Привет, я твой самый (нет) преданный фанат

— Повеселись сегодня вечером, но не слишком активно и, ради всего святого, не приползай домой на четвереньках, — улыбнувшись и обозначив тем самым, что она не имела ничего против личной свободы в отношениях, напутствовала будущего мужа Синхе. — Не волнуйся, дорогая, это будет не более, чем скромный ужин в центре города — никаких эксцессов, — уверил её Сокджин. — Скромный ужин? — фыркнул Чондэ, обращаясь к Сюмину, впрочем, осмотрительно понижая голос с тем, чтобы не быть услышанным цепкой невестой. — Он правда в это верит или нагло врёт ей в лицо? Парни были лучшими друзьями Сокджина, и разумеется, не в их привычках было «скромно» заседать в центре города с бокалом вина, обсуждая политику и нестабильный курс валюты. Несмотря на то, что Джин искренне уверовал в то, что так оно и будет в их случае, ни Сюмин, ни Чондэ не собирались сдавать его в наманикюренные ручки Синхе без прощальной тусовки. — Уж не знаю, что там думает Джин, — наклонившись к Чондэ, доверительно зашептал Сюмин, — но мы с Чимином и Джексоном сделали всё для того, чтобы он запомнил свой мальчишник на всю оставшуюся жизнь. Они оба стояли в проёме рядом с подошедшим к ним Чимином и с неким снисходительным сожалением наблюдали за тем, как Джин чувственно целовал Синхе на прощание, словно отправлялся не на мальчишник, а на длительную экспедицию в Антарктиду. — А где Джексон? — тактично отводя взгляд от брата, уточнил Чимин. — Он подъедет к самому ресторану со всем, что нам нужно, чтобы оторваться, — ответил Сюмин, направляясь к своей машине и отключая сигнализацию изящным движением руки. Он сел за руль, Джин приземлился рядом на пассажирском сиденье спереди, Чондэ и Чимин расположились сзади, заводя непринуждённый диалог. Спустя примерно пару минут езды атмосфера в машине заметно оживилась: Сюмин подготовился и составил сборник из песен, которые он и Джин слушали в возрасте пятнадцати-семнадцати лет. Все, включая Чимина, пели во весь голос, и даже если местами возникали пробелы со знанием текста, это с лихвой перекрывалось общим настроением и готовностью веселиться, несмотря ни на что. Было жарко, и Сюмин опустил стекло; его примеру последовали остальные, что, впрочем, не стало весомым поводом для прерывания песенного перформанса. К моменту, когда они доехали до ресторана, их уже ненавидела вся улица, но не то чтобы кто-то из парней сильно беспокоился по этому поводу. У них был зарезервирован уютный столик в менее оживлённой части зала — стратегически удачное решение Сюмина, кого же ещё? — Мне, пожалуйста, Лонг-Айленд, — обворожительно улыбнулся Чондэ, кивая подходящей к ним официантке. — Два, — уточнил Сюмин, которому не хотелось заморачиваться с выбором выпивки. — А мне… — задумался Чимин, рассматривая барное меню. — … Ничего алкогольного, — закончил за него Сокджин, включивший режим строгого старшего брата. — Но хён! — Да ладно тебе, ничего страшного не произойдёт, если малыш немного выпьет, — пожал плечами Чондэ, слишком хорошо помнивший себя в возрасте Чимина. Сюмин согласно угукнул, и младший, получив неожиданную поддержку в лице друзей брата, выжидательно посмотрел на Джина, оставшегося в гордом одиночестве, но с твёрдой моральной позицией. — Нет, нет и нет, — обрубил Сокджин, категорично качая головой. — Мне, пожалуйста, газированную воду. — Нихао, парни! — раздалось с противоположной стороны зала. К их столику, многообещающе потряхивая набитыми доверху мешками, приближался Джексон Ван собственной персоной. — Ну наконец-то, где ты был? — спросил Джин, приветственно хлопая опоздавшего друга по плечу. — Долгая история. Красавица, — обратился он к покрасневшей официантке, — принеси-ка за наш столик пять шотов текилы. Спустя какое-то время перед каждым стоял обжигающий горло напиток. Проследив взглядом за тем, как Джексон ловко расставлял шоты, Сокджин аж поперхнулся воздухом, когда и перед ним, но, что самое возмутительное, перед Чимином тоже оказалось по порции алкоголя. — Я сказал, что Чимин не будет пить, да и я не собирался сегодня пробовать что-то крепкое… — Эй, дедуля, а ну-ка, выдыхай! — притворно морщась, сказал Джексон. — Это твой мальчишник, мы здесь, чтобы как следует повеселиться напоследок, так что достань каблук своей жёнушки из задницы и выпей этот грёбаный шот! За уговорами выпить Джин, в итоге обречённо кивнувший и косвенно согласившийся на заранее предрешённую попойку, как-то упустил, что пятый шот так и остался стоять напротив Чимина, поэтому, когда все выпили, подросток опрокинул текилу вместе с ними. Ощущения были так себе: его лицо передёрнуло, как от лимона, что вызвало веселье друзей брата и горестный вздох несостоявшегося «ответственного взрослого». «Кажется, вечер будет интересным», — подумал Чимин, замечая официантку, подходящую к их столику с новой порцией шотов.

***

Выходили из ресторана ещё более эпично, чем входили: таинственный мешок Джексона и опрокинутая текила сыграли свою коварную роль, и теперь звезда вечера — Джин, — был наряжен в пластиковую корону, очки с двумя петухами вместо оправы, розовую балетную пачку и свитер с надписью «будущий муж и отец респектабельного семейства». — Итак, Чимин, Джексон и я составили список из пяти испытаний, которые тебе предстоит пройти в течение вечера, чтобы доказать нам свою серьёзность и готовность покинуть мир алкоголя и разврата во благо одной-единственной Синхе. После каждого успешно пройденного — ну, я на это надеюсь, — испытания нужно будет сделать фотографию, дабы увековечить свою победу, — голосом машинного навигатора уведомил Сюмин, после чего, откашлявшись и приняв максимально пафосную позу, попросил Джексона вытащить обозначенный список с заданиями. — И что мне всё это даст? — Старую машину моего отца, — фыркнул Джексон. — Хорошее настроение и чувство собственного удовлетворения, — вставил Сюмин. — Короче, ничего такого, — резюмировал Чондэ, подбадривающе улыбаясь Джину. — Это просто неплохой способ развлечься. Сокджин тяжело вздохнул и начал зачитывать вслух каждый пункт, отмеченный в списке, совершенно верно подозревая, что ни к чему хорошему эта затея его не приведёт. MUST DO СОКДЖИНА: 1 - Поцеловать в щёку случайную девушку 2 - Спеть попсовую песню посреди оживлённой улицы 3 - Раздать случайным людям презервативы 4 - Получить телефонный номер незнакомого парня 5 - Станцевать сексуальный танец с незнакомцем Для продолжения вечера и выполнения заданий было почти единогласно решено переместиться в бар. Самого «скучного» в их компании никто по сложившейся традиции не послушал; по всё той же традиции этим «скучным» оказался Сокджин. Вся дорога до обозначенного пункта прошла в причитаниях Джина о том, что Чимин ещё слишком мал для посещения баров, клубов и «прочих мест съёма», что в ушах Чимина звучало как «всё, что весело», а потому с каждым новым возмущением брата притягивало его только сильнее. Конец препирательствам положил Джексон, в трёх предложениях убедивший Сокджина в его неправоте. — Во-первых, он будет с нами. Во-вторых, в баре наверняка есть какие-нибудь соки или лёгкие алкогольные коктейли. В-третьих, то, что ты классифицируешь бары и клубы как «места для съёма», вызывает подозрения только по отношению к тебе и тому, чем ты там занимался в своё время, — припечатал он и победно улыбнулся, когда всем в компании стало ясно, что Джину парировать решительно нечем. — Давайте не забывать о списке! — перевёл тему Чондэ. — Когда ты уже начнёшь выполнять что-то, хотя бы самый первый пункт? — А что, если Синхе узнает? — больше панически, чем возмущённо, отозвался Сокджин. — Знаете, что она со мной сделает? — Ну, поскольку твои яйца уже у неё, полагаю, ничего убийственного, — хохотнул Джексон, и к нему присоединились все, кроме «будущего мужа и отца респектабельного семейства». — В конце концов, это просто поцелуй в щёку. Не будь неженкой, — подбодрил его Чондэ, закатывая глаза и призывно подталкивая в бок. — Ах, неженкой?! — взвыл Джин и яростно потопал ко входу в бар, где стояла, прикуривая, крепко сбитая женщина средних лет. Да, Чондэ определённо знал, куда давить. Более того, о нетерпимости Сокджина к обвинениям в трусости и падкости на банальное «слабо» знали все собравшиеся на его мальчишнике, а потому ни для кого не стало сюрпризом его внезапное рвение к выполнению испытаний. — Здравствуйте, очаровательная мисс, — сказал Джин, широко улыбаясь и чуть приспуская очки. Пожалуй, это выглядело бы сногсшибательно, если бы очки не были в форме двух петухов, а сам он не стоял в пластиковой короне, пачке и свитере с дебильной надписью на всю грудь. — Чем я могу помочь тебе, красавчик? — спросила женщина, оглядывая Джина с головы до ног и невольно улыбаясь. — Кстати, красивая пачка. — Сегодня мой мальчишник, и я вдруг понял, что безумно хочу сфотографироваться с кем-то обворожительным. Ну вот вроде вас. — Да без проблем! К счастью, тётенька оказалась сговорчивой и с юмором, а, скосив взгляд на компанию, стоящую в двух метрах от них и предвкушающе хихикавшую, быстро сложила два плюс два и поняла, что именно от неё требовалось. Сигарета полетела на тротуар, после чего была немилосердно раздавлена убийственной шпилькой импозантной мадам. Чимин и Джексон замахали руками, указывая на щёки и намекая, что задание не будет считаться выполненным без чмока. — Ах да, надеюсь, вы не против ни к чему не обязывающего поцелуя в щёку. — Да на здоровье, золотко, — басовито рассмеялась женщина, приобнимая Сокджина и позируя для подошедшего сделать фото Сюмина. Затем она ушла обратно в бар, не забыв звонко чмокнуть Джина в качестве памяти напоследок, оставив на его коже след от ярко-красной помады, а на его одежде — аромат своих ядрёных духов. Парни какое-то время подтрунивали над Сокджином, удивляясь, как это они могли проворонить его очевидную тягу к дамам в возрасте. Джин на все подколы пьяно отнекивался и слегка алел ушами — если бы не текила, он ни за что не решился бы просить о чём-то подобном женщину, годящуюся ему в матери, по той простой причине, что был для этого слишком интеллигентен. Впрочем, после подколов по поводу возраста пошла новая, непонятная Джину волна смешков. Началось всё с того, что Джексон, резко вытянувшись в лице, что-то прошептал Чондэ, а тот, нервно икнув, передал информацию Чимину и Сюмину, не забывая при этом заговорщически шептать и не давать Джину узнать причину ещё большего веселья своих друзей. — Ну что ещё? — надулся Джин, которому стало обидно за такую приятную и склонную к сотрудничеству даму. — Ну да, она в возрасте, но это не помешало ей быть раскрепощённее и смелее, чем большинство молодых девиц. — Видишь ли, — отсмеявшись, сказал Сюмин, — а мы теперь и не знаем, можно ли засчитать твоё задание, как выполненное. В формулировке ясно говорилось «поцеловать случайную девушку», понимаешь, девушку, я вот к чему клоню. — То есть, ты хочешь сказать, что мне нужно заново выполнять всё это только потому, что она, по-вашему, недостаточно молода?! — вскипел Сокджин. — Не угадал, — прыснул Джексон. — Дело не в том, что она недостаточно молода, а в том, что это не «она». Компания разразилась сардоническим смехом, пока Джин растерянно хлопал глазами, переводя взгляд от одной весёлой гримасы к другой. — В каком смысле «не она»? — медленно проговорил он: разгадка, впрочем, и без пояснений медленно проступала на его лице. Вместо ответа Чимин, прикрывая улыбку рукой, показал пальцем на вывеску бара, в которой недвусмысленно значилось, что он предназначался для геев. Чуть ниже висело объявление, вчитавшись в которое становилось понятно, что в заведении проходило дрэг-квин шоу, что вполне объясняло басовитый голос «очаровательной мисс» и её массивное телосложение вкупе с намеренно ярким макияжем. Посмеявшись над ситуацией, все от греха подальше решили пойти выпить в другой бар, находившийся неподалёку. После ещё парочки коктейлей сверху на только утрамбовавшуюся текилу, Сокджин уже без всякого стеснения стоял посреди улицы и орал одну из песен SNSD. Его душа пустилась в пляс, что, учитывая полное отсутствие пластичности у парня, представляло собой весьма забавное зрелище. — Гёрлс Дженерейшн, ви кэн фил зе хит! — пропевал Джин, имитируя движения из клипа и заставляя друзей покатываться со смеху, а проходящих мимо людей — странно коситься и мысленно сетовать о вреде алкоголя и его возможных последствиях. Слова, которые Сокджин не помнил, находчиво заменялись им на «лалала» и «что-то там». Под конец его импровизированного выступления вокруг их компании образовалась небольшая толпа, разразившаяся бурными аплодисментами: пожалуй, он был первым, кто так феерично исполнял хит девичьей группы в балетной пачке с короной и очками наперевес. Следующим пунктом были презервативы: набрав целый ворох пакетиков самых разных размеров и свойств, весёлая компания под подозрительные взгляды пожилой аптекарши прошествовала к кассе, только тогда замечая несколько… удивлённое лицо фармацевта. — У меня мальчишник. Нам нужно много! — слегка пошатываясь, заявил Сокджин, который к моменту похода за покупками уже был порядочно пьян. Взгляд аптекарши трансформировался из подозрительного в осуждающий: нетрудно догадаться, о чём может подумать буквально любой человек, слыша слово «мальчишник» и видя целую кучу презервативов, покупаемую разномастной компанией парней. Будь Сокджин хоть немного трезвее, тут же сообразил бы, в чём дело, и переубедил бы старушку, но сознание, подёрнутое пьяной пеленой, решительно орало: «Наплевать!» — Кхм, ну что ж… — взяв себя в руки и вспомнив, что клиент всегда прав, откашлялась аптекарша. — Не хотите ли по такому случаю приобрести нашу новую смазку? С клубничным ароматом, сегодня по скидке. — Хм, я люблю клубнику, — обрадовался Джин, хлопая в ладоши, как маленький ребёнок, и, вероятно, не совсем представляя, что именно ему предлагали и зачем. — Ох, эта бутылка слишком большая, — и действительно, бутыль со смазкой была просто гигантского размера. — Вы, ребята, должны будете помочь мне потратить её, — добавил Сокджин без задней мысли, со свойственной пьяному человеку непосредственностью и прямотой. Глаза старушки у кассы шокировано округлились, и она еле удержала свою челюсть в том положении, в котором она должна была быть. «Бедная невеста, мало того, что муж гулящий, так ещё и извращенец», — подумала она, но механически пробила бутылёк с изображением улыбающейся клубнички на этикетке. Получив свою смазку, Джин блаженно улыбнулся и прижал её груди, на что друзья с братом, хотя тоже выпили немало, не сдержавшись, прыснули от смеха; Сокджин положительно переплюнул их всех. После того, как покупка была сделана, они пошли дальше искать приключений на всем известное место, попутно пытаясь не забывать о трёх оставшихся пунктах списка. Змей-искуситель в лице Джексона коварно предложил выпить ещё пару шотов, и, на беду, все оказались слишком пьяны, чтобы отказаться. Восполнив и без того внушительный запас алкоголя в организме, они вышли на улицу из очередного бара, где окончательно упившийся Сокджин принялся развлекать себя, бросая презервативы в каждую проходящую мимо пару, включая пенсионеров весьма консервативного вида и двух братьев-близнецов, родство которых было очевидно всем по одному лишь их виду, но только не разыгравшемуся жениху и спиртному в его крови. Сюмин расхохотался и сделал парочку крайне забавных фотографий. По непонятным причинам Сокджину очень уж полюбились незадачливые близнецы, которым помимо дождя из презервативов досталась та самая бутылка клубничной смазки и пожелание «весело провести ночь наедине друг с другом». Благо, парни оказались неконфликтные и бить морду Джину не стали, что было очень мило с их стороны, учитывая скорую свадьбу и необходимость быть на ней на высоте. Выполнив таким образом третий по счёту пункт, парни заглянули в список и увидели, что осталось всего два испытания на грядущую ночь. — Можем пойти в тот бар, где мы видели дрэг-квин, — предложил Чимин, перечитав последние задания. Все потрясённо посмотрели на него: даже под текилой части друзей подобные увеселения казались непривычными, а оттого крайне нежелательными. — Ну а что? — пожал плечами Чимин, не понимая всеобщего замешательства. — Где ещё можно попросить номер незнакомого парня без риска получить в бубен за одно только предложение? — Эй, а малыш-то прав, — согласно покивал Джексон — сторонник и, как правило, зачинщик любых безобразий в их компании. … Стоило только переступить порог гостеприимно распахнувшего перед ними двери бара, как стало ясно, что помимо определённой направленности у него была ещё одна характерная особенность. Танцевальное шоу и полуголые, подтянутые парни, скользящие по шестам. «Вот дерьмо», — вероятно, пронеслось в голове у каждого из них, но с несомненно разным подтекстом и эмоциональным окрасом. Последующие события расплывались в голове Чимина уродливым пятном: алкоголь с новой силой ударил в голову, деля воспоминания воистину незабываемого вечера на мелкие куски, больше походящие на обрывки когда-то цельной, но безнадёжно утраченной картины. Кажется, Джексон, выхлебав ещё один шот с текилой, вышел на сцену, пытаясь подкатить к одному из танцоров, после чего его стаскивали оттуда за ноги сразу два вышибалы, еле как справившиеся с чужой жаждой внимания и нетрадиционной любви. Кажется, Чондэ и Сюмин смеялись над чем-то, параллельно заливая в себя всё новые порции цветных коктейлей со всевозможным миксом самого разного алкоголя и сиропов внутри. Кажется, Сокджин разговорился с тем самым танцором, к которому не столько из великой любви, сколько из праздной скуки пристал Джексон. Да. Кажется. Единственное, что Чимин мог знать наверняка, так это то, что на следующее утро он проснулся с чудовищной головной болью, в чужой постели и в одних только боксёрах, за ночь сползших на тазобедренные косточки. «И во что я только ввязался?» — обречённо застонал он, морщась от ударной болевой волны, прострелившей виски, и обессилено падая на пусть и не свою, но всё же радушно принявшую его кровать.