И после смерти...

      Головная боль была невыносимой. Мысли путались. Руки, ноги скованны прочными песчаными кандалами — не пошевелиться. Лёжа на земле, словно умирающая рыба, Нил мог только безучастно наблюдать за ожесточённой битвой двух богов, считавших некогда себя отцом и сыном.       Песок вздымался под ногами. От стен отваливались глыбы и с грохотом падали на землю, обращаясь в песок, который Сет мгновенно использовал, как оружие, смешивая с чёрным песком. Битва не на жизнь, а на смерть. Она откладывалась слишком долго, и ничто теперь её не остановит.       –...л… Нил… Нил, — в голове раздался собственный голос. — Нил, услышь меня!       — К-кто ты?.. — блондин удивлённо распахнул глаза. — Где?.. — никого поблизости не было.       — Что это за голос? — мысленно произнёс юноша. — И почему он так похож на мой?       — Потому, что я — твоё прошлое, — ответил голос.       — Какого?..       — У нас мало времени, Нил, — прервал голос. — Ты должен послушать меня.       — Ты хочешь, чтобы я сделал ЧТО?! — мысленно возмутился юноша, спустя время.       — Понимаю, это довольно опасно и сложно…       — «Сложно»?! Да это даже нереально! У меня не получится!       — Нил, прошу! — взмолился голос. — Ты — последняя частица моей души.       — Чт?..       В этот момент потолок над умершим обрушился, и один из камней обрушил выступ, на котором оставили юношу.       — Нил! — Анубис, защищаясь от череды ударов, заметил блондина, падающего с высоты без сознания.       — Какого?.. — Сет же отвлёкся на чёрные пески, что изменили траекторию и бросились в сторону парня.       — Нил! — проводник умерших бросился вперёд, минуя отца. Он знал, что случится, если чёрный песок поглотит потерянную душу, коим юноша всё ещё являлся. Но песчаный кнут помешал, отбросив бога в стену.       Прояснив взгляд, Анубис не обнаружил блондина. На месте же его предполагаемого приземления клубился чёрный песок, неустанно формирующийся в беспорядочные фигуры и образы.       — Даже на этом свете он прожил недолго, — иронично пожал плечами Сет.       — Ублюдок, — Анубис почти рычал, сжав в кулаке песок под собой. — Я убью тебя! — одним рывком он бросился с места замахнувшись мечом для атаки.       Стены задрожали от взрыва, и зала наполнилась непроницаемым облаком песчаной пыли.       — Где я? — открыв глаза, Нил обнаружил себя в непроглядной тьме. Его окружали вихри чёрных песков, но ветра не было. Пески двигались сами по себе.       — Тебя поглотили про́клятые пески, — эхом раздался голос.       — Ты… Где?.. — Нил обернулся и встретился лицом с юношей, что был, как две капли воды, похож на него самого. Отличались только одежда, причёска и рост. Таинственный владелец голоса оказался немногим ниже Нила и менее мускулистым.       — Моё имя — Нилей, — представился двойник. — Я был рождён полубогом, как и рассказывал Сет.       — Но… Ты же умер.       — Это так, — полубог кивнул. — После смерти моя душа перерождалась на протяжении многих веков. И в каждой загробной жизни я пытался убить Сета. Конечно, я мог бы сказать, что это было ради моих любимых. Однако, это будет не вся правда. Я также хотел отомстить ему за все страдания, что он заставил меня перенести при жизни. Каждый раз ведомый жаждой мести, я терпел поражение, а контроль Сета над чёрным песком только усиливался.       — Что это за «чёрный песок»? — перебил Нил.       — Это могущественная сила, способная уничтожить даже великих богов. Однако, чтобы овладеть ею, нужно стать с ней единым целым. Другими словами, ты должен отдать пескам свои тело и душу. После смерти, моё тело должно было раствориться в песках, но Сет помешал, похитив его. Однако вскоре он помог, измельчив мои кости и органы и смешав их с чёрными песками.       — А сердце? Он сказал, что твоё сердце рассыпалось в пыль.       — Это правда. Чтобы подчинить своей воле душу бога или человека, достаточно завладеть его сердцем. Когда-то Сет выиграл множество войн таким способом. Поэтому я убил себя, проткнув кинжалом сердце. Чтобы в будущем моя душа не досталась ему.       — Но кому тогда подчинялись чёрные пески? Почему они нападали на потерянные души?       — Когда я лежал на дне водоёма, проткнув сердце, то заметил слабый отблеск янтаря. Тогда я вспомнил цвет глаз Анубиса. Они блестели под лучами солнца так же, как и тот камень, который я нашёл впервые. В ту ночь он остался в моих покоях. Тот второй камень я использовал для замены сердца, сохранив в нём все воспоминания о прожитых днях. Но обычный камень никогда не заменит настоящее сердце. Поэтому в его поисках пески и нападали на умерших.       — Потому что у них есть сердца, — закончил Нил.       — Также потерянные более подвержены влиянию тьмы, а эти пески созданы чёрной магией.       — И чего же ты хочешь, заманив меня сюда?       — Ты — мой последний шанс уничтожить Сета.       — И снова ради мести? — произнёс Нил с ироничной улыбкой.       — Нет, — Нилей покачал головой. — Я переосмыслил свои поступки, когда моя душа начала угасать. Во всех перерождениях я вёл праведную жизнь, был послушным сыном, честным человеком. Только однажды, совершив небольшую кражу, я согрешил. И после смерти мне удалось нанести Сету больший урон, чем когда-либо. Поэтому… — Нилей вдруг замолчал.       — Эй, ты в порядке?       — Да, я ведь всего лишь дух, — с усмешкой. — Я виноват перед тобой, и мою вину не искупить, — склонив голову.       — О чём ты говоришь?       — Нил… Нет, — качнув головой. — Амир, — полубог протянул руку, — позволь показать тебе ту жизнь, что я заставил тебя прожить.       Борясь с сомнениями, Нил глубоко вздохнул и уверенно сжал ладонь перед собой. В миг, как их пальцы соприкоснулись, пространство вокруг заполонил ослепляющий белый свет. Спустя несколько мгновений, свет отступил, являя взору незнакомую обстановку. Это была гостиная частного дома. Вокруг царил уют и спокойствие. На диване в центре комнаты сидела женщина с грудным ребёнком на руках. Её лицо сияло счастливой улыбкой. Показавшийся из-за спины мужчина нежно поцеловал её и дитя и устроился рядом на диване с двумя чашками горячего напитка.       — Ты родился в небогатой семье, — заговорил Нилей. — Твой отец, Эбо, трудился на нескольких работах, чтобы обеспечить счастливую жизнь любимой жене, Неру, и единственному сыну, Амиру. Они любили тебя очень сильно. Однако это уже не раз становилось помехой на пути…       — О чём ты говоришь? — Нил замер, увидев холод в лазурном взгляде полубога.       — Чтобы заполучить контроль над чёрными песками, твоя душа должна была также почернеть. Ты должен был нарушить как можно больше запретов, совершить как можно больше греховный деяний. Родительская любовь была помехой, — лицо Нилея оросилось слезами, когда сцена сменилась.       Это был тот же дом. Однако теперь на полу в прихожей лежало бездыханное тело Эбо, а Неру в гостиной телом защищала подросшего сына.       — Тогда тебе исполнилось пять лет, — продолжил полубог. — Ближе к вечеру начался дождь. Грабитель ворвался в дом и направил нож на твоего отца. Эбо дал отпор и получил смертельные раны. Твоя мать пыталась защитить тебя, но тоже была убита. Грабитель забрал из дома всё, что могло принести ему деньги… Включая осиротевшего ребёнка. Так он стал твоим опекуном.       Картина изменилась. Теперь Нил видел одинокую светлую поляну в густом лесу. Мужчина-грабитель следил за тем, как более взрослый мальчик прицеливается в нарисованные краской мишени на дереве. Замах, и через секунды лезвие охотничьего ножа с характерным звуком сокрылось глубоко в коре. Мужчина был доволен.       — Он воспитывал тебя своим преемником в другой стране, — произнёс Нилей. — И очень скоро ты совершил своё первое преступление…       Круглосуточный магазин. По проходам меж стеллажей разбросаны жестяные банки и различные виды продуктов. Несколько людей съёжились от страха в конце магазина. У дверей на входе стояли двое: мужчина и подросток. Их лица скрывали лыжные маски, а руки сжимали пистолеты и рюкзаки, едва заполненные награбленными деньгами и товарами. Девушка-кассир пыталась сдерживать слёзы от страха. Когда один из покупателей, крепкий мужчина в костюме, выступил против грабителей, раздался выстрел.       — Твои руки дрожали. Ты испугался, и пальцы дрогнули. Этот человек умер в больнице от потери крови. Ты попал в артерию, действуя наугад.       — Я?.. Я убил его?.. — тело Нила пробирала дрожь. Он не хотел верить своим глазам и ушам.       — Да, — тихо ответил Нилей. — Но это не последнее. После испытанного стресса наставник заставил тебя погрязнуть в мире похоти.       В мгновение вокруг потемнело. Редкие прожекторы освещали просторный зал. Это был ночной клуб, но не совсем обычный.       — Ч… Чт-что за?! — Нил замер в ужасе. Он узнал самого себя в человеке, ведомом на цепи, словно животное. С плотной кожаной маской на глазах, обнажённого юношу подвели к мужчине в возрасте. Опустив на колени, парню сделали укол.       — Что они делают?! — Нил дёрнул руку.       — Наркотики, — ответил полубог. — Так, они подавляли твою волю, заставляя желать лишь их тела, — в это время юноша из воспоминаний начал тяжело дышать, его тело дрожало и покрывалось блестящей испариной, бёдра судорожно поджимались, руки медленно направились к паху.       — Нет… Нет! Прекрати! Я не хочу это видеть! — горло сжалось в спазме, и Нила стошнило. Но тошнить было нечем. От осознания всего пережитого, от растущего отвращения к самому себе на глаза навернулись слёзы.       — Не хочу… Не могу больше… Пожалуйста, — тихо просил Нил, упав на колени. Но полубог продолжал удерживать его руку.       — Пожалуйста, — раздался оглушающе безжизненный голос.       Нил поднял голову и увидел себя в ночном клубе. Те самые джинсы и рубашка, мокрые от струй воды из огнетушителей, установленных на потолке. По залу разносился звон пожарной сигнализации. В помещении стоял лишь он один. На полу вокруг неподвижно лежали тела людей. Некоторых Нил узнал из ранее увиденного. Тела мужчин, которые накачивали его наркотиками, мужчин, которые покупали его тело, и тело мужчины, который лишил его мирного, нормального будущего. Они все были убиты. Кровь вытекала из многочисленных ран, оставленных пулями. У ног юноши, Нил заметил разряженный автомат и море гильз, опустошённые магазины. Рука сжимала рукоять пистолета.       — Пожалуйста, — повторил юноша, устремив пустой взгляд в тёмный потолок, смотря словно сквозь него. — Я хочу забыть… Хочу забыться… Хочу забыть весь этот ад…       — Прошу, — как под гипнозом, Нил заговорил с Амиром в унисон. — Я хочу забыть… Забыть…       — Забыть! — закрыв глаза, юноша рывком подставил пистолет к подбородку и спустил курок.       — Зачем?.. Зачем ты показал мне всё это?.. — Нил обессилел.       Полубог, наконец, отпустил его руку, и окружение вновь заполонили чёрные пески.       — Хоть и болезненные, — Нилей присел перед умершим, — но это твои воспоминания, твоя жизнь. Не вернув их, ты не сможешь пройти на суд Осириса.       — Зачем это мне теперь? — усмехнулся Нил. — После такого и вовсе жить не захочется.       — Пусть ты такого мнения, но… Та твоя жизнь — только моя вина. Но если на этот раз нам удастся отправить Сета в небытие, даю слово, новая жизнь будет наполнена светом.       — Не моя…       — Нил, взгляни, — полубог держал в ладонях небольшой янтарный камень. — Этот камень — сердце чёрных песков и сосуд, в котором сохранились крупицы сознания юного полубога. Я — эти крупицы, спасённые с одной лишь целью — помочь воплощению человека, частью которого когда-то сам являлся. Ты можешь уничтожить этот камень и передать Сету власть над ними, исчезнув из этого мира. Либо принять его, подчинить чёрные пески своей воле, победить Сета и прожить, возможно, последнюю, но более счастливую жизнь, как смертный. Понимаю, тяжело делать выбор под таким давлением, — Нилей вложил янтарь в ладонь юноши. — Но сделать это можешь лишь ты один.       — Если приму его, — Нил заговорил, спустя минуты раздумий, — ты поможешь мне подчинить пески?       — Для этого я и был создан, — полубог соприкоснулся лбами с Нилом и закрыл глаза. — Какое решение ты принял? — тихо произнёс он.