Глава 3. «Ночной гость»
15 августа 2019 г., 02:02
Шло время. Дни сменялись ночами, сутки превращались в недели, а недели — в месяцы. Обретя новое имя, Нил успел познакомиться с богиней любви Хатхор, однажды посетившей Дуат по какому-то незначительному вопросу. Анубис в тот момент находился с группой потерянных душ, потому богиня решила подождать в его храме. Там она и наткнулась на светловолосого юношу, гуляющего по освещённым коридорам в сопровождении собак.
Ночью по возвращению в храм проводник умерших застал парочку в обеденной зале.
— Ах, Анубис, вот и ты, — заметила Хатхор, сидя за столом, и помахала рукой. — Что-то ты припозднился.
Бог проигнорировал её высказывание, заметив стоящий на столе сосуд, две чаши и Нила, сидящего напротив гостьи, в бессознательном состоянии.
— Что Вы с ним сделали? — Анубис склонился над юношей и убрал пряди волос с его лица. Заметив подрагивающие веки, бог облегчённо выдохнул.
— Я ничего с ним не делала, — отмахнулась богиня. — Мы лишь угостились твоим вином. Только этот мальчик и одного кубка не осилил.
— Потому что кубок слишком велик для него, — проводник аккуратно поднял спящего Нила на руки и направился в общий коридор.
— Э-э-эй, — растянула женщина, — куда ты его уносишь? Мы с ним так мило беседовали.
— В его комнату, — Анубис остановился, но оборачиваться не стал. — Вам не стоит искушать души умерших. Тем более в моём доме, — возобновив путь.
— И ты даже не спросишь, о чём мы с ним разговаривали? — Хатхор догнала бога и ступала рядом.
— Это меня не касается, — равнодушно отрезал хозяин дома.
— Жаль, тебе бы это понравилось, — женщина хитро улыбнулась. Не получив ответа, она ненадолго сжалилась.
— Он похож на «неё», — начала богиня. Она стала рядом с кроватью, сложив руки на груди и прислонившись плечом к стене. — Ты ведь тоже заметил их сходство, не так ли?
Анубис уже опустил Нила на белые простыни и укрывал хлопковым одеялом. От слов богини его ладони едва дрогнули. Хатхор получила немой ответ.
— И как давно ты понял? — продолжила женщина.
— Когда впервые коснулся его, — тихо ответил проводник, сидя на краю кровати и убрав прядь светлых волос с лица Нила.
— Он знает?
— Конечно, нет, — одёрнув руку. — Ему ни к чему знать об этом, — повышая голос. — Будет достаточно, если он вспомнит хотя бы прожитую жизнь…
— И ты будешь счастлив от этого? Смеешь врать богине любви? — строго.
— «Она» уже достаточно страдала, — Анубис поднялся и сделал несколько шагов в сторону дверей. — Если я буду знать, что «её» душа обретёт покой в новой жизни… — остановившись в шаге от массивной преграды. — Для меня этого будет более чем достаточно, — отворяя дверь.
— Говоришь, словно старик какой-то, — усмехнулась женщина, последовав за ним. — Но всё же я расскажу тебе кое-что интересное.
Дверь закрылась. Удаляющиеся шаги вскоре стихли. Слабые ночные ветра наполнили комнату освежающей прохладой. Вдруг на балконе начали скапливаться песчинки. Одна за другой они собирались в кучку. Песок приносил не ветер. Пустыня словно ожила, пожелав наведаться в чужой дом.
Песчаная куча росла и в один момент сформировала фигуру человека, мужчины. Незваный гость прошёл в спальню неслышно, словно парил в воздухе, не касаясь полов. Он стал рядом с кроватью и склонился над спящим у самого его уха.
— Песок и выцветшее небо, — шептал мужчина низким трепетным голосом, — на небе солнце жаром дышит.
Нил поморщил брови и отвернулся на бок.
— Таков пейзаж пустыни знойной, — продолжил гость, — на метров сотни… — мужчина замолчал в ожидании.
— Сотни тысяч… — пробормотал юноша сквозь сон, чем вызвал у мужчины довольную ухмылку, почти оскал.
Улыбка сошла с лица, когда послышался стук приближающихся шагов.
— Мы очень скоро снова встретимся, — гость выпрямился в спине. — А до тех пор спи крепко, мой маленький раб, — как появился, так же быстро мужчина и исчез, обернувшись песком и покинув храм Анубиса. Только тихий смех эхом отразился от белых стен.
Дверь в спальню вновь отворилась, и хозяин дома заглянул в комнату, держа в одной руке подсвечник. К тому моменту последние песчинки змейкой исчезли с балкона. Оставив подсвечник на прикроватном столике, проводник умерших вновь присел на край кровати и аккуратно убрал светлые пряди волос, спадавшие на лицо блондина.
— Почему так рано? — вслух подумал Анубис, вглядываясь в мягкие черты лица спящего. На человеческом лице бога разные, противоречащие друг другу эмоции красками рисовали живую картину.
Эта ночь была тихой, как и другие до неё. Но, кроме тишины, они сеяли семена непонятной тревоги в душе проводника. И чем дольше Нил не мог вернуть свои воспоминания, чем больше он привыкал к загробной жизни в Дуате, чем естественней он себя вёл наедине с Анубисом, чем больше улыбался, тем глубже корнями прорастали эти семена.
Остаток ночи прошёл тихо. Слишком тихо, как казалось проводнику.
Утро наступило слишком рано, как решил Нил при пробуждении. Голова ощущалась тяжёлым камнем после череды беспокойных снов, причину для которых ему не удалось найти в одиночку. Анубис обнаружился в своём скромном, по его же словам, саду. Диковинные растение млели под струями чистейшей воды и тянулись навстречу заботливым рукам.
Заметив юношу, Анубис по обыкновению поприветствовал его. Но бог отвлёкся от своего занятия, увидев хмурое лицо Нила.
— Что с тобой? — мужчина оставил сосуд с водой и сделал пару шагов в сторону парня.
— Ничего такого, — юноша слабо улыбнулся чужому вниманию. — Просто плохой сон.
— Подойди, — попросил Анубис, протянув ему руку.
Когда Нил стал в шаге от бога, второй коснулся ладонью светлой щеки. Юноша закрыл глаза. Однако вместо успокоения разум охватила резкая боль. Страх нахлынул волной, заставив оттолкнуть тёплую ладонь. Боль усиливалась, становилась невыносимой. Отойдя назад на несколько шагов, Нил схватился за голову и упал на колени, изнывая от боли. Анубис взывал к нему, но юноша будто не слышал.
Вдруг стены храма, колонны, пол и потолок разом задрожали. Воздух вокруг наполнился невообразимым гулом. Шипение, вой, рычание, стоны смешивались в ужасающую, болезненную симфонию. Из главного коридора по полу и стенам начали простираться чёрные пески. Они нещадно поглощали и уничтожали всю мебель, элементы декора и растения, что попадались на пути. Даже сад позади Анубиса начал увядать под влиянием наступающей тёмной силы.
Пески окружили Нила, концентрируясь в кольцо. Бог призвал священное голубое пламя и приготовился воспользоваться им, но чёрное облако опередило его. Мужчину накрыло песчаной волной, и сила её оказалось так велика, что лишила бога координации и будто высосала большую часть его сил. Когда облако развеялось, Нила уже не было, а остатки чёрных песков десятками змей уползали из храма. Обессиленный, бог смог сделать лишь пару шагов им вслед, прежде чем потерять сознание.
