Welcome to Hell, brothers

🔺🔺🔺

Прислуга с огромными пачками постельного белья в руках пронеслась мимо высокого и мускулистого парня в чёрном костюме. Тот поклонился им, отступая в сторону и получая учтивое приветствие в ответ. Он продолжил путь вниз по лестнице мерным и беспечным шагом. Дома с самого утра все стояли на ушах, что не удивительно, ведь отец распорядился превратить их и без того роскошный дом во дворец королевы Елизаветы, не иначе. Горничных было невозможно выловить весь день, поэтому Чонгуку пришлось самостоятельно делать себе кофе и завтрак, чем обычно занималась миссис Чхве. Парень не винил её, потому что прекрасно знал — женщина командует всей прислугой в особняке, снизойти до него, отбросив кучу дел, и приготовить ему кофе было бы верхом благодетели. Тем более, что у них в семье не принято завтракать всем скопом. Каждый ест после того, как просыпался, и всех устраивал такой расклад — если каждый из шести человек, живущих в особняке, начнёт подстраиваться под другого, атмосфера в доме сразу станет неправильной и чуждой. Они жили так, как им удобно: без указаний и без правил. А называли это — идеальной гармонией. Чон зашёл в гостиную, привлекая внимание своей семьи, и подмигнул Чеён вместо приветствия, как только её заметил. Сестра покраснела и отвела взгляд, а Чонгук в очередной раз убедился, что она самая красивая девушка из всех, кого он знал. Пак чинно сидела на диване, сложив аккуратные ладошки на коленках, в роскошном бирюзовом шифоновом платье по щиколотки и с распущенными рыжими локонами, которые лезли ей на глаза. — О, Чонгук, наконец-то, — Чимин протянул брату руку для приветствия, но Чонгук лишь привычно хлопнул того по спине и слегка обнял за плечи. Брат выглядел не менее элегантно и красиво. Чимин умел одеваться ярко и со вкусом, но сегодня он выбрал вязанную чёрную кофту, такие же тёмные обтягивающие брюки и ботфорты. На руке он поправил новенькие «Rolex» и сжал пальцы, украшенные серебряными перстнями, с которыми он не расставался — по крайней мере, Чонгук никогда не видел старшего без них. Густые коралловые волосы были зачёсаны набок, открывая высокий лоб, на котором красовалась небольшая родинка. На первый взгляд близнецы были совершенно не похожи, но стоит увидеть их рядом друг с другом, таких роскошных, таких спокойных и таких важных — родство улавливалось незамедлительно. Ты будто наблюдаешь за одним целым, разделённым на две идеальные половинки. Чонгук всегда любил Джихён больше остальных, потому что чувствовал, что она родная. Она была равной ему: такой же простой, такой же несчастной и такой же взрывной. Парень верил, что они были задуманы на небесах таким же целым механизмом, как и дуэт-Пак, но в последний момент их раскидало по миру, чтобы в один благополучный день свести их вместе вновь. Но при всей его горячей братской любви к Мун, он не мог не восхищаться близнецами. Они были для него неземными, созданными по подобию высших сил — и это чувство поклонения стоило больше, чем обычная любовь. — Разве я последний? — удивился Чон, осматривая гостиную — до его прихода в ней были лишь близнецы и дворецкий, подающий Чеён чай. — Джихён и Намджуна ещё нет? Старший тяжело вздохнул и покачал головой. — О Джуне я не переживаю. Он максимум сломает себе что-нибудь по дороге сюда, а вот Джи может вытворить глупость и глазом не моргнуть. Отец был очень обеспокоен, когда я говорил с ним несколько часов назад. Видимо, эта встреча действительно важна для него. Чон кивнул и прикусил нижнюю губу. Уж он точно знал, на что способна Мун Джихён — обычно они вместе планировали очередную каверзу для отцовских пассий. Парень знал, насколько взбешена утром была сестра, но всё же надеялся, что она не будет действовать опрометчиво. Терпение отца недолговечно, он слишком долго прощал им их выходки. Чонгук отпустил плечо брата, слегка сжимая его перед этим, и прошёл к креслу, в которое изящно опустился, пытаясь не помять дорогой пиджак. — Уже скоро, — пробормотал Чимин, вскидывая руку и глядя на наручные часы. — Отец сказал ждать их здесь, — Чеён присоединилась к разговору своим мелодичным голосом. — К восьми Себастьян подаст нам вино и тарталетки, — она перевела взгляд в угол, где стоял вытянутый по струнке дворецкий. — Мы должны учтиво принять гостей и обменяться любезностями. Никаких лишних фраз и шуток, — после этих слов Пак перевела взгляд на Чонгука. Парень улыбнулся и смиренно приподнял руки, давая понять, что он её понял. — В половину девятого накроют в столовой, и мы пройдём туда ужинать. Поддерживаем светскую беседу, границы не переступаем. Пришедшие люди будут для нас незнакомцами, поэтому мы обязаны вести себя в соответствии с нашим и их статусом. Пожалуйста, давайте не опозорим отца и нашу семью, пусть мы далеко и не типичные представители элиты. В конце девушка хихикнула, подмигивая братьям, но после сразу изменилась в лице, становясь серьёзной и рассудительной леди, какой и должна быть старшая дочь семьи Пак. — Так точно, мисс! — согласился Чонгук и улыбнулся во все тридцать два зуба. Когда она успела стать такой взрослой? Пак Чеён заменяла им всем мать, даже Намджуну, которому, несмотря на его ум и важность, порой помощь нужна больше, чем остальным. И словно в подтверждение его мыслей, в гостиной раздался гулкий грохот и до их слуха долетел трёхэтажный мат, от которого Себастьян нахмурил густые седые брови и покачал головой — святой мужчина, раз уж столько лет терпел их зверинец. — А вот и Намджун, господа, — Чонгук захохотал во весь голос, хватаясь за живот, и наблюдал, как Чимин тоже не сдержал снисходительную улыбку, глядя на старшего брата. — Грациозен как всегда. Ким Намджун, если в двух словах, ходячая катастрофа, которая несла за собой шлейф неудач и разрушений. Дома все называли его Ким Разрушитель, и брат прилежно выполнял свой долг, чтобы в должной мере оправдать своё имя. — Пошёл нахер, Чон Чонгук, — бас Намджуна появился в комнате раньше, чем он сам. Парень, одетый в чёрный смокинг и белую водолазку, почти естественно зашёл в комнату, лишь слегка прихрамывая на правую ногу. В руке Намджун держал огромную статуэтку ангела Михаила и устрашающим взглядом сверлил её взглядом. — Себастьян, — дворецкий отделился от стены, подобно тени, и подошёл к брату, — переставь эту гадость в другое место. Я уже дважды уронил её себе на ногу. Дворецкий послушно поклонился и, забрав из рук хозяина статуэтку, ретировался из комнаты. — Сильно ушибся, Джун? — обеспокоено спросила сестра, не скрывая веселый блеск в карих глазах. — Ангелы сегодня не на твоей стороне, братец. Чон фыркнул в кулак и оленьими глазками посмотрел на злого Джуна, невинно моргая, словно он не пытался спровоцировать старшего только что. — Слышишь, малой, ты когда успел стать таким нагл... — Господин Пак и его гостья! Намджуна прервал громкий голос дворецкого, неожиданно появившегося в дверях и встрявшего в их перепалку. После объявления имён все присутствующие в комнате вскочили на ноги и выпрямились, готовые встретить гостей. Ким вмиг поменялся в лице и вышел вместе с Чимином немного вперёд, чтобы первыми поприветствовать пришедших, потому что так было у них принято уже много лет: Намджун умный, а Чимин излучал праведность и изящность — вместе они представляли собой неплохую картину для первого впечатления. Себастьян отступил в сторону, и за его спиной появился отец, идущий под руку с красивой, но уже не молодой женщиной. Она была невысока и не особенно стройна. Ей можно дать лет сорок, но выглядела женщина ухожено и элегантно. Нельзя сказать, к какому слою общества она принадлежала, ведь по тому, как учтиво и приветливо она держалась, понять было сложно. Чёрные ровные волосы были собраны в тугой хвост на затылке, а уши украшали аккуратные жемчужные серьги. Гостья приятно улыбалась, и во взгляде можно было прочесть лишь благие намерения, поэтому она сразу произвела на присутствующих благоприятное впечатление. Мистер Пак, по привычке одетый в серый дорогой костюм, белую рубашку и лаковые туфли, являл собой знакомую всем картину, поэтому всё внимание было направлено лишь на его сопровождающую. Он представил гостью, как госпожу Ким, и дети учтиво поклонились ей, а затем улыбнулись отцу в знак приветствия. — Рады приветствовать Вас в нашем скромном жилище. Проходите и чувствуйте себя как дома, — Намджун приветливо склонил голову и протянул женщине руку. — Меня зовут Ким Намджун, я старший сын семьи Пак. — Рада знакомству, Намджун, — женщина добродушно улыбнулась и приняла его руку. — Так вы наследник отца? Я наслышана, что вы неописуемо умны. Намджун едва заметно покраснел, но быстро взял себя в руки. — Отец слишком добр ко мне. Я лишь его помощник и не достоин называться наследником. — Он прибедняется, госпожа Ким, — подал голос Чимин, привлекая к себе внимание. — Может, он нам и не родной по крови, но, безусловно, заслуживает называться лучшим среди братьев, — он лучезарно улыбнулся и подозвал рукой сестру. — Меня зовут Пак Чимин, а эта прекрасная леди моя сестра — Чеён. Мы старшие дети от первого брака. — Очень приятно, Чимин и, конечно же, Чеён. Вы невероятно красивая девушка, — в ответ Пак залилась краской и поблагодарила за комплимент. Женщина немного вытянула голову и посмотрела в сторону Чонгука, ожидавшего своего часа позади всех. — А Вы... — Чон Чонгук. Самый младший, но, как видите, самый красивый и мужественный среди всех, — он театрально поклонился и, не убирая весёлой улыбки с лица, аккуратно поцеловал руку миловидной женщины. Сразу же словил на себе укоризненный взгляд сестры, но сделал вид, что не заметил её недовольства. — Надеемся, Вам понравится у нас в гостях. Отец с уважением и благодарностью посмотрел на детей, в глубине души успокаивая накатившую волну беспокойства. — Я, если честно, уже под впечатлением, — госпожа показалась немного растерянной, она повернулась к мистеру Пак и слегка покраснела. — Твои дети просто великолепны. Не уверена, что мои ребята могут похвастаться такими манерами. Она говорила тихо, обращаясь конкретно к отцу, но всё сказанное не ускользнуло от цепкого слуха присутствующих. Братья исподтишка переглянулись и ясно прочли во взгляде друг друга один единственный вопрос: «Её ребята?». — Не беспокойся, дорогая, они все ещё молодые и активные. Не думай, будто мои всегда по струнке ходят. — Пф, это уж точно, — Чонгук добродушно фыркнул и предложил госпоже Ким руку, которую она охотно приняла. — Я больше Вам скажу, мы и в одной комнате-то пытаемся не собираться, чтобы вдруг не перегрызть друг другу глотки. Знаете ли, пять детей почти одного возраста в общем доме, и каждый пытается отстояться своё мнение — это одним словом «хаос». Он довёл госпожу Ким до широкого дивана и пригласил её присесть. Женщина любезно согласилась и опустилась на мягкую ткань, принимая из рук дворецкого бокал красного вина. Чонгук учтиво склонил голову, выдавливая лёгкую ухмылку, и опустился в кресло рядом, пока остальные присутствующие занимали свободные места. Парень, взяв себя в руки, налепил на губы свою фирменную улыбку, и лишь его родственники понимали, что искренности в ней меньше, чем могло бы показаться. Скорее давно заученный ход, которому их обучали на уроках этикета. — Так Вы сказали, что у Вас есть дети, госпожа Ким. Верно? — любезно поинтересовался Чимин, опрокидывая в рот одну тарталетку. Брат озвучил вопрос, волнующий всех, поэтому дети разом уставились на женщину, которая сначала немного оторопела от прямого вопроса. — Чимин! — отец нахмурился, глядя на сына, но тот лишь удивленно посмотрел на него и приподнял брови в немом вопросе. Словно говорил: «Что я такого спросил-то?». — Всё нормально, дорогой. Он задал вполне естественный вопрос, — госпожа Ким нежно улыбнулась и взяла мужчину за руку. Чон заметно напрягся от произнесенного ей «дорогой», но внешне не показал ни единой неправильной эмоции, пусть и подметил в глазах остальных ту же настороженность, которую чувствовал сам. — Да, Чимин, у меня три ребёнка. Они вскоре должны подойти, — она слегка смутилась. — Нам, увы, не удалось приехать вместе. Однако я надеюсь, что вы все найдете между собой общий язык. Мои сыновья одного с вами возраста, пусть и немного... другие. Она сильно сжалась и придвинулась ближе к их отцу, словно пытаясь найти в нём защиту. Как бы там ни было, она, вероятно, умная женщина, раз уж почувствовала сгущающуюся атмосферу в воздухе. Ведь внешне нельзя было подметить, будто кого-то задевает факт наличия у неё трёх детей — трёх детей у той, кто, по всей видимости, станет новой женой их отца. Умереть и не встать просто. Пак Чимин продолжал выучено улыбаться, но даже с его терпением и готовностью принять любое решение отца, парень заметно побледнел, и уголок его губ подрагивал. — А вы, — неожиданно воодушевленно пролепетала госпожа Ким и посмотрела на Чонгука, в котором она, вероятно, находила больше видимого радушия, нежели в остальных — хотя в действительности всё пропорционально наоборот, — кажется, упомянули, что вас пятеро в семье. Я вижу лишь четверых. — Верно, — нахмурился вдруг отец. — Где Мун Джихён? А где Мун Джихён? В любом случае, лучше ей здесь не появляться, иначе Армагеддон* предотвратить не сможет никто. Поскольку парни не были готовы выдать причину отсутствия младшей сестры, они моментально оторопели. Тогда ситуацию в свои руки взяла Чеён. — Она скоро будет, отец. Кое-что произошло сегодня возле бутика, где мы выбирали платье, поэтому Джи не до конца пришла в себя и… Дверь за их спинами с грохотом открылась, и Чеён невольно подпрыгнула на месте, как и госпожа Ким, которая, кажется, даже пролила несколько капель вина себе на костюм — возможно, отец предупредил её, что Джихён самая проблемная среди его детей? Чонгук бы так и сделал на его месте — осведомлён, значит, вооружён. — Мисс Джихён! — безучастно обьявил Себастьян вошедшую, и Чонгук в очередной раз удивился, как этот мужчина постоянно мог держать себя в руках. Все обернулись в сторону входа и моментально застыли с открытыми ртами. Господь, что она творит? Чонгук автоматически вскочил на ноги и сделал несколько шагов вперёд, словно руководствуясь желанием встать между ней и остальными, дабы выступить в роли защитной стены для сестры. Девушка уверенно вплыла в комнату и откинула на спину мокрую копну чёрный волос. На ней был лишь сдельный плавательный купальник и небольшое полотенце, прикрывающее плечи. Многочисленные капли воды стекали вниз по её подтянутому телу, а легкая поступь сопровождалась шлепаньем мокрых ног по паркету. — О, у нас какой-то праздник? — Джихён свернула губы в трубочку и невинно моргнула. — Кажется, я имела наглость забыть об этом. Прошу меня простить. Сегодня прекрасный и тёплый вечер, поэтому я решила поплавать в открытом бассейне. Чон тихо застонал, прикрывая одной рукой лицо. Он догадывался, что не обойдется без выходки от Мун, но не рассчитывал, что Джихён решится выйти в таком виде. Это вершина неприличия и неуважения. Настолько явно выказать антипатию к гостье глупо даже для такой взбалмошной девушки, как она. — О, ты, вероятно, Джихён? — к всеобщему удивлению голос подала госпожа Ким, вставая с дивана и направляясь в сторону Мун. — Я очень рада познакомиться с тобой. В её голосе читалась искренность, непонятная Чонгуку. Вряд ли он смог бы улыбаться человеку, который настолько явно проявил к нему неуважение. С гарантией в шестьдесят процентов Чон бы уже разбил лицо наглецу, и глазом не моргнув. Джихён на секунду замерла, недоверчиво глядя на протянутую в знак приветствия руку женщины. Чон увидел, какую борьбу она вела внутри себя, и надеялся, что сестра закончит с глупостями на сегодня и всё же пожмёт ей руку ответ. Возможно, это хоть как-то смягчит отцовскую злость, которую он явно сдерживал в данный момент ради госпожи Ким, которой будет некомфортно, если разразится скандал. — Джихён, — голос подала Чеён, и Чонгук вздрогнул от выражения её лица — не часто он мог видеть сестру настолько раздраженной, — немедленно поприветствуй гостью и отправляйся наверх, в свою комнату. Приведи себя в порядок и возвращайся к ужину. Кажется, Джи была готова на время угомонить свой нрав и поприветствовать гостью, но вдруг в комнате вновь появился Себастьян, который вышел ранее, как обычно оставшись незамеченным. — Господа Ким Тэхён и Мин Юнги, а также маленькая леди Ким Мия, — Себастьян заученно поклонился и отошёл в сторону, не поднимая головы. Чонгуку показалось, что хуже уже быть не может. Но, вероятно, всегда может быть хуже, как бы сильно ты не надеялся на хороший конец. В комнату вошли два взрослых парня и маленькая девочка лет десяти. Чон подметит, что малышка единственная выглядела, как нормальный человек, в своем белом платье и большой заколкой на волосах — хотя глаза её были слишком уж дерзкими для такого возраста. В то время как сопровождающие её братья обещали желать лучшего. Высокий парень держался неплохо — на первый взгляд. Одетый в широкие коричневые брюки, больше похожие на домашние, зелёную водолазку и слишком большой для его телосложения темный пиджак он выглядел нелепо. Его волосы скрывала чёрная кепка, а во рту он держал чупа-чупс, который перекатывал с одной щеки на другую. А взгляд пустой, будто парень дурак дураком с минимальным ай-кью. Тот, что ниже, был одет во все чёрное и кожаное: массивная куртка с цепями визуально увеличивала его не особо широкие плечи, в брови красовалось серебряное кольцо, а волосы были до ненормального высветлены. Он окинул всех презрительным взглядом и странно скривил губы, стоило ему лишь взглянуть на Джи, которая машинально обернулась к пришедшим лицом, когда те вошли. — Вот это да-а-а, какая встреча, — протянул блондин, делая шаг вперёд к сестре. Чонгук автоматически подался вперёд, вставая между ними, и с высоты своего роста предостерегающе взглянул на панка. — Что? Охранника себе наняла? Что ж, он явно тебе понадобится после того, что ты сделала с моим мотоциклом, визгливая мышка. Его голос немного шепелявый и неприятный — сразу режет слух. Чон сдвинул брови на переносице и посмотрел, как дурак, то на сестру, то на пришедшего блондина. Знакомы ли они? Почему блондин вдруг заговорил с Джи в таком тоне, стоило ему лишь переступить порог комнаты? — Этого просто не может быть… Почему ты в моём доме? — прошептала перепуганная Джи и сделала шаг назад, прячась за спиной брата. — Пап, что бы он тебе не наговорил, я могу объяснить. Чон взял сестру за руку и максимально прикрыл её своей спиной, готовый в любом случае встать на её сторону. — Что здесь вообще происходит, Мун Джихён? — сказочное терпение отца всё же не выдержало, и он грозно навис над ними, ожидая ответа. Чонгука тоже интересовало, что здесь происходит, и он вдруг понял, что новое родство окажется для них более непредсказуемым, чем он предполагал сначала. А светловолосый панк продолжал ехидно улыбаться, глядя на Джихён. И ничего хорошего в этом взгляде не было.

🔻🔻🔻