S t a y

      До приезда Сэма осталось три дня. Он заканчивал дела в Бостоне куда неизменно приезжал после закрытия семестров. Кастиэль подбадривал меня своим присутствием. Мы оставались либо в его кабинете, либо в моей палате. Наше общение постепенно налаживалось, становилось приятно, когда мы вновь понимали с полуслова. Даже играя в карты на моей койке, мне удавалось продумывать шаги наперёд и радостно хлопать по его открытой ладошке. За выигранные, и даже проигранные партии, он приносил то, что попрошу. У меня вновь появилась собственная расческа, старая одежда висела на теле громоздко, но я отшучивалась, что скоро не смогу влезть в свой любимый лук.       Дистанция сохранялась. Она была существенна и Кастиэль не говорил ничего. Думаю, после окончания смен и его ухода из больницы мы думали о существовании стены, опустившийся на время тех объятий после разговора с Габби.       Трудности с доверием никуда не делись. Кошмары стали сниться реже, два за неделю неплохой прогресс.       Наступило утро. Кастиэль разбудил и сдерживал мое тело и руки, не давая расцарапать свое лицо и его. Его пальцы проходили по волосам, чуть массажируя кожу головы. — П-п-рости…       Господи, голос ещё хрипел — помню только свой крик и слово «нет», разум не позволял вспомнить, что произошло в момент перед пожаром. Сердце стучало всё быстрее и мои пальцы попытались сжать его халат, но тело слабело. — Ты ток не волнуйся, — прохрипела я, повисая на его руке.       В глаза посветили фонариком, веки стали медленно открываться, и я недовольно засопела. Возле меня стояли двое врачей, Кастиэль положил свою ладонь мне на плечо, не позволяя присесть. Глаза пробежались по содержанию предметов в палате. Рубашка противно липла к груди, к браслету прилепили ещё одну бумажку. — Миссис Роман, как вы себя чувствуете? — Где я? — Тише, — Кас сжал мою ладонь, не позволяя выдернуть датчик. Кардиограмма стала идти на убыль, я сделала вдох и перевела взгляд на врача. — У меня снова произошел приступ? — Снова?       Я не обратила внимания на слова Кастиэля, слушая от другого врача — о возможных причинах, провоцирующих аритмию. Новак не остался в стороне и рассказал об упоминаниях в карте, что из-за нервных переживаний (стресса, панических атак) мое самочувствие становилось хуже. Врач задумчиво покачал головой прослеживая за неровными зубчиками на мониторе. Меня оставили в отделении кардиологии до утра, Кастиэль ушел из больнице ближе к полуночи — всё свободное время от работы он оставался рядом и даже не пытался поднять тему, способствующую нахождению здесь. Для ведения суточного мониторинга необходимо три раза за день подняться и спуститься своим ходом по лестнице вверх-вниз. После третьего подъема на десятый этаж я со вздохом оперлась на его плече и постаралась выровнять сбившееся дыхание. — Ты в порядке?       Кас проследил за тем, как я усаживаюсь на ступеньки и передал бутылку воды, часть из которой вылилась мимо. Да уж руки дрожат сильнее, чем обычно. — Аа-г-га, — я попыталась вновь продышаться, замечая, как и он сам дышит вместе со мной. Мой заикающийся смех разлетелся по пожарной лестнице. Положив лоб на его левое плечо, ощутила, как его пальцы переплетают мои, я накрыла их собственной рукой, — Извини, что не рассказала об этих приступах тебе сразу. — Признаться честно, я оказался взбешён, когда узнал о них. — Надо же, видимо я не всё о тебе знаю, раз ты не такой мягкий и пушистый в моментах переживаний, — он чуть закатил глаза и улыбнулся, даря улыбку и мне. Наверху раздавался свист исходящий от крыши.       Близился отбой, разум запомнил временное расписание. Обычно в это время мои глаза начинали слипаться, но сейчас, сидя вместе с ним — таким обычным, не во врачебной униформе, улыбка сама появлялась на лице. — Порой мне так хочется узнать, что творится в твоей голове.       Часть губы дрогнули в полуулыбке, моя ладонь легла ему на щеку, поглаживая по образовавшейся щетине. Он прикрыл глаза, наслаждаясь моментом. Мое лицо медленно приближалось к его губам и… Внизу с силой хлопнула дверь, Кастиэль расширил свои глаза и удивленно посмотрел на меня. Я быстро поднялась со ступеньки, прислушиваясь к громкому плачу внизу. Кастиэль прикоснулся плечом к моему пытаясь понять откуда идет источник шума. — Идем, — тихо прошептал он, первым устремляясь вниз. Частенько мы расставались на этаже чуть выше отделения, так произошло и сейчас, Кас вновь придерживал дверь, — До завтра. — До утра, Кас.       Я незаметно прошмыгнула мимо поста и взбила подушку. Впервые за долгие месяцы в палате появился телевизор. Стало бы лучше, если я нечаянно наткнулась на старый репортаж о пожаре в том доме? Недолго посмотрев на пульт, глаза начали слипаться. Ночь прошла без кризисов, мне с вчера назначали несколько лекарств и передали обратно под крыло Кастиэля. — Помнишь, как я называла тебя, ангелом? Это вырывалось так случайно, интересно почему.       До приезда Сэма осталось несколько часов. Я нагло улеглась в кресло, прямо на ноги Кастиэля, как и он тогда лежал на моих. Между событиями прошло меньше недели и мне с трудом верилось, что та Диана и та, что продолжала существовать сейчас, являлись совершенно разными людьми. Кастиэль вздохнул и отложил медицинскую карту в противоположную сторону. — Меня давно так не называли. Не знаю, может наши семейные имена — Кастиэль, Бальтазар, Габриэль натолкнули тебя на это? — его пальцы прошли вновь под волосами и глаза прикрылись от удовольствия. — Возможно и так. Почему именно они? — Джулия любила ходить в церковь и привила эту любовь нам с Бальтазаром. Она попросила назвать будущего внука в честь архангела. Что он сможет спасти всех нас…       Мы замолчали. Кастиэль задумался о своем, я вспомнила о потерянной возможности стать мамой. — Когда я узнала, что беременна в голову пришли нехорошие мысли. Всё крутилось вокруг Джона и мне хотелось насолить ему, сделать как можно хуже. — Ди, ты можешь не рассказывать, если… — Я готова, — он кивнул, позволяя высвободиться из его рук. Теперь мы сидели напротив друга по-турецки, — Как я уже говорила, в мыслях крутилось сделать Джону похуже. Утром, когда Бен уходил на работу, я оставалась со своими мыслями одна, сломленная, и сил едва хватало, чтобы дожить до следующего дня. Единственное, что я могу сказать вслух и тем более тебе — эта беременность не была желанной. — Ди… — Бенджамин считал, что данный ребенок может стать нашим освобождением, я же думала иначе. Он не должен был попасть в руки Джона. Мы оба расценивали его, как вещь.       Я замолчала, собираясь с мыслями. — Так больно будет всегда? — Возможно, да.       Я провела кулаком под носом и покачала головой. — Ты боец, ты сильная, ты добрая, ты — Диана, — напоминал Кастиэль мною придуманную мантру. — Спасибо тебе. Я не знаю, как бы жила не окажись тебя рядом. — Это моя работа — оберегать Диану Винчестер, в том числе и от одиночества.       Мои губы уже хотели спросить являются ли его слова тем, что мы сможем начать всё вновь — и дверь распахнулась. Летиция произнесла, что вот-вот начнется время посещений и осторожно приобняв увела меня умываться. Я всегда поражалась, как ей удавалось держать позитивный настрой и заражать им всех своих коллег и пациентов. Её пальцы заплетали косу и в завершении она покрутила зеркальцем, показывая пышную прическу. — Красавица. — Благодаря тебе! — Идем. Время с Кастиэлем идет тебе на пользу. Это ведь он… — Да, он, — я стояла вместе с ней у стены и смотрела, как в холл запускают людей, — Видишь того парня с длинными волосами? — Ух, ты не преувеличивала, когда говорила, насколько высокий у тебя брат. Беги.       Он столкнулся со мной взглядом и уронил рюкзак, когда я с разбегу запрыгнула в его объятия. Сэмми закружил меня по пространству, прижимая к себе и сгребая тело в более крепкие объятия. — Боже, Ди, я думал, что больше никогда тебя не увижу. Тот пожар… — Прости меня, Сэмми, прости, — я ощутила скатывающиеся слезы. Сэм прикоснулся к щеке, вытирая парочку. Мы присели на дальний диванов в общей комнате и тихо разговаривали друг с другом. — Это я должен просить. — Сэм. Всё кончено. Всё — главное, что ты в порядке. — Я такой трус! Даже сделать ничего не сумел и что в итоге — ты вновь пострадала из-за меня, — он повысил голос и я заметила, как зашуганные пациенты с опаской смотрят на него. Я шикнула и покрепче сжала его ладонь. Сэм выдернул её и уперся в диван спиной, кусая кожу пальца.       Всё хорошее настроение начало улетучиваться. — Ребята, может сходим погулять?       Кастиэль так незаметно подошел и я даже не вздрогнула, позволяя покрепче сжать плечо. Некоторые врачи провели нас удивленными взглядами и даже слова не бросили, когда Кастиэль держа мою руку в своей вел к выходу из отделения. Сэм плелся позади, и я слышала его сопение, он жалел о сказанных словах. Это же мой брат…       Воздух. Столько воздуха. Моя кожа выглядела невероятно бледной и смотря на проходящий мимо людей ощущала себя крошечной лягушкой. Шли мы недолго, я заприметила лавочку, и они пошли за мной. Сэм сел возле Каса, мне же пришлось вновь упереться головой о плечо Новака.       На небе ни облачка. Теплый день, без дождя — чем не подарок? Сэм вновь выдохнул и закрыл руками свое лицо. Я переглянулась с Касом и мы поменялись местами. Обняв Сэма за плечи, ощутила, как он расслабляется и в последующий момент сгребает меня в объятия.       А я пыталась быть храброй и наслаждаться своей жизнью.       В итоге мы решили пройти несколько кругов по парку и на последнем Сэм нес меня на спине и придерживал за ноги. Мы не молчали, Сэм рассказал, что ему осталось сдать несколько экзаменов в осенний семестр и лето у него абсолютно свободно. Он рассказал о ребятах из пожарной части, которые не знали, что со мной и подбадривали его каждый день. — Чего-нибудь хотите, — спросил Кастиэль указывая на ларек с напитками и сладкой ватой. — Я бы не отказался от холодной кокаколы. — А ты, Ди?       Мои глаза разбегались от выбора: мороженого, ваты, кукурузы, сладких напитков. Кастиэль пошел к продавцу. — Диана, прости меня за утро. Я чересчур сильно вспылил, — в ответ моя рука прошлась по его макушке. — Пожалуйста поставь меня на ноги.       Он присел, позволяя мне спокойно встать на ноги и размять их. — Мне правда жаль. — Я знаю. И буду благодарна тебе, если ты продолжишь меня защищать сейчас — мой маленький-большой братишка.       Он шмыгнул носом и кивнул. Я протянула в его сторону руки, вновь оказываясь в комфортных объятиях Сэмми.       Кастиэль вернулся с полным набором: и мороженым, и сладкой ватой, и газировкой — неуклюжа держа всё в руках. Я громко рассмеялась и взяла пару бутылок, охапку с мороженым, откусывая кусочек от ваты, от той, что находилась в руках Кастиэля.       Накормили, напоили, рассмешили. Что может быть лучше? Прогулка продолжалась уже несколько часов и начинало смеркаться. — Наверное, нам пора возвращаться в больницу?       Не знаю каким образом Кастиэлю удалось уговорить их главного врача выпустить меня на прогулку — ведь не все пациенты имели такую возможность. Сэм сказал, что придет завтра ближе к четырем и остался разговаривать с Кастиэлем. Мы помахали друг другу ладошкой, и я пошла к своей палате. — Хорошо провела время, Винчестер? — Господи, Кейтлин, — я попыталась нащупать выключатель и свет охватил пространство. В её руках находился планшет. Девушка сидела на моей кровати, повсюду были разбросаны вещи, — Уйди. — Так вы с ангелочком были вместе. Интересный момент.       Её планшет развернулся и моё сердце сделало кульбит. Одна из давних фотографий на фейсбуке, где мы с Кастиэлем фотографировались на набережной, сменились домашними, где он целовал меня в щеку. — Весь мир узнает о вас. Что, муженька и семейного бизнеса было мало? Также, как и о твоем нахождении здесь. Теперь все увидят это. Ааааа, — она обхватила своими руками шею и упала на холодный пол. — Прекрати себя вести так словно ты ребенок. Прекрати!       Её крик стал громче. Я посмотрела по сторонам и увидела приоткрытую форточку. С планшета шел стрим. Молниеносно схватив её вещь выкидываю, замечая несущуюся на меня девушку. Я стараюсь отойти, но она валит меня на пол и нехило встряхивает, вынуждая охнуть.       Нас разнимают два санитара. Меня-то за что! Я кричу и пытаюсь вырваться из рук другого человека, замечая ошарашенного Кастиэля. — Нейт, я сам с ней разберусь. — Под вашу ответственность, мистер Новак, — бурчит мужчина, позволяя встать на ноги и разжимает руки.       Кас хватает меня за рукав толстовки и уводит в свой кабинет. Я плетусь следом и провожу ладонью по щеке, на ней отпечатывается алый след.

Как же я ненавижу этот цвет

      Мылю руки до состояния пока кожа не начинает болеть. Кастиэль стоит за дверью в уборную. Я выключаю кран и съезжаю спиной по холодной стене. Моя давняя страница с шифром и ненастоящим именем оказалась так запросто взломана. — Нужно поговорить. — Хорошо, я слушаю. — Не я начала то столкновение. Возможно лишь немножко спровоцировала его, — Кастиэль устало проводит ладонью под глазами, — Она нашла наши фотографии, с той закрытой страницы. — Мы могли бы выкрутиться. Сказать, что всё осталось в прошлом. — А это так?       Ладно. Ладно, вторила я самой себе не веря в происходящее. — Пожалуйста, Кас. Ты же знаешь я не смогу без тебя. — Эй, — он поднялся на ноги и смотрел теперь сверху вниз. Его руки легли на мое лицо, и мы столкнулись лбами. Я наклонилась чуть сильнее, прикасаясь губами к его губам, — Диана…       Он был разочарован? Несчастен? Я опять надумала себе лишнего? Я захлопнула дверь в его кабинет и сжав кулаки пошла в свою палату. Вещи удалось перебрать за несколько минут. Смотря на плеер и кассету в ней, отвернулась к окну. — Зачем ты пришел?       Кровать прогнулась под тяжестью ещё одного человека. Я развернулась к нему. — Я не хотел тебя обидеть. Это не отвержение, пойми. Из-за меня чуть не стало нас. По моей вине ты оказалась в руках Джона. — Хоть ты не начинай.       Он глубоко вздохнул. Моя голова легла на его плечо, а руки обвили талию. Первые несколько минут он лежал неподвижно, мне хотелось закатить глаза, в тот же миг его нос зарылся в волосы. — Я люблю тебя. — Я тоже люблю тебя, Кастиэль. Но, кажется, нам понадобится много времени. — У меня нет планов на ближайшие семьдесят лет. — Широко ты размахнулся. — Всё для тебя.       Я усмехнулась и вложила свою ладонь в его, замечая свое отражение в кристально синих глазах. Кас оставил на лбу поцелуй, прижимая к себе чуть крепче. — Засыпай, а я посторожу твой сон. — Ты настоящий ангел, Кастиэль. Жаль, что я раньше этого не замечала. — Просто спи…