Здравствуй, жизнь моя

      По окончании процесса снятия мерок начался новый круг испытаний. Тони в жизни столько одежды не видел, сколько перемерил за те несколько часов, что над ним колдовал приглашённый графом портной. Парень так не уставал, наверное, даже после целого дня изнурительной работы в трактире. Добродушный старик с лукавыми, немного бледными, но не потерявшими ясности глазами представился как мистер Ли. Он не отставал от Тони покуда не был полностью удовлетворён внешним видом своей жертвы. Да, именно жертвы. Иначе парень отказывался себя позиционировать, ведь пару уколов в бок и бедро он всё-таки получил.

***

      После того, как Его светлость остался доволен работой и выбором портного, а сам мистер Ли со своими свёртками и тюками покинул дом, граф пригласил Тони в свой кабинет. Там он рассказал, какая муха его укусила, раз он решил выгулять своего камердинера. — Живой? — понимающе улыбнулся вампир, смотря на пыхтящего парня. Тот выглядел уставшим, а в запахе отчётливо слышались нотки озона, что говорило о крайней степени его недовольства. — Пара тычков иголкой меня не убьют, — немного резко сказал Тони. Он знал, что откровенно дерзит. Язык он всё же прикусил, но что-то ему подсказывало, что сейчас за грубость его отчитывать не станут. Вампир действительно не стал заострять на этом внимание. — Не понимаю, как женщины терпят подобное из раза в раз? Никогда не любил всю эту процедуру, — поделился граф. — К счастью, мы меняемся гораздо медленнее, и снятых мерок надолго хватает. — Неужели? — Я помню, как мистер Ли только открывал свою лавку, — Питера определённо забавляла реакция юноши. Казалось, с возрастом он совершенно не растерял тяги к новому, разве что научился держать при себе все свои «хочу» и «почему», и уже не кидался в омут с головой, надеясь, что последствий не будет. Не сразу, во всяком случае. — Если захочешь, я расскажу тебе об этом, но потом. Сейчас у меня к тебе есть просьба. — Ко мне? — удивился тот, подозревая, что его явно не о чашке чая просить будут. — Дело в том, что… — начал и тут же осёкся мужчина, пытаясь подобрать слова, — мне нужна помощь. Я слегка ограничен в тех, кому могу довериться, а дело серьёзное. В городе пропадают дети. И мы точно знаем, что в этом замешан вампир. — Дети? — замер парень. По спине пробежался холодок, хотя секунду назад ему было жарко. — Вы же говорили, что это запрещено! — Именно так, — согласился Паркер, мысленно отмечая, что Тони всё же запомнил те его слова. — Но всегда есть кто-то, кто считает, что умнее остальных и может нарушать закон, — он отошёл к строю бутылок с алкоголем и, пожалуй, впервые на памяти Тони налил себе выпить. — Этот действует осторожно. Каждый раз он меняет район, в жертвы всегда выбирает беспризорника или кого-то из детского дома. Следов укуса не оставляет, но тела обескровлены… Мы пытаемся понять его логику и найти хоть какие-то зацепки, но пока проигрываем. Я просто не понимаю, кому это нужно и зачем. Хотя, как раз это понятно. — Хреново, конечно, — почесал в затылке Тони, — но чем я могу помочь? — Наташа считает, что он хочет сорвать заключение нового договора между главами наших народов, — продолжил Питер, меряя шагами кабинет, — и я с ней согласен. Если эти случаи получат широкую огласку, мы получим новую войну. — И? — Тот, кто мне нужен, будет на приёме в конце сентября. Это стало известно пару дней назад, а я уже отказал, и было бы странно, если бы я вдруг передумал. Поэтому я прошу тебя составить мне компанию. Думаю, мне простят внезапный визит, если я буду не один. — В этом нет логики. — Есть, если думать так, как «они». — То есть, я как приманка что ли? — Отвлекающий манёвр будет вернее. — Но я же не… такие, как я, по балам не ходят. — Об этом можешь не волноваться.       Никогда и никто после этой фразы не оставался спокоен.

***

— Просто признайтесь, что вам стало скучно и вы таким странным способом решили развлечься, — сказал Тони, оказавшись в просторной гостиной, где до этого бывал лишь раз, когда помогал Мишель вешать шторы после того, как те вернулись из прачечной. — Я бы рад, но увы, — совершенно не обиделся граф, колдуя над граммофоном. — А я всё ещё считаю, что это полный бред и на это никто не купится, — покачал головой парень. — Ну какой из меня… Кем вы там меня обозвали? — Не будь так строг к себе. Как я уже говорил, благородства в тебе хватит на королевскую династию. — Не подлизывайтесь, я всё равно уже согласился на этот цирк, хотя больше чем уверен, что буду жалеть. — Не смею разочаровывать, — улыбнулся мужчина. — Тебе нужно научиться танцевать. — Зря я грешил на старикашку, — закатил глаза Энтони. — Примерка явно не самое худшее из того, что меня ждёт. — Вальс не так сложен, как может показаться. — О боже. — Нет, всего лишь я, — в комнату вошла Мишель, притащив с собой чехол с костюмом и пару мужских туфель. — Надевай. Тебе нужно привыкнуть к официальной одежде. Заодно и ноги привыкнут к новой обуви. — Единственное, что меня радует в этой ситуации, — подопытный Тони, как мог, сдерживал рвущиеся с языка комментарии, но всё же позволил себе язвительную шпильку, — мужчинам не положены корсеты.       Питер согласно улыбнулся, а вот ЭмДжей, кажется, восприняла слишком близко к сердцу упоминание этого предмета женского гардероба. Она всучила ему принесённое и чуть ли не пинками выгнала переодеваться. Парень не отказал себе в удовольствии показать язык закрытой двери и пошёл к себе.       Костюм, в общем и целом, не сильно отличался от того, что выдала ему Мишель в первый день пребывания в доме графа, разве что вместо смокинга там был обычный сюртук. Тони ещё тогда обратил внимание на то, что в одежде нет дурацких рюш и кружевных шейных платков, в которые рядили свою прислугу некоторые господа. Граф определённо не любил навязанные правила. Чего тогда удивляться, что он попросил о помощи его, Тони?       Закончив с переодеванием, парень повёл плечами и попытался осмотреть себя со всех сторон. Выходило так себе, ведь зеркала в комнате не было. Стало совершенно точно ясно, что зря Тони сравнивал рабочую одежду и это. Рубашка была точно по нему, но в то же время совершенно не стесняла движений и была настолько белой, что он боялся даже коснуться её лишний раз, дабы не запачкать руками, которые уже давно полностью не отмывались от въевшейся грязи. Жилет благородного алого оттенка совершенно не мешал дышать, тёмные брюки и смокинг, разумеется, сели так же идеально. Даже туфли, которые всем своим видом будто бы говорили, что он недостоин даже смотреть на них, оказались вполне удобными, хотя, подозревал юноша, он наверняка намнёт ноги с непривычки. Ко всему этому прилагались белоснежные перчатки, не менее белоснежная бабочка, которую Энтони даже не стал пытаться завязать, цилиндр и карманные часы на цепочке. Он не был уверен, понадобится это ему или нет, но всё же прихватил с собой и поспешил вниз.       Уже перед самыми дверями парень вдруг остановился от неожиданно накатившего смущения. В ту минуту он сам не очень понимал, что вдруг на него нашло. В голове проскользнула мысль, что с таким прошлым в подобной одежде, не вычурной, нет, — элегантной, — Тони выглядит жутко нелепо. Никакие вещи не исправят того, что он безродный пацан, которому каким-то неведомым чудом удалось попасть в дом к уважаемому человеку (не совсем, конечно, человеку, но не суть). Промелькнувшее предположение, что над ним просто таким вот образом решили посмеяться, неприятно осело в груди и напрочь сбило весь боевой настрой.       Парень даже головой тряхнул, чтобы выбросить все лишние мысли-паразиты. Да только несмотря на внешнюю браваду, вбитое с детства «ты никто и звать никак» так просто не вытравить. Нет, не станет граф этого делать, он не такой, как поголовное большинство зажравшихся богачей, и… Не такой ведь? Неизвестно, сколько бы Тони так стоял, если бы со стороны кухни не послышались голоса. Появляться в таком виде ещё перед кем бы то ни было он совершенно не горел желанием. — О, а я уж думала, что ты и к ужину не управишься, — хмыкнула Мишель, когда он с решимостью смертника открыл двери и шагнул внутрь. — Хорошо, что мы стареем не так быстро. — Мишель, — одёрнул девушку Паркер, с нескрываемым интересом разглядывая парня перед собой. Тони невероятно преобразился, и если бы не его смущение и нервно мнущие бабочку руки, то никто и в жизни бы не принял бы его за простого человека. — Пытался завязать эту хреновину, — оправдался тот, указав на злополучный предмет гардероба. — Сейчас она ни к чему, — улыбнулся вампир, желая поддержать собеседника и очень надеясь, что никто не заметил, как он таращился на шею парня, что выглядывала в вороте не до конца застёгнутой рубашки. — Тебе удобно? — А? А, да, всё отлично, спасибо, — кивнул Тони. — Не знал, что одежда может быть настолько удобной. — Ещё раз кто-нибудь в этом доме упомянёт удобство женского гардероба — я за себя не ручаюсь, — предупредила ЭмДжей и подошла ближе, оправила незримые складки на смокинге и застегнула пуговицы на рубашке. — Итак, — начала она, когда Тони попробовал пройтись по комнате, — вальс — не сложный танец, он прост для изучения даже такими неучами, как ты. — Эй! — Во-первых, осанка. Выпрямись и расправь плечи, — она снова подошла вплотную и пальцами приподняла за подбородок, — во-вторых, смотри прямо, а не так, будто тебе кто-то должен пенни, и ты прямо сейчас собрался его требовать. — Я догадывался, что ты меня недолюбливаешь. — Много чести будет, — фыркнула девушка. — Самое главное: партнёр ведёт партнёршу. Он — в данном случае ты — должен направлять все её движения, указывать направление танца и быть уверенным в своих действиях. — Это больше похоже на тактику ведения боя. — Ты не смыслишь ни в том ни в другом, так что имей совесть — слушай и запоминай.       На взгляд Тони, лучше чистить конюшню весь день, чем пытаться запомнить, в какую сторону делать повороты и считать шаги. — Раз-два-три, раз-два-три, — считала ЭмДжей, не забывая одёргивать своего партнёра по танцу. — С правой ноги, Тони. Заново!       На взгляд Мишель, всё могло быть куда хуже. Несмотря на некоторую неуклюжесть, парень более-менее освоился и перестал наступать ей на ноги примерно ко времени ужина. Что больше сыграло роль, голодный желудок или грозное шипение девушки и её обещание поотрывать ему всё лишнее, доселе неизвестно. Эффект был, и это главное.       К большому сожалению Тони, танцами дело не ограничилось. Придя на кухню следующим утром, он замер на пороге, не решаясь пройти дальше. На миг он решил, что спросонья ошибся дверью. Кухонный стол был сервирован почти так, как он обычно делал для графа. Почти, потому что столько посуды он видел только за ужином. Здесь же было какое-то нереальное количество тарелок и тарелочек, чёртова куча вилок, ложек, ножей и столько же бокалов. Но едва ли Его светлость решил вдруг позавтракать на кухне. — Что стоим? — даже не оглядываясь, спросила ЭмДжей, занимаясь салфетками. — Присаживайтесь, милорд, — соизволила повернуться она и с лёгкой усмешкой кивнула на стул. — Столовый этикет. — Сейчас?! — вообще, у него на языке вертелось много других, подходящих ситуации, слов, но инстинкт самосохранения решил, что лучше ограничиться этим. Впрочем, интонация передала всё изумление и возмущение Тони прекрасно. — У тебя не так много времени, чтобы запомнить хотя бы необходимый минимум. — Это «минимум»? — парень скептически оглядел этот кошмар посудомойки, но на предложенное место всё же сел. — Это про это говорят «богатые тоже плачут»? — Посмотрим, как ты потом запоëшь, — сказала вампирша. Прозвучало более чем зловеще, и невольный ученик счёл за лучшее не испытывать терпение своей наставницы. День только начался, и что-то ему подсказывало, что это не последний урок на сегодня. — Ты каждый день накрываешь на стол, но едва ли знаешь, что и для чего ставишь, — Мишель встала справа от него, — так что слушай и запоминай. Во-первых… — Дай угадаю, осанка? — не удержался Тони. — Будешь перебивать — не получишь завтрак, пока всё не выучишь, — предупредила Мишель. — Эй! — Отодвинься от стола, не сиди впритык. Локти класть не положено, — всё это сопровождалось лёгкими тычками и подталкиванием в нужных направлениях. — На спинку стула не откидываться, не горбиться, сидеть ровно. На стол можно класть только кисть руки, не опускаясь на неё всем весом. — На весу держать что ли? — Если тебе так понятнее, — пожала плечами ЭмДжей. — О том, чтобы не ковыряться в носу, не рыгать, не чавкать и не вытирать руки об скатерть говорить, надеюсь, не надо? — Я по-твоему совсем дикий?! — Салфетку на колени, за едой через весь стол не тянуться — для этого есть прислуга. Набивать желудок будешь дома — в обществе не принято объедаться. Запомнил? — Ага. — Да! — Чего? — Не «ага», а «да». Не «чего», а «что», — пояснила Мишель. — Если не хочешь, чтобы тебя считали неотëсаным болваном, говори правильно! — Ага, понятно. Не парься. — Я тебя придушу! — зашипела вампирша, под смех парня. — Смотрю, у вас весело, — голос хозяина дома остудил желание Мишель воплотить угрозу в жизнь, а Тони отчего-то захотелось исчезнуть из кухни куда подальше, будто их застукали за чем-то неприличным. Однако ограничился лишь тем, что встал со стула и поклонился. — Доброе утро, ЭмДжей, — кивнул Питер на лёгкий реверанс девушки, — лорд Старк.       Парень понял, что что-то не понял, когда пауза стала затягиваться. Вампиры молчали и выжидательно на него смотрели. Граф улыбался той самой своей улыбкой, которую можно было трактовать и как «на юродивых не обижаются» и как что-то сродни умилению над неловкими попытками ребёнка сделать первые шаги. Мишель в лице особенно не поменялась, только глаза закатывала чаще обычного и фыркала, как лошадь в стойле, которой овса не досыпали. Энтони грешным делом подумал, что где-то всё-таки накосячил. — Лорд Энтони Эдвард Старк, — повторил Паркер, — тебе стоит привыкнуть к новому имени. — А, — хлопнул глазами новоиспечённый лорд, — аг… да, я постараюсь. — Что ж, не буду мешать, — засобирался мужчина. — Прогуляюсь до завтрака. — Он что, правда уже проснулся? — две головы синхронно высунулись из дверного проёма с удивлением смотря вслед графу. — Сам проснулся. И встал, — подтвердила Мишель. — Бывает же такое. — Так, время уходит, — стоило захлопнуться входной двери, как вампирша снова включила строгого учителя. — У нас осталось примерно два часа на то, чтобы ты смог хотя бы отличить тарелку от десертного блюдца. — Кажется, к концу этого кошмара выживет только один из нас, — скривился парень. Иногда она перегибала с сарказмом и это раздражало. Или Тони пока не очень понял, в чём дело, или она просто не умеет по-другому строить общение. — И это буду я, — уверенно кивнула ЭмДжей. — С таким настроем ты и сам опозоришься, и Его светлость за собой утянешь. Посерьёзнее! — Да-да, слышали, знаем, — закатил глаза Тони, — я не настолько тупой, ну в самом деле-то! Тарелки запомнить в состоянии — сервировочная, для горячего, для закуски или супа. Ты сама сказала, что я каждый день их вижу, вот и запомнил. Разве что не думал, что оно мне понадобится. — Ладно, может, ты не так и безнадёжен, — смилостивилась та. — Что насчёт приборов? — Потешу твоё самолюбие — знаю только те, которыми сам ем, — пожал плечами парень, разглядывая вышеобозначенные приборы. Вилки слева, ложки и нож справа вместе с бокалами для напитков. И на кой так много, спрашивается? — Закуски, мясо, рыба, — поочерёдно указывая на предмет, сказала вампирша, — нож для горячего, для рыбы, ложка для супа, нож для закусок. Приём будет у одной из богатейших семей Англии, поэтому придётся запоминать по максимуму. — Ты вроде про минимум говорила? — Дальше, — не удостоив ответом, продолжила девушка.       Ко времени завтрака с горем пополам было усвоено, что кофейное блюдце отличается от пирожкового, ножом для масла нельзя резать пирожное и наоборот. Бокалы под вино отличаются по форме — для белого и красного соответственно. Просить соседа передать соль — едва не смертный грех, с ножа есть нельзя, а суп из ложки только сбоку. Громко не говорить и не смеяться, заводить беседу можно только на определённые темы, и прочее, прочее, прочее. У Тони в голове каша была такая, что овсянка удавилась бы от зависти, будь это возможно. Плюс ко всему Церберша поставила перед фактом, что он будет повторять всё это вплоть до самого приёма. Лордом быть хотелось ещё меньше.       Чего Энтони не ожидал, так того, что Мишель теперь ходила за ним едва ли не по пятам и постоянно одёргивала: — Спину прямо, не горбись! — Никаких ругательств! — Тони и Хэппи как раз смазывали колесо на прогулочной коляске графа, и парень прищемил палец. — Лорды не хлебают воду из бочки! — И не зевают во всю пасть! Старк, чтоб тебя!       Сложно совмещать работу по дому, пытаясь быть аристократом, которые обычно не утруждают себя починкой колёс, дверей, разгрузкой продуктов и тому подобными делами простых смертных. К вечеру Тони вымотался так, что ему не хотелось ничего кроме тишины собственной комнаты, однако и тут не судьба. — Ты ещё не одет? — только сильная усталость не дала ему послать Мишель сразу и подальше. Господи, а ведь сегодня только первый день. — Я должен спросить, какого чёрта лысого тебе от меня ещё надо сегодня, или не стоит? — Ужин, — на удивление колкости в ответ не последовало, но лучше бы она его пропесочила от и до, — Его светлость будет ждать, изволь не опаздывать. Надень тот костюм и спускайся в обеденный зал.       Может, Джарвис был не так уж и не прав? Как есть монстры! Надо бы написать ему. С таким-то расписанием навестить теперь точно не выйдет. Однако письмо отправить надо, а то не ровен час, старый друг подумает, что Тони тут зазнался совсем.

***

— Добрый вечер, — слегка поклонившись, поздоровался граф, стоило парню спуститься вниз. Выглядел тот при этом как воришка: постоянно оглядывался по сторонам, будто боялся, что его застукают на месте преступления. В остальном же придраться было почти не к чему. — Эм, добрый, — ответил Тони. Получилось больше вопросительно, нежели утвердительно. — Я опоздал? — Ничуть, — покачал головой мужчина. — И даже если задержишься, то не страшно. Некоторые считают это признаком хорошего тона. — Да? Повезло. Меня постоянно за это дрючили, — фыркнул парень, застегивая пропущенную пуговицу на рукаве. — В смысле, наказывали, — поправился он, видя выразительно выгнутую бровь графа. — Уроки ЭмДжей не проходят даром, — Паркер отвёл руки за спину и кивком предложил следовать за ним. — Да уж, — устало-смиренно вздохнул Энтони. — Понимаю, почему Вы с ней почти не спорите. — Скорее дело в том, что напрямую она подчиняется моей тёте, — счёл нужным пояснить граф. — Женщины в нашей семье на редкость упрямые. Лучше обойтись малой кровью и уступить здесь, чем потом меня отчитают, как мальчишку, и настоят на своём там. — Это… Звучит логично, но странно. — Вся наша жизнь — одна сплошная странность. — Даже спорить не стану, — согласился парень. — Так, — он остановился на пороге столовой, с интересом рассматривая накрытый стол. Со стороны выглядело как… Да как обычно выглядело. Также, как и всегда, только накрыто на двоих. Вот это уже выбивалось из привычного сценария: Его светлость редко принимал гостей, да и дома ужинал через раз, — зачем я понадобился сегодня? — Не волнуйся, мы просто пообщаемся, — успокоил граф. — А-а, — это звучало искренне, и никакого подвоха вроде не было, но в этом доме никто и никогда ничего просто так не говорил. Скорее всего, это будет что-то вроде «давай посмотрим, чему тебя научили сегодня». — Если ты не против, я добавлю немного информации от себя, — сказал Питер, когда они уселись на свои места. — Мне уже поздно отказываться, — пожал плечами неожиданный ученик. — И я всё ещё безмерно благодарен за твою помощь во всём этом. — Да это… Пока не за что.       Ответа не последовало, так как именно в этот момент в столовую, ловко для своего щуплого вида справляясь с тяжёлым подносом, протиснулся паренёк. С его появлением между мужчинами повисла пауза. Тони с интересом наблюдал за снующим между ними мальчишкой, который на сегодняшний вечер стал заменой ему самому. Он не совсем понимал, зачем было звать кого-то, если вся их задумка такой секрет. Неужели Мишель не справилась бы? — Девушки никогда не прислуживают за ужином, — ответил граф на невысказанный вопрос, с не меньшей увлеченностью рассматривая уже самого Энтони. Прошло не так много времени с момента заключения их маленькой сделки, а он уже так изменился, хоть сам этого наверняка не видит и не признаёт. «Но работы ещё очень много», — подумал Питер, видя, как ерзает на месте его юный подопечный. Спина неестественно прямая, руки напряжены, про лицо и говорить нечего — будто съел лимон и запил лимонным соком. — Постарайся расслабиться, — попробовал ободрить граф, — иначе хозяева решат, что с угощением что-то не то, — мягко усмехнулся он. — Я не собираюсь проводить экзамен на знание того, о чем ты узнал. Мы просто поужинаем, а я расскажу о том, как проходят такие мероприятия и чего следует избегать. Так ты постепенно привыкнешь ко всем этим «жутко необходимым» условностям и формальностям. — Постепенно? — Тони наконец смог собрать мысли в кучу и зацепился за возможность создать хоть какую-то видимость беседы. — Значит, это будет не один раз? — Насколько мне будет позволять время, — кивнул вампир и улыбнулся. — Ясно, — Тони повторил жест графа и занялся салфеткой. — Маленькая подсказка: далеко не все выходцы из благородных семей в совершенстве знают все правила этикета. Многие просто копируют поведение окружающих. Так что, если вдруг что-то забыл, а меня не окажется рядом, можно просто осторожно подглядеть, как поступил сосед, — с совершенно хулиганской улыбкой сказал Его светлость. Кажется, для него это действительно было сродни небольшой шалости. — Умно, — усмехнулся парень, немного расслабляясь под спокойный голос мужчины. Может, он и правда владеет гипнозом? — Этих ваших правил действительно слишком много, чтобы просто жить. — Обществу нужны правила и ограничения, — пожал плечами Паркер. — Чувствуя вседозволенность, мы теряем остатки разума и становимся ничем не лучше животных. — Вы не можете отрицать, что не все они одинаково полезны. Все ещё не понимаю, в чем радость есть разными вилками, — сказал Тони очень надеясь, что со стороны не кажется, будто он жалуется. — Это удобно, — ответил граф, и брюнет понял, что все-таки выглядит сущим ребёнком, которому не нравится учить уроки. Вид мужчины был таким, будто у него спросили, почему ночью темно, а днем светло. — Да, некоторые правила немного странные, но благодаря им мы можем видеть границы дозволенного.       Тони не стал спорить, так как ему катастрофически не хватало аргументов в этой борьбе. Сытый голодного не поймет, так и в их случае. Несмотря на свою щедрость и заботу, граф всегда был тем, кто с рождения был обеспечен всем необходимым и едва ли переживал о том, где взять еды на следующий день. Что уж говорить о каких-то там вилках-тарелках? — Поверю на слово, — коротко улыбнулся парень и, следуя примеру графа, приступил к ужину. Тони запоздало отметил, что раз вампир ест, значит он уже давно…не ел, как бы парадоксально это ни звучало. Это значило лишь то, что в ближайшие дни подобного ужина скорее всего не повторится. Его светлость никогда не приводил домой посторонних, поэтому Тони не знал, как он себя ведет с ними, кого предпочитает: светловолосых или шатенок, а может рыжих? Думать о возможных партнерах собственного работодателя было почему-то противно. Это вызывало какое-то безотчетное чувство стыда вперемешку со злостью. Парень нахмурился и повёл головой из стороны в сторону, делая вид, что разминает шею. На деле же он надеялся вытряхнуть ненужные мысли. Кинув аккуратный взгляд на своего собеседника, Энтони понял, что за ним все это время внимательно наблюдали. — Всё в порядке? — спросил граф, даже не подозревая, что стал причиной замешательства своего помощника. — Ага, — кивнул Энтони, — Да, всё в порядке, просто задумался. — Что ж, хорошо, — не стал допытываться Паркер. — Мишель уже обьяснила основные правила. Как я и сказал, мне бы хотелось добавить пару моментов от себя… «Хорошо ему говорить — у него поди куча лет была на изучение этих премудростей», — мрачно думал новоявленный лорд поневоле, устав за день от множества информации.       Может, пойти на завод было не таким уж плохим вариантом?