Storge

      После произошедшего всех детей Белла, включая Эрику, постоянно охраняло по двое полицейских, и преступник не проявлял себя. Всего у Тома Белла было шестеро детей. Не считая Эрики, рождённой в браке, а так же мёртвых теперь Роззи и Джефферсона, к детям сэра Белла принадлежали старший Родерик и младший Ачо от бедной мексиканки по имени Марла, и Гейб, появившийся на свет у собственного психолога Тома. Ачо жил в элитном интернате, так как его мать лишили родительских прав из-за наркотической зависимости. Остальные же, в силу своего совершеннолетия, приспособились к жизни, как смогли.       Эрика недолюбливала каждого из них, не взирая на истории бастардов, но всё же решилась посетить похороны своей, пусть сводной, но всё-таки сестры Роззи, её мать понятное дело не была рада видеть ещё одну дочь бывшего любовника.       Ощущение общей паршивости после похорон никуда не ушло, но слегка притупилось. Белл понимала, что должна взять себя в руки и делала всё возможное для этого. После того, как она оказалась в доме Уилла Грэма, Эрика решила, что больше не позволит себе расклеиваться до такой степени и вечером, после похорон Роззи, она выбросила большую часть алкоголя, что был у неё дома. Оставила только не начатую бутылку дорогого коньяка, намереваясь подарить его кому-нибудь. Все остальные запасы были безжалостно отправлены на мусорку.       Прошли мучительно долгие полторы недели, в которые девушка продолжала сидеть дома, играть на контрабасе и читать давно заброшенную, оставшуюся ещё с музыкальной школы, нотную тетрадь. Что-что, а одиночество и затворничество хорошо повлияло на качество игры девушки.       В воскресное утро, когда девушка только села за инструмент, ей позвонил неизвестный номер. Эрика с минуту не хотела брать трубку, подозревая, что это опять Родерик, только с новым номером, постоянно просивший денег у сестры. Но человек на той линии звонил так настойчиво, что девушка сдалась.       — Да, кто это? — раздраженно поинтересовалась она.       Опасения Эрики не подтвердились.       — Доктор Белл? — осведомился смутно знакомый женский голос, — это из ветеринарной клиники вас беспокоят. Мы потеряли карточку одной из присланных вами собак. Вы не сможете подъехать? Будет очень удачно, если вы узнаете пса.       Девушка выслушала другого ветеринара раздраженно постукивая пальцами по корпусу контрабаса:       — Да, конечно, я подъеду после обеда.       — Извините, но не могли бы вы сейчас это сделать? — прервал её голос, — просто пса уже нужно забирать, у нас почти нет мест и… Нам бы не помешала помощь.       Эрика раздраженно закатила глаза и тихо цокнула, подмечая, что в клинике отца такого безобразия никогда не было, но всё же согласилась и пообещала приехать как можно скорее.

***

      На сборы она потратила чуть больше получаса — одела строгий костюм, собрала волосы и неброско накрасилась. И, осмотрев себя в зеркало, осталась довольна. Впервые после произошедшего она выглядела опрятно и более-менее здоро́во. Накинув пальто на плечи, Эрика набрала номер тех людей, что охраняли её и сообщила о том, куда собирается. Полицейский уверил Белл, что они будут держаться неподалёку.       Путь до вет-лечебницы занял ещё пол часа. Сама лечебница оказалась небольшим помещением на первом этаже многоквартирного дома ближе к окраине города. Когда Эрика вошла внутрь, она подметила, что в клинике тепло и чисто, как и положено в маленькой частной больнице.       Но как-то слишком тихо. Напряженно, словно перед сильной бурей, когда природа замирает в ожидании раската грома.       Сжав в кармане пиджака баллончик с перцовкой, Белл неспешно прошла по коридору до регистратуры.       Там никого не оказалось, только аккуратно лежали стопки бумаг на столе. К горлу подступил ком. Живот свело судорогой от накатившей тревоги.       Эрика развернулась и вошла в ближайшую дверь, мысленно убеждая себя, что люди где-то есть, просто местному ветеринару нужна помощь всех. За дверью оказались несколько клеток со спокойными псами. В одной из них, поблёскивая выбритым боком, сидел рыжий Уинстон.       Невольно, девушка улыбнулась, понимая, к какому псу её вызывал врач по телефону.       Едва пробиваясь сквозь сопение собак, послышался какой-то звук.       Эрика резко развернулась, выхватывая из кармана пальто баллончик. Однако её взору предстал только коридор клиники, обрамлённый дверным проемом, как картина рамкой.       — Ладно, — прошептала Белл и, держа баллончик на готове, словно заряженный пистолет, прошла к кабинету с табличкой «Дежурный врач».       Звук, похожий на удар капли о дно раковины, повторился прямо за дверью в помещение.       Она слабо толкнула приоткрытую дверь, подмечая про себя, что когда только зашла внутрь все двери были захлопнуты.       Носки лакированных ботинок лизнула тёмно-бурая жидкость. Она расплывалась по небольшой комнате со столом и несколькими книжными шкафами. Над столом зависло тело.       Это был Гейб.       Очередной сводный брат.       Мужчина, насаженный на штык, что выходил из его рта. Но даже не это было самым страшным, а то, что у жертвы отсутствовала нижняя половина тела.       Эрика отступила назад и захлопнула дверь, давясь собственным криком. Она выронила баллончик и опираясь о стену, сползая по ней. Казалось ещё мгновение, и Белл потеряет вообще хоть какой-то контроль над собственным телом. Она судорожно закрыла себе рот ладонями, до красных следов впиваясь ногтями в щёки и судорожно дыша носом. Глаза, будучи абсолютно сухими, покраснели от того, что девушка просто не могла моргнуть. Плечи её затряслись и первый всхлип вырвался из закрытого рта.

***

      Она сидела на скамейке, смотря пустым взглядом перед собой и судорожно сжимая кулаки. На тонкой розоватой коже щёк образовались неглубокие ранки от ногтей. По четыре на каждой стороне. Эрика выглядела опустошённой и растрёпанной, мало понимающей, что происходит вокруг. Медики, прибывшие перед криминалистами, вкололи ей успокоительное, но Уилл на своём примере знал, как иногда оно едва ли помогает.       — Итак, что можешь сказать? — вырвал Грэма из размышлений Джек.       — Убийца хочет достучаться до дочери Белла и до него самого, — Уилл развернулся лицом к месту преступления, отрывая взгляд от Эрики.       Тело, точнее его часть, уже сняли со штыка на штативе и вынесли, спрятав в синий мешок для трупов. Благодаря этому открылись новые брызги крови на стене — слово «ТЫ», выведенное кровь поверх голубого цвета стен.       — Думаю, убийца хочет причинить не боль Эри… Мисс Белл. Она открыто говорила, что не любит своих сводных братьев и сестёр, — Уилл осёкся, — у сэра Тома Белла должен быть ребёнок, который не получает отцовской поддержки. Всё это, можно сказать, — Грэм замешкался на мгновение, подбирая слова, — месть лично Беллу и, особенно, его законной дочери. Преступник считает, что она отняла его место, а остальные дети его деньги.       Джек кивнул, не ставя слова друга под сомнение:       — Нужно опросить всех отпрысков нашего папаши, на кого нас навела мисс Белл. Мы ведь не узнавали, кому он помогал, а кому нет.       Он говорил что-то ещё, но Уилл отвернулся и в несколько шагов оказался рядом с Эрикой. Мужчина окликнул её, но она не подняла головы, сцепляя руки в замок перед собой. Тогда Уилл присел на корточки перед девушкой, заглядывая ей в лицо снизу вверх.       На доктора Белл было больно смотреть — осунувшееся лицо, покрасневшие глаза, смазанная туш и дрожащие, сцепленные в замок руки. Девушка смотрела прямо на Уилла, но словно бы сквозь него.       Мужчина перевёл взгляд на искусанные бледные губы Эрики и невольно облизнул свои, после чего стыдливо себя одёрнул.       — Эрика, это я, Уилл Грэм, — позвал он девушку и осторожно дотронулся до её плеча.       Робс посмотрела на мужчину более сосредоточенно:       — Уилл? — губы задрожали, а глаза враз стали влажными, но Эрика не позволила всхлипу вырваться наружу, сжимая зубы до выступивших желваков.       — Я отвезу тебя домой, хорошо? — Грэм встал, помогая подняться и девушке.       Она только слабо кивнула.

***

      В полицейской машине они ехали молча. Только слышно было, как пытается успокоить дыхание до сих пор шокированная Эрика.       Уже поднимаясь в пентхаус, Уилла пробило нехорошее предчувствие. по полу парадной, до самой квартиры тянулись едва заметные тёмные капли. Мужчина помог девушке отпереть дверь и, оказавшись в коридоре жилища, они оба замерли. По полу тянулись всё те же запёкшиеся капли, уже гораздо более крупные.       — Скажи, что мне кажется, — слабо попросил Эрика, поднимая лицо к своему спутнику.       Тот тяжело вздохнул и, сжав плечи девушки приказал:       — Стой здесь. За мной не ходи. Если услышишь что-то, то сразу беги из квартиры.       Девушка твёрдо кивнула, придавая уверенности и себе и Уиллу, но она прекрасно понимала, что в случае чего убежать не сможет. Всем телом она чувствовала слабость и не упасть без сознания ей помогала только строгая выдержка.       Мужчина вытащил пистолет из внутреннего кармана драпового пальто и прошёл в глубь дома, оставляя испуганную спутницу за собой. По памяти пройдя в гостиную, он замер, невольно опуская оружие.       На диване сидело тело. Точнее нижняя его часть, полностью обнаженная, с закинутой на ногу ногой. На полу размашистыми, неаккуратными буквами было намалёванно «ТВОЯ ВИНА».       Уилл отвернулся от мерзкого зрелища и, достав телефон, набрал номер Джека Кроуфорда.