Глава 17
— Дим, а тебе Лика никого не напоминает? — спросил меня Сударь в аэропорту, где я познакомил друзей со своей новой избранницей. Мы отошли за кофе для всей команды, пока ожидали посадку на рейс. — Нет — сказал я, прокручивая в голове образы наших общих знакомых, чтобы понять о ком речь. — А зря, у них даже имена похожи — загадочно произнес Сударь, а я непонимающе на него посмотрел — Ну, Лика, Ника, ты смотри не перепутай как-нибудь — хитро ухмыльнулся Сударь.
И действительно, я не замечал поразительного сходства между двумя девушками. Единственное явное различие — характеры. Если Ника взбалмошная, энергичная и вспыльчивая, то Лика же спокойная, хладнокровная и отстраненная от всех. Ника иногда тоже может быть такой, но ее огонек в глазах выдает настоящее нутро. Почему я вообще их сравниваю? Вероника даже не была моей девушкой. С Анжеликой же мне удобно. Созданиям ощущение, будто я перерос неспокойные отношения. Хочется стабильности, умиротворенности… Наверное. Хотя, о какой умиротворенности может идти речь, если я изменил. Да, ужасный поступок, я безумно корю себя за это и планирую в ближайшее время рассказать об этом Лике, просто не знаю как. Простит она меня или нет? А главное хочу ли я, чтобы она меня прощала?***
— Ну вот и все, закончился наш отпуск — тяжело выдохнула Лиза, выходя из терминала Шереметьево, а за ней и вся остальная команда. — Ну, здравствуй, Москва, мы снова готовы к работе — воодушевленно сказал Даник. Откуда в нем столько оптимизма, я не знаю. Будь моя воля, я бы там остался еще на пару недель. Хотя, я тоже скучал по Москве, тянет меня в этот город больше, чем в остальные. — Не разделяю твоего энтузиазма, я бы еще понежился на солнышке — сказал Эмиль, обнимая Алю, останавливаясь у курилки. — Согласен, я б вообще не вылезал из того дома. Такой удобный, стильный — сказал Сударь, закурив электронную сигарету. — Да, Богиня наша постаралась — сказала Алия. До сих пор я не узнал причины ее несвоевременного отъезда. Слабо верю в аргумент «Работа», который мне так яро все пытались внушить.— Эмиль, а что вам такого показал Серый, что вы так все ахуели? — спросил я, когда мы остались одни. — Он показал геолокацию Ники — спокойно ответил Эмиль, будто это было в порядке вещей. А у меня в душе зародилась злость. Какого черта вообще у него есть ее локатор? Почему у меня его никогда не было? — Ясно — я сделал паузу, в попытках умерить свой пыл — И где она? — сделать равнодушный голос у меня получилось слабо, но не спросить я не мог. — В Москве — после небольшой паузы ответил Эмиль, явно не желая продолжать этот диалог. — Странно — сказал я и задумался — Оплатила нам дом, а сама улетела — я невзначай пытался выявить причину ее отъезда. Думаю, что тут уже Эмиль заметил мою заинтересованность, но я не планировал делиться с ним. По крайней мере сегодня так точно. — Работа — пожал плечами Эмиль — она же у нас бизнес вумен из Москвы — пропел друг, выделяя слово «у нас», которое так резало слух, ведь он мог бы сказать «у меня», если бы не наша глупая ссора в Питере. Но теперь все в прошлом, я в новых отношениях, мне этого не надо. Тогда почему так неприятно было сейчас от этой мелочи?
Несколько человек сухо отвечали мне «работа», «дела» и никаких подробностей. Только Сударь посмотрел на меня многозначительным взглядом.— Сударь, ты че тут один сидишь? — я подошел к нему, присев на соседний лежак. Он выглядел очень задумчивым и серьезным, что является достаточно непривычным состоянием для вечно веселого Сударя. — Да так, задумался о бренности бытия и скоротечности времени — с сарказмом ответил Сударь. — О, да вы у нас философ — после этой моей фразы мы вдвоем засмеялись — а если серьезно? — Да просто с Никой сейчас разговаривал, некоторые вопросы обсуждали — так, а вот и первая зацепочка, касаемо неожиданного отъезда этой дамы. Сударь в курсе, значит можно попробовать попытать его. — И что она такого тебе сказала, что жизнерадостный оптимист Сударь загрустил? — и снова попытка сделать вид, что мне все равно на саму девушку, скрывая это за поддержкой друга — Причину своего отъезда? — А разве тебе есть дело до причины ее отъезда? — хитро улыбнулся Сударь, с прищуром смотря в мою сторону. — Просто хотел тебя поддержать — сказал я, уходя от ответа на поставленный вопрос. — Ну-ну — сказал Сударь и отводя взгляд от меня в сторону залива. — Ой, да ну тебя — я махнул рукой и пошел в сторону дома, отдаленно услышав шепот Сударя «Мастерски уходит от ответа». Что правда, то правда.
— А почему вы называете ее Богиней? — спросила Лика у ребят. — О, это история их с Сударем знакомства — сказал Даник, пихая в бок Эмиля, который начал ржать. — Да, да, пусть тебе вон лучше сам Сударь расскажет — сквозь смех проговорил Эмиль. Пока Сударь рассказывал историю их первого знакомства, я невольно вспомнил наше. Не ожидал я увидеть тогда ее, думал приедет Сергей, мы решим вопросы и поговорим по душам. Хоть я был и зол за такую накладку, я знал, что все решится благополучно, потому что компанией управляет прекрасный человек. Но приехала она. Не менее прекрасная девушка, которая немного вскружила мне голову своей красотой, неожиданно появившись в кабинете и засела в моей голове. Когда я увидел ее в студии был поражен еще больше. Идеальная фигура, свобода действий, статность. И тот самый огонь в глазах, который прятался за маской делового разговора при первой встрече. В ее глазах будто смешались все цвета, маня к себе. Одежда Сударя ей больно шла, но в тот момент я впервые поймал себя на мысли, что хочу увидеть на ней свою одежду. — Да каких только у Ники кличек не было — начал Даник после рассказа Сударя — в какой-то момент мы называли их «парочка Ник», потому что шипперили их до того момента… — До того момента пока не поняли, что между ними только дружба — вовремя прервал я Даника. Не хочу я, чтобы Лика об этом знала. Все бросили на меня скептический взгляд, а Аля даже раздраженный. Только Сударь ухмыльнулся и поддержал мою попытку перевести тему. — Вы нас видели вообще? Мы умеем только тусить и разрушать — посмеялся он, вспоминая наши пьянки — Какие отношения? — Да, действительно. Планеты бы уже не существовало — сказал Даник, и все засмеялись. Поболтав еще немного о жизни, я дождался такси до студии, чтобы сразу закинуть туда аппаратуру. Остальные же разъехались по домам, обещая приехать, как только закинут вещи и, хотя бы, помоются. Лика же поехала к себе домой, чтобы разобрать вещи. Оставаться один на один со своими мыслями я не очень хотел, но они просто не покидали мою голову. Наверное, все же стоит поговорить с Никой. Я не уверен, что смогу прийти к чему-то конструктивному вовремя этого диалога, но все же попытаться стоит. Вот уже десятая попытка до нее дозвониться не увенчалась успехом. Абонент не абонент. Если между первыми звонками разница была минут 30, то последующие были друг за другом. Я бросил разбор техники и сидел у телефона, как дурак, слушая одну и ту же фразу «Абонент выключен или находится вне зоны действия сети. Перезвоните позднее». Двадцатая попытка стала финальной для моих нервов. Телефон улетел куда то в сторону. Разобьется, ну черт с ним. Хотелось выть от отчаяния. А вдруг ее отчим до нее добрался? Я и раньше не общался с ней, и иногда даже более долгий срок, но всегда знал, что с ней все хорошо. Через общих друзей, через истории в инстаграме. Сейчас же, все как будто бы сговорились, не рассказывая мне ровным счетом ничего. Не знаю, сколько я просидел на диване, держась за голову, но появления Сударя в студии я не заметил. Он положил мне на плече руку, а я аж подпрыгнул от испуга. — Блять, ты че так пугаешь? — сказал я, пытаясь отдышаться. — Да че пугаю то, ты вон так задумался, что даже не слышал как я зашел — и правда, из-за съемок госта, я обычно слышал каждый шорох, даже вне рабочее время, но сейчас меня настолько начали съедать мысли о Нике, что я полностью абстрагировался от всего. Только спустя пару мгновений до меня дошло, что пришел тот, кто сможет ответить на все мои вопросы и не отвертится от этого. — Так, Сударь, ты то мне и нужен — серьезно сказал я, присаживаясь за стол. Никита вздернул бровь, непонимающе смотря на меня, но через некоторое время сел напротив — я не буду ходить вокруг да около. Ты думаю понимаешь все, как никто другой. — Ты хочешь узнать что-то про Нику — не понятно, спрашивал он или утверждал, но, как всегда собственно, был проницателен, пока я собирался с мыслями, чтобы задать вопрос. — Да — односложно ответил я, ожидая рассказа. — Не думай, что я тебе сейчас все выложу, как на духу — Сударь скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула, чувствуя свое превосходство. Конечно. Он обладает той информацией, которую я просто жажду получить. — Никит — Сударь будто ждал, когда же я скажу то, что он так ждет от меня услышать — Да, мне не безразлична Ника. Да, я идиот, который потерял ее на такой долгий срок из-за той ссоры. Да, я сейчас встречаюсь с другой девушкой, которой я изменил с Никой. Да, я запутался. Помоги мне, расскажи хоть что-то — выпалил я и будто с моих плеч упал очередной груз. — Я так понимаю телефон валяется там, потому что ты пытался ей дозвониться? — я лишь кивнул на верную догадку Сударя — бесполезно, чувак. Она сменила номер — блять, ну почему. Я был удивлен, зол и расстроен, что об этом знают все, кроме меня. Она не посчитала нужным поделиться, значит хочет, чтобы я о ней забыл — и даже не проси его рассказать, я обещал — Сударь, будто сдаваясь, двинул руками, после опуская их. — Что у них с Серым? — задал я, достаточно волнующий меня вопрос. Потому что, если она в отношениях, я не буду лезть в разборки. — Я так и знал, что ты будешь ревновать — в очередной раз победно улыбнулся Сударь — это был наш план. — Что? — опять удивление. Чувствую, что разговор будет наполнен разными эмоциями для меня и станет одним из самых тяжелых за последнее время. — Чувак, я не слепой. Серый тоже. Мы видели, что вы оба страдаете. А ты, упертый баран, который, вместо того, чтобы поладить с Никой, нашел ее лайт версию в лице Лики. Мы ее между собой так и называем, чтобы ты понимал. Поэтому я попросил Серого проявлять к Нике чуть более откровенные и недружеские знаки внимания, чтобы в твоей голове наконец-то что-то щелкнуло — Сударь смотрел на меня, словно я на приеме у психолога — и не смотри на меня так. Вы бы сами еще долго мучались. План удался, это видели все. Особенно то, как ты хотел просто убить Серого, который пытался ее пьяную отвести спать — Сударь прав, в тот момент я хотел просто задушить его. Почему? Сам не знаю. Но тогда алкоголь был сильнее здравого смысла и страхов, и я все же взял инициативу в свои руки. Привело ли это к чему то хорошему? Определенно. — Блять — всё, что я смог выдать на этот план — Ладно, черт с ним. Где она сейчас? С ней все в порядке? — С ней все хорошо. Большего сказать не могу, прости. Я рассказал лишь то, что скрываю сам. Чужие тайны я раскрывать не в праве — Сударь подошел ко мне и положил на плечо руку — Обдумай все, у тебя есть на это время. Я думаю, что скоро она появится. Ей тоже тяжело. Вы два гордых и упертых барана, которые любите думать за других людей. Но вначале разберись с нынешними отношениями, если их так можно назвать. А лучше в себе — я ничего не ответил, лишь опустил голову, хотелось рвать и метать — Я напишу всем, что в студию сегодня не надо. Тебе нужно побыть наедине со своими мыслями, хорошо? — я лишь слабо кивнул. Молчание же знак согласия? — Я рядом, братан, как бы глупо это не звучало. Сударь ушел, тихо, словно его здесь и не было, оставив меня наедине с моими мыслями. Маленькая моя, где же ты…?***
Месяц прошел с момента нашего возвращения из мини отпуска. Месяц с момента полного исчезновения Ники из моей жизни. И, если первое время я еще хоть как-то перекрывал тоску работой и кучей новых проектов, то последнюю неделю у меня просто нет желания выходить из дома. Попытки выяснить что-то больше, не увенчались никаким успехом. Все молчали, как рыбы, не говоря даже о том, что у нее все хорошо. Меня это стало напрягать. Я дежурил у ее офиса несколько дней, буквально ночуя в машине, в ожидании ее появления. Но ни машины, ни самой виновницы моих переживаний я не увидел. Она как будто испарилась. А мне с каждым днем становилось все тяжелее. Я так и не смог нормально поговорить с Ликой, просто отдалившись от нее. Она же в свою очередь не задавала никаких вопросов и не искала встречи. Обидно? Слегка. Я просто лишний раз убедился, что это не мой человек. Нам объективно было плевать друг на друга. Нам нравилось быть рядом, нам опять же было это удобно. Искал ли я замену Веронике в лице Анжелики? Теперь я абсолютно уверен, что да. Они были слишком похожи, но вот незадача, она не смогла мне заменить мою маленькую девочку. Влюбился ли я? Сто процентов. Я будто потерял часть себя, еще тогда в Питере. Вставая из-за стола, я оперся о стул, оборачиваясь в сторону окна. Рассвет, какое прекрасное время. Ассоциируется с началом чего-либо. Но в моей жизни сейчас скорее закат. После долгой концентрации на этой стороне комнаты, в моей голове всплыла картинка того, как могла бы сейчас тут сидеть Ника, наблюдая за рассветом, попивая так любимый ею чай с манго. Она могла бы смеяться с моей глупой шутки, а потом уткнуться мне в плечо. Я встряхнул головой, зажмурив глаза. Это уже похоже на галлюцинации. Слишком реалистично. — Наверное надо заканчивать пить — сказал я сам себе, открывая очередную бутылку виски — дожили, разговариваю сам с собой — я лишь нервно усмехнулся, плюхаясь на кресло. Воспоминания вспышками пролетали в моей голове.Зайдя в студия я увидел женскую фигуру в мужской рубашке, которая готовила что-то вкусное. Еще у порога меня удивил запах явно домашней еды, но я не придал этому значения. — Эм, девушка, а вы кто такая? — единственное, что пришло мне на ум — ты?! — Добрый день, Дмитрий — она так искренне улыбнулась, но при этом не теряя свою статность. Мне кажется я пожирал ее глазами. Черное кружево так красиво сочеталось с ее светлой кожей. Стоп. Это одежда Сударя?! — Вероника! Боже! Привет! Я же говорила, что мы еще встретимся — Лиза забежала и обняла ее, будто они старые подруги, а я все стоял и смотрел в ее сторону. — Да, Лиз, но кто же знал, что в настолько неформальной обстановке? — ее улыбка может загипнотизировать, по крайней мере меня точно. Уже. — Ау, Земля вызывает Омелину и Масленникова, прием! — я слышал только смех команды, но не мог оторвать от нее взгляд. Как жаль, что это не моя одежда.
Первая встреча, как она выразилась, в неформальной обстановке. Я не мог перестать ее желать. На тот момент мне показалось, что это просто обычное желание ее тела, что вполне объяснимо. Шикарное тело девушки и отсутствие какой-либо близости с противоположным полом сказывались на мне. Совместные встречи, тусовки лишь больше открывали ее для меня как личность. Я действительно восхищался упорством, мудростью и силой духа, не присущую девушкам в ее возрасте. На дне рождения Сударя я искренне хотел выслушать, что творится у этой прекрасной девушки на душе. Ее рассказ конечно же поверг меня в шок.— Вот как-то так. Неприятная история моей жизни, в которой даже все самое хорошее заканчивается плохо. Это кстати еще одна причина по которой я тогда убежала из студии. Я не хотела портить хорошие воспоминания с Сударем дальнейшим общением. Видимо я такой плохой человек, что рядом со мной дорогие мне люди попадают в огромное количество проблем — ее слезы не останавливались, но я не хотел прерывать рассказ. Ей это нужно было. Выплеснуть эмоции, которые так долго копились внутри. — Не неси бред — сказал я, прибывая если честно в откровенном шоке. Обнять ее, было неожиданным порывом, но таким нужным и мне и ей в тот момент. Я почувствовал, как она напряглась на пару секунд, но потом сразу же расслабилась. Эта девушка несколько часов назад искренне улыбалась и веселилась со всеми, а оказывается несет на себе такой большой груз — ты очень сильная девушка, раз смогла перенести это все в одиночку. И да, это не пустые слова поддержки это так. Я прекрасно понимаю, что ты не хотела быть такой, но это жизнь. Позволь себе расслабиться, хотя бы рядом с нами. И Сударь, и я, поверь, будем только рады стать для тебя сильным плечом рядом, слышишь? — она явно не слышала, но то, что я ее выслушал для нее было важно, я знал это. Чувствовал. Слова поддержки здесь и сейчас значили меньше действий — Ну иди сюда, маленькая — я посадил ее к себе на колени, пытаясь руками укутать от всех проблем. Она просто плакала, я просто гладил ее по спине и по волосам.
Только потом я понял, что именно в этот вечер она стала для меня чем-то большим, чем знакомая, чем объект сексуального влечения. Я понял, что хочу быть рядом. Когда она уснула у меня на руках, я еще долго не хотел ее отпускать, будто зная, что она нуждается в тепле рядом. Да и после этой ситуации я ни на минуту не хотел отпускать. Словно найдя свой дом, хотелось быть всегда рядом. Команда, будто почувствовав изменение между нами, начала сводить нас на следующее же утро, и вдалбливать мне в голову, что варианта лучше мне не найти никогда. А я и не спорил, скрывая все за шутками. Но на самом деле эта красивая, трудолюбивая, хозяйственная, вспыльчивая и эмоциональная девушка стала моей мечтой. Но я не хотел спешить. Мне уже несколько раз отказывали. Настолько не хотел спешить, что почти ее потерял. — Как же я ошибался, медля с признанием — я откинул голову на спинку кресла, прикрывая красные от недосыпа глаза. Мое спонтанное решение составить компанию Нике во время ее поездки в Питер было самым правильным на тот момент. Отпустить одну я никак не мог. Эта дрянь, ее отчим, точно бы не оставил попыток навредить. Но и предложить только свою кандидатуру я не мог. Поэтому пришлось предложить поездку всей, оставшийся в Москве, части команды. Путешествовать такой большой толпой всегда было весело и интересно. Но дорога была утомительной, хоть и недолгой. А то, как близко она была рядом со мной перед самым стартом? «Дорогой» было сказано с такой нежностью и стервозностью одновременно, что я очень сильно сдержал себя, чтобы не поцеловать ее прям в тот момент. Не при всех, подумал тогда я. Краем глаза я наблюдал за Никой всю дорогу. Когда она вела машину, смеялась, фотографировалась спала. Я тогда точно решил для себя, что мы поговорим, я признаюсь, что привязался к ней окончательно и бесповоротно и не хочу отпускать ее. Предложение поехать с ней на кладбище было таким же спонтанным, как и вся поездка, но таким правильным. Я видел, как ей тяжело, как она переживает утрату самого близкого для нее человека. И как же я испугался за нее.Я сидел все время в машине, пока Ника стояла у могилы отца. Наблюдал за тем, как она жестикулирует, как она присела на корточки. Мне пожалось, что она что-то шептала. Звонок телефона, прервал мои наблюдения и вышел из машины, чтобы поговорить с Чернецом. — Диман, здорова! Вы чего, еще там? — Тема зевнул прямо в трубку. — Да, Ника выговаривается. Ей это нужно — я отошел за машину, чтобы не отвлекать девушку своим разговором. — Хорошо, мы пока на квартире, если что, звони обязательно — Чернец сбросил трубку не дожидаясь ответа. Возвращаясь обратно, я увидел какого-то мужика, который стоял над Никой и орал на нее. Моя маленькая девочка уже лежала на земле, пытаясь не отключиться, а эта мразь хотела начать бить ее ногами. Я не помню, как подлетел к нему и оттолкнул от нее. Не помню, что говорил. Меня отрезвил от шока и страха лишь удар в бровь и тогда я уже не мог сдерживаться. Я был в ярости, в бешенстве. — Видимо словами ты не понял, повторюсь еще раз. Не смей — удар — Поднимать — удар — руку — удар — на эту девушку. Ты понял? — ответом было лишь неразборчивое мычание — иначе ты так просто не отделаешь в следующий раз. А теперь пошел вон отсюда! — когда эта сволочь ушла, я опустил взгляд на мою маленькую девочку, веки которой смыкались. Если бы не такое состояние девушки, я бы его прибил и закопал где-нибудь на месте, не думая о последствиях. Но сейчас мне было важнее помочь моей любимой маленькой девочке. — Ника, солнце, нет, не отключайся, пожалуйста — я взял ее лицо в ладони, пытаясь привести в чувства, но безуспешно. Когда я понял, что ситуация патовая и критичная, сразу же схватил ее на руки, укладывая на заднее сидение. — Сударь, блять, быстрее возьми трубку — говорил я, в ответ на гудки — и года, блять, не прошло! — крикнул я, когда Никита соизволил ответить на звонок. — Эй, Диман, спокойно, что за пожар? — Никита был слишком спокоен, меня это выбесило не на шутку, но потом я понял, что он же еще ничего не знает. — Срочно ищи хорошего частного врача на дом — крикнул я, вылетая на дорогу, превышая все возможные скоростные ограничения. — Что? Успокойся. Объясни, что произошло — его голос стал взволнованным. — Этот мудак снова пытался убить Нику — зло прошипел в трубку я — она без сознания на заднем сидении, я лечу, минут через 20 буду. — Понял — злым голосом односложно ответил друг и сбросил. Процесс запущен, главное теперь довести ее до дома в целости и сохранности.
Тогда я не на шутку испугался за ее здоровье. Вдруг ей потребуется операция? Помимо ударов, она получила сильный стресс, который мог повлечь за собой любые проблемы. — Я так не хотел тебя потерять — сказал я, смотря в телефон на нашу фотографию, сделанную по дороге в Питер. Такие смешные оба, но счастливые. Переведя взгляд на зеркало я в очередной раз нервно усмехнулся. Такой потухший взгляд, в сравнении с тем, что на фото. Синяки под глазами, сухая кожа, растрепанные волосы. Щетина превратилась в ужасно неровную бороду, которая придавала образу шарм настоящего алкаша. Разница с фотографией была колоссальная. Конечно, я же тогда еще не успел сказать ей столько обидных слов. Страх за ее здоровье поглотил меня настолько, что я наговорил лишнего. Сказал столько неправильных фраз, вылил на ее еще не окрепший после стресса организм столько дерьма. И все только потому, что переживал за нее. Плевал я на разбитую бровь и сбитые костяшки. Плевал на то, что меня могли убить. Да, я был зол на самого себя, что не смог ее защитить вовремя. Был зол на Тему, который так невовремя позвонил. Она могла бы остаться целой и невредимой, если бы не ряд моих действий. Гуляя тогда по Невскому, я просто не мог простить себе эту оплошность. Как я могу быть рядом с человеком, которого не смогу защитить? — Я не смог простить себя, что обидел тебя, моя маленькая — сказал я, смотря на ее лицо на фотографии — что не смог защитить тогда, хотя обещал сам себе не дать тебя в обиду, а по итогу обидел своими же поступками и словами. Но, со временем злость стала проходить. А вот простить себя я так и не смог. Поэтому старался максимально ограничить наше общение. Не писал в общий чат, хотя всегда один из первых читал и смотрел ее сообщения и кружочки, которые она так любила записывать. — У тебя красивая улыбка — сказал я, смотря на сохраненный в избранное кружочек. В тот день она радовалась, что открытие нового филиала прошло успешно. Радовалась, словно ребенок, у которого получилось собрать пазл. Только уже взрослый, дорогой и ценный пазл. Я постоянно спрашивал у Сударя, что происходит в ее жизни, но при редких личных встречах старался держаться от нее подальше.— А почему ты сам у нее не спросишь? Заколебали общаться через меня, честное слово — Никита уже злился, но я знал, что он переживает за наши взаимоотношения. — Никит, я не смог оградить ее от проблем, как я после этого могу на что-то расчитывать? — тяжело выдохнул я — Тем более я ее очень сильно обидел той своей истерикой. Я не знаю как это по другому назвать. И как вообще у меня язык повернулся такое сказать? — Ты ее не обидел тогда. И ты сделал все, что мог, чтобы оградить. Вы два гордых идиота, у меня нет слов — Никита в прямом смысле завыл от отчаяния, но начал рассказ о том, что происходит в жизни Ники.
Аля с Эмилем тоже пытались стабилизировать наши взаимоотношения, но все было безуспешно. Мы построили огромную стену между нами, и даже усилия всей команды не смогли ее разрушить. Я жалею больше всего в жизни, что позволил этому случиться, что потерял тебя из-за своей глупости. Листая фотопленку дальше, я увидел скрин из какого то паблика, где писали, что «Девушка из Питерского влога оказалась девушкой Сударя». Помню, как мне было больно, читая этот заголовок. Только потом я понял, что Никита скорее всего не мог так со мной поступить. Но сомнения не покидали меня до последнего. Конечно, если я тогда сомневался даже в себе, что уже говорить об окружающих.— Неужели ваша барская задница соизволила взять трубку — возмущенно сказал я, смотря в экран мобильного — спустя 40 попыток дозвониться. — Диман, отъебись, я сплю. Что случилось, что ты мне столько раз звонил — мямлил в трубку сонный голос друга — студия сгорела? Закрыли ютуб? Умер кто-то? Что происходит? — Скажи только честно — я замолчал, собираясь с мыслями. Я не готов был услышать положительный ответ, но больше молчать уже было невозможно — вы с Никой вместе? — Что, прости? Братан, если ты где-то ударился головой и находишься в больнице, так бы и сказал — его голос стал бодрее. Оправдывается? — Не уходи от ответа — сухо ответил я, ожидая последующей реплики, словно казни. Страх неизвестности, самое ужасное чувство. — Нет, конечно! Как ты вообще мог о таком подумать?! — он был искренне возмущен, а я лишь с облегчением выдохнул. Почему-то я ему поверил. Не я ли учил Нику, что надо уметь доверять людям? — А ты паблики новостные посмотри и поймешь — я сбросил трубку, не дожидаясь ответа.
А потом я встретил Лику. Подумал, что это будет наверное лучшим решением, переключить свое внимание и попробовать построить отношения. Да, я неосознанно искал похожую и случайно нашел. Быстро и неожиданно. Я, сам того не понимая, лепил из одной девушки другую. Но все равно, мне не хватало чего-то. Эмоций, драйва, искренности. Лика была отстраненной, но мне было плевать. Я хотел видеть рядом с собой мою маленькую, всячески выводя на эмоции бедную девушку. В мою пьяную голову не пришло ничего лучше, чем позвонить ей сейчас и расставить все точки над и. — Дим, ты чего звонишь в такое время? — сонно ответила еще моя девушка. Хотя была ли она моей? Однозначно нет. — А сколько сейчас время? — спросил скорее сам себя я, посмотрев на котлы на руке. Шесть утра — ой, прости. Я просто должен тебе сказать. Неважно, сколько сейчас времени. Это важно — девушка молчала в ответ, дожидаясь продолжения диалога — Я тебя не люблю, нам надо расстаться. Ты не мой человек, своего я благополучно проебал — горько и пьяно усмехнулся я. — Дим, не глупи. Найди Нику и признайся ей во всем — эти слова заставили меня выпрямиться и напрячься. — Откуда ты…? — я не знал как продолжить фразу. «Узнала» не подойдет, «поняла» тоже странно бы звучало. Но даже эта незаконченная фраза имела большой смысл. — Я не слепая, Дим — тяжело вздохнула Лика — вначале я думала, что мне кажется, что ты пытаешься найти во мне замену кому-то. Но потом, когда мы вошли в дом в Дубае, я все поняла. По вашим взглядам, да даже по тому, насколько мы похожи. Она прекрасная девушка, которая смогла тебе открыться. Ты бы видел, какими влюбленными глазами она на тебя смотрит. — Почему тогда ты молчала? — глупей вопрос, но на другой я сейчас и не способен. — Я хотела, чтобы ты сам дошел до этого. И ты дошел, но спустя достаточно долгое время — она ухмыльнулась. Действительно, прошел месяц после приезда, а я, идиот, видимо единственный не видел того, что происходило между мной и Никой — кстати цени ее. Ради тебя, а поверь это точно было ради тебя, она даже пыталась подружиться со мной, чтобы ты не чувствовал напряжения между нами. Она смогла тебе открыться, а, поверь мне, для нашего психотипа это безумно сложно. Кстати ты почти каждую ночь звал ее во сне, поэтому, Дим, я не удивлена, и я тебя отпускаю и прощаю. Береги ее и себя, удачи вам — она сбросила, не дожидаясь ответа. Было ли ей тяжело? Не знаю. Но у меня словно раскрылись глаза на все. Ведь действительно, Лика не просто так тогда уехала из дома, она пыталась мне помочь. Не просто так специально нежнее меня обнимала на глазах Ники. Она, ровно как и Сударь с Серым, пыталась вывести и меня и Омелину на эмоции. Что же, у них это вышло. Командная работа удалась на славу. Какой я идиот, что не смог тогда извиниться и простить самого себя. Я позволил ей уйти. Уйти, даже после той прекрасной ночи, когда алкоголь убил наши страхи и дал волю эмоциям и желаниям. Контраст страсти и злости, то ли на самих себя, то ли друг на друга. Меня, будто магнитом, тянуло тогда зайти к ней в комнату. Я ни капли не пожалел о произошедшем, но запутался на тот момент еще больше. Тем более, когда проснулся один. Только теперь я понимаю, что она ушла не потому что жалела, а потому что корила себя, что рушит мое якобы счастье. Но какое счастье без моей маленькой под боком, без ее улыбки, смеха, прекрасных глаз, в которых то и дело танцуют черти, без ее ненормальных идей. — Блять, где же ты, просто дай мне знак — сказал я в экран телефона, где была наша совместная фотография с одной из прогулок. Допив очередную бутылку виски из горла, я кинул ее в стену — вернись — прокричал я и взялся за голову. — Ебаный пиздец — услышал я знакомый голос, словно в тумане. — Эмиль, собери осколки — женский взволнованный голос. — Братан, ты как сумел себя так убить за неделю — после этих слов я поднял голову наверх, пытаясь сфокусироваться. Ага, это Сударь, тут еще Эмиль, а значит женский голос принадлежал Але. То ли алкоголь, то ли нервы не давали мне здраво смотреть на ситуацию, но одна единственная фраза смогла меня отрезвить полностью. — Я больше не могу молчать. Вы двое, как знаете, но я не могу смотреть на то, как эти придурки убивают себя своим молчанием и прятками — зло выпалила Аля — Она в Питере.
