Зов дементора

Грейнджер ассоциировалась у Снейпа с белой почтовой совой. Или «Летящей стремниной» — метлой, которую рекламировали «Пушки Педдл». Сначала живешь себе годы без того и другого, и вдруг они оказываются повсюду. Куда бы ни направился Северус в последующие дни, ему казалось, будто он находится в сказке про зайца и черепаху: Грейнджер каждый раз его опережала. «Разумеется, — успокаивал он себя, — в этом нет ничего сверхъестественного». В конце концов, она раньше него начала расследование и просто пришла к тем же выводам. И теперь проходила каждый шаг Лонгботтома, разговаривала с каждым человеком, с которым тот контактировал. В определенном смысле Северусу повезло — Лонгботтом и Забини состояли в отношениях, а это означало, что Лонгботтом волей-неволей общался со многими слизеринцами. Большинство из них оказались старыми знакомыми: Паркинсон, Причард, Монтегю, Флинт — все те, с кем Забини дружил еще со времен школы. Были и другие, которым хватило ума держаться в стороне и не принимать ничью сторону в войне. Слизеринцы спокойно приняли выбор Забини и признали его любовника. Не последнюю роль сыграло то, что Лонгботтомы происходили из старинной чистокровной семьи. Время от времени Северус оставался неподалеку и под мантией-невидимкой наблюдал, как Грейнджер возобновляет старые знакомства. Между ней и Паркинсон развязалась холодная война, мало в чем уступающая «обмену любезностями» между Грейнджер и Фионой. Мужчины же, к удивлению Снейпа, единодушно выказывали Гермионе уважение, а Флинт даже попытался пригласить ее на свидание. Она выслушала его, с улыбкой позволила взять себя за руку, но Северус понял по языку тела, что она дружелюбно, но твердо отказала. Флинт принял это со стоической выдержкой спортсмена, каковым он был в Хогвартсе. — Я не оставлю попытки, Гермиона, — прочитал Снейп по губам. В общественных местах было сложновато использовать удлинители ушей, но, как опытный шпион, Северус имел в запасе достаточно трюков. Удобно устроившись на ступенях и прислушиваясь к разговору в одном из кафе возле Гринготтса, он ожидал, когда появится Кукумбер — тот рано или поздно всегда подходил к нему. Мантия-невидимка не представляла для дементора никакого препятствия. Северус даже привык к нему, и Кукумбер всегда сообщал ему дополнительную информацию. Взамен Северус рассказывал ему о том, что смог узнать от своих слизеринцев, хотя ни за что не поделился бы этим с Грейнджер даже под Круциатусом. Северус спокойно излагал дементору добытые сведения — если слизеринец не хочет, чтобы об этом узнали другие, он будет молчать. Порой он спрашивал себя, что подумал бы случайный прохожий, услышав в пустоте два тихих голоса. Кукумбер так и не появился в этот раз, и Северусу стало интересно, где же он. Блейз утверждал, что Грейнджер и Кукумбер неразлучны, но в тот день, когда она напала на Северуса, дементора не было с ней. Может, профсоюз дементоров позаботился о том, чтобы у него был один выходной в неделю? Внезапно Грейнджер выхватила свой стеклофон из сумки, несколько секунд напряженно смотрела в него, а затем вскочила. Мазнула губами по щеке Флинта, что сразу же заставило Северуса задуматься, насколько же хорошо эти двое знают друг друга, и сорвалась с места, словно за ней гнались две дюжины гиппогрифов. Перепрыгнула через низкое ограждение кафе и растворилась в толпе. Снейп покачал головой. Полоумная, как нюхлер. Северус скинул мантию-невидимку и встряхнулся, прежде чем направиться к Флинту. — Профессор, какая неожиданность! — в голосе Флинта не было ни грамма удивления. — Что вы рассказали Грейнджер? — Снова шпионите, сэр? Заскучали? — и Флинт улыбнулся во все свои кривые зубы. Поппи Помфри справлялась с этой проблемой без особого труда менее чем за десять минут. Просто удивительно, что до сих пор находились маги и ведьмы с кривыми зубами. Возможно, они боялись процедуры. Или же гордились кривым оскалом. — Вы знаете, что она ищет. Я занимаюсь тем же. Флинт помешал ложечкой свой кофе и задумчиво посмотрел в том направлении, куда убежала Грейнджер. — Вы знали, что пару лет назад я просил Грейнджер стать моей женой? — Нет. Меня должно это интересовать? Что сказали ваши родители? Лишили наследства? — Не успели. Она охотно делила со мной постель, но не более. — И зачем вы рассказываете мне это? — Потому что я уважаю Грейнджер и не люблю, когда ее преследуют. В вашем случае я сделаю исключение, профессор, потому что вы в этом замешаны. — Флинт был слишком дружелюбен. Северус наклонил голову, ожидая продолжения. — Она еще не много выяснила, поскольку ей хватало проблем в последние дни. И она официально отстранена от расследования. Мол, не может оставаться объективной, потому что Лонгботтом — ее друг. Мое мнение — херня. Таких, как Грейнджер, не заботит, друг это или враг. Она жаждет всегда только справедливости. Долбаный Лонгботтом. — Следите за языком, Флинт. — Непременно. Профессор, вы ведь не понимаете, да? Все, что она делает, она делает с полной самоотдачей. И ей все равно, если она кому-то разбивает сердце. Для нее важно только восстановление справедливости. Я спрашиваю себя порой... — он замолчал. Северус подавил презрительное фырканье. Флинт по уши влип в Грейнджер. Кто бы мог подумать. Хотя, с другой стороны, Северус был сам мастак влюбляться не в тех женщин. — Так что? — Ничего. Ее отстранили от дел в аврорате, потому что считают, будто она деградировала. Она теперь в каком-то Отделе Министерства, который занимается магическими существами. Но в свободное время она по-прежнему ведет расследование, и я почти уверен: она делает это ради вас. Снейп язвительно улыбнулся. — Неужели. Видимо, из-за того, что она всегда была моей любимой ученицей? — Нет, сэр. Из-за того, что вы всегда были ее любимым учителем. *** Северус рассматривал золотистую жидкость в бокале. «Настоящие мужчины, — подумал он, — пили бы виски и гордились бы своей мужественностью». Он же держал в руках изящный бокал с горным эльфийским чаем. Считалось, что этот чай проясняет сознание и ускоряет работу мысли. Пока не чувствовалось, да только и виски вряд ли способствовало бы прояснению сознания. Северус снова принялся пересматривать свои записи. Он самым педантичным способом рассортировал все, что сказали Забини и его друзья, Августа и остальные, кто имел какое-то дело с Лонгботтомом или просто пересекался с ним. Северус даже создал временну́ю таблицу. И каждый раз он неизменно убеждался, что припадки Лонгботтома всегда случались вскоре после принятия пищи. Но так как он всегда был в компании с другими, которые ели то же самое, это не могло быть отравлением. Разве что кто-то подкрался к нему в мантии-невидимке. Черт возьми! Теперь Северус хотел найти разгадку не только из-за своей репутации, но и из-за того, что его это очень заинтересовало. Ведь не могло же быть, чтобы он, мастер ядоварения, как его называли во времена Темного Лорда, не мог вычислить, какой яд был добавлен и когда. Внезапно в его камине вспыхнул огонь. — Мистер Северус? Зрелище было, мягко говоря, необычным — голова, полностью закрытая капюшоном посреди раскаленных углей. Тихий голос звучал иначе, чем Снейп привык. Несмотря на то, что, кроме него, никто не смог бы воспользоваться камином, Северус схватился за палочку. Страх перед дементорами глубоко укоренился в нем, так же, как и страх перед змеями. Остановившись на приличном расстоянии от камина, он присел и спросил: — Я здесь, что вам надо? — Я попытался позвать мадам Поппи, пытался, да. Но, похоже, ее нет в Больничном крыле. А обратиться в госпиталь Святого Мунго мне нельзя, сказала мисс Гермиона, так и сказала. Я подумал, что спрошу вас, если ли у вас нужное зелье. Пожалуйста. — С самого начала. Вам нужен колдомедик? Что?.. — Северуса озарило. — Что с Грейнджер? Подвиньтесь, я иду. Ее камин открыт? — Да, открыт. Нет, она сказала — нельзя, нельзя сказала она. Пожалуйста, мистер Северус... — Если вы меня не пропустите, я тотчас же обращусь в госпиталь. Казалось, дементор колеблется. — Нет, пожалуйста, не надо. Проходите, да. Только не повышайте голос и не злитесь, пожалуйста. Северус схватил сумку, висящую рядом с камином. Так завелось со времен служения Темному Лорду, что без нее Северус никогда не являлся на вызов. Невозможно было угадать, в каком настроении находился Его Безумейшество и что он придумал в очередной раз, чтобы продемонстрировать свою власть. Лучше подстраховаться, чем потом жалеть. Северус кинул летучий порошок в камин и после перемещения по сети ступил на ковер. Стряхнув пепел, он осмотрелся. Северус оказался в гостиной, со вкусом обставленной темной мебелью, деревянными полками, набитыми книгами, и украшенной развешанными по стенам увеличенными колдографиями. Кук заламывал руки, если так можно было назвать его костлявые конечности. Словно страж, он стоял рядом с диваном, на котором, не шевелясь, лежала Грейнджер. Даже в полумраке сразу было заметно, какое у нее пепельно-белое лицо. Глаза были закрыты, на лбу блестели капли пота. — Что случилось? Прочь с дороги! — сердце Северуса сдавила позабытая боль, которую он уже давно не чувствовал, и его совсем не удивило, когда он внезапно обнаружил, что наставил на дементора палочку. — Если в этом виноваты вы, то я лично с вами разберусь! Инстинкт защитника — вот, что это было. Он так быстро включился, что у Северуса просто не осталось возможности подавить его. Он столько лет защищал Поттера и его друзей, что просто не мог оставаться спокойным, если им угрожала опасность. Даже если речь шла не о всей Золотой троице, а только о ее "мозге". — Уверяю, это не моя вина, не моя, — Кукумбер осторожно отступил. — Пожалуйста, мистер Северус, не проклинайте меня. У мисс Гермионы полное магическое истощение — она общалась с представителями моего клана. Ринувшись к ней, Северус рухнул на колени перед диваном. По-прежнему держа Кукумбера на прицеле палочки, он внимательно прислушивался к звукам с его стороны. Но слышал лишь хрипящее дыхание Грейнджер. — Грейнджер, вы меня слышите? Отвечайте! — Снейп намеренно использовал свой учительский тон, зная, что даже годы спустя он безотказно действует на многих. Но если на Грейнджер это и действовало, сейчас она была без сознания и не слышала его. Северусу придется использовать палочку. — Оставайтесь на месте, — предупредил он дементора. Тот лишь поднял руки в жесте покорности. Снейп сдвинулся так, чтобы видеть и Гермиону, и Кукумбера. — Если вы шевельнетесь, я позову авроров, — тихо пригрозил он. — Я ничего не делаю, — Кукумбер упал на пол, словно марионетка, которой внезапно перерезали удерживающие ее нити. Можно сказать, он являл собой воплощенное отчаяние. Руны, возникающие в воздухе, оптимизма не добавили. Если Северус не ошибался, красные светящиеся руны добра не предвещали. У Грейнджер дела были чертовски плохи. — Я забираю ее. Один я не смогу ей помочь. Не натворите глупостей, Кукумбер, иначе станете первым дементором, заключенным в Азкабане. Снейп засунул палочку в задний карман и поднял Гермиону. Ее руки тут же безжизненно повисли, и дыхание стало едва заметным. Северус стиснул зубы. Он желал ей провалиться в ад, после того как она вырубила его неделю назад. Но теперь, увидев ее в таком состоянии, хотя совсем недавно она была в полном здравии, он испугался. Бросив невербальным заклинанием летучий порошок в камин, Северус громко проговорил: «Хогвартс, Больничное крыло!». Ступив в огонь, он крепко прижал к себе Грейнджер, когда их закрутило. К счастью, он так часто выходил из камина в Больничном крыле, что знал, как это лучше делать. Не теряя ни секунды, он довольно небрежно уложил Гермиону на ближайшую койку и послал патронуса. — Поппи, ты нужна прямо сейчас в Больничном крыле. Бросай карты и немедленно приходи! Поппи, Минерва и Помона во время каникул каждый вечер играли в скат. Эту игру Минерва когда-то привезла из Берлина, и, по мнению Северуса, дамы чересчур увлекались этим — во время учебного года они играли по средам. Поппи не заставила себя ждать. Опытная целительница, всегда была начеку. Заходя в Больничное крыло, она уже протирала руки дезинфицирующим зельем. — Что случилось? Ты ранен? — В виде исключения, сегодня твой пациент не я, — отрезал Северус. Он слишком часто прибегал к помощи Поппи, и не только во времена Темного Лорда. Тот хотя бы следил, чтобы его шпион оставался работоспособным. Конечно, Лорд наказывал его, но никогда столь жестоко, как утверждали газеты после окончания войны. «Северус Снейп. Шпион. Герой. Влюбленный. Грешник», — так называли его они. Рассказ из двенадцати частей, каждой посвящена страница в специальном выпуске. «Пророк» редко раскупался настолько хорошо. И никогда до этого Северус не зарабатывал так много галлеонов за ничегонеделание. — Мерлин, это же мисс Грейнджер! — Балл за внимательность, Поппи. — Прекрати издеваться, глупец! Что случилось? Где ты ее нашел? — Похоже, у нее было свидание с дементорами. Не знаю, насколько это правда, но с уверенностью можно сказать, что магически она полностью истощена. Многочисленные руны, возникающие в воздухе перед Поппи, были сложными, и Северус не мог их расшифровать. Наконец она кивнула. — Ты прав. Так где ты ее нашел? — Поппи поспешила к шкафу с лекарствами. — Кошка принесла. — У вас нет никакой кошки, — он еле расслышал тихий голос Грейнджер. Северус не протянул бы так долго, если бы не приучился все время быть начеку. Помимо всего прочего, он был учителем зельеварения, а на уроках зачастую подстерегала опасность похлеще шпионской деятельности. — Закройте рот, Грейнджер. Вы одной ногой в могиле, так что перестаньте изображать всезнайку. Вмешалась Поппи: — Нет уж, откройте рот, мисс Грейнджер. Сейчас вам станет лучше. Гермиона села, беспрекословно подчиняясь, и Северусу стало ясно, насколько ей на самом деле плохо. Ей пришлось проглотить различные зелья: бодроперцовое, для регуляции магии, для закрепления эффекта и другие, которые Поппи посчитала необходимыми. Минут десять спустя лицо Грейнджер порозовело. Целительница взмахом палочки очистила ее от грязи, пыли и пота, помогла сесть и подпихнула под спину подушку. — Грейнджер, что произошло? — Северус посчитал, что можно не церемониться. — С вами случился ваш проклятый ручной дементор? — Ручной дементор? — переспросила Поппи в тот самый миг, как Грейнджер покачала головой. — Профессор, он спас мне жизнь. Без Кука я не смогла бы вернуться домой и точно уже не выжила бы. — И что, позвольте узнать, вы потеряли среди явно голодных дементоров? — Произошло... кое-что. — Дважды, — поправил Северус. — Откуда?.. — То, что с вами произошло, уже второе событие. Иначе бы вы не сунулись к дементорам просто так. — Нет, не просто так, — Гермиона сползла по подушке и закрыла глаза. — Северус, отстань от девочки. Ты же видишь, она совсем истощена. Он презрительно посмотрел на Поппи. — Неделю назад мне было так же плохо. Разве тебя это волновало? Та в ответ распахнула глаза. — Что случилось? Я даже не знала... Северус отмахнулся, уже пожалев, что вообще сказал это. — Ничего страшного. На его манер это было извинением, и Поппи понимающе улыбнулась. — Я принесу вам стакан воды. Выпейте и отдыхайте. Завтра вам станет лучше. — Спасибо, — прошелестела Грейнджер. Она на самом деле была слабее новорожденного котенка. Снейп встал. — Возвращайся к своим картам, — обратился он к Поппи намеренно спокойным тоном. — Я позабочусь, чтобы мисс Грейнджер выпила воды, прежде чем она уснет. — Спасибо, Северус. Но пусть пьет мелкими глотками! Он кивнул и терпеливо подождал, пока Поппи уйдет. Взглянув на Грейнджер, Северус увидел, что она по-прежнему лежит с закрытыми глазами, но не спит. Он не зря преподавал почти тридцать лет, чтобы купиться на такой трюк. Грейнджер просто хотела избавиться от него. Мысленно улыбнувшись, он отправился за стаканом воды. У Северуса были причины не использовать заклинание призыва. Добавив три капли веритасерума в воду, он вернулся к Грейнджер.