Гонка за новую жизнь

ГВЕЙН       Машина ехала слишком медленно, останавливаясь каждые пять метров. Водитель то и дело выглядывал в окно, выкрикивая ругательства и громко сигналя. Но Гвейн понимала, что это было бесполезно: находящиеся впереди них шофёры никак не могли повлиять на пробку, образовавшуюся впереди них. Впрочем, таксист, который ее вез, считал по-другому, продолжая громко критиковать окружающих водителей и рассказывая девушке, как бы им следовало вести свой маршрут.       Устав от криков и громких дорожных звуков, Гвейн не обращала внимания на недовольство таксиста и не хотела разговаривать с ним. Сегодня, как и во все остальные дни, она, отработав свою вторую рабочую смену и доставив все листовки и флаеры по нужным адресам и офисам, сразу же поспешила взять такси, чтобы ехать на свою третью работу. Обычно флаеры доставляли люди, имеющие свой транспорт для того, чтобы успеть приехать по всем адресам, порой находящихся на приличном расстоянии друг от друга. Гвейн же приходилось делать это, обходя пункты доставки пешком, лишь иногда, когда это было совсем необходимо, садясь в автобус до следующего пункта доставки. Каждый раз ей приходилось делать это очень быстро, чтобы успеть на свою следующую работу и, хоть это и обходилось довольно дорого для нее, в спешке брать такси. Сегодня же девушке особенно не повезло. Промотавшись на автобусе по разным частям города, она не только опаздывала сильнее, чем обычно, но еще и оказалась вечером в самом центре Токио в гуще бесконечных пробок. Да еще и водитель оказался очень скандальный. Иногда Гвейн казалось, что его поведение приведет их обоих к еще большим проблемам.       Она посмотрела на маленькую карту, приклеенную к нижней части лобового стекла. Если они проедут еще пару поворотов, она сможет выйти из машины и добраться до работы самостоятельно. Это было неблизко, но она в любом случае проделала бы этот путь быстрее на своих двоих, чем продолжая ехать в такси. Сейчас ей нужно было просто запомнить, как лучше срезать, чтобы сократить дорогу. Главное - не запутаться в маршруте.       Еле дождавшись, когда поворот будет позади, и ей будет удобно выйти, она открыла дверь и отдала таксисту приготовленные деньги, заплатив как за полный проезд. Это было невыгодно, но времени торговаться у неё не было. Она побежала, прокручивая в голове, когда и где ей следовало свернуть, чтобы добраться быстрее. Гвейн знала, что уже не успеет вовремя, и сейчас всё, что она могла сделать — не усугубить ситуацию еще сильнее.       Наконец, Гвейн оказалась на улице баров. Она вздохнула с облегчением - осталось совсем немножко. Она была уже близко, но и бежать так быстро уже не могла. Девушка замедлилась, но не остановила бег. Спустя ещё пару сотен метров она увидела вывеску «Сохо».       Вбежав в бар, Гвейн с ужасом увидела, что сегодня было особенно много посетителей. Она не знала, кто справлялся с её обязанностями, пока она добиралась. Возможно, люди просто сами брали алкоголь на барной стойке, поэтому начальство ещё не знало о её опоздании. Девушка надеялась на это. Закрывшись в пустой комнате для рабочего персонала, Гвейн не медля стянула с себя пыльные старые джинсы, сменив их на короткую юбку и фартук официантки.       Вернувшись в зал, Гвейн, не дожидаясь пока её начнут подзывать, принялась сама обходить столики, надеясь, что сможет наверстать упущенное, приняв больше заказов, чем обычно. Крутясь в спешке и уворачиваясь от танцующих моделей, которых здесь, по обыкновению, было битком набито, Гвейн несколько раз чуть не выронила поднос из рук, но вовремя удерживала его.       Подавляющее число заказов было, как всегда, на алкоголь, хотя некоторым клиентам, очевидно, пора было прекратить пить спиртное, причём не только в этот вечер. Вскоре, Гвейн успокоилась и влилась в прежнее рабочее русло. Это была её типичная смена в «Сохо», она бегала среди гуляющих и шумящих, стараясь делать вид, что ей весело. Хотя, на самом деле, она очень устала…       Отнеся еще несколько заказов, официантка увидела, что почти все столики заставлены алкогольными напитками и коктейлями. Обессиленно опустившись на стул, она следила за происходящим, надеясь, что ей еще не скоро придется отправиться за новой партией спиртного для гостей.       Вдруг она увидела, как какой-то парень сел прямо напротив неё. Гвейн немного испугалась, но увидела, как вокруг него крутится целая толпа моделей и успокоилась, решив, что парень просто занял свободное место и ему не могло быть никакого дела до официантки.       — Извините, мисс…       Гвейн подняла глаза. Парень смотрел прямо на неё, он обращался к ней, в этом не было никаких сомнений.       — Простите, мисс… Я приехал в Токио всего неделю назад, не подскажете, где здесь можно остановиться поблизости за небольшую цену?       Вокруг парня вилось так много моделей, что Гвейн стало непонятно, почему он решил спросить об этом именно её, в то время как такое количество желающих было готово дать ему совет. И не только совет.       — Неподалеку полно гостиниц, если вы посчитаете их дешевыми…       Гвейн закусила губу. Ей-то они точно дешевыми не казались.       — Я бы хотел поселиться там, где бы мне ничего не помешало работать.       — Работать? — изумилась Гвейн.       Он бы не смог остановиться поблизости и спокойно заниматься делами. Люди приезжали сюда отдыхать, в этом районе постоянно играла музыка, не только ночью, да и специфика гостиниц была особая.       — Вы не сможете работать, если остановитесь где-то здесь. Это Уолстен-стрит, улица баров и ночных клубов.       Вдруг девушка услышала взрыв хохота и перевела взгляд. Один из перебравших с выпивкой посетителей лез на стол, шатаясь и грозясь свалиться. Его приятели подбадривали его тупыми выкриками и свистами. Гвейн уже знала, что сейчас они наверняка что-нибудь разольют или сломают, прибавив ей этим работы.       — Тогда... Может подскажете мне? В каком, непохожем на этот, районе, было бы удобно поселиться?       Гвейн захотелось отмахнуться от него, как от назойливой мухи. Если ему так надо было куда-нибудь заселиться, он мог просто сесть в тачку, взять курс до ближайшей гостиницы и уже через несколько минут договариваться на ресепшене о цене, а не отнимать её короткое свободное время пустыми разговорами.       — Нууу... — протянула Гвейн, думая, как поставить ответ так, чтобы больше он не мог спросить ни о чем. - Можете просто взять курс в любую сторону, вокруг полно недорогих гостиниц.       Дело было не в парне. Не смотря на круживших вокруг него девушек, он не казался разбалованным или неприятным. Скорее причина была в Гвейн, ей не хотелось слушать, думать и говорить в то время, как ей казалось, что она засыпает...       Вдруг послышался громкий дребезг. Гвейн резко вздрогнула и открыла глаза, принявшись озираться в поисках разлетевшихся осколков.       — Повтори мне это еще раз в лицо, сукин сын, и ты пожалеешь, что твоя мамаша родила тебя на свет.       От сонливости не осталось и следа. Стало очевидно, что посуду не просто нечаянно уронили: она была разбита нарочно, и тот, кто это сделал, не хотел ограничиваться одним лишь нанесением убытка заведению. Любопытные модели сгруппировались, освободив больше места для обзора, и Гвейн снова увидела мужика, пытающегося залезть на стол несколько минут назад. Сейчас этот мужик, все ещё пытаясь получить как можно больше одобрения со стороны приятелей, выяснял отношения с каким-то парнем, со всей серьёзностью напирая прямо на него и находясь к нему так близко, что не оставляло им обоим никакого личного пространства.       — Я сказал, ты — ничтожество и просто урод, — ответил ему парень.       Мужик покраснел, его грудь расширилась от тяжёлого дыхания. Гвейн тихо охнула и неосознанно поднесла руки к губам. Драки в «Сохо» случались не так часто, но время от времени они все-таки случались, так было всегда. И сейчас было понятно, что очередной из них было не избежать, и Гвейн видела это. Она понимала, что мужик хочет и готов перейти к действиям, и боялась этого.       — О нет... — простонала официантка, не сводя с них глаз.       — Все нормально... Если они любители проблем на свою зад... голову, то это их проблемы, — парень, ранее спрашивающий её о жилье, был совсем не впечатлен.       Но Гвейн имела некоторый жизненный опыт... Она знала, что такое настоящие, крепкие драки и пусть даже конфликтующие не были похожи на настоящих бойцов, своей глупостью и неосторожностью они могли принести друг другу непоправимый вред. И Гвейн боялась этого, она ощутила дрожь, когда мужик попросил повторить ему слова, а когда они и вовсе вцепились друг в друга, сразу упав на пол, сорвалась с места и, проскользнув между моделями, начала расталкивать плотную образовавшуюся толпу, как-то надеясь успокоить дерущихся.       К тому моменту, когда Гвейн удалось вырваться к центру, дерущиеся уже лежали на полу, хватая друг друга за руки и пытаясь нанести удары одновременно. Они оба выглядели красными и разгоряченными, иногда издавая яростные звуки.       — Стойте, здесь нельзя драться!       Гвейн услышала свой голос, слабый и испуганный. Девушка понимала, что, если она хочет их успокоить, то должна быть настойчивой и уверенной, но пока Гвейн просто продолжала стоять, не зная, как подступиться к ним и оттягивая переход к действиям своей нерешительностью.       Подбежав к повалившему парня мужику, Гвейн схватила его за торс, потянув на себя. Мужик мигом развернулся, его широкая рука наотмашь ударила её, и руки официантки соскользнули с его потного тела. Девушка отлетела назад и упала на кафельный пол. Она не сразу поняла, что произошло, но догадалась о случившемся по оповестившей её тупой боли в пояснице.       —Кто это? Это твоя телка? Сейчас она тоже от меня получит, — услышала Гвейн.       Мужик встал обратно на ноги и, переполненный неизлившейся яростью, смотрел прямо в лицо Гвейн.       — Эй, не трогай её.       Обернувшись на новый голос, мужик растерялся, не понимая, кто сейчас являлся его главным соперником. Гвейн тоже перевела взгляд.       — Кто это был? Кто сказал это? — спросил мужик, попеременно осматривая каждого из посетителей.       Но Гвейн сразу поняла, кому принадлежал этот голос. Это был тот азиатский парень, разговаривавший с ней. Около него ещё крутилась целая толпа легкомысленных девушек. Когда Гвейн побежала разнимать драку, он остался сидеть за столиком, так что официантка почти уже забыла о нём и была удивлена увидев, что парень тоже пытается уладить конфликт. Правда, они оба раздули ситуацию до ещё больших масштабов, а не разрешили её.       — Не трогай её. Просто не трогай, — повторил парень.       Было видно, что он пытался быть осторожным и не нарываться на драку, но всё же занял удобную позицию для нанесения ударов.       — Ты будешь указывать мне что делать? — медленно протянул мужик, найдя себе нового врага в лице появившегося парня. О своем старом противнике он уже позабыл.       Слегка покачиваясь от выпитого, мужик медленно направился к парню. Официантка быстро поднялась и, обойдя его, встала рядом с азиатом, пытаясь защитить и его тоже.       Вдруг раздался свист. Толпа, как по команде, медленно начала расступаться и разбредаться по всему бару. Гвейн повернула голову, краем глаза пытаясь не упускать из вида мужика. К ним направлялась полиция. Вряд ли кто-то из посетителей позвал её на помощь, скорее, в «Сохо» было громче, чем во всех остальных барах, и полиция пришла проверить обстановку.       Гвейн почувствовала, как кто-то схватил её за руку и потащил в сторону. Парень уводил её с места разборок, предоставляя полиции окончательно уладить проблему. Мужик, все еще не понимая, куда разошлись люди, озирался в поисках новых жертв, крепко выражаясь.       Как только они оказались от них на приличном расстоянии, парень взял Гвейн за плечи и развернул лицом к себе.       — Зачем ты полезла? Это были их проблемы.       Гвейн подумала, не стоит ли ей ответить ему, что это не его дело, и просто уйти, освободив себя от объяснений, но увидела, что парень был взволнован и не захотела этого делать. Всё же он собирался помочь ей и принял удар на себя, поэтому она не могла так поступить, но и не захотела оправдывать своё поведение перед ним или хотя бы сделать вид, что пытается его оправдать.       — Просто это такое место... Если не успокоить их вовремя, может до всякого дойти...       — Тебе надо быть осторожней. Ты не настолько крепкая, чтобы разнимать дерущихся пьянчуг.       — Я тебя поняла. В любом случае, мой рабочий день подошел к концу. Здесь у многих проблемы с законом, и полиция распугала всех наших клиентов.       Гвейн проследила за взглядом азиата. Он внимательно осматривал помещение, только сейчас заметив, какой бардак царил после обычной ночи в «Сохо». Сейчас, когда все уже разошлись, и зал был пуст от людей, вид на опрокинутые стулья, мокрые столы и пол отлично открывался взору.       — Утром придет уборщица и все уберет, — объяснила она. К счастью, хотя бы уборка не входила в её обязанности.       — Ну если так, тогда мы тоже можем быть свободны.       Гвейн кивнула и, открыв дверь, поспешила покинуть уже надоевший ей за сегодня бар, но, оказавшись на улице, решила подождать азиата. Все-таки, хотя она совсем не ожидала помощи ни от него, ни от кого-то ещё, он был единственным, кто заступился за неё, а такое поведение не было привычным в стенах «Сохо».       Они медленно побрели по ночной улице. Они не говорили друг другу ни слова, пытаясь наслаждаться (насколько это было возможно, находясь на самой шумной улице баров) тишиной и спокойствием. Гвейн выжимала отдых из всего, из чего только было возможно: она отдыхала, возвращаясь с ночной смены, пока ждала такси, переодевалась или ехала по городу. Больше у неё ни на что не хватало времени.       — Тебе было интересно, почему я вмешалась… Зачем полезла к этим мужикам… — девушка первой нарушила молчание. — Один раз подобное уже произошло. В нашем баре. Двое выпили и решили подраться. Также, как и все остальные, я не обратила на них никакого внимания, ведь в ночной пьяной драке нет ничего удивительного.       Гвейн замолчала. Она хотела рассказать, но будет ли это интересно парню? Ведь он легко мог расценить её историю как враньё или вообще не принять её всерьёз.       — А что было дальше? — парень спросил её как можно осторожней, уловив её настроение.       — Драки так и не произошло. Они навалились друг на друга, и один из парней, на вид даже младше меня, упал, ударился затылком и тут же умер. Это было страшно, как будто невозможно... Такая глупая смерть, а мы просто сидели и ничего не делали. А сегодня все было так похоже, пусть даже и не совсем так, как в тот день.       Больше парень не стал ни о чем спрашивать. Он понял суть, а уточнение подробностей стало бы слишком личным для её воспоминаний. Чтобы обдумать эту историю, они помолчали, совсем чуть-чуть.       — Как тебя зовут? — спросил азиат. - Как тебя зовут? - спросил азиат. - Гвейн. — А я Хан. Приехал из Рио.   — А почему именно в Токио? — спросила девушка, скорее чтобы поддержать разговор, чем из интереса.        — Не знаю. Просто давно хотелось это сделать. - А почему ты работаешь в ночном баре? Это, как видишь, не так уж и безопасно. Гвейн задумалась. Когда она говорила, что хотела бы сменить работу на менее шумную, но не могла, люди не понимали этого. Ведь все было просто: берешь, уходишь и ищешь что-нибудь новое. — Мне срочно нужно было устроиться на работу, а эта вакансия была открыта. Я бы не сказала, что хочу работать в «Сохо», но я итак довольно долго пыталась хоть куда-то устроиться, я не могла отказаться от этого места. — Все равно это не то место, за которое стоит цепляться. Ты могла бы оставить бар, чтобы найти нормальную работу или хотя бы утроиться в дневную смену. Конечно, хоть его ответ и был таким же, как и у всех, но он говорил верно. Только у Гвейн не было времени бросать, думать и находить новое. Она не могла так размениваться деньгами, поэтому завтра, также, как и сегодня, она снова наденет фартук и сделает свой осознанный выбор в пользу «Сохо». Они вышли к проезжей части. Гвейн обернулась, чтобы попрощаться с Ханом. — Я могу подвезти тебя до дома? Не бойся, я почти не пил. — Нет, не стоит. Я возьму такси. Отвернувшись к дороге, Гвейн начала ловить такси. Несколько из них проехали мимо, видимо, не желая брать пассажиров в столь поздний час, но вскоре одна из машин все же остановилась перед ней, не заставляя ждать девушкой очень долго. Девушка махнула Хану и села на заднее сиденье такси. Машина тронулась. Некоторое время Гвейн спокойно ехала, а потом вся усталость и тревожность, которую она пыталась от себя отогнать, словно накрыла ее. Она не знала, что ее ждет дома. Возможно, отец снова не смог добраться до кровати и уснул прямо на пороге и она запнется о него, также, как и вчера, а он расшумится и разбудит пьяную мать. Гвейн попыталась вспомнить, не забыла ли она перепрятать от него деньги, и сколько у нее было денег, и куда она их спрятала, но сон окончательно сморил ее, и эта проблема отошла на второй план. На целых пятнадцать минут...