Мальчик для битья или просто друг

– Ты много времени проводишь за учёбой. Нравится? – Тэхён аккуратно уселся на стул рядом с Чонгуком, стараясь своим присутствием не спугнуть приятную серьёзную атмосферу. Обычно именно таким младший и находил своего друга: серьёзным, задумчивым, погружённым в какие-то свои серьёзные планы и идеи. Это было достойно восхищения в глазах Тэхёна, поэтому он никогда не отрывал старшего от учебников, тихо дожидаясь, пока тот сам не обратит на него внимание. – Я хочу знать столько, чтобы моя страна не сетовала на глупого короля. Однажды мне предстоит стать главным здесь, я действительно очень хочу привести страну к пику её процветания. Но пока что я мал и глуп, мне следует сосредоточиться на саморазвитии, пока отец присмотрит за королевством, – заговорив про короля Чонгук невольно улыбнулся. Уже на этой неделе обещанная конная прогулка, парень проведёт много времени с любимыми людьми, похвастается отцу своими достижениями в учёбе, покажет навыки езды, которые сильно улучшились за последний месяц. – Ты удивительный, Чонгук, – с искренним восторгом пролепетал Тэхён, глядя на красивый витиеватый подчерк друга. Горделивый Чон сразу же выпрямился, вскинул голову, всем видом показывая, что это естественно для него, быть удивительным. Правда, толику смущения выдал лёгкий румянец на щеках парнишки. Не то чтобы Чонгук редко получал комплименты. Всё-таки, он принц, ему положено слышать похвалу и восхищение. Учителя всё время хвалили его, за что бы парень ни брался, да и вообще, он полностью заслуживал каждое сказанное в его адрес доброе слово. Правда, часто паренёк не верил в искренность своего окружения. Так уж сложилось, что они не могли ему и слова поперёк сказать. Странная система – кем бы ты ни был, ты автоматически становишься никем рядом с тем, кто выше в звании. И Чонгук был выше их всех, за исключением, пожалуй, своих родителей. Единственный человек, который всегда был до дрожи в коленках искренен, так это Тэхён. Может, всё дело в том, что он ребёнок, может, на сознание Чона просто так влияет этот нежный детский голосок, но каждое сказанное Тэхёном слово Чонгук запоминал, откладывал на особой полочке в памяти и очень бережно хранил. Негоже такой чистоте и искренности теряться в будничных заботах. – Иди сюда, – Чонгук поманил Тэхёна рукой и, когда тот подошёл ближе, усадил младшего на колено. Тэхён ойкнул от неожиданности, но сопротивляться не стал. Было в какой-то степени удивительно, что Чонгук потянулся к нему сам и первый, да ещё и без особой надобности, это льстило Тэхёну. – Здесь написано про тот цветок, который ты вчера хотел сорвать, – Чонгук указал на исписанную текстом страницу, Тэхён проследил за движением его пальца. В верхнем левом углу расположился красивый рисунок того самого цветка, а возле изображения – множество примечаний. – Так он ядовитый, – с восторженным трепетом прошептал Тэ. Оказывается, Чонгук накричал на него не из-за того, что Тэхён сделал какую-то ошибку, не из-за того, что обиделся на что-то. Он просто хотел защитить. "Настоящий друг," – подумалось Тэхёну, и с этими мыслями он радосто посмотрел на Чонгука, заставляя старшего смущаться от блеска в глазах напротив. Чонгук откашлялся, прочищая горло, прежде чем снова заговорить. – В следующий раз просто будь осторожнее. Ну, или спроси у меня, я не против помочь, – смущаясь от собственных слов, принц опустил голову, позволяя маленькой ладошке своего маленького друга потрепать себя по волосам.

***

– Не думаю, что это хорошая затея, Чан, – женщина в великолепном лавандовом платье положила холодные руки на плечи мужа, длинными изящными пальцами чуть массируя их. Король накрыл ладонью холодную руку жены на своём плече, но лишь на секунду, после вновь возвращаясь к изучению каких-то документов. – Сабрина, я не намерен начинать войну ни с одним соседним государством, я уже говорил об этом, – строго, но одновременно мягко сообщил мужчина, и его жена, словно обожжённая этими словами, моментом убрала руки. Она нервно помассировала виски, подходя к рабочему столу короля с противоположной от него стороны. – Милый, просто послушай меня, хоть раз услышь то, что я пытаюсь донести, – королева обхватила ладонями руку мужа, заставляя того поднять на неё глаза. – Люди боятся перемен, не все они рождены для того, чтобы быть королями, что бы ты там себе не придумал. Ты действуешь радикально, но очень неосторожно. Подумай о том, что может случиться с тобой, если страх заиграет в людях с ещё большей силой. – Я не сделал ничего пугающего и плохого, – странно, но король поспешил оправдаться, на что его жена, правда, лишь покачала головой. – Я прекрасно тебя понимаю, поверь. Я горю твоими идеями также, как и ты, как и малыш Чон, я уверена, что многие люди также горят этим. Но большинству страшно. Им проще держаться за свои старые жизни и терпеть боль и унижения. Ты должен быть более последовательным и осторожным, прошу! Я действительно беспокоюсь за тебя, – на последнем предложении голос женщины дрогнул. Сабрина больше не стала сдерживать слёзы. Король Чан встал из-за стола, подходя к своей женщине и обнимая её, будто пытаясь спрятать в объятиях от всего мира, который страшной дымкой висит в её сознании. – Милая, нам нужно потерпеть немного. Чонгук вырастет отличным наследником, и если не в моё время, то при его правлении страна поднимется с колен. У нас отличная добывающая промышленность, мы можем наладить торговлю, а ещё большие возможности в области... – Ты хочешь наладить торговлю с варварами, для которых наши ресурсы не имеют ценности, – всхлипывая, королева чуть отстранилась от мужа, чтобы посмотреть ему в глаза. Была у неё удивительная привычка – поддерживать зрительный контакт во время разговора с кем бы там ни было. Эта привычка очень нравилась королю, каждый раз под взглядом королевы он вздрагивал, с трепетом осознавая, насколько сильную женщину выбрал в жёны. – С тем, кто идёт на тебя войной, надо воевать, Чан. – Нет, Сабрина, хватит! – вскидывая руки, король отстранился от своей жены, вновь возвращаясь на рабочее место.