Черная полоса

Голос математички ножом врезался в мозг, вызывая зуд, который невозможно было прекратить. Лешка закрыл руками уши, но противный визгливый голос так просто не сдавался. Наоборот, он сделался еще отчетливее, потому что Наталья Андреевна подошла ближе. — Я так неинтересно рассказываю? — спросила она, наклонившись к самому Лешкиному уху. — Может, сам попробуешь? По классу пробежал злорадный смешок. Конечно, никому это предложение смешным не показалось, просто все радовались, что сегодня Наташенька выбрала в жертвы Лешку, а не их самих. Лешка нарочито медленно опустил руки, не отрывая от математички интенсивного взгляда. — На мать свою так смотреть будешь, — сказала она. Лешка стиснул зубы и промолчал. У них там что, до сих пор нет никакой пометки рядом с его именем? Он-то думал, что Тамара Васильевна уже всем раззвонила. — Что, нечего сказать? — Нечего, — подтвердил Лешка, не глядя схватив точилку и вертя ее в руках, чтобы хоть чем-то разбавить напряженную атмосферу. — Хам, — покачала головой Наталья Андреевна. Лешка сунул ноготь в прорезь на винтике, удерживавшем на месте лезвие точилки. Чуть-чуть повернул, чувствуя не боль, а скорее дискомфорт. Ничего не произошло. — Я тебя воспитывать не нанималась, — продолжала Наталья Андреевна. — Вот как с тобой работать, если тебя мама с папой элементарной вежливости не научили? Лешка пожал плечами и отвернулся. — Что, стыдно в глаза смотреть? Винтик поддался. Лешка быстро выкрутил его до конца. Лезвие, ничем теперь не удерживаемое, скользнуло в ладонь. Лешка стиснул кулак, чувствуя, как металл вбирает в себя тепло. — Передай своим родителям, что я хочу с ними поговорить, — отчеканила Наталья Андреевна. Класс одобрительно загоготал, и Наталья Андреевна крикнула: — Молчать! Лешка задумчиво покрутил в руке лезвие, чувствуя, как зуд, засевший в голове, расползается по всему телу. Когда Наталья Андреевна, яростно цокая каблуками, пересекла кабинет и принялась снова чертить фигуры на доске, Лешка крепко взял лезвие двумя пальцами и уверенно сделал первый надрез. Потом чиркнул лезвием еще и еще. Это действительно помогало. Нужно только сосредоточиться, не отвлекаться, иначе… Никто на него не смотрел, потому что сам Лешка никого не волновал. Внимание привлек только конфликт, да и то — за неимением лучшего развлечения. Наташенька разглагольствовала у доски, но ее голос больше Лешку не беспокоил. Лезвие размеренно чиркало, восстанавливая равновесие. Очень удобное лезвие, тверже бритвенного, не гнущееся и не норовящее обрезать стискивающие его пальцы. Лешка продолжал, пока Наталья Андреевна не завыла сиреной. Заметила наконец. Выбежала из кабинета, бросив потенциально опасного ученика с лезвием в руке. Может, надеялась, что он порежет остальных, чтобы ей легче работалось. Лешка положил лезвие на край стола и обвел мрачным взглядом одноклассников. Все они выглядели какими-то встревоженными, будто тоже думали, что он их порешит. Лешка, не отрывая взгляда от товарищей, потянулся к лезвию и щелчком сбросил его на пол. Лезвие звякнуло и осталось лежать на кроваво-красном линолеуме. Лешка уронил голову на руки и стал ждать.