S t a y

— Акции WinchesterComp…       Щёлк — Неделю назад мистер Роман сделал предложение…       Щёлк — Партнерство двух миллиардеров шокировало всю Америку.       Экран померк, вместе с ним и комната погрузилась во мрак. Я прижала колени к грудной клетке и перевела взгляд в окно. Над океаном бушевала гроза. Её блики завораживали меня, а в недалеком прошлом я боялась их. Как же быстро пришлось повзрослеть и перестать иметь надежду на будущее. Теперь от меня зависит жизнь моих близких. Очередная молния прошла совсем недалеко от окна. Времени в тишине оставалось предостаточно, когда Бен уходил я спала, когда возвращался — перекидывались пару слов и он шел есть приготовленный мною ужин. Дверь блокировалась и открывалась при помощи ключа, я знала, что он держит его недалеко, возможно и на видном месте. Да и чтобы могла сделать, окажись — на улице? Майами был неизвестным для меня городом, тем более ориентироваться без телефона и карт не представлялось возможным.       Так что времени у меня было предостаточно — весь день проходил в тишине, я читала книги, рисовала, пыталась взломать пароль на компьютере Романа — безуспешно, готовила еду из холодильника, что был набит битком. Распорядок дня заставлял часто слишком быстро уставать. Последние несколько дней засыпала в гостиной и меня будил Бен. Недовольно сопя, уходила к себе и засыпала вновь. — Три часа, — ты что-то сегодня рано.       Бен ничего не ответил мне. Я обернулась и увидела в его правой руке квадратный сжатый лист, в левой находился дипломат. Аккуратно подойдя к нему, вынула из руки нетяжелый чемодан, оставляя около входа и подошла чуть ближе. По телу прошел холодок, тяжелый взгляд Бена встретился со мной. — Ты знала на что идешь. — Как и ты, — промямлила я и вскрикнула, когда его локоть резко прижал к стене и стало чуть труднее дышать. — Это уже серьезно, понимаешь?! Я так ненавижу весь бизнес и твоего отца! Ты дочь своего отца, даже не могла возразить ему. — Бен! Думаешь, ты нужен ему? Думаешь, что я ему нужна? Ему нужны деньги, чтобы откупиться от грехов. Мы оба знали на что идем. — Теперь это на всю жизнь! Ты правда поверила в то, что всё ограничится годом? — У-у тебя просто плохой день, Бен, прошу отпусти.       Он перевел взгляд на свою руку, на мгновение отпустил её и в следующий миг ударил кулаком по стене. Часть обратилась в обломки. Стоило Бенджамину скрыться на втором этаже, наконец отмерла и нагнулась за листком — приглашением на нашу с ним свадьбу, в канун Рождества.       Последующие недели я проводила уже не в номере, а под прицелами камер и бесконечных посещений салонов красоты. Теперь моя фотография была на обложке Vogue, рекламные ролики с дорогой одеждой транслировали по телевизору. Я представляла, какую боль причиняла Кастиэлю, ведь и мое сердце сжималось от ежесекундных напоминаний о нем.       Нечасто, но всё же — были дни, когда оставалась без присмотра и могла добраться до временного жилья сама. В один из таких дней, зайдя в пентхаус, обнаружила чужую куртку на крючке. Запах напоминал парфюм Джона, и я медленно шла по ступенькам наверх. Он сидел на месте Бена и пил чай из моей кружки. — Здравствуй, Диана. Присаживайся, не стой слишком далеко. — Джон. И что ты хочешь на этот раз? — Похвалить тебя. Ты хорошо справляешься со своей главной задачей и не лезешь ни в свои дела. Просто, умничка, — я скрепила пальцы в замок и положила на них подбородок, — Вы понравились публике, это дает преимущество для старта нового проекта. — Очень рада за вас. — О, что ты, не нужно, — он усмехнулся. Представив, что резко поднимаюсь на ноги и вонзаю в его шею нож, мечтая прикрыла глаза. Но я не могла, понимаете, не могла! Хоть и пробегали такие мысли, — Ведь ты главное звено в нем. — Этот контракт ведь не на год? Как же я тебя ненавижу… — Диана, ты тогда верно сказала — ненависть взаимное чувство.       Он допил напиток и с грохотом поставил чашку на стол. Проходя рядом со мной, нагнулся и оставил поцелуй на щеке. Стоило ему уйти из пентхауса, тело затряслось — я смеялась до потери голоса и терла щеку. Дойдя до бара, вынула одну из бутылок с виски и села на пол, выпивая его почти что за пятнадцать минут. — Диана?       Приоткрыв один глаз, оглядела текущее положение своих дел. Лежа на спине мне был виден потолок и Роман, который присел на корточки и хмуро смотрел на меня. — Что с тобой?       Вместо слов с губ сорвался хрип. У меня не получалось встать и Бен покачал головой, помогая опереться на его плечо и повел в тусклую ванную. У меня не было сил сопротивляться и струи душа делали одежду всё более тяжелой.       Роман вышел ненадолго и вернулся через пару минут с моей домашней одеждой. Стараясь минимально сократить свое пребывание в его душевой, допустила ошибку и оказалась в его комнате. Ничем не отличается от моей, только балкона нет, вместо них панорамные окна до пола. — Послушай, — голос Бена напугал и я отшатнулась. Хоть упала не на пол. Я икнула, затем ещё, ещё и ещё. Его звонкий смех разлетелся по комнате, раздались шаги и он плюхнулся рядом со мной, прижимаясь своим плечом к моему, — Прости меня за ту ссору. Мир?       Посмотрев на его протянутую ладонь с мизинчиком, повернула голову и посмотрела в его глаза. — Мгх, — прохрипела, сжимая своим. — Так, мне это не нравится. Ты заболела? — отрицательно машу головой, — Джон, — киваю, — Как он смел… Я же просил! Никого не пускать.       Пишу на его телефоне, что смеялась «до потери голоса» и сжалась от его крепких рук, прижимающих к себе. Он бормотал известную песню и глаза слипались. Должна признаться, что со временем стала привыкать к нему и уже не так остро реагировала на дела компании, его сделки и даже слушала некоторые истории. Теперь мы ужинали и могли выпить немного. Я в шутку называла нас пассивными-алкоголиками, а стоило услышать эти слова впервые он громко засмеялся до слез.       За несколько дней до церемонии Бен повез меня с собой. Предполагая худшее — удивилась. Мы выбрали одну из самых высоких елей — её пообещали привести уже завтра к утру. — Эй, спящая красавица, елку привезли. Идешь наряжать? — Блин, Бен, у меня было в планах выспаться, — пройдя мимо него в пижаме и теплых тапочках, посмотрела наверх, — Да уж, лестницу нам не достать. — Попросим персонал об этом. Начнем с нижних ярусов.       Было понятно — никто из нас не хотел говорить о завтрашней свадьбе. До обеда мы провозились с вешаньем гирлянд и подстраховкой. Бен сказал, что боится высоты и выдал мне верхушку. Я посмотрела на него снизу и закрепила украшение наверху. — Так, а гирлянды — скинем сверху. Я устою, кинь вон те. — Ди, ты… — И не планирую срывать свадьбу! Тащи уже, я голодная и не ела со вчера ничего!       Балансируя, эта гирлянда криво-косо, но всё же хорошо смотрелась на дереве.

***

      Этот день я планировала последние десять лет. За года наличие наряда менялось, то хотелось пышной и громкой свадьбы, то обычной в рубашке с кедами и росписью в Лас-Вегасе. Маленький Сэм смеялся из-за последнего и воспоминания о брате, Касе и его семье помогали вставать по утрам и проживать очередной из неизвестного количества дней.       Платье выглядело не пышным, шлейф тянулся в расстоянии метра и на каблуках его почти не будет видно. Визажисты уже вышли из комнаты и с минуты на другую сюда должен зайти Джон. Но прошло уже больше, чем нужно времени и двери резко распахнулись. — Сэм! — Ди, — казалось брат стал ещё выше, а крепкие руки прижали к себе так сильно, что дышать стало нечем, — Боже, как же я переживал… — Как ты оказался здесь? — Сэм, — его лицо исказилось и моя ладонь аккуратно сжала его плечо. — Мы ведь договаривались. После свадьбы. — Всё в порядке, это я его увидела. Он не причем. — Ладно. Во всяком случае, тебе Сэм пора занять место на скамье, а нам пора к алтарю.       Знаю, Сэм, знаю. Лучше он отнимет мою жизнь — это моя работа оберегать тебя от монстров.       Ходьба по дорожке казалась бесконечностью, Бен взял мою ладонь из руки Джона. Я смотрела в его глаза и краем уха слушала слова священника, повторяла, не с таким рвением. Роман прикоснулся к моим губам и закрыл своим телом, не позволяя увидеть телекамерам, что утыкается в уголок губ носом. Еле слышно шепчу «спасибо». Последующий вечер больше провожу с Сэмом, мы сидим на качелях во дворе и разговариваем об его учебе, о Гейбе с Джесс. На мой вопрос — как там Кас, брат отвел взгляд. — Сэмми? — Его не видно в городе. Стой-стой, Бальтазар рассказал, что Кас проживает не лучшие времена. — То есть Джон ничего… — Нет, Диана, нет. Наш Кастиэль больше не похож на себя, стал строже переехал в Огайо и работает там психиатром. — Вот как… А что за не лучшие времена? — Кажется, твой муж напился и идет к нам.       Бен не прошел и половину пути, как вдруг упал и стал смеяться. Я не пила в тот вечер, мы с Сэмом вдвоем поместили его на заднее сидение машины. Брат попросил подвезти его до автобусной станции. — Сэм, — он обернулся и грустно посмотрел на меня, — Пожалуйста, не говори им, что был здесь. Я тебя люблю. — И я тебя. Прости меня, что не смог уберечь. Мы найдем способ тебя вытащить. Я всё знаю, Джон рассказал. — Раз так… Надеюсь, до встречи.       И прощай. Я сорвалась с места и уехала в сторону отеля. Бенджамин уже проснулся и ещё пьяно разговаривал, одно хорошо с подземной парковки меньше шансов быть кем-то встреченными. Он придерживался меня, плелся, хотя уже увереннее стоял на ногах. Захлопнув дверь, ощутила его руки на своей талии. — Бен. Моё тело не предмет вашего договора. — А меня это не ебёт, — на мне уже был другой наряд, после сразу отправила в ателье. Его руки забрались под топ и поднялись к груди, — Не вырывайся! Хуже будет. — Бен, пожалуйста, пожалуйста…       Он развернул к себе лицом и глазами прошелся по телу. — На колени. — Ч-что? — Ты была права, я хотел, чтобы ты изначально принадлежала мне. Это был долгосрочный план. Вы ведь хорошо провели последнюю ночь с Кастиэлем? Секунда и его больше не будет. А теперь и я хочу получить удовольствие. В третий раз повторять не стану. Или ты хочешь, чтобы я вытрахал тебя под действием героина?       Это было так грязно, жестко и просто ужасно.       Следующим утром — от прежней меня ничего не осталось. Теперь мне хотелось умереть.