улучшилось, девушка решила не откладывать беседу с правоохранительными органами. Виновника аварии так и не нашли. К тому же, память самого Хатаке все еще нестабильна, он то вспоминал, то забывал события, происходящие накануне. От такого потерпевшего сложно будет получить достоверную информацию. - Думаю, я видел его недавно. - Вы уверены? Офицер полиции - Учиха Мадара, суровый мужчина средних лет, снова недоверчиво косится на него. - Да. - Интересно. Этот парень уже две недели, как в розыске. - Что? – пепельноволосый снова смотрит на распечатку, сверяя черты лица фото со слабым воспоминанием из последнего сна. Длинные темные волосы, миндалевидные кошачьи глаза. Ошибки быть не может, это… - Тензо Ямато. Пропал в день аварии на восемьдесят девятом шоссе. Он – инкассатор, как и вы сами. В тот день вы ехали на объект, чтобы получить крупную сумму денег от частного лица для перевоза в банк. Однако что-то пошло не так, произошло столкновение, а после Ямато исчез без следа. Мы говорили с вашим начальником, который и сообщил эту информацию. Дома, с тех пор, ваш напарник не появлялся. У полиции к нему много вопросов. Какаши отрешенно смотрел перед собой, переваривая услышанную информацию. В голове заведенным волчком крутилась лишь одна мысль: «K + T forever» = «Какаши + Тензо навсегда». Его зовут Тензо! Парень из сна - его напарник. И это его кольцо. Но почему? Почему он нанес подобную надпись на украшение, что их связывало, кроме работы? Шериф, тем временем, продолжил докладывать полученный за последние дни материал. - Сначала мы думали, что авария была спровоцирована потенциальными грабителями, но когда позвонили вашему финансовому партнеру, он уверял, что все в полном порядке, и вся сумма на месте. Есть две рабочих версии, одна из которых заключается в том, что к аварии как-то причастен Тензо, а другая, менее приятная, что его похитил тот, кто все это подстроил. Именно поэтому нам так важны ваши показания, как потерпевшего и как важного очевидца. - Я понимаю, офицер. После случившегося моя память полностью затерла события, произошедшие не так давно до аварии. Помню, что при ударе я потерял сознание, и все вмиг почернело. До сегодняшнего дня я даже не знал, как звали этого парня. К тому же, я понятия не имел, что я сам инкассатор. Хатаке взглянул на Учиху, ища поддержки, но тот даже не поднял головы, что-то сосредоточенно записывая в свой карманный блокнот. Что он мог на это ответить? Нужны были четкие рабочие факты, а не сырые предположения. - Попытайтесь все-таки вспомнить, не вел ли себя как-то странно Тензо? Ну, накануне… Какаши отрицательно покачал головой. - Я ничего об этом не помню. - Ладно, общались ли вы с ним помимо работы? - Я полагаю, что да. У меня есть его личная вещь… Мадара понимающе растянул губы в ухмылке. Именно он нашел эту самую вещь в служебной машине при осмотре после аварии. - То самое кольцо? Что думаете об этом? Кажется, вы были довольно близки. - Не знаю, возможно. Ночью Какаши часто видел кошмары. Мокрый от пота он метался по больничным простыням, почти просыпаясь, но снова падая в глубины безумного сна. Он сидел за рулем потрепанного "Нисана" и говорил о чем-то с Тензо. Тот отвечал, но невнятно. Слова вырывались с трудом из его распухшего горла. Голова напоминала воздушный шар, а тело обгоревшее полено. На соседнем кресле сидел не его напарник, а страшное изувеченное аварией чучело, лепечущее едва различимые фразы. Захлебывающееся в собственных мольбах и вздохах. С бешеным пульсом Хатаке вскакивал на холодный больничный пол. В окне за ним наблюдала только луна. - Да уж, получается, вы ничего не помните и взять с вас нечего. Расследование итак продвигается медленно, а теперь и вовсе застыло на одной точке… Мадара разочарованно закрыл блокнот, поглядывая на часы. - Может Тензо не успел уйти далеко? Вы искали его у друзей и близких? - А вы как думаете? Проблема в том, что друзей у него почти нет, а близких тем более, он – сирота. После школы отслужил в армии и устроился в фирму к вашему боссу. Единственный близкий друг Аоба был потрясен, узнав о случившемся. Он подозревает, что Ямато мог сбежать от шока в лес возле трассы, однако наши люди прочистили все окрестности и ничего не нашли. Парень словно сквозь землю провалился! - Но оставлять на сиденье собственное кольцо слишком глупая улика для преступника, к тому же, после подобной аварии он наверняка был тяжело ранен… не думаете, что кто-то действительно мог похитить его? - Мы занимаемся этим, - Учиха лукаво блеснул глазами. Хитро, словно лисица растянул тонкие губы в дежурной улыбке, вставая со стула. Какаши счел поведение копа подозрительным, но ничего не сказал. У него ломит ребра и снова болит голова. В руке у офицера появляется скромная визитка. - Обязательно позвоните, если что-то вспомните. Это важно, в первую очередь, для вас. К тому же похититель, если это и вправду было похищение, все еще на свободе. Мы надеемся найти Тензо живым. - Не нужно давить, офицер. - Поправляйтесь, Хатаке. До свидания, - он забирает с собой нелепый снимок и уходит, о чем-то переговариваясь в коридоре с доктором Харуно, но это уже не имеет никакого отношения к делу. Похоже, что они родственники, - непроизвольно проносится в голове, потому как Сакура с дрожащим трепетом произносит "дядя Мадара" вместо официального обращения к офицеру. Он, в свою очередь, довольно кивает, отвечая уже более неформально. Какаши устало прикрывает глаза и снова проваливается в долгий сон. Днем ему, как обычно, снится темноволосый милый парень, живущий с ним под одной крышей, заботящийся о нем и об их общих детях. Теперь Хатаке с уверенностью может сказать, что это Тензо.

***

- Наконец-то очнулся. Давай поднимайся. Ямато не мог полностью посмотреть на того, кто это произнес, но он итак знал, что это Учиха. Лежа ничком на пыльном бетонном полу, шатен мог видеть лишь ноги говорящего. – Ты плохо слышал? Тензо сплюнул кровь, продолжая все так же упрямо молчать. Он думал, что утро уже наступило. Думал, что вот-вот проснется и с облегчением осознает, что все это было лишь кошмарным сном. Однако глупые птицы снаружи молчали, намекая, что вокруг все еще стоит глубокая ночь. Без конца и края. Он не проснется. Потому что он и не засыпал. Обито приподнял его заплаканное лицо к свету за подбородок, внимательно осмотрел и дал отрезвляющую пощечину. - Подъем! У меня для тебя кое-что есть. Учиха отошел к двери, давая пленнику время прийти в себя. Прислушиваясь к тяжелому шелесту собственного дыхания, Ямато измученно оперся на стертые колени. Свежие синяки успели налиться мутной синевой. По его грязным брюкам снова засочилось что-то мутное со старой раны на пояснице. Кажется, оттуда выходил гной. Парень сморщился от боли и отвращения. – Разве так реагируют на подарки? Обито держал в руках толстый кожаный ошейник, который предназначался для крупного пса. Холодная металлическая застежка обожгла усыпанную кровавыми укусами шею. Ремешок затянулся, Тензо натянуто запыхтел. Брюнет, усмехнувшись, слегка ослабил затяжку. Два багряных глаза с интересом следили за пленником. - Мы часто не думаем о само собой разумеющихся, привычных вещах, но оказывается, дышать крайне важно для жизни, правда? Ямато напряженно замычал в ответ, стоило Учихе потуже сдавить проклятый ошейник вновь. Ему не нравилось, в какую сторону свернул монолог этого психа. – Подними голову. Сильная рука, затянутая в плотную черную перчатку, грубо сдавила подбородок, оглаживая высохшие кровоподтеки. Все лицо шатена было залито кровью, весь пол вокруг тоже был в ней. Развернувшееся перед глазами зрелище полной покорности и зависимости другого мужчины ни с чем не сравнимо. Здравый рассудок с треском надломился, выпуская наружу неукротимое дикое естество, лижущее остатки сознания, словно голодный зверь. Оставляющее каждый раз после себя лишь звенящую пустоту в голове. Тело Учихи, объятое первобытной похотью, нетерпеливо дрожало. Он приспустил джинсы, обхватывая себя у основания и нетерпеливо проталкивая головку члена сквозь влажные от кровавой слюны губы пленника. Тот не успел увернуться, сжался, неподатливо крутя головой. Раздраженный непослушанием Обито намотал спутанные волосы Тензо на свой кулак, принявшись грубо и бесцеремонно толкаться в его беспомощно распахнутый рот. Темп убыстрялся, покуда парень, как мог, пытался смягчить резкие движения бедер своего мучителя. Безуспешно. Он все еще был связан. Власть над ситуацией по-прежнему принадлежала Обито. Он останавливался на несколько секунд, но лишь чтобы затянуть ошейник. Настолько туго, что приходилось с силой пробиваться дальше, вглубь сдавленного горла, скулящего и извивающегося в руках Ямато. Боль внутри становилась просто нестерпимой, а нехватка воздуха рождала непроизвольную панику в голове. Чувствуя приближающийся оргазм, Учиха остановился, расстегивая и стаскивая кожаную удавку. И пока Тензо пытался восстановить дыхание, глотая столь необходимый воздух, без предупреждения спустил на его растерянное лицо. Мутная сперма растеклась по скулам, очерчивая подбородок, плавно спускаясь от шеи к ключицам. Обито удовлетворенно погладил его по спине, но тут же брезгливо одернул руку, чувствуя гной вперемешку с кровью на своей ладони. Снова вернулся взглядом к соблазнительно запыхавшемуся лицу пленника. - Я ненавижу тебя, - голос Ямато сквозил крайней неприязнью. - У нас полно времени, ты еще изменишь свое решение. - Пошел ты! - Подними зад, - не слушая, продолжал отдавать приказы брюнет, жадно оглаживая нетронутые участки тела, впивался голодно ногтями, оставляя новые царапины. - Кое-где твоя кожа все еще чистая, жаль ненадолго… В этот раз, как и в предыдущий, Обито просто вставил ему почти на сухую, решив, что с прошлого раза растраханный анус Тензо еще не успел полностью стянуться. Тот до последнего бился под ним, не теряя уверенности в том, что это лишь временная мера, которую нужно выдержать. Так и не смог осознать, смириться с мыслью, что он пойманная в силки жертва, которой вряд ли светило спасение со счастливым концом. Полиции ни за что его не обнаружить, нет ни ведущих к разгадке следов-улик, ни очевидцев. А больше попросту некому. Обречен... обречен! - безысходно крутилась мысль, как заезженная кассета в старом магнитофоне. Ямато закричал в пустоту, отчаянно рванул вперед, пытаясь вырваться, но его тут же поймали цепкие руки насильника, силой прижали обратно, пригвоздили. Учиха закричал в ответ. Только иначе - зашелся над самым ухом от удовольствия. После оглушающего раската второго оргазма Обито небрежно свалился прямо на Тензо, прижимая того весом своего мощного тела к холодному полу подвала. Из глаз последнего снова потекли жгучие слезы обиды. Невозможно было терпеть это изо дня в день. Он же просто свихнется! Почему его до сих пор не нашли? Почему он до сих пор лежит здесь и удовлетворяет больную похоть этого ублюдка? Почему?? - Отпусти меня, - тихо прошелестел Ямато, пытаясь скинуть с себя потную тушу насильника. Обито медленно зашевелился, вытягивая перед ним обнаженную руку, покрытую мелкими шрамами, задумчиво провел по запачканному ранее лицу, спускаясь ниже. В алых глазах застыл непроницаемый холод. - Никогда. Можешь забыть об этом. - Я хочу домой... - шатен отвел голову, не желая, чтобы Учиха прикасался к нему. - Здесь твой дом. Ты живешь со мной, ты - мой. - Я хочу к Какаши. - На кладбище? - Он не умер. Я знаю, он жив и он ищет меня, ты солгал! - Заткнись! Хватит выдумывать! - Обито рассержено пнул его в живот, отталкивая от себя, как тряпичную куклу. - Ты ничего не знаешь. Он мертв. Какаши точно помер, я видел своими глазами его труп в кювете! - Нет... нет... Тензо зажмурился, чувствуя знакомую щекотку в носу, а после сломлено беззвучно заплакал, пряча лицо в руках. Брюнет молча натянул свои старые джинсы на голое тело, подхватил ящик с одеждой пленника, вернее с жалкими остатками от нее, и вышел из подвала, оставив парня одного взаперти четырех стен и глубокого ночного кошмара, из которого ему уже никогда не вырваться.