Storge

      Несколько полицейских машин, пара автомобилей ФБР и одна бригада скорой помощи с реанимационной машине неслись по ухабистой дороге через реденькую, по осеннему голую лесополосу. Уилл Грэм сидел по правую руку от водителя в лице Джека Кроуфорда и нервно теребил хвостик узла на перевязке. Разбитые костяшки были наскоро, неаккуратно закрыты бинтом одним из патологоанатомов и Уилл чувствовал, как запекшаяся кровь прилипала к сухой ткани. Мужчина аккуратно отдирал её от ранок.       На Джека он старался не смотреть, предпочитая застывшим взглядом следить за мелькающими по правую руку голыми стволами елей. Сквозь приоткрытое окно доносился лёгкий запах дождя и хвои, имеющий теперь для Уилла совсем другое значение. Его постель до сих пор пахла Эрикой. Перечная мята и хвоя.       - Что у тебя с мисс Белл, Уилл? - агент Кроуфорд уже успел остыть с момента избиения одного из обвиняемых, но всё-равно не мог спустить начатый разговор на тормозах. - Нечасто я видел тебя в ярости.       Грэм вздохнул, вырванный из своих воспоминаний и нехотя разомкнул губы:       - Как я и говорил, у нас с ней ничего не было, - честно ответил мужчина, усиленно сдерживая сожалеющие нотки.       Но Джек не был бы агентом ФБР, если бы от его расспросов можно было так просто оградиться:       - Но она тебе дорога, - утвердительно произнес он, - не отрицай, это и так заметно.       - Джек, послушай... - начал было собеседник, но агент Кроуфорд бесцеремонно его перебил:       - Нет, это ты меня послушай, - твёрдо начал он, на мгновение отводя взгляд от дороги и в упор глядя прямо на друга. - Я всё понимаю, но не теряй головы, Уилл, - он устало вздохнул, глядя перед собой. - Если вдруг, - он попытался подобрать слова, но решил себя не мучить, - если мы найдём Эрику Белл уже мёртвой, пообещай мне кое что?       Уилл, до этого молчавший и становящийся всё более хмурым, вопросительно посмотрел на друга.       - Обещай, - вкладывая как можно больше веся в слова, попросил Джек, - что ты не убьёшь Марлу Сарконо.

***

      С каким-то нервным смешком девушка подметила, что каждое новое пробуждение даётся ей с большим трудом. Сейчас она чувствовала себя даже паршивее, чем в прошлый раз. Теперь к головной боли и головокружении примешались ещё и саднящая разбитая губа, и горящая опухшая скула, и даже неожиданная боль в лопатках. Эрика с трудом вспомнила о том, что упала на пол вместе со стулом. "Наверняка у меня сотрясение", - приоткрыв глаза, подумала она и постаралась выровнять положение головы. Когда это удалось, к общему коктейлю мерзких ощущений, примешалась ещё и тошнота.       Из горла Эрики вырвался не громкий кашель, на который расплывчатое марево перед глазами пришло в движение:       - Прости, не хотела тебя ронять, - со змеиной ласковостью произнёс голос Марлы.       Каждое слово отдавалось в голове Белл новой вспышкой боли, - но ты так отвратительно себя вела.       Женщина мягко обступила свою пленницу и неспешно расчесала волосы той, убирая их в высокий пучок.       - Так то лучше.       - И что дальше? - прохрипела Эрика, бросая какие-либо попытки разглядеть что-то перед собой. Оказалось, что её глаза застилали слёзы.       - Ну, не плачь, - тонкие, костлявые пальцы коснулись лица, выдавливая влагу из под прикрытых век. Эрика зашипела и мотнула головой, силясь убрать мерзкие руки Марлы. - Ты и так уже намучилась, так что у меня есть вот это.       Она указала на маленький, низкий столик на колёсиках, видимо ввезённый в комнату, пока Белл была без сознания. Вопреки ожиданиям женщины, на лице пленницы никаких эмоций не отразилось.       - Ты должна быть благодарна мне, - Марла тихими шагами подошла к столику и подняла с него что-то продолговатое, - остальных мы убивали долго, а ты просто заснёшь.       - Что... это? - морщась от расплывающейся боли, спросила Эрика, смутно различая форму предмета.       Кажется это был шприц.       - Наркотики, большая доза для того, кто никогда их не принимал, - рассмеялась женщина так искренне и счастливо, словно у неё был День Рождения.       - И что потом? - откашлявшись, спросила девушка. - Что будет, когда вы закончите? Вы же не думаете, что получите хоть что-то от моего отца?       Марлу, кажется саму терзали эти мысли, и она слегка нервозно ответила:       - Какая тебе то разница, тебя тогда уже не будет, - она неотвратимо повернула голову пленницы на бок, открывая пульсирующие венки на шее.       У Белл не было сил даже чтобы пошевелиться, хотя она была уверена, что Марла держит её не крепко. Толстая игла, как для забора крови, вонзилась в кожу. Шею дёрнуло болью - Марла колола туда же, что и её сын,когда поймал Эрику. Вещество заструилось по венам, смешиваясь с кровью, проникая в органы, наполняя тело непривычной лёгкостью и такой же сильной слабостью.       Голова стремительно наливалась тяжестью, Белл с трудом могла сохранять глаза открытыми. Во рту стало вязко, словно все нервные окончания враз перестали функционировать.       - Вы по.. пожалеете, - на выдохе проговорила Эрика и голова её упала на грудь. Девушка потеряла сознание.       Возможно навсегда.       - Как и твой ублюдок-папаша, - прошипела, словно довольная змея, Марла и выпорхнула из комнаты.       В её сумасшедшей голове искрилась радость такая, что хотелось обнять весь мир или, лучше, выкурить лёгкий косячок, чтобы растянуть садистское удовольствие подольше. Спустившись по лестнице вниз, на первый этаж, женщина первым делом выбросила использованный шприц. Затем поправила макияж и одёрнула платье, стоя перед пыльным, потасканным временем, зеркалом. Закончив, она нетерпеливо посмотрела на часы. Странно, Родерик должен был вернуться пол часа назад, к самому рассвету. Без сына она не сможет разделать тушу девчонки, порубить её так мелко, чтобы можно было каждый кусочек доставлять бывшему любовнику с интервалом в один-два месяца. Чтобы сэр Том Белл постоянно мучался чувством вины и страдал из-за своих почивших детей. В особенности из-за своей любимицы и наследницы Эрики.       В окно дома уткнулись фары. Свет пробился через кухонные пыльные шторы, вылепляя, одиноко стоящий ветхий стол, электрическую плиту и саму женщину. Та возликовала. Сейчас в дом войдёт её сын, и они вместе, наконец, завершат такое долгое, грязное, но несомненно приятное дело. Чтобы там эта девка не говорила, но Родерик не мог предать маму, уж Марла это чувствовала.

***

      Взору агентов предстал обветшалый двухэтажный дом, выстроенный из цельных брёвен. Хотя сейчас он больше походил на полуразвалившийся сарай, в котором пытался кто-то жить - занавески на окнах, кое-где разбитые стёкла, прикрытые листами фанеры, маленький огородик прямо под окном и, что важнее, сегодняшние, глубокие следы катетеров на подъездной дорожке.       Наряд поллиции и ФБР высыпали из машин, мгновенно обступая дом по периметру. Уилл только заметил, как замер у одного из окон женский силуэт, как люди Джека Кроуфорда, по его молчаливой команде, выбили дверь.       Уилл почти сразу же оказался в дверном проёме, плечом к плечу с Джеком и ещё одним, мало знакомым агентом.       Марла, мать Родерика, жестокая убийца и бывшая любовница Тома Белла замерла всего на секунду и тут же бросилась вверх по лестнице.       Раздались звуки выстрелов, из ступенек под действием пуль летели щепки. Марла завизжала и практически на четвереньках продолжила подниматься.       Уилл прицелился туда, где должна быть голова женщины буквально через мгновение. Он сам себе признал, что хочет её убить, не смотря на обещание, данное Джеку буквально полчаса назад. Мужчина снял оружие с предохранителя, палец его напрягся на курке и...       Грянул выстрел!       Марла взвыла, держась за простреленное колено, а из дула пистолета агента Кроуфорда шёл лёгкий дымок. Он покачал головой, смотря на Грэма. Тот опустил оружие. Двое агентов юркнули в дом, подхватили женщину и стащили её с лестницы. На морщинистых руках защёлкнулись наручники, но это уже не интересовало Уилла.       Он широкими шагами вошёл в дом, окинул преступницу не читаемым взглядом и взбежал по лестнице, более не медля ни секунды. Следом бежал Джек. Вместе они оказались у белой, такой же пыльной, как и всё в этом доме, двери, куда так хотела попасть Марла Сарконе перед тем, как её схватили.       Мужчины ворвались в полутёмное помещение под скошенной крышей. На маленьком столике на колёсиках, какие бывают в больницах, чадила старая керосиновая лампа. У противоположной стены, на стуле спала Эрика, морщась от боли в нездоровом сне. Джек тут же вышел из комнаты и, судя по шагам, спустился вниз, чтобы позвать группу медиков, а Уилл принялся отвязывать девушку от стула.       Избитая, но не искалеченная Белл тяжело дышала во сне и обмякла тряпичной куклой, стоило только расслабить путы на руках и поперёк тела, удерживающие её в сидячем положении. Уилл, придерживая Эрику, осмотрел её на предмет переломов и серьёзных ран. Затылок кровоточил, но пострадавшую можно было двигать.       Уилл, не сдержавшись, сжал, казавшееся таким хрупким сейчас, тело в объятиях. И вдруг заметил красную ранку и расплывающийся синяк от укола. Не дожидаясь медиков,       Уилл подхватил Белл на руки и стремительно спустился с ней по лестнице.       - Ей что-то вкололи, - сообщил он Джеку. - Нужно осмотреть тут всё, узнать, что именно.       Некоторые агенты и криминалисты на мгновение замерли, но тут же принялись за дело. Уилл же со своей ношей вышел в прохладную октябрьскую ночь и бережно уложил Эрику на подготовленную каталку. Медики накрыли пострадавшую одеялом и погрузили девушку в машину реанимации.       Грэму бросил взгляд на сидящую в автомобиле Марлу. Внутри всё переворачивалось, когда он смотрел на эту женщину. Желание её смерти стало практически осязаемым, но неожиданно подошедший Джек положил ладонь на плечо друга. Тот посмотрел на агента Кроуфорда немигающим взглядом.       - Езжай с ней, - приказал он. - Мисс Белл ты нужен гораздо больше, чем нам здесь.