What about us?

***

— Почему Тео снова здесь? — сказал Кори, как только посмотрел на химеру на стоянке. Лиам поднял глаза и перевел их к другому мальчику. Тео стоял, прислонившись к капоту своей машины, и по взгляду, который он бросил на него, он дал ему понять, что он здесь для него. И Лиам был готов прыгнуть как дурак на эту мысль. Боже, что случилось с его достоинством или мужской гордостью? Возможно ли, что Тео и эта улыбка с глазами и ямочками полностью испортили его мозг? Ответ был только один. Да. Это было более чем возможно, это была уверенность. — Я думал, он порвал с Алексом, — продолжал человек. — Он здесь ради меня, — сказал Лиам, как только услышал имя парня. И, возможно, он сказал это слишком выразительно, потому что Мейсон удивленно посмотрел на него, когда тот уже готов был расхохотаться. — Для тебя? — Кори продолжал хмуриться. — Да, это так… Идём кино, — пожав плечами, ответил бета. Мейсон чуть не упал на Землю из — за приступа хихиканья. Румянец на щеках Лиама был волнующим. — Так вы помирились? — с улыбкой спросил Кори. Лиам рассеянно кивнул. Да, они помирились. Ночью, посреди парка. У Лиама случился сердечный приступ, когда он вспомнил о поцелуе, который химера оставил на его щеке. Если бы он даже упомянул об этом Мейсону, то не позволил бы ему жить дальше. А затем, сказав ему, что это также означало бы сказать ему, что он и химера, о которой идет речь, проводят больше времени вместе, и что нет, Тео вообще не спал с Алексом, как он заставил думать других в тот день. — Кино, — повторил он, на самом деле откашлявшись, — ты и Тео. В кинотеатре. — Да, в кино. Мне нужно отвлечься, — сказал Лиам, отводя взгляд от своего лучшего друга. — Чтобы отвлечь тебя, — усмехнулся Мейсон, — с Тео. — Да, Мейсон, да, — фыркнул Лиам сквозь зубы. — Мм, интенсивно. А как же все накопившееся сексуальное напряжение, заставив его покраснеть — пробормотал он, заставляя его покраснеть. Лиам открыл рот, не зная, что, черт возьми, ответить ему, но прежде чем он успел придумать что — то умное, чтобы сказать, он почувствовал чье — то присутствие позади себя, и сильный запах извести окутал его, растворяя его растущее смущение. — Ты готов? — Тео подул ему на шею, и он задрожал. Лиам обернулся и, обнаружив его так близко, и это настолько естественным, что он больше не замечал этого. Напротив, он был слишком далеко, что вызвало даже проблемы сейчас. — Да, мы можем идти, — ответил он, пристальнее вглядываясь в химеру и веселую усмешку на его лице. — Ну, веселитесь, ребята, — сказал Мейсон с легким смешком, прежде чем схватить смущенного Кори и утащить его, под озадаченным взглядом Лиама и смущенным взглядом Тео. *** — Мейсон сказал, что вы с Лиамом вчера ходили в кино, — фыркнул Стайлз. — Ничего, что это ваш бизнес. — Так это правда? — спросил человек, хитро улыбаясь. — Ты пугаешь меня, когда у тебя такое лицо, — ответил химера. — Да ладно тебе. Я просто хочу знать, что случилось. — Ничего. Что должно было случиться? Лиаму нужно как можно больше отвлекаться. Поход в кино казался хорошим развлечением. А потом, когда вокруг охотники, кино — это самое нормальное, что мы можем себе позволить, — пробормотал Тео. — А, понятно, — разочарованно пробормотал Стайлз. Тео с сомнением посмотрел на него и, честно говоря, побоялся спросить, почему он так выглядит. — Ладно, выкладывай. А чего ты ожидал? — Ничего. просто, судя по тому, как Лиам говорил об этом, Мейсон думал, что это свидание, — сказал Стайлз, заставляя Тео чуть не подавиться кофе. Тео ошеломленно уставился на него. — Свидание? Мейсон так думает? — химера зарычал. — Ну да. На самом деле я тоже так думал. — Но… зачем? Почему он так думает? — Может, Лиам сделал так, чтобы это выглядело как свидание, — попробовал Стайлз. — И как же? Лиам даже не знает, что происходит. Я не просил о свидании, это были просто два друга, которые тусовались, — фыркнул он. — Если бы это были ты и я, то это были бы два друга, болтающиеся. — Эх, Стайлз, он ничего не знает. И я не собираюсь ничего говорить. Мы друзья, конец истории, — сказал Тео, закатывая глаза. — На самом деле, единственный, кто знает, это ты, и я единственный, кто знает, что ты знаешь, — сказал Стайлз, получив от Тео взгляд настолько смущенный, что мог конкурировать со взглядом Скотта. — Я… что? — он действительно сказал. — Ничего, забудь об этом. Вернее, как это было? — Что? Фильм? — Тео был сбит с толку. — Нет! Лиам. Что он сделал? Сказал? — сказал человек. — Ничего. Это было, чтобы отвлечь его, не более того, — повторил химера. — Да ладно тебе! Еще какие — нибудь подробности? Мы давно узнали, что тебе очень нравится Лиам, и не пытайся отрицать, придя ко мне домой, чтобы пожаловаться на это, как маленькая девочка. — Именно, мы говорим обо мне. Не о том, что думает Лиам. — Но пожалуйста! Я спрашиваю, ты его видел? Он не может отвести от тебя глаз ни на секунду. Я уже говорил тебе несколько недель назад, но ты не хотел мне верить. Но теперь это так ясно, что даже Мейсон это понял, — сказал Стайлз. — Лиам смотрит на меня, потому что я могу его успокоить, вот и все, — пробормотал химера с очередным вздохом. — Вместо этого я говорю тебе, что это не так. Он смотрит на тебя, потому что ты ему интересен, я бы осмелился сказать столько же, сколько ты интересуешься им, — огрызнулся человек. Тео, казалось, на мгновение задумался, погрузившись в собственные мысли. Если он обдумал это, то понял, что-то, что говорил Стайлз, на самом деле было не из мира сего. Накануне, в кино, он только и делал, что поглядывал на Лиама, и тот время от времени отвечал ему тем же. Ему так понравилось то чувство, которое он испытал, когда приехал за ним в школу, на глазах у всех. Это было как лекарство — все, что он даже не думал, что ему нужно. Если бы он подумал о том, как Лиам цеплялся за него, когда он вытащил его из этого ада, он почувствовал, как его сердце забилось быстрее. И снова, когда в ту же ночь он спал с ним. Одна только мысль о том, что он снова так близко к нему, будоражила его нервы. В его желудке, в его сердце, в его мыслях, в его душе, в его волке. Но, несмотря на это, истина, понял Тео, заключалась в том, что он боялся. Он боялся, потому что это было что — то настолько сюрреалистическое, что он все еще не мог поверить в это, а затем он отрицал это. Если вы ожидаете худшего, вы не пострадаете больше, чем необходимо. Вот во что он верил, и вот что постоянно повторял себе. Лиам был для него чем — то слишком красивым, чем — то удивительным и совершенным. Что — то, чего он не заслуживал. — Ты ошибаешься, — сказал Тео через некоторое время, положив конец дискуссии. Но недовольное лицо Стайлза заставило его понять, что это не так. Он вообще ему не поверил.

***

— Значит, за всем этим действительно стоит Джерард, — сказала Лидия, проводя рукой по волосам. — Да, и они уже знают, что мы подожгли бункер. Ты должен быть осторожен. Это не займет много времени, прежде чем они будут сопротивляться. — Крис вспыхнул. — Отлично, — пробормотал Питер. Как раз то, что им нужно. — Крис, мы не можем продолжать эту войну бесконечно, — вздохнул Скотт. Они все были в лофте после звонка охотника. Теперь у них было подтверждение, что за новыми рядами охотников стоит Джерард. — На самом деле вы не должны, — сказал Питер, — на этот раз вы должны закончить это навсегда. — Ты хочешь сказать, что мы должны снова запереть его? — спросил Мейсон. — Нет, он хочет сказать, что его надо убить. Раз и навсегда, — сказал Тео, глядя на старшего волка, который подмигнул ему под странным взглядом всех присутствующих. — Вот почему он мне нравится, — повторил волк, указывая на химеру. Лиам бросил на него странный взгляд. Он знал, что Питер намеревался полюбить его по — дружески, но не мог помешать своему волку почесаться. Более старший волк бросил на него удивленный взгляд, как будто мог слышать или читать его мысли. — Мы поняли, — сказал Стайлз, поднимая глаза к небу. — Он быстро все понимает, — продолжал Питер, — и прежде всего, это очень практично. Скотт, узнай что — нибудь. — Я не хочу, чтобы люди умирали, — сказал Альфа, скрестив руки на груди. — Ты не можешь выиграть эту войну, не пролив ни капли крови, — сказал Тео. — Значит, мы думаем, что должны просто убить всех? — рявкнула Малия на химеру. — Я этого не говорю, — сказал он, — но вы не можете рассчитывать на цивилизованную дискуссию с такими людьми. Я понимаю, что ты не хочешь причинить кому — то боль, иногда это единственный выбор, который у тебя есть. У них не было стыда, когда они мучили Лиама там внизу.0 — У тебя всегда есть выбор, — сказала Малия. — В каком любовном романе ты это читал? В реальной жизни, в нашей жизни, очень часто можно только выжить, — сказал Тео. Питер взглянул на стаю, давая понять, что согласен с химерой. Лиам, сидевший неподалеку от химеры, удивленно уставился на него, и ему показалось странным слышать эти слова. Он понял, что Тео выжил на всю жизнь. — Он не совсем не прав, — сказала Лидия через несколько секунд. — Да, конечно. Потому что он знает о выживании. Он больше ничего в своей жизни не делал, — продолжал койот. — Как и я, — сказал Питер, привлекая к себе всеобщее внимание. — Как и мы, — сказал Дерек, который до этого молчал, — они правы, Скотт. — Я знаю, — пробормотал Альфа, проводя рукой по лицу, — я просто надеялся найти другое решение. — Ты его не найдешь, — вмешался Крис. Скотт кивнул, а затем посмотрел на свой рюкзак, пытаясь понять, что было правильным. Хотя временами правильная вещь была относительной.

***

— Стайлз, нам нужно поговорить, — сказал Дерек, появляясь на подоконнике и почти вызывая у него сердечный приступ. Парень приложил руку к груди, бросив на волка неприязненный взгляд. — Разве ты не можешь воспользоваться дверью, как любой нормальный человек? — рявкнул он. — Нам нужно поговорить, — повторил волк с непроницаемым лицом. — Да, я слышал, как ты сказал это в первый раз. Я не глухой, просто человек, — человек снова уставился на экран компьютера перед ним. Дерек продолжал раздраженно смотреть на него, ожидая, что Стайлз снова обратит на него внимание, но у него, казалось, не было никакого намерения. — Стайлз! — крикнул он, заставив его подпрыгнуть. — Дерек, какого черта… — Я сказал, что нам нужно поговорить, — прорычал он, входя в комнату и становясь перед ним со скрещенными руками. — Нам не о чем говорить, кислый волк. — Я думаю, что да, — продолжал волк. — Ох, да? И о чем? Охотники? Проблемы со стаей? — выпалил Стайлз. — Нет. Обо мне и тебе. О нашей борьбе. — Какой бой? У нас их больше двадцати в день, Дерек. Знаешь, я не всегда могу вести счет, — упрямо пробормотал человек, и на этот раз Дерек собирался серьезно ударить его. — Стайлз, — нервно прорычал он, — наш бой. Когда ты ушел. — Я ушел, потому что ты молчал. И в любом случае все было кончено, — сказал сын шерифа, вставая и становясь перед волком в той же позе. Он не собирался говорить с ним, не сейчас. — Это еще не конец. Что ты имел в виду, когда сказал, что проблема в том, что я мертв? — прорычал волк. — Прошли недели, кислый волк. Ты не можешь спросить меня прямо сейчас, — сказал Стайлз, качая головой и поворачиваясь, чтобы спуститься вниз, но волк оказался быстрее и схватил его за руку, повернув к себе и приближаясь. — Я спрашиваю тебя сейчас, — сказал Дерек с таким выражением лица, которого тот никогда не видел. Его глаза были зеленее, чем обычно, и Стайлз действительно верил, что у него галлюцинации, потому что во всей вселенной не могло быть никого с таким взглядом. — Я ничего не имел в виду, — пробормотал человек, но Дерек не отпустил его и почти раздраженно вздохнул. — Стайлз, пожалуйста, — продолжал волк. Стайлз был ошеломлен. Он никогда не чувствовал другого так близко, как в тот момент, но не был уверен, что хочет вести этот разговор прямо сейчас. Тем не менее, взгляд Дерека просил его сделать это. Сказать по правде. Дерек, который всегда рычал на него, чтобы он заткнулся, теперь умолял его говорить. И он так сильно хотел, что Дерек слушал его, что не видел причин, почему он должен заткнуться сейчас. — Я имел в виду то, что сказал, — пробормотал Стайлз через некоторое время. — Я не мертв, — ответил Дерек, не отпуская его запястье. Стайлз покачал головой, кусая внутреннюю сторону щеки. Он выглядел ироничным, почти горьким. — Да, это так. Ты мертв, Дерек. Ты умер у меня на глазах в тот день в Мексике. Ты мертв, даже если только на минуту или десять секунд, ты все равно мертв. и я… — Стайлз попытался объяснить, но комок в горле мешал ему дышать, не говоря уже о том, что он мог говорить так, будто ничего не произошло. О чем — то, что так сильно его погубило. — А ты? — Спросил Дерек, чувствуя, как его дыхание медленно замедляется. Он чувствовал запах тревоги, волнения и страха, которые исходили от этого человека. И единственное, о чем он мог думать, это как заставить его перестать чувствовать эти вещи, потому что запах Стайлза всегда был хорошим и искрящимся, и ему не нравилось, когда эти негативные чувства выходили наружу. — И я не мог помочь тебе, Дерек. Ты умер у меня на глазах, а я была бесполезен, бессилен. В тот момент я чувствовал себя настолько потерянным, что на мгновение тоже почувствовал себя мертвым. Ты мертв, ты ушел. Потом, когда мы вернулись, ты был там, но тебя там не было одновременно. Ты уже были далеко. А потом ты действительно ушел с Брейден, ты также унес часть меня с собой, — заключил Стайлз с широко раскрытыми глазами. Недоверчиво, что он действительно рассказал Дереку все это. Что он получал? Зачем он открыл рот? — Стайлз… — другой начал, но тот, что поменьше, остановил его, глядя на него так, словно его там и не было. — Ты мертв, и ты забрал часть меня, — Стайлз сглотнул, его сердце бешено колотилось в груди. Дерек отпустил его запястье, встретился с ним взглядом и внезапно приблизился, притягивая человека к себе. У Стайлза перехватило дыхание, когда он понял, что Дерек обнимает его. Дерек обнимал его. Он потерся лицом о плечо, дыша, когда его легкие начали болеть. Как долго он задерживал дыхание? Может быть, с тех пор, как Дерек появился в его комнате. Он сжал его сильнее, чувствуя, как волк приблизил губы к его уху. — Я не умер, — тихо прошептал он, — и не хотел причинить тебе боль. Дерек немного отступил назад и посмотрел ему в глаза. Он положил руку на лицо Стайлза, положил ее на щеку и медленно провел большим пальцем по скуле, заставляя сердце ребенка биться быстрее. Он улыбнулся этому звуку так неожиданно, так искренне, что это казалось невозможным. — Почему ты мне не сказал? — спросил Волк. — А тебе не все равно? — горько ответил Стайлз. Дерек сурово посмотрел на него, давая понять, что да, ему не все равно. — Боже, я действительно хочу разорвать тебе горло прямо сейчас, — рявкнул волк, заставив его нахмуриться. — Как ты думаешь, теперь ты откровенен? Ты закрыт со своими эмоциями, Дерек, — фыркнул человек, немного расстраиваясь, но другой тут же поймал его снова, предостерегая взглядом. Стайлз покраснел от этого жеста. — Как давно ты это знаешь? — спросил Дерек. — Я понял это, когда увидел, как ты умираешь у меня на глазах. Но бессознательно? Наверное, со времен ногицунэ. Я еще не был во мне, в шахматах я дал тебе место короля, потому что ты был самым важным человеком для меня, — сказал ему Стайлз, опустив взгляд. Оборотень зарычал, поднимая его лицо пальцами. — Ты идиот, — рявкнул Дерек, затем прижал его к стене и поцеловал, прежде чем тот успел возразить. Стайлз, стоявший между стеной и Дереком, чувствовал, как кровь пульсирует так быстро, что его вены, вероятно, вот — вот взорвутся. Дерек целовал его с такой силой, что он чуть не впал в кому из — за недостатка кислорода. Его губы были мягкими, как он всегда их себе представлял, и лучший вкус, который Стайлз когда — либо чувствовал или пробовал. Когда его язык проник в рот, он впустил его. Он прикусил губу, чувствуя, как волк издает низкий рык удовольствия, от которого затуманивалось. Когда через несколько минут они оторвались друг от друга, Дерек пристально посмотрел на него своими зелеными глазами. — Ты идиот, — снова сказал он ему. — Ты поцеловал меня, — пробормотал Стайлз, краснея и заставляя волка улыбнуться. Ладно. Дерек, улыбаясь, был совершенно незаконен для его психического здоровья. Хотя он сомневался, что она у него еще есть. Он снова поцеловал его, заставив его сердце взорваться от радости. Он не верил, что можно испытать столько эмоций вместе, но прежде всего, он задавался вопросом: вы чувствовали себя так легко, когда были счастливы? Потому что, если он заснул на компьютере, он не хотел, чтобы его разбудили, не в тот раз. — Дерек, — пробормотал он, как только они оторвались друг от друга. — Что? — спросил Волк, прижавшись лбом к его лбу. — Не умирай, — сказал Стайлз, глядя ему в глаза, и тот серьезно кивнул, поглаживая его волосы. — Я не умру, — просто ответил он, в то время как Стайлз обнял его так сильно, что, кажется, сломал ему ребра. Он оставил ему поцелуй в висок, ласкающий его волосы, взметнувшиеся в воздух, в то время как младший держал его так крепко, как только мог. Стайлз улыбнулся, Тео был прав. Борьба с Дереком была хорошим способом заставить его говорить правду.

***

— Тео, — сказал Лиам, как только тот открыл входную дверь, удивленно наблюдая за ним. — Эй. Что ты здесь делаешь? — химера отошел, чтобы впустить его. Лиам закусил губу, не зная, что сказать. На самом деле он не слишком много думал об этом, он просто хотел увидеть его и бросился туда, не останавливаясь, чтобы подумать. — Я… Я тебя беспокою? Я думал позвонить тебе, прости. — Нет, все в порядке. Я решал, что заказать на ужин, — ответил старший, пожимая плечами и улыбаясь ему. — О, хорошо. Так что будет лучше, если я пойду, может быть. — Ты можешь остаться, если хочешь, — сказал химера, — что ты хочешь есть? Пицца? Лиам удивленно посмотрел на него, потом улыбнулся и кивнул. Она стояла неподвижно пару минут, глядя на него, пока он звонил в пиццерию, заказывая две макси — пиццы. Боже, он знал его очень хорошо, чтобы знать даже, как он ел пиццу. Но это его нисколько не беспокоило, наоборот, ему очень нравилось. — Хорошо. Так что, что — то случилось? — спросил Тео, положив трубку и глядя на бету, который покачал головой, закусив губу. — Нет, я просто хотел… — Лиам запнулся, — Просто хотел увидеть тебя. Тео, казалось, был удивлен этим искренним и простым признанием. Он поймал себя на том, что улыбается как идиот, но, по крайней мере, Лиам был слишком занят тем, что краснел, чтобы понять это. — Как же так? — Даже не знаю. Должна ли быть причина, чтобы хотеть увидеть кого — то? — спросил Лиам, продолжая терзать свою и без того достаточно разбитую губу. Боже, если бы Мейсон мог видеть его сейчас, он бы дразнил его вечно. Начиная с того, что ему пришлось проглотить свою мужскую гордость, по крайней мере, признаться самому себе, что да, он бросился к Тео, потому что так сильно хотел его видеть, что не знал, как ждать. Он бросился к нему, потому что хотел провести некоторое время в его компании. Он не мог скрыть от себя, что страх найти парня с кем — то другим захватил его большую часть пути. Прежде всего потому, что он понятия не имел, как реагировать на это, потому что только при одной мысли об этом желчь подступала к горлу и волк скулил, как раненый. — Думаю, нет, — ответил химера, подмигнув. Лиам покраснел еще больше и попытался оглянуться, чтобы спастись от этих голубых глаз, которые пригвоздили его к месту, и что они, казалось, не собирались освобождать его от этой тихой и невидимой хватки. — Вы с Питером очень хорошо ладите, — сказал тогда младший, чтобы сменить тему. — Да, он… он говорит, что я напоминаю ему самого себя. Что я в чем — то похож на него, — объяснил химера, пожимая плечами. — Да, — прокомментировал Лиам, думая об этом удивленно, он никогда не думал об этом. Питер был не из тех, кто так быстро привязывается к кому — то. Тео улыбнулся ему, подходя ближе, чтобы тот не заметил. И когда он оказался так близко к нему, то вздрогнул, чуть не упав со стула. — Тебе это не кажется странным? — спросил химера. Лиам сглотнул и покачал головой. — Нет, просто так. — пробормотал он, сглотнув, — Питер не из тех, кто выказывает привязанность, но приятно, что вы ладите… — Лиам? — химера спросила в ответ, и он ошеломленно уставился на него, не зная, что ответить и как двигаться. — Что? — Я слышу это, — сказал Тео, хихикая над растерянным лицом другого, — твое сердце, — заключил он, уточнив и заставив Лиама замереть, но затем он вздохнул с облегчением, услышав звон колокольчика, в отличие от другого, который почти рычал. — Спасен звонком, — фыркнула химера, направляясь к двери, а Лиам снова начал дышать. У него было чувство, что это «я слышу твое сердце» становится своего рода их линией. И услышав, как другой бормочет о том, как горит пицца, он поймал себя на том, что счастливо улыбается. Увидев улыбку Тео, настоящую улыбку, он был рад, что бросился туда, даже не подумав об этом. Он продолжал смотреть на него, не понимая, что тот смотрит на него с удивлением. — Что? Почему ты улыбаешься? — наконец спросил Тео. — Нет, именно так… иногда ты забавный, — искренне ответил Лиам, пожимая плечами и видя, как тот широко раскрыл глаза, явно ожидая всего, но не этого. — Разве я смешной? — химера начал медленно приближаться к нему, как будто он хотел сделать измерения с осторожностью. — Разве мы не должны поесть, пока они не остыли? — Лиам сразу же попытался сменить тему разговора. Тео криво улыбнулся, и у него перехватило дыхание. Он с трудом сглотнул, когда тот подошел к нему, не обращая внимания на его слова. — Это не проблема, если они остынут. — Я голоден, — сказал Лиам, но тот, казалось, продолжал спокойно игнорировать его. — Ты знаешь… я знаю, когда ты лжешь, — пробормотал Тео в нескольких дюймах от него, — Почему ты хотел видеть меня, Лиам? — Мне так захотелось, — прошептал в ответ самый маленький, задыхаясь почти в поисках воздуха. Тео улыбнулся этим словам, читая чистую и простую правду в его биениях сердца. Он отпрянул, заставив его подпрыгнуть, схватил коробки с пиццей и указал на диван с телевизором. — Может, поедим? — он просто спросил, как будто ничего не случилось, и Лиам поймал себя на том, что кивает в отсутствие конкретных слов. Он последовал за ним в другую комнату, наблюдая, как тот включил телевизор, поставив фильм, который прямо сейчас имел действительно небольшое значение. Тео тихо сидел, открывая коробку с пиццей на столе, и Лиам повторил его действия. Это было бесконечно приятное чувство, подумал Лиам. Стоя на диване рядом с химерой смотрел телевизор и ел пиццу как любой другой человек. Он начал дорожить этими моментами настолько, что не знал, сможет ли вынести их отсутствие. Признаться самому себе, что Тео вызывал у него много сомнений и чувств, было большим шагом вперед. Понимание того, что он ему нравится, и признание этого с его лучшим другом было еще большей целью. Он не был готов признаться в этом кому — либо еще, тем более ему. Но даже в этот момент он почти чувствовал невидимую силу, толкающую его к другому парню, как будто что — то приказывало ему держаться как можно ближе. Если бы ему не было стыдно умереть от этой мысли, возможно, он даже попытался бы что — то сказать химере, или, по крайней мере, он попытался бы послать ему какие — то сигналы, но очевидно, что его полная неуклюжесть шла против того, что он хотел больше. Он прикусил губу, чувствуя, как его живот сильно дернулся при виде другого, который рассеянно провел языком по своим губам, задаваясь вопросом, каково было бы поцеловать его, и, вероятно, по легкой улыбке, которую ему подарил Тео, он, должно быть, был заворожен, наблюдая за ним. Страх, что другой хочет, чтобы он был рядом только для того, чтобы помочь ему, не хотел отпускать его, Хотя Мейсон заверил его, что он ошибался.

***

— О боже, — огрызнулся Тео, как только Стайлз подошел ближе. Другой поднял бровь, прежде чем сильно покраснеть. — Это не так, как ты думаешь, — сразу же сказал человек. — Нет? Странно, но я думаю только о том, что от тебя несет Дереком. Я имею в виду, сильно воняет, — пробормотал химера, хихикая. Его друг закатил глаза, пытаясь не обращать на него внимания, но румянец не помог ему. — Да, вчера вечером я видела Дерека, ты счастлив? — Счастливым должен быть ты. Во всяком случае, серьезно. Вы спали вместе или как? — сказал Тео, заставляя Стайлза задохнуться. — Мы не спали вместе. Мы просто поговорили и он… — Он? — Тео по — прежнему не терпелось узнать, что же, черт возьми, произошло между ними. — Мы поцеловались, или… на самом деле он поцеловал меня, — сказал Стайлз на одном дыхании. — Здорово, правда? Разве не этого ты всегда хотел? — химера усмехнулся, увидев смущенное лицо другого. — Я знаю, просто. — пробормотал Стайлз, опустив голову, — Я просто не понимаю, почему он это сделал. — Стайлз? Если он поцеловал тебя там не так много, чтобы понять. — Дело не в том, что я не понимаю. Ну, я бы не хотел, чтобы он сделал это только из — за спешки момента, — признался человек. — Ты боишься, что он пожалеет об этом? — Тео поднял бровь. — Да. — Дерек не кажется мне тем типом, который делает вещи, не подумав об этом раньше, чем через пару месяцев, — химера засмеялся, заставив улыбнуться даже Стайлза, который кивнул. — Может быть, я просто до сих пор в шоке от того, что он действительно поцеловал меня. Во мне нет ничего особенного, — он пожал плечами. — Я не думаю, что он видит это таким образом. — указал Тео, — Ты сказали, что вы спасали друг друга несколько раз, особенно что ты спас его. Я это понимаю. Чувство желания защитить кого — то любой ценой, но затем ты понимаешь, что сколько бы ты ни старался, это всегда будет тот, кто спасает тебя. — Ты говоришь о Лиаме? — спросил человек. — Я знаю, что может показаться, что я спас и помог ему несколько раз, но… Он тоже так делает. Он делает это с мелочами, которые он, возможно, даже не осознает. И я думаю, что это то же самое для тебя и Дерека, — он пожал плечами своей химерой. — Да, а ты? Ты видел Лиама в таком хорошем настроении? Я, конечно, не могу обнюхать тебя, чтобы понять это, — фыркнул человек, бросив на него грязный взгляд. Тео рассмеялся, ему очень нравился этот способ. — Да, я в хорошем настроении. И да, я мог бы увидеть Лиама, — улыбнулся химера. — Еще одно свидание? — Стайлз озорно улыбнулся. — Это было не свидание, Стайлз, — пробормотал Тео, закатывая глаза. — Честно говоря, за все то время, что вы провели вместе, у вас могло бы быть уже тысяча свиданий, — ответил человек. — Да, но они не были… И даже не вчера вечером… он просто появился в моем доме, — сказал Тео, пожав плечами. — В твоем доме? — засмеялся Стайлз. — Хороший Лиам, — сказал он себе риторически, смеясь. Тео бросил на него недовольный взгляд. — Прекрати, — рявкнул химера. — Да ладно тебе. И почему он пришел к тебе? Ему нужно было успокоиться? — Нет. Он просто хотел меня видеть. Или так он сказал, — ответил Тео, изобразив улыбку, которая хотела любой ценой выйти наружу. Боже, иногда он чувствовал себя настоящим идиотом. Просто думая о том, как сильно Лиам хотел, чтобы он был рядом, его волк, казалось, хотел начать вилять хвостом от счастья. — Я становлюсь глупым, — пробормотал он, затем покачал головой. — Ты уже был таким, с тех пор как встретил Лиама. — сказал Стайлз, дразня его и толкая локтем в ребра. — Заткнись, — прорычал химера. Стайлз продолжал хихикать и дразнить его, но он знал, что ему не нужно переусердствовать. Дело не в том, что он с Дереком чувствовал себя менее слащавым, чем Тео с Лиамом.