Чжун-юань

Услышав, как с ним хоть кто-то наконец заговорил на привычном языке, глаз мальчика засиял от счастья, но сам Хунхун-эр всё ещё не осмеливался проговорить и слова. А когда предпринял попытку, то издал лишь неясное и сиплое «Ах», уже после чего сразу залился румянцем и замолк. При виде подобной реакции монах, как две капли похожий на принца Сянь Лэ, немного нахмурился и подошёл к пареньку поближе. Тем не менее, когда мужчина протянул к нему руку, Хунхун-эр, сам не понимая почему, отскочил назад и поджал под себя ноги, в любую секунду готовый рвануть с места и убежать от своего спасителя прочь. Это стало сюрпризом для монаха. Он приподнял брови, однако комментировать никак не стал, сохраняя дистанцию между ними. И почему-то в этот момент Хунхун-эр ощутил себя виноватым, а его маленькое сердечко будто сдавили в тисках. Но, прежде чем мальчик успел мысленно отругать себя за трусливость, удивление на безгранично прекрасном лице монаха сменила понимающая улыбка, он присел на корточки и сложил руки на груди. — Извини, — мягким голосом сказал он. — Я тебя испугал? — карие глаза лучились теплом и заботой, из-за чего мальчик ощутил себя как-то глупо и совершенно по-детски. Опустив взгляд к земле, Хунхун-эр несколько раз помотал головой. — Хорошо, — мужчина вновь сделал несколько осторожных шагов навстречу. Он ещё не был в непосредственной близости и потому Хунхун-эр никак не ожидал ощутить того, что его осторожно погладят по голове. — …Можно мне осмотреть твои раны? Я хочу помочь, — глаз паренька распахнулся от удивления. «Ну конечно! Конечно он всё видел…» — не без смущения подумал он и отвёл взгляд. Однако реакцию ребёнка монах интерпретировал как очередную попытку сопротивления и потому, ослепительно улыбнувшись, добавил:  — Пожалуйста? Эта улыбка зеркально отразилась в широко раскрытом глазе малыша и Хунхун-эр, будучи не в силах сопротивляться, когда кто-то столь похожий своими внешностью и поступками на Его Высочество у него что-то просит, смущённо кивнул. Впоследствии, не успел мальчик сказать и слова, как земля вдруг начала стремительно отдаляться и он с запозданием осознал, что крепкие руки сомкнулись на его талии и теперь держат его в воздухе. От неожиданности парнишка схватился за чужие локти своими маленькими ручками, что вызвало лёгкий смешок у мужчины напротив. Этот смешок был тихим и беззлобным и ласкал слух словно звон колокольчиков. Однако, стоило ему прерваться, как Хунхун-эра прижали к тёплой груди и он непроизвольно уткнулся носом в приятно пахнувшую шею, ручками цепляясь за потёртую белоснежную ткань. Монах вместе со своим малолетним «грузом», который из-за его спины следил за прохожими и незнакомой ему местностью, отправился по каменистой дороге, ведущей на край городка. Перед зрением Хунхун-эра неспешно проплывали необыкновенные здания, но мысли постоянно возвращались к теплу и умиротворению, которые паренёк ощущал в объятиях этого человека. В этом-то и была проблема. Ведь Хунхун-эр никогда не чувствовал себя умиротворённо. Никогда, кроме как в объятиях давно почившей матери и… в руках Его Высочества… Взглянув вниз, Хунхун-эр рассмотрел потрёпанную от стирки и зашитую в нескольких местах ткань, что не шла в никакие сравнения с великолепными шелковыми одеждами принца, в материи которых вплетали чистое золото и драгоценные камни. Огромный чёрный глаз на этот раз устремил свой взор наверх и принялся внимательно разглядывать лицо монаха. Хоть оно и было покрыто дорожной пылью и ссадинами, однако ничем не отличалось от лица его высочества — мягкий изгиб щёк, ровная челюсть, большие добрые глаза и аккуратные губы — всё было в точности таким же. — Малыш, ты же из Сянь Лэ, да? — внезапно заговорил монах. Хунхун-эр вздрогнул и через несколько секунд кивнул. — Хм… Как тебя зовут? Моё имя Се Лянь. Се Лянь. Его Высочество наследник престола Сянь Лэ — принц Се Лянь. От неожиданного осознания мальчик чуть не выпрыгнул из чужих рук, впрочем реакция монаха… нет, Его Высочества оказалась быстрее и он заново подхватил малыша, поудобнее устраивая его у себя на руках. — Извини, я тебя напугал? — с тревогой поинтересовался Се Лянь, ладонью потирая круги на маленькой спине. Ребёнок не отваживался дать ответ, словно язык проглотил, потому Се Ляню пришлось шептать ему различные успокаивающие и приободряющие слова до конца пути.

***

Наконец, они вошли в ветхий монастырь, что, казалось, сейчас развалится от дуновения ветерка. Присев в случайном месте, Се Лянь удобнее усадил малыша у себя на коленях, встречаясь с ним взглядом. Но не успел он сказать чего-либо, как мальчик очень тихо спросил: — Ваше Высочество, это... правда вы? Се Лянь слегка нахмурился. Этот загадочный мальчик говорил на уже давно забытом языке Сянь Лэ, который был известен лишь нескольким из живых. Помимо самого принца, наверное только Му Цин и Фэн Синь могут говорить на нём. В любом случае, мальчик, несомненно, не являлся призраком, уж это Се Лянь определить мог. А теперь он даже назвал Се Ляня Его Высочеством… — Да, это я, — в конечном итоге ответил принц. Глаз мальчика широко распахнулся и он принялся ещё более пристально рассматривать мужчину, то и дело оглядывая его лицо с разных углов. Се Лянь его не винил. Если этот ребёнок — житель Сянь Лэ, каким-то образом оказавшийся в будущем из древности, то он, скорее всего, видел принца лишь в изысканных шелках и в свете великолепия, окружённым богатством и бессмертной славой. И реакция мальчика полностью совпадала с рассуждениями Се Ляня. — В-ваше Высочество, но… но как же вы… как вы, — мальчик бормотал, очевидно, находясь под сильным впечатлением. И, хоть в этой ситуации не было ровным счётом ничего даже отдалённо забавного, Се Ляню неожиданно захотелось засмеяться. Однако вместо этого он нежно провёл ладонью по лицу мальчика. Возможно ему только показалось, однако ребёнок слегка покраснел после этого. — Давай поговорим чуть попозже, — предложил Се Лянь. — У меня к тебе тоже есть несколько вопросов. А пока, давай я осмотрю твои раны?