Четырнадцать недель тишины

Позвони – и я буду ждать, Я буду знать, кому из нас верить.

      — Ну, на этом, вроде бы, всё, — выдохнула Сакура, ставя на пол последнюю коробку с аппаратурой для больницы. — Спасибо за помощь, Ли-сан, — обратилась она к вошедшему за ней юноше. — Не представляю, сколько времени я бы потратила на это, не согласись ты помочь. Мне очень повезло, что ты оказался в деревне сейчас. Наруто так занят подготовкой к свадьбе, что даже в Ичираку идти лишний раз отказывается, что уж говорить о помощи в больнице. Да и Какаши-сенсея не хочется по пустякам дёргать — он и так помогает, чем может. Так что, ещё раз спасибо.       — Что ты, Сакура-сан, мне совсем не сложно, — ответил Ли и, указывая на коробки, что держал в руках, спросил: — Куда поставить оставшиеся?       — Вот сюда, пожалуйста, — девушка указала на единственное оставшееся пустым место на комоде и взяла в руки лист бумаги и карандаш. — Сейчас всё пересчитаем, и можно будет расходиться.       — Ага, — Ли присел на край стоящего недалеко стула и принялся наблюдать за Сакурой, которая бегала от одной коробки к другой, делая какие-то пометки на листке.       После войны девушка задалась целью основать в Конохе детскую психиатрическую больницу, где опытные медики могли бы оказывать помощь детям, которые пострадали во время Четвёртой мировой войны шиноби или потеряли на ней своих близких. По словам Сакуры, многие преступники становились таковыми из-за психологических травм, полученных в детстве. Часто она приводила в пример Саске, которому пришлось пережить геноцид клана Учиха. Тогда никто не смог вовремя помочь ему, и он стал нукенином.       «Скоро всё образуется, — постоянно твердила Сакура, вспоминая эту историю. — Моргнуть не успеете, как Саске-кун вернётся в деревню, и всё будет как прежде».       А ведь она всё ещё надеется, всё ещё ждёт его. И даже после всего, что произошло между ними, Сакура продолжает любить его.       От этих мыслей Ли стало не по себе. Ему вдруг стало до боли обидно и грустно, что эти слова Сакуры о безграничной любви никогда не будут адресованы ему. Как бы он ни старался, он никогда не услышит от неё заветное «Я люблю тебя». Ведь любовь и карьера шиноби совсем непохожи друг на друга. Одним упорным трудом здесь не справиться.       Видимо, эти переживания слишком ярко отразились на лице юноши, потому что, когда Ли поднял глаза, прямо перед ним стояла Сакура, обеспокоенно разглядывая его.       — Ли-сан, всё в порядке? — аккуратно спросила она. — Выглядишь уставшим.       — Да нет, всё нормально, — ответил он и улыбнулся, стараясь сделать это как можно беззаботнее. — Просто подумал, что идея с больницей и в самом деле замечательная.       — Рада, что тебе понравилось.       Сакура тоже улыбнулась, и на секунду Ли показалось, что красивее улыбки он ещё не видел. Она была такая чистая и искренняя. О, сколько бы он отдал, чтобы эта улыбка никогда не сменялась грустью, чтобы её обладательница всегда была счастлива.       И он сделает это. Сделает так, чтобы счастью Сакуры ничто не помешало. Ни жестокость мира шиноби, ни очередные войны, ни что-либо ещё.       И пусть даже если счастлива она будет не с ним, пока она будет улыбаться, большего Ли и не надо.

Пьяный мачо Лечит меня и плачет Оттого, что знает, Как хорошо бывает.