Белый демон

Ошована продолжала сидеть в пещере и ждать чуда. Конечно, это бесполезно, ведь Аиспол не возвращался в течении четырёх лет и вряд ли вернётся сейчас. «А может хватит загадывать одно и то же желание? — печально, повисев голову, думала она. — Может это просто мои… моё желание и только…». — Тук-тук! — послышался голос за пещерой. Ошована взглянула в ту сторону, её сердце вздрогнуло, в голове пробежала мысль, а вдруг это он? Сердце чуть не забегало по телу, глаза блеснули яркой искринкой, показалась маленькая улыбка. Но нет, — это Авана. Она, увидев подругу, вмиг приуныла, её весёлая мордочка превратилась в ту же грустную, как и всегда. Она закрыла глаза и, наклоняя голову вниз, тяжело выдыхала. Она пыталась сдержать слезинку, стекавшую с глаза, её носик чуть дёргался, защипал и казалось, что вот-вот покажет слёзы. Авана, увидев Ошовану, тоже расстроилась, но не хотела ей это показать и вместо этого показала улыбку. Хотя её улыбка и вовсе не показывала, что она в хорошем настроении. Аване было плохо, когда видит свою подругу такую печальную, отдалённую от мира, сидевшую каждыми днями в пещере и смотрит на порог. Конечно, её сын от неё не убегал, но она прекрасно понимала, что значит потерять сначала своего любимого, а потом единственного сына. — А, это ты, — скорбно произнесла Ошована, посмотрев ещё раз на неё. Её сердце застыло на месте, глаза от радости сразу потеряли свет, которого давно уже не было видно у весёлой Ошованы, умевшая раньше развеселить до слёз радости. Но сейчас ей было не до этого, некогда ей показывать улыбку на морде, подпрыгивать на месте и радоваться жизни. — Тебе бы надо прогуляться, а то же сидишь целыми днями и никакого результата… — Нет, результат будет, он обязательно вернётся! — ловко перехватила она, ударив передней лапой по полу. — Надо лишь ещё немного подождать… — она вновь приуныла, вспомнив о сыне. — Я буду сидеть и ждать, и не пытайся меня переубедить, я всё равно не сдвинусь с места. Авана смотрела на подругу и пыталась показать ещё одну улыбку, чтобы немного её развеселить, но вовремя остановилась, она поняла, что это не поможет. Покажи ей хоть сотню или тысячи улыбок, она всё равно будет стоять на своём. И Авана, зная, что потеряет время, ничего больше не сказала и ушла, оставив Ошовану опять одну, одну в своей пещере, где больше ничего и никого не было помимо неё. Ошована медленно подняла взгляд на уходящую Авану, она понимала, что она больше ничего не может ей сказать, кроме «Оставь меня» или «Уходи». Она села на холодный пол, повисев голову, и стала смотреть вниз, пытаясь увидеть Аиспола и думая, что имеет дар видеть через пол. Но, смотря, остановив свой взгляд, она ничего не видела, а присматривать глубже, она увидела, как в глаза начало темнеть, как из каменной пещеры появляется тьма, которая начинает заполнять глаза. Ошована резко закрыла глаза, помотала головой и, открыв их, увидела прежнюю пещеру. Эгестебел и Дегал сидели в пещере, у каждого был задумчивый взгляд. Однако у Эгеста он был напряжённый, его глаза были нахмуренными и смотрели в пол, дышал спокойно, ровно, но что-то его беспокоило. Дегал же сидел расслабленно и думал об Эльзасьене. Правда он его не знает, как Эгестебела, близко, но всё же хочет и его узнать. Дегал смотрел на друга, который так и продолжал сидеть в напряжении. — Что с тобой, Эгест? — осторожно спросил Дегал, пытаясь не потревожить друга. Тот поднял взгляд на Дегала, его глаза горели ярким огнём. — О чём думаешь? — Я думаю о своём, — ответил Эгест, не моргая. — И тебя это не касается! Дегал смотрел на друга и думал, почему он на него так смотрел. Конечно, он смотрел на него так всегда, но этот взгляд его просто затревожил. Он открыл рот, но потом резко закрыл, забыв первое слово, его глаза повернулись к порогу пещеры. Было видно, что ночь приближалась всё быстрее, голоса Кровозьё и Лакупасов становились тише, другие Динозавры отправлялись в свои пещеры. Ветер менял своё направление несколько раз, тем самым кружил упавшие листья в разные стороны, трава от ветра тоже «танцевала» по сторонам. Трапины отправлялись в свои укрытия на деревьях, Фундры взлетали в небо и опускались вниз и исчезала там, словно в земле находится их убежища. В лесу вновь стало очень темно, как моль, вновь вышли на ночную прогулку и охоту Шайовы, пытаясь найти добычу. В траве прятались Змеи Любви, они ждали, когда из пещер выйдут маленькие проказники Динозавры и Белые. Цакумы тоже спрятались в свои дупла на деревьях, стоявших рядом с полем. В это время суток почти все были у себя в пещерах и мирно ждали, когда наступит новый день. Утро, какое прекрасное слово, особенно для жителей леса, особенно когда лес оживает после продолжительной ночи. Снова можно услышать самые первые звуки, песни Кровозьё и Лакупасов, а потом увидеть, как Трапин строит новую, крепкую ловушку для Фундр. Иногда можно увидеть, как рядом бегает стая Пятитогетолов, искавшие новые пастбище. Они на вид были очень высокими с длинными телами, ногами и головами и особенно с хвостами. Звери в пещерах тоже встают и пытаются встать вместе с солнцем, чтобы день продолжался дольше, чем ночь. Аиспол лежал в пещере, свернувшись клубочком. Он был Белым, но это не значит, что сейчас ему надо идти к Белым, ведь по пути к Белым, может превратиться в Динозавра, а если пойдёт к Динозавром, то только на пару минут. И ему придётся бежать к Белым. Ведь, пока он спит, он тоже превращается в того и другого. Аис, открыв глаза, увидел, кто он, а потом потянулся, как Белый, вытягивая передние лапы вперёд, а задние поставил кверху, свой хвост вытянул наверх и, зевнув, встал на все четыре лапы. Мотнув головой, направился к выходу. Солнце выглядывало из густ деревьев, ветер дул нежный, восточный, нос так и брал запах утреннего воздуха, это было превосходно — очень красивый вид из пещеры на горе — густой тёмный лес, а под ним просыпаются Звери. Аис вышел из пещеры к Сладкой траве, растущей неподалёку. Динозавры, Эгест и Дегал, вышли из пещеры и направились к стае, где вот-вот они отправятся на охоту на Белых. Аппетит очень хорошо разыгрался за ночь, и пора бы подкрепиться. Из далека были видны остальные Динозавры, готовившихся к охоте, они стояли в две шеренги, а впереди них взад-вперёд ходил их вожак. Все Динозавры стояли ровно, выдвинув груди вперёд и стремительно смотрели в ту сторону, где сейчас живут Белые. Эгест с Дегалом успели вовремя и встали рядом с другими. А потом вожак двинулся вперёд, ничего не сказав, они пошли вместе с другими за вожаком. Эгестебелу нравились эти собрания, представляя, что он в армии, которая стоит за границами стаи и выслеживает опасность. Конечно, ему очень хотелось пойти в армию, но, к сожалению, он им не подошёл тогда из-за того, что хромал. Но теперь он им не мог подходить только по одной причине — он был уже староват для охраны территории. Дегал мечтал о том, что всю жизнь будет жить в одно пещере с лучшим другом, — и это сбылось. Солнце за деревьями начало светить ярче, лучи проникали внутрь леса, свежий воздух щекотал носы Динозавров, от чего неприятно жмурились глаза, чтобы предотвратить течь слезам из глаз. Но если посмотреть на других Динозавров, то те давали слезам выйти из глаз, как и Дегал, а Эгест жмурился от ветра, дущего ему в морду. — О, Эгест, посмотри, Финифина роща, — обратился Дегал к другу, кивнув головой вправую сторону. Эгестебел посмотрел туда:"Ну и что?» — ответил тихо Эгест. — Просто хотел её показать, ведь мы уже давно не видели эту рощу, вот и решил, что и тебе бы тоже не помешало бы посмотреть ещё раз на неё. — Тихо там! — послышался и грозный, и тихий голос вожака, повернув голову на голодных Динозавров. — Мы уже рядом, приготовьтесь! — он повернул голову обратно и смотрел вперёд. Дегал посмотрел по сторонам, морды у всех были напряжены, готовы к охоте, как и у Эгестебела, Дегал тоже сделал такую морду. А потом вожак поднял голову и резко опустил, давая приказ нападать… Аиспол гулял рядом с травой, было хорошо, — он Белый, тот, кем родился. У Сладкой травы всегда было хорошо, конечно, если есть Горькая вода недалеко, а если далеко, то зубы будут болеть и тогда не будешь любить траву так, как сейчас. — А-а-а-а!!! — вдруг послышались голоса поблизости. Аис резко поднял голову наверх, начал осматривать территорию, откуда эти голоса. Его глаза забегали, лапы задрожали, как и тело, но сердце пока не бегало по телу. Значит пока не будет превращений, хорошо. Но Аисполу как-то всё равно было не по себе. Это были голоса Белых, по ходу началась охота Динозавров. Ему бы хотелось посмотреть на охоту, но…"Если я побегу Белым, то меня тоже убьют. А если побегу Динозавром, то мне возможно прикажут тоже убить Белого, чего я никогда не делал». Но как не охотиться, он даже никогда не видел, чтобы Динозавры забегали на их территорию со стаей. — Нет, ну всё же Динозавром присутствовать на охоте куда приятнее, чем Белым, — говорил он себе, — да и к тому же Динозавр своего не убьёт, разве что прикажет это сделать мне. — Ребят, — подбежал Каотенко к пещере и остановился у порога. Другие Белые, сидевшие на жёлтой траве, одновременно повернули головы в сторону Каотенко. Тот дышал тяжело, его тело дрожало, шаталось на месте, зрачки глаз были расширены, явно чего-то испугался. — Там это… на соседнюю стаю Белых Динозавры напали… и мне кажется, что они сейчас сюда придут и… — Успокойся, Каот, — Секет подошёл к другу, положив лапу ему на плечо. — Я уверен, что они не знают, что мы здесь… к тому же у нас прекрасная армия, которая нас защитит. — А вдруг они не смогут, — добавил речь Трам, — вдруг им удастся разгромить армию, к тому же они выше и сильнее нас! — Да пусть они токлько сюда сунуться, мы им такой отпор дадим! — воскликнул из-за угла Салфест. — Нет, Трам прав, — Гарпон встал на лапы, — Динозавры действительно будут сильнее нас. Наша армия, конечно, будет удерживать их, пока вожак будет уводить нас в безопасное место, и нам придётся ходить по лесу и искать новое место с пещерами, которые, возможно, будут заняты другими… Но даже если это будет и так, то я готов рискнуть. Белые переглянулись друг га друга, у всех были перепуганные глаза. Они, конечно, знали, что Динозавры охотятся на них, но не предпологали, что так близко к их стае. Хотя, может быть, если они раньше не находили их стаю, может и сейчас её не обнаружат. Но кто будет спорить с их выдающими носами, которые могут учуять Белого за километр. Ошована продолжала сидеть в своей пещере и смотреть на порог, как вдруг она увидела Авану, бегущую к ней. Она была не в хорошем расположении духа, Ошована напрягла глаза, пытаясь увидеть выражение её морды. Ей удалось разглядеть её испуганные глаза, что вот-вот вылезут и прибегут к ней раньше их хозяйки. Авана прибежала к порогу пещеры и остановилась, прислонив одну лапу на стену пещеры. — Ты чего, Аван? — Ошована подошла к подруге с печальным выражением морды. Авана смотрела на подругу, продолжая тяжело дышать. — Ошован, Динозавры напали на соседнюю стаю, — наконец после выдоха сказала Авана. — Странно, но раньше Динозавры никогда здесь не охотились… О Боже! Ошован, нам срочно надо уходить от сюда… — Нет, Аван, я никуда не уйду, пока вновь не увижу сына! — воскликнула Ошована, смотря на подругу. Она словно сердцем чувствовала, что Аиспол придёт. — Я чувствую, что он придёт, и что нам не надо уходить! — Ошован, Динозавры же здесь, надо немедленно уходить, пока они до нас не добрались, они же… — Я сказала, я никуда не уйду! И я уверена, что Динозавры сюда не придут, не учуят нас… Авана верила ей и знала, что её инстинкты никогда не подводят. Ей было не по себе из-за того, что у Динозавров прекрасное чутьё и могут почувствовать их, а они от соседней стаи находятся всего за восемьсот метров. — Но, Ошована… — Авана подошла чуть ближе к подруге, протянув две лапы вперёд. — Нет, Авана, хватит! — огрызнулась Ошована на Авану. — Моё сердце точно говорит, они нас не учуят и нам нужно оставаться здесь до возвращения Аиспола. Авана тяжело вдохнула воздух, открыв рот, но потом увидела напряжённый взгляд Ошованы и решила придержать язык, чтобы ничего не сказать, думая, что на этот раз Ошована прогонит из пещеры и дальше будет продолжать смотреть на порог. Авана села на постелённую на полу сухую траву, Ошована взглянула в морду подруги, а потом с закрытыми глазами повернула голову к порогу. Она почувствовала, как прохладный ветер начал дуть ей в нос, и как в глазах собирались слёзы и ждут команды, когда можно спускаться по щекам. Стук сердца вдруг стал громче, быстрее начало бегать по грудной клетке, а воздуха словно не хватало, она начала быстро дышать через сомкнутые губы, будто после пробежки. Потом Ошована пошла тоже к засушливой траве и села рядом с Аваной, положив свою лапу на её и, подняв голову, посмотрела в глаза подруги, которая вмиг показала улыбку.