Счастье жить.

Отсутствие воображения не дает ощутить всю полноту открывающихся возможностей. (Глория Стайнем)

Целый месяц Кадди и Хаус не разговаривали. Он избегал ее всеми доступными способами. Хаус вообще не любил мирские проблемы, старался всегда держаться от них подальше, потому что все они, как он говорил, неизбежно несут страдания и боль. Август в штате Нью-Джерси выдался дождливым и холодным. Тёмные тучи уже целую неделю не пропускали ни единого солнечного луча, и всё плотнее накрывали собой маленький городок Принстон. В больнице по-прежнему кипела жизнь. Больше всех, как и всегда, доставалось травматологам. Сломанные конечности, лампочки во рту, пробитые головы… Однажды Женщина привела своего престарелого мужа, который в буквальном смысле «съел» шахматные фигуры своего противника, пока тот протирал очки. Пришлось доставать слона и две пешки под наркозом, сделав ему дыру в животе. Взрослый ведь вроде, а все еще такой ребенок… Сегодня было что-то особенно темно. Элли посмотрела на часы: полседьмого утра. Выглянув на улицу, она отпрянула от окна. Там был такой сильный ветер, что дребезжали стекла, а зонты прохожих выворачивало наизнанку. А у некоторых зонты даже вырывало из рук, и они в хаотичном порядке перемещались над головами горожан. «Как не хочется в такую погоду идти на работу» - с трудом заставив себя проснуться, подумала она, однако уже через час, вся мокрая от проливного дождя, с поломанным зонтом, она распахнула двери клиники Принстон-Плейсборо. Хаус стоял в холле, рядом со стойкой регистрации. К нему подошла пожилая дама, держа за руку высокую длинноногую девицу. - Доктор! С ней что-то не так! – посмотрев на Хауса, сказала старушка. – Она падает постоянно! – Я думаю, это всё соседский мальчишка виноват! Ох уж эта молодежь бестолковая, не знают чем себя занять.. Вот в моё время такого не было… - отвлеченно начала размышлять она. Хаус улыбнулся, и пошел было в ординаторскую, как бабуля снова очнулась. – Постой! Куда же ты? – вперевалочку потащилась она за ним, волоча свою пленницу за руку. - РАМШТААААААЙН!!! – Заорал вдруг Хаус, резко повернувшись к девушке. Элли хоть и стояла далеко, но даже она вздрогнула от неожиданности. Старушка бросила сумку и схватилась за сердце, выпучив глаза на доктора. Все присутствующие обернулись на нарушителя тишины. - Ты что творишь? Так ведь и дуба двинуть можно, - бабушка отпустила руку девчонки, и у той тут же подкосились ноги, она обмякла, и упала, как сдувшаяся кукла. Хаус молчал. Эллисон сорвалась с места, подбежала к упавшей девушке. Пульс прощупывался, дыхание ровное. Она спала. - Седьмая палата, - сказал Грег, разворачиваясь, и бабушка проводила его недобрым взглядом. Ее внучку спустя две минуты увезли в седьмую палату. Через полчаса все собрались в ординаторской. Чейз и Форман обсуждали своих больных, сидя за дальним концом стола. - Кэмерон, налей мне своего ча… - не успел договорить Хаус, как в него полетела пол-литровая бутылка холодного мятного чая. Изловчившись, он поймал бутылку одной рукой, и уставился на Элли. - Вы что вытворяете, Хаус? Что там было в холле? – С яростью спросила она. - Знаешь, как говорил Эйнштейн? Только те, кто предпринимает абсурдные попытки… - смогут достичь невозможного, - закончила за него Эл, и прочитала удивление на его лице. - Весьма недурно, - похвалил Хаус. - И всё-таки! Что там произошло? – вернулась к теме Эллисон. - Давай рассуждать, - он сел на стол и положил трость рядом. - Бабулька сказала, что девушка все время падает. - Но у нее на теле нет ни ссадин ни синяков, - продолжила Эл. - А взгляд у нее был стеклянный, если ты заметила… Ну, дальше продолжать? – Хаус улыбался. - Значит, у нее Амимия – отсутствие мимики. – Констатировала она. - Поэтому я … - он всё еще улыбался. - Поэтому вы крикнули! Чтобы проверить ее нервную систему, - догадалась Элли. - Да, и ее организм… - Хаус не успел закончить фразу, - … Отреагировал на внешний раздражитель, и не справился с напряжением, поэтому она упала! – Радостно сообщила она. - А спала она, потому что… - Эл задумалась. Почему она спала после падения? - Есть такая болезнь – Нарколепсия называется, Кэмерон! Давно же выпустилась, пора бы знать такие вещи! – Хаус огорченно посмотрел на нее. - А я и знаю! Нарколепсия характеризуется дневными приступами сонливости и … - … Приступами внезапного засыпания, -закончил он за нее. Да, верно! А с чем обычно эта болезнь эм… «дружит»? - Катаплексия! Временная утрата мышечного тонуса! – Снова вскрикнула Элли. - Ну вот, мы и разобрались! – заключил Хаус, и после его слов вокруг стало темно. Свет совсем погас, затем через несколько секунд что-то затрещало и защелкало. Включилось резервное питание. - Опять Дэни Оушен что-то не поделил с Тери Бенедиктом…? - буркнул о своем Хаус. - Что происходит? Что случилось? – Слышалось повсюду. - Я пошел к … - К Кадди, знаю! Я пойду к пациентке! Эл опять перехватила мысль Хауса, избавив его от необходимости договаривать. - Встречаемся… - и он снова не успел договорить в суматохе. - Через час, здесь же! – Крикнула она сквозь толпу, уносящую ее прочь по коридору. Чейз и Форман молча стояли в дверях ординаторской, и удивленно переглядывались. В больнице начался какой-то кошмар. Лампочки резервного питания мигали, непостоянно горели, вселяя ужас и в без того напуганных больных. Началась паника. Больные, которые были в состоянии ходить – выбегали прямо босиком из палат, чтобы узнать, что же случилось. Медсестры загоняли их обратно, в холле кто-то кричал про конец света, старушки начали рыдать, дети в педиатрии – реветь, в общем полный армагедец. Через некоторое время по громкой связи послышался голос Кадди. Наступила полная тишина. - Внимание! В городе объявлено Чрезвычайное положение. Весь город обесточен в связи с сильным ураганом, ветер повредил десятки столбов электропередач. Наша больница работает на резервном питании. Просьба по возможности не пользоваться электроприборами без надобности. Внешние двери больницы закрыты для входа и выхода. К сожалению, это особенности данной системы. На минус втором этаже имеется специально оборудованное помещение – бункер. Просьба для медперсонала: больных - вернуть в палаты, а родственников, посетителей и прочих посторонних – проводить в помещение «Б -7». Сидячих мест должно на всех хватить. Там будет работать буфет. Туалеты – справа от входа. Резервное питание даст нам 12 часов. Если к этому времени электрики не справятся – мы включим аварийные генераторы. Сохраняйте, пожалуйста, спокойствие, и не мешайте врачам делать их работу. Администратор больницы Элизабет Кадди. - Как в самолёте, ей богу! – хмыкнул Хаус. В холле все еще висела тишина. Но, постепенно она начала рассасываться тихим шепотом, затем нормальным разговором. Уже никто не плакал и не кричал. Медсестры разделили всех на две группы, одну из которых повели по лестницам в подвал, а другую чуть не силком загоняли обратно по палатам. Через 20 минут холл опустел, и в больнице стало совсем тихо. - Хаус! У Катрины поднялась температура! 38 градусов! – Элли, запыхавшись, остановилась. - Субфебрильная температура? Это же.. – задумался он. - Воспаление! У нее лимфоузлы увеличены! – Пошли со мной! Приказала Эл, и они с Хаусом быстро направились в палату. – Я еще Формана позвала, он закончил со своим пациентом и готов нам помочь! - Закончил или прикончил? – на бегу спросил Хаус, пытаясь пошутить. Через минуту их догнал и сам Форман. - Я отправила ее кровь на серологию, - продолжила она. - Хочешь проверить на взаимодействие крови с сывороткой? – Очень даже может помочь! А … - он прервался на секунду, и остановился, чтобы отдышаться. - Нет, Хаус, Тифа у нее нет. Я проверила. – Закончила Элли. - Возвратный тиф я сразу исключила, так как нет расчесов на теле, Брюшной тиф – тоже, кишечник в порядке, и… - И Сыпного тифа у нее тоже не может быть, так как нет сыпи на теле и тех же самых расчесов, я понял уже! – он выпрямился, и они опять быстрым шагом направились в палату. Никто и не заметил, как Форман шел с открытым ртом до самого конца коридора. - Значит так, в лучшие времена я бы сказал «Эй вы, двое, съездите домой к Катрине и посмотрите чем она живёт», но сейчас не тот случай, двери, блин, заперты напрочь! А девку лечить надо! Поэтому… - сказал Хаус… - Поэтому ты, Форман, иди в подвал и найди ее бабушку! Узнай, нет ли у них домашних животных. – Распорядилась Эллисон. - И еще спроси, не болели ли ее родители чем-то подобным? – добавил он. - О! Точно, Хаус! Одна из двух пуль попадет прямо в цель! – Обрадовалась она. - Не то, так другое, он ей подмигнул, и снова посмотрел на Формана. Тот стоял с выпученными глазами, будто из них сейчас польется вода. - Вы серьезно? – спросил он, стоя в недоумении. - Да мы вообще люди серьезные, - сказала Элли, - Смешная у нас только зарплата – закончил Хаус, и протянул свою ладонь вверх. Элли хлопнула по ней, дав ему «пять». Форман еще больше вытаращил глаза. Редко доводилось видеть Хауса в таком хорошем настроении. - Слушай, я не шаман, но в бубен настучать могу! Брысь отсюда, говорю! – Рявкнул все еще улыбающийся Хаус испуганному сотруднику. И тот медленно вышел. Эллисон еще раз смерила температуру. - 37.9. - Заключила она. Через три часа должны прийти анализы, а пока.. - А пока надо сбить температуру, а то она сгорит, пока мы ее тут лечим, – в очередной раз закончил Хаус. Резервная лампочка в коридоре последний раз моргнула, и угловая палата вместе с коридором, Хаусом, Эллисон и Катриной погрузилась во мрак. Через полчаса в Палату влетела Кадди. Увиденное там ее просто шокировало. Хаус и Элли сидели в креслах развернувшись друг к другу, между ними стоял маленький столик полностью уставленный буфетной едой. На спинках кресел стояли два телефона в режиме игры, и освещали темный уголок палаты. - Вы чё охренели совсем? – Взвилась Кадди, - вы едите в палате с пациентом! И мобильники…! – она задыхалась от возмущения. - Да, в режиме игры у них не гаснет подсветка. Ты правильно заметила, - с полным ртом, сидя к ней спиной, ответил Хаус. - Отчаянные времена требуют отчаянных мер, - прожевывая котлету, - добавила Элли. - Мы следим за пациенткой, - это раз. Ждем, когда у нее снизится температура- это два. Ждем анализов - это три. – Прожевав, объяснял Хаус. - А в-четвертых - мы восстанавливаем жизненные силы, так нам необходимые в данном положении, А в пятых - не закончила Эл. - А в пятых я вас обоих уволю! – крикнула Кадди, поставив «руки в боки». - Нееет, в - пятых мы сидим за ширмой, в самом дальнем углу от больной. – Уймись уже! – проворчал опять Хаус. - Вообще-то я пришла сказать, что нам через десять минут доставят двенадцать больных! Это значит - вам пора собираться обоим! – Повысив голос, сказала Лиза. - Лжецу мы не верим даже тогда, когда он говорит правду! – улыбаясь, протянул Грег. - Цицерон! – воскликнула Элли. - В точку! Пять баллов Гриффиндору! – опять расплылся в улыбке он. – Как их привезут, если двери… - он посмотрел на Эл. Она возвела глаза к потолку, и он всё понял. – О, да! Это гениально, Кадди, но у нас пациентка! – повернулся он к дверям. - ВАШЕЙ (Лиза сделала ударение на это слово) пациенткой займешься в одиночку, Хаус, а доктор Камерон нужна мне наверху. И не забудьте зонтик! На улице все еще дождь. – Приказала начальница и удалилась. - Мне надо… - Замешкалась Эл, выключая телефон. - Я знаю, иди… А то главное медицинское божество тебя покарает. Я за тебя подежурю, и всё тут доем. Хотя нет, лови! – и он кинул ей аппетитный пончик. – Схомячишь, по дороге на крышу. Иди уже! - И Эллисон, улыбнувшись, пошла за зонтиком. Следующие два часа выдались не из легких. На крыше Принстон – Плейсборо сели два медицинских вертолета. Санитары выкатывали из них раненых и пострадавших от скачков напряжения и бушующей на улице стихии. Почти весь медперсонал больницы находился на крыше. Лифтами решили не пользоваться, поэтому приходилось на руках тащить больных по всем лестницам до второго этажа, в котором было больше всего пустых палат. Там Элли увидела и Чейза, который обрабатывал ожоги у одного пациента, и Уилсона, заматывавшего чью-то голову бинтом, и травматологов, которые следили за всеми действиями других врачей, и педиатра, учившегося вправлять перелом. Ей казалось это каким-то безумием, неуправляемым хаосом. Еще через час ее нашел Форман, в руках у него были результаты анализов из лаборатории. - Всё готово! – Иди туда, я тебя здесь подменю, - перехватывая у Элли жгут для забора крови, сказал он, и добавил: - У нее дома хомяк жил, помер позавчера. -И Эл побежала в седьмую палату. Лампочку так и не починили, всем было не до этого. Открыв дверь, она вошла в темноту. Ничего не было видно, кроме монитора, который показывал стабильное давление и пульс и монотонно пикал. Она подошла к больной и проверила температуру. «36.9» - показал градусник. - Ну вот, уже лучше! – сказала она в пустоту, чтобы не казаться одинокой в этой комнате. Вдруг, она ощутила знакомый запах одеколона. Хаус медленно подкрадывался к ней сзади. Он опустил ей через плечо свою голову, стоя сзади. - Увеличение… - сказал медленно он, «Боже, я сейчас сойду с ума, это чувство опять вернулось» - снова крутилось в голове у Элли, - ЧислА… - ее ноги начали подкашиваться, а Хаус всё продолжал терзать ее сознание в темноте… - Лимфоцитов в периферической крови, - вдруг сказал он быстро, выпрямляясь назад. – Не так ли? - Элли окатило жаром, и она быстро пришла в себя. - Всё верно, Хаус, Лимфоцитоз! 56% лимфоцитов в крови! – Она была благодарна миру, что он не видел цвета ее лица. Оно было Красная как рак. Она спиной чувствовала его довольную улыбку. «Зачем он делает это?» - ей не давала покоя эта мысль. Было почти десять часов вечера, когда ураганный ветер стих. Ливень превратился в мелкий грибной дождь. Эл стояла возле запертых главных дверей и смотрела сквозь стекло. - Устала? – Вдруг спросил Чейз, становясь рядом. - Сегодня у всех трудный день, - заметила с грустью она. - Слушай, вы с Хаусом сегодня… - и он запнулся. - Что, мы с Хаусом? – заинтересованно спросила Эллисон. - Ну вы сегодня весь день какие-то странные, счастливые что-ли… Весь день договариваете друг за друга фразы… - Чейз, видимо, немного завидовал таким отношениям. - Просто мы сработались, вот и всё, - ответила она. Вдруг раздался щелчок, второй, что-то зажужжало, и свет снова погас. Прошла минута в темноте. Было тихо. Опять щелчок. Лампы заморгали, и, проснувшись, разгорелись в полную силу. «Дзинь!» – подал голос лифт и открылся, приглашая покататься на нем. Электричество вновь обретало верх над мраком. Элли рывком распахнула входные двери, и ей ударил в лицо свежий воздух. Она вышла на крыльцо, и прошла дальше, за козырек. Мелкий дождик приятно ласкал ее голые руки, расставленные в стороны. - Элли, пойдем, Кадди всех зовёт в холле! – Крикнул Чейз. Эл зашла внутрь. Снизу поднимался полусонный народ. Все галдели, как и утром. В центре стояла Лиза Кадди. Вся мокрая, измотанная, и в кровавом халате. - Давайте все сюда, покучнее! – командовала она, - Вот так! Внимание! Ситуация в городе нормализовалась! Спецслужбы еще занимаются ликвидацией последствий урагана. Кто приехал на машинах – будьте очень осторожны! На дорогах много поваленных деревьев и сучков. Нам бы очень не хотелось видеть вас всех снова в качестве своих пациентов! Уважаемые родственники! Прошу вас всех покинуть здание больницы, ибо часы приема уже закончены! Кто может сам передвигаться - приходите завтра, вас примут по обычному расписанию. Главный медперсонал – ко мне в кабинет, медсестры – проследите за нашими посетителями и заприте бункер для его дальнейшей уборки! Это всё! Всем приятного вечера! – Кадди пошла в свой кабинет, и за ней гуськом потянулись врачи. Она узнавала у каждого, что происходит у них в отделении, как больные пережили отсутствие света. -А у вас что с той пациенткой? – обратилась она в самом конце к Хаусу и Эллисон. - Катрина Хантер. 22 года. Мы обнаружили у нее Нарколепсию, - утрату мышечного тонуса, - монотонно начал Хаус., - и Амимию. - Затем наблюдения за больной привели нас к еще одному диагнозу – Катаплексия, - она хочет все время спать, и … - подхватила его Элли. - … и падает в сонные обмороки. – закончил он. – Анализ крови на лифмоциты… - … показал, что их в крови Катрины 56%, вместо 31% положенных ей в ее возрасте, что дает нам основания полагать… - продолжала она, - … что у нее Лимфоцитоз, - глядя на Элли, сказал Хаус. – Из достоверных источников нам известно… - … что у нее дома жил хомячок, у которого было паразитарное заболевание, именуемое … -ТОКСОПЛАЗМОЗ! – сказали они с Хаусом одновременно, синхронно и громко. - … Мы отправили ее кровь на серологический анализ, - продолжил Грег, - так как у нее появилась субфебрильная температура, и увеличились лимфоузлы… - … и взаимодействие антител сыворотки с антигенами крови полностью подтвердило наш диагноз. – Закончила, наконец, Эл, и улыбнулась Хаусу, на что тот улыбнулся ей в ответ, и повернулся к Кадди. - Ах, да! – вспомнил он еще, мы решили назначить ей комбинацию пириметамина с сульфадиазином. - Наш прогноз - она будет на ногах уже через неделю, плюс ей прописан дневной стационар в течение двух месяцев после выписки. – Добавила опять Элли. Все молча стояли, раскрыв рты. Лохматая, взъерошенная Кадди выглядела еще более жалкой, чем двадцать минут назад. Чейз и Форман улыбались, Уилсон захлопал в ладоши. - Нифига себе, ребята, вы команду сколотили! – хлопнул он по плечу Хауса. – Не поделишься секретом, а, дружище? - Ага! Хрена лысого! Ты уже упустил свой шанс, теперь моя очередь играть с этой куклой! – он легонько ткнул Уилсона в плечо. – Научись слушать, и ты сможешь извлечь пользу даже из тех, кто говорит плохо… - Плутарх! – тут же засмеялась Элли. - Учись, студент!- обратился Хаус к другу, и Элли, взяла Хауса под руку, которую он так любезно отклячил в знак признательности. Так они и вышли из кабинета Кадди, оставив позади ошарашенную переменами публику. - Ну, куда пойдем? – стоя в дверях, спросил Хаус. Эл молча смотрела на него. – Ты думаешь? Точно туда? Ну, раз ты так уверена, то туда и пойдем! Продуктивный сегодня был день, давай «пять»! И снова их руки слились в едином звонком хлопке, и, смеясь, они вышли на свежий вечерний воздух. === Уважаемые мои читатели! Вы находитесь на середине моего фанфика. Если вы дошли до этого места, я надеюсь, прочитав все предыдущие главы, очень вас прошу оставить отзыв в комментариях. Может хотите, чтобы я в следующих главах затронула какие-то особые темы? болезни? Напишите свои предположения что произойдет дальше. Ну или просто что вы прочли, вам что-то понравилось или не понравилось. Спасибо. ===