Blue Hawaii

Дикий пляж и правда оказался диким только на словах. Ничего общего с теми пустынными картинками, которые так любили показывать в романтическом кино. - Мы можем зайти подальше, - Чонин кивнул на береговую линию. – Или ты хочешь здесь? - Давай зайдём подальше, - Чунмён пожал плечами. – Я сомневаюсь, что мы здесь можем заблудиться. - Не знаю, как ты, а я могу, - Чонин засмеялся. – Я уже раз пять здесь терялся, - он остановился, нагнулся и принялся расшнуровывать свои кеды, чтобы дальше идти босиком. - Даже так? – Чунмён остановился тоже и подставил руку, чтобы Чонину было удобно опереться. – Ты настолько не ориентируешься на местности? - В Сеуле я ориентируюсь нормально. А здесь всё незнакомое, по-английски я говорю… не слишком хорошо, а ещё постоянно отвлекаюсь от дороги и потом просто не помню, как я туда попал и как мне вернуться, - Чонин затолкал кеды в рюкзак. – А ты не хочешь разуться? - Чтобы совсем как в кино? - Почему как в кино? Просто песок такой тёплый, зачем потом вытряхивать его из туфель, - Чонин рассматривал Чунмёна. – Но я не заставляю. - Я понял, - Чунмён легко стряхнул свои туфли на песок и даже зажмурился, так приятно ему стало. – Это и правда здорово. Я уже забыл, когда я так… - Ты же здесь уже три дня, - вдруг заметил Чонин. - Да, три. - Ты ни разу не сходил купаться? - Сходил, в бассейн отеля, - Чунмён засмеялся. – Потому что на пляже, принадлежащем отелю, банально не протолкнуться. Оказывается, в этом мире полно людей, у которых есть деньги. - А, тогда понятно, - Чонин кивнул. – Хотя я бы всё равно сходил, можно же вечером или ночью… - Можно, я как-то не догадался, - признался Чунмён. – К тому же, ночью моя компания занята более важным делом, а мне одному как-то не слишком хотелось. - Даже жаль, что мы не относимся к людям, у которых есть деньги, - заметил Чонин, и Чунмён слегка напрягся. – Так бы мы жили в одном отеле и могли ходить вместе. Или ты бы жил с нами… - Чтобы я жил с вами, мне нужно быть на лет десять моложе и, желательно, сиротой, - усмехнулся Чунмён. – Боюсь, мои родители такой вид отдыха бы не одобрили. - Потому что не роскошно? - Потому что отдыхать по три месяца – это бездарная трата времени, - Чунмён понизил голос, словно пытался скопировать тон своего отца. – Ничего личного, ты не подумай, но меня воспитывали в традициях необходимости постоянно и много работать. - Зачем? У вас же всегда были деньги, насколько я понял, - Чонин спрашивал с искренним интересом, в котором Чунмён совсем не замечал корысти или холодного расчёта. - Ну вот потому они у нас и были, что все члены семьи постоянно прилагали усилия для их сохранения и умножения. Теперь вот пришла моя очередь, - Чунмён остановился и позволил волне набежать на его ноги. Стало неожиданно грустно от понимания, что теперь пришла его очередь жить этой чужой, бог знает кем навязанной жизнью. - А ты сам хочешь? - Обычно я об этом не думаю. - Почему? - Потому что тогда в голову лезет всякое, и это очень мешает. И вот чтобы оно не мешало, я просто не думаю. Встаю утром – и делаю всё то, что должен делать, - поделился Чунмён. - Но ты же можешь всё изменить, - Чонин буквально повис на его плече. – Ты ещё можешь начать делать то, что хочешь… - Чонини, почему ты всё ещё здесь? - Что? – Чонин растерялся. - Почему ты здесь? Тебе надоело, тебе не хватает денег, тебя измучили насекомые… Но ты продолжаешь оставаться здесь, почему? - Я же говорил, что… - Я помню, - Чунмён перебил. – В этом и проблема. Есть обстоятельства, которые приходится учитывать. Ты не можешь бросить друзей, я не могу подвести семью, потому что всё, что у меня есть, дали мне они. Моё счастливое детство в достатке, моё хорошее образование, путешествия, моя нынешняя работа – этим всем я обязан семье, - Чунмён говорил это не столько для Чонина, сколько для самого себя. – Я не могу просто так взять и всё бросить. Не сейчас. - А когда? Лет в пятьдесят? - Может быть, - Чунмён пожал плечами. – Когда будет кому передать дела. - Своему сыну? - Сыну, дочери, племяннику, племяннице, внуку, внучке… Вариантов масса, - Чунмён улыбнулся. – Правда, есть несколько проблем. - Каких? - Я один у родителей, у меня нет жены или даже подруги… и я, в принципе, не люблю женщин, - Чунмён засмеялся. – Так что тащить мне всё это на себе до конца дней своих. - А потом? - А потом это будет уже не моей проблемой, - Чунмён развёл руками, мол, ничего не могу с этим поделать. – Тебе не кажется, что мы уже достаточно далеко зашли? - Как раз, - Чонин кивнул. – Вещи можно оставить там, - он указал на большой камень. – Туда вода не достаёт сейчас. - Это очень кстати, - Чунмён пристроил свои туфли и принялся стягивать футболку. Чонин стоял рядом и смотрел, даже рот приоткрыл от удивления или восхищения, Чунмён не смог сходу определить природу его чувств. – Что такое? - Вау! – выдохнул Чонин. – Как это у тебя так получается? - Как так? - Выглядеть лучше без одежды, чем в ней, - Чонин уже привычно покраснел, но глаз не отвёл. Чунмён буквально чувствовал этот взгляд на себе. - Я плохо выгляжу в одежде? – Чунмён сначала спросил, а потом подумал, как это прозвучало. Кокетливо и немного пошло. Впрочем, слова уже вырвались, так что Чунмён ничего не мог изменить. - Нет, ты хорошо выглядишь, но… Не так хорошо, как без неё. Просто… у тебя плечи шире, чем у меня, оказывается. И ноги длинные. И вообще… - Хоть сейчас на подиум, - Чунмёну было очень странно слышать эти комплименты от мальчишки, который сам выглядел как фотомодель. - Почему бы и нет? - Нет, - Чунмён покачал головой. – Там же придётся ходить в одежде, а в ней я выгляжу не слишком представительно. Ну и рост, конечно… - Не слишком представительно? – Чонин удивился. – Да у тебя даже сейчас на лбу написано, что ты очень большой человек. - В каком смысле? - Ну, что ты занимаешь большую должность, что ты влиятельный человек… - Сейчас я стою в одних плавках посреди пустого пляжа, - фыркнул Чунмён. – И мне казалось, что мы пришли сюда купаться. И это, кстати, ты предложил. - Да, я… - Так, может, ты разденешься? Или мне тебя прямо в джинсах в воду забросить? - Ты меня не поднимешь, - Чонин даже плечи расправил. – Я тяжелее тебя и выше. - Это ты зря сказал, - Чунмён решительно задвинул подальше свой статус большого начальника и одним движением подхватил Чонина под спину и колени. Конечно, пришлось приложить усилия и немалые, но они увенчались успехом. Спустя ещё несколько секунд Чонин оказался в океане прямо в джинсах и майке. – Ну что? – Чунмён ладонью стёр с лица воду и убрал назад мокрые волосы. - Как? – Чонин вынырнул и даже головой потряс, словно никак не мог поверить. – Как ты это сделал? - Хочется сказать, что легко, но нет, не очень, - Чунмён засмеялся. – Если бы пришлось, далеко бы я тебя не унёс, по крайней мере, на руках. - А как ещё можно? - На спине можно, как мешок с рисом, - Чунмён смахнул с лица очередные капли. – Но давай не будем проверять. Если я захочу потаскать тяжести, я схожу в отеле в тренажёрный зал. - А ты часто туда ходишь? – Чонин подёргал мокрую майку, словно не мог решить, снимать её или нет, а потом махнул рукой. - Стараюсь хотя бы три раза в неделю, - Чунмён осмотрелся по сторонам. – Ну что, поплаваем? Или так и будем на месте топтаться? - Поплаваем, - Чонин кивнул. – Давай, кто быстрее вон до того камня и обратно. - А ты в джинсах доплывёшь? - Я плаваю как русалка! - Почему как русалка, а не как кальмар, скажем? - Русалка же красивее! - А кальмар вкуснее, - Чунмён улыбнулся. – Ну что, ты готов к заплыву? - Я всегда готов! – Чонин снова встряхнул головой. – На счёт три! Раз, два… - Три! – Чунмён нырнул, проплыл, сколько смог, под водой, а потом рыбкой выскользнул на поверхность. В бассейн он тоже старался ходить как можно чаще. Чонин, юный и полный сил, на голом энтузиазме добрался до камня первым, развернулся и с той же скоростью попытался вернуться к берегу, но мокрая одежда делала своё чёрное дело. Чунмён легко обошёл его и первым выбрался на песок. - Так не честно! – заявил Чонин, когда смог окончательно вытряхнуть воду из ушей и содрать с себя футболку. - А я тебе предлагал раздеться, - Чунмён пожал плечами. – Если хочешь, можем повторить, - он сейчас не отказался бы от сухого полотенца. Полотенца, разумеется, не было, поэтому, после некоторых размышлений, Чунмён принёс в жертву свою футболку. Он с удовольствием вытер лицо и голову, а потом бросил её Чонину: - Тебе надо? - А тебе не жалко? - Что? Футболку? - Ну да, она же дорогая, наверное, - Чонин не поленился найти ярлычок и прочитать название бренда. – Гуччи? Серьёзно? - Думаешь, я сам дописал? - Нет, но… Тебе правда не жалко? - Мне не жалко, - Чунмён покачал головой. – Это просто футболка, даже если на ярлычке написано звучное название. И я всё равно не смогу носить её вечно. - Ладно, - Чонин вытер лицо тонкой тканью, а потом повёл носом. – А парфюм тоже от Гуччи? - Нет, от Лакост. - Запах знакомый… - Имбирь и цитрус, - Чунмён улыбнулся. – Нравится? - Тебе идёт, - Чонин понюхал ещё. – Что теперь будем делать? - Полагаю, что сохнуть, - Чунмён уселся на песок и вытянул ноги. – А у тебя есть другие пожелания? - Я хочу тот коктейль опять, - Чонин облизал губы. Он смог наконец отложить в сторону уже мокрую футболку и тоже сел рядом. - Голубые Гавайи? - Да, - Чонин по сантиметру придвигался к Чунмёну до тех пор, пока их плечи не соприкоснулись. – Правда, тогда я точно сразу же засну. - Ты хочешь спать? - Ужасно, - признался Чонин и пристроил голову Чунмёну на плечо. – Здесь невозможно нормально спать ночью. То жарко, то душно, то что-то летает прямо над ухом. Я сегодня полночи крутился, не зная, куда себя деть. - Бедный, - Чунмён вытянул руку и погладил Чонина по плечу. Получилось нечто похожее на объятие. Чонина ему было искренне жаль. Чунмён спал в чистой постели, в номере с кондиционером и балконом, где всё было сделано так, чтобы гость почувствовал себя максимально отдохнувшим. А ведь потом ещё можно было сходить в бассейн, на массаж или в сауну. Или ещё куда-нибудь, Чунмён даже не все буклеты ещё прочитал. У Чонина и его совершенно безумных друзей таких перспектив не было. - Ничего, ещё месяц – и я буду спать в своей кровати, - Чонин сладко зевнул и прижался ещё теснее. Чунмён с удовольствием гладил его по голому плечу. – И больше никогда никуда с ними не поеду, тем более, на три месяца. - Конечно, - согласился Чунмён. Его тянуло спросить, поехал бы Чонин с ним или нет, но он сдерживался. Не хватало ещё обнаружить свой чрезмерный интерес и отпугнуть парня от того общения, что у них сложилось. Конечно, возможно, в какие-то моменты их близость принимала более интимный характер – вот как сейчас, например, – но Чунмён был по-прежнему твёрдо уверен, до курортного романа не дойдёт. Вообще до романа не дойдёт. И даже до разового секса. Впрочем, по скромному мнению Чунмёна, Чонин для разового секса не годился. Такого мальчишку стоило любить вдумчиво и долго, наверное, всей жизни бы не хватило. Наверное, они могли бы провести вдвоём шикарный отпуск здесь или в любом другом месте планеты. Чунмён был уверен, хоть и знал Чонина каких-то пару часов, что у них бы всё получилось. - О чём ты думаешь? – неожиданно спросил Чонин, и Чунмён вдруг смутился, словно Чонин мог подсмотреть его мысли. - Да так… - Не хочешь говорить? - Не знаю, - Чунмён дёрнул плечом. – А что? - У тебя просто сердце так забилось… И я подумал, что ты, наверное, думал о чём-то таком хорошем. Или о ком-то. - О ком-то, - признался Чунмён. - Вот как? - О тебе. - А, понятно, - Чонин кивнул, а только потом осознал, резко вскинул голову, чудом не ударив Чунмёна по подбородку. – Обо мне? Ты серьёзно? - Я серьёзно, - Чунмён кивнул. – Мы с тобой сидим на пляже, я тебя обнимаю, ты прижимаешься ко мне… О ком я могу ещё думать? - И что ты думаешь? - Тебе не понравится, - Чунмён вздохнул. - Откуда ты знаешь? - Просто знаю. Я очень умный, - Чунмён переложил ладонь Чонину на затылок, погладил там. – Тебе правда не понравится. - Если ты думаешь, как со мной переспать, то я не против, - быстро выпалил Чонин. Наверное, если бы Чунмён попросил его повторить, Чонин бы просто вспыхнул, как спичка. Однако Чунмён был так потрясён тем, что услышал, что даже не сразу нашёлся, что ответить. - Ладно, - наконец выдавил из себя Чунмён. – Я это учту. - А ты думал о чём-то другом? – в голосе Чонина сквозило такое неприкрытое разочарование, что Чунмён просто не смог сказать ему правду. - Нет, - он покачал головой. – Как раз об этом я и думал.