Переломный момент

Друзья пришли в гостиную, не проронив ни слова. Неизвестность пугала. — Так, Гарри, — уверенно произнесла Гермиона, когда они сели на диван напротив камина — было уже достаточно поздно, только несколько семикурсников сидели в противоположном углу, играя в волшебные шахматы, — надо еще раз всё повторить. Акцио книга заклинаний! Увлеченный огнем Гарри вздрогнул, когда в руки подруги прилетел увесистый том — они его штудировали с момента зачисления парня в чемпионы. — Кажется, мне должна угрожать смертельная опасность, чтобы я начал хоть что-то учить… — Ага, — хмыкнула подруга, — и Грюм с империусом. Тут парень кое-что вспомнил. — Г-е-е-е-рми, — о нет, когда Гарри говорит таким тоном… ну, обычно они так и находят все свои неприятности, — а если я швырнусь непростительным на задании — меня не упекут в Азкабан? — Не смей думать об этом! Мы даже не уверены, что тебе нужно будет от кого-то обороняться — вдруг это будет логическая задачка? — сурово посмотрела на задумчивого друга Гермиона. — Ага, ты только представь Крама, который будет пытаться думать, — Поттер ухмыльнулся. — Гарри! — нахмурилась Грейнджер и скрестила руки на груди, — не уподобляйся Малфою! Мы не можем исключить возможность таких испытаний. — Шанс есть, но он очень маловероятен. — зевнул парень, — Ты просто подумай — толпа народу, которая требует хлеба и зрелищ — будет несколько часов в тишине смотреть, как мы будем пытаться разгадать загадку? А мадам Пинс будет появляться между рядами и говорить: «Проявите уважение к выступающим, или покиньте стадион! Не мешайте другим тихо пялиться на участников»! — тут Гарри даже укоризненно покачал пальцем. Он так похоже изобразил их библиотекаря, что Гермиона не удержалась и засмеялась. — Тем более то, что Бэгмен будет комментировать первый этап — не для кого не секрет. — Ладно, ты прав, Гарри, — Гермиона внезапно нахмурилась, —я хотела тебя спросить, — она пододвинулась почти вплотную к Гарри, вызвав у того мимолетное смущение — и давно он стал так реагировать на Гейнджер? — ты связывался с Сириусом? — спросила она шепотом. — Он призывал не париться и заавадить всех и вся, — хмыкнул Гарри в ухо подруги, — и списать все на состояние аффекта. — Только попробуй так сделать, — Гермиона закатила глаза и слегка отодвинулась, открывая книгу на самых сложных заклинаниях, которые они разучили. Да с таким багажом знаний им хоть вместо Грюма защиту преподавать! — итак, начнем с отражающего… *** Смотря на свой завтрак, Гарри невольно вспомнил, как волновался перед своим первым матчем по квиддичу — тогда он также не смог съесть и крошку, тупо смотря на свою тарелку и перечисляя в голове всевозможные травмы, которые мог бы получить. Только сейчас он старался не думать ни о чем, сосредоточившись на ощущениях организма — волнение тугим узлом пульсировало в желудке, подталкивая к горлу тошноту. Какая-то необъяснимая отчужденность накрывала его с головой, будто на него наложили дезиллюминационные чары. — Гарри, — словно из-за стекла послышался обеспокоенный голос Гермионы, — поешь немного, пожалуйста, тебе это и правда нужно. — Чтобы меня стошнило на врага? Рядом послышались смешки — друзья и не заметили, как к их отдаленному месту за столом придвинусь остальные однокурсники и, когда оба повернулись, то с удивлением обнаружили одобряющие улыбки ребят. — Нам по Малфою, как ты оказался участником… — торжественно заговорил Фред, вставая коленями на лавку и наигранно-надменно смотря на Гарри. — … и абсолютно начхать чихом квинтонога на мнение окружающих… — вторил Джордж. Гермиона улыбалась, поглядывая на растерянного друга — наконец-то остальные одумались. Хотя, из сегодняшнего анабиозного состояния Поттера может вывести только дракон, ворвавшийся в большой зал и попросивший передать тыквенный сок… — … поэтому тебе, как старому, опытному камикадзе… — … мы предлагаем сделать ставку первым! — торжествующе улыбнулся Джордж Уизли и с грохотом поставил на стол небольшой коричневый ящик. За столом гриффиндора резко наступила бы осуждающая тишина, если бы тишина могла осуждать. — Мальчики! — суровым взглядом посмотрела на братьев Джинни — лучшим из арсенала своей матери, — Гарри нужна поддержка, поэтому со своими глупыми идеями идите лучше к пуффендуйцам! — Так мы и поддерживаем его, сестренка… — … материально. Неожиданно для всех виновник торжества засмеялся, отставляя от себя тарелку с нетронутой яичницей. — Тогда я ставлю один галеон на свой проигрыш, — просто шутки ради сказал Гарри. Братья, с одинаковыми ухмылками, шутливо раскланялись, черкнув его имя на волшебном пергаменте. — Что за необычайная вера в себя! — Ты как всегда оптимистичен, Гарри, — похлопал Поттера по плечу Симус. — В таком случае, — Гермиона откинула копну волос с плеча и вызывающе оглядела стол, подмечая угрюмого Рона, сидящего подальше от всех и растеряно-заинтересованные взгляды своих однокурсников, — ставлю десять галионов за то, что Гарри займет первое или второе место! — И я! — вскочил Дин. — Я тоже! — неуверенно протянул Невилл, — думаю, хотя бы сейчас нам следует поддержать тебя, Гарри. — Два галеона, прости, Гарри, что вели себя, как идиоты — гриффиндор своих не бросает. Поттер лишь рассеяно улыбался, глядя на то, как его друзья наперебой делают ставку на то, во что он даже во сне не поверил бы. Они все улыбались, похлопывали по плечу, говорили слова поддержки — будь он в более адекватном состоянии, то точно бы удивился — гриффиндорцы хоть и не ходили с дурацкими значками, не высказывали открыто свою позицию, но игнорировали Поттера, кидая косые взгляды в гостиной и в большом зале. И все ж хорошо, но БУМ… — Мистер Поттер, — к ним подошла Макгонагалл, — всем чемпионам необходимо подготовиться к заданию, пройдемте со мной. Парень почувствовал легкое покалывание в ладонях. Судорожно вздохнув, он поднялся со скамьи под взгляды всего большого зала. — Удачи, Гарри, — тихо шепнула ему в след Гермиона. Выглядела она крайне обеспокоено. — Надеюсь, ты захватил с собой памперсы, Поттер? — хохотнул Малфой в вдогонку, чемпион уже вышел за пределы зала, поэтому услышал только злые выкрики со стола гриффов. Профессор Макгонагалл переживала едва ли не сильнее самого Гарри — её губы сжаты в тонкую полоску, а под глазами легли черные тени. — Не переживайте, Поттер, — сказала она, когда они вышли из замка — Гарри хмуро отметил, что они идут по направлению к Запретному лесу — воспоминания о нём заставили парня судорожно вздохнуть. Только не это, — вас будут охранять лучшие авроры, тем более, вы должны помнить, — все вещала она, идя немного впереди Гарри и не видя, что тот побелел, как полотно, — что директор Дамблдор никогда не подвергнет вас опасности. Парень кивнул, как болванчик, устремляя взгляд на мрачные деревья. Стояла пасмурная погода, тучи сгущались, придавая мрачности. Гарри никогда в жизни не чувствовал настолько сильный панический страх — хотелось выть волком, упасть прям здесь и, плюнув на все, малодушно отказаться от испытания. Или пустить аваду себе в висок. — Нам сюда, — кивнула декан в сторону палатки, стоявшей на опушке леса. Немного левее стоял квиддичный стадион, только факультетские расцветки были убраны, трибуны стояли с дополненными рядами и скрывали то, что находилось на самом стадионе. Но Гарри больше всего пугал приглушенный шум — явно заклятием, но какой мощи должен быть источник, если он пробивался даже сквозь заглушающие чары? — Поттер, — голос профессора дрогнул, — не бойтесь, вашей жизни ничего не угрожает. И помните, что вы не должны были участвовать — ваши соперники старше и намного опытнее вас, поэтому, если вы не справитесь, никто винить вас в этом не будет. Удачи вам… Гарри. — Спасибо, профессор. Макгонагалл кивнула и быстро удалилась — Гарри готов был поклясться, что увидел в уголках её глаз блеснувшие слёзы. Было приятно и неловко осознавать, что за него так кто-то переживает. Через секунду он уже зашел внутрь. — Мистер Поттер! — Людо Бэгмен — тот самый глава Департамента магических игр и спорта, что комментировал чемпионат мира по квиддичу — блистал в своей лучезарности. Он был одет в неизменную чёрно-желтую мантию — форму Уимбурнских Ос, — наш самый знаменитый чемпион! Проходи, Гарри, не стесняйся! Парень, застывший на пороге, попытался скривить нечто, похожее на улыбку и подошел к Бэгмену, пожимая протянутую руку — мужчина что-то заливисто вещал, сияя голубыми глазами, Гарри же не слушал, а смотрел на остальных чемпионов — Флер была необычно бледна, разговаривая о чём-то с мадам Максим, Виктор Крам, угрюмее, чем обычно, ходил по палатке, разминая плечи — Каркарова рядом не наблюдалось. Диггори вяло улыбнулся Гарри, но держался более менее невозмутимо. «интересно, я один так нервничаю? Догадываются ли они о том, что нас ждет?» — думал Гарри, когда вездесущий Бэгмен отошел дать интервью репортерам и в палатке остались одни чемпионы. Решив, что гадать — не лучшая сейчас идея, Гарри подошел к Седрику. Надо было отвлечься… — Ты как? — первым поинтересовался Диггори, улыбаясь — в последний раз они общались летом, на чемпионате. Гарри и забыл, какой тот открытый и дружелюбный для всех. Не зря купался в лучах любви своего факультета — да и всего Хогвартса в последнее время. — Не то, чтобы отлично, — слегка улыбнулся Гарри, — а ты? Думал, что будет на нашем испытании? Парню очень не понравилось, как Диггори напрягся и в упор посмотрел на него, словно силясь разглядеть что-то. А потом вздохнул и, неожиданно крепко взяв парня за руку, отвел в самый угол палатки. — Седрик? — Ты серьезно не знаешь? —  спросил Диггори. Таким сосредоточенным и напряженным Гарри удавалось видеть его только на матчах. Плохие мысли начали закрадываться в голову… — О чём не знаю? — О драконах. — О к-каких драконах? — Наше первое испытание, мы должны сразиться с ними, — взволновано зашептал Седрик, — все уже давно знают, неужели, — он посмотрел на вход палатки, а потом опять на шокированного гриффиндорца, — Дамблдор не сказал тебе? Или Грюм? Слышал, как он советовал Хагриду предупредить тебя… — Н-нет, — у Гарри опустились руки. Хагрид? Директор? И никто… совершенно никто не сказал, хотя все чемпионы знают. А что же делать теперь? Он, против дракона… один, опять один… Седрик закусил губу — его соперник был явно в растерянности, в зеленых глазах мелькали дикий страх и обида. Но он не знал, как помочь юному Гарри — сам промучился неделю, прежде, чем отыскать нужное заклинание. И то с помощью отца, работающего в министерстве. — Прости, что так вышло. Знал бы, предупредил. — Ты не виноват, это… — Гарри запнулся на полуслове, когда его неожиданно дернули за мантию. — Гермиона! — Ну, вы поговорите обо всем, я вас оставлю, — задумчиво улыбнулся Седрик и направился на кушетку, где сидел до этого. Гарри сразу же схватил подругу за локоть и притянул к себе. Её испуганный взгляд оказался совсем рядом, а теплое дыхание касалось его лица. — Что ты узнал, Гарри? — Драконы, — прошептал парень, сжимая рукав мантии Гермионы. Девушка судорожно вздохнула — её глаза расширились. — Я должен сразиться с драконом, Герми. Нет, Гарри, нет. О чем же они думают? О чём они ВСЕ думают?! Она должна держаться — очень хотелось броситься на шею другу и увести его — спрятать, наложить на себя фиделиус — только бы уберечь. Нельзя. Надо мыслить хладнокровно. Это им сейчас нужно больше всего. — Значит так, — она отошла от отчаявшегося друга, — посмотри на меня, Гарри, — и, приподняв его лицо так, чтобы были видны глаза , — ты — самый храбрый человек, которого я когда-либо знала. Поверь — ты очень сильный волшебник, ты — тот, кто борется со злом каждый год. На первом курсе ты одолел Волан де морта, а это — это всего лишь какой-то дракон, — она ухмыльнулась, — да каждый день авроры видят вещи пострашнее змея с крыльями! «Погодите…» — Гермиона, ты гений! — чуть ли не закричал Гарри и увидел, как до подруги тоже начинает доходить, что дракон — это такая же змея, а перед ней стоит змееуст. — О боже, точно! — Это просто невероятно! Увидев, какое облегчение отразилось на лице друга — девушка не выдержала и прыгнула ему в объятья, с трепетом ощущая, как Гарри нежно обхватывает её талию. Радость от невероятного открытия им омрачил щелчок фотокамеры и женщина в едко-зеленом платье, вышедшая из клубов дыма. В цепких пальцах с вызывающим красным маникюром она держала блокнот и прытко-пишущее перо. — Какая трогательная… сцена, — блеснула Скитре хищным взглядом в сторону молодых людей, — мальчик, не знающий заботы… — Эванеско! — произнес Седрик, загораживая друзей и направляя палочку вначале на блокнот, затем на камеру журналистки. Предметы исчезли в мгновение ока. — Да что вы себе позволяете! — вскинулась Рита, злобно сжав в руке своё перо. — Просим вас покинуть палатку, — грубо произнес Виктор Крам, подошедший сзади, Гарри удивился — тот вообще впервые в его присутствии что-то сказал. — это место для чемпионов и их друзей. Спорить с суровым болгарином репортерша не смела — лишь раздраженно поджала губы и, кивнув своему фотографу, расторопно покинула помещение. — Гарри, Гермиона, все хорошо? — искренне поинтересовался Диггори, улыбаясь друзьям. — Да, спасибо… Не успела девушка закончить, как в палатку вошла целая делегация — угрюмый Барти Крауч, взволнованный Бэгмен, не перестававший улыбаться всем и вся, а также директора школ. — Гарри, мне пора. — зашептала Гермиона, — но я решила перестраховаться и… — Мисс Грейнджер, — Дамблдор удивленно посмотрел на студентку, — что вы здесь делаете? — Я уже ухожу, профессор, — не взглянув на друга, Гермиона покинула палатку, напоследок махнув гривой каштановых волос. Гарри так и не успел подумать о том, что решила его подруга, как Дамблдор приобнял его за плечи и подвел к образовавшемуся кругу из чемпионов и их наставников. Директор с виду был крайне невозмутим — однако Гарри нахмурился, когда рука Дамблдора с силой сжала его предплечье. — Уважаемые участники турнира, — начал вещать ослепительный Людо Бэгмен, — сейчас я вам скажу то, что вы пытались безуспешно разгадать в течении недели, то, что терзало вас по ночам, — не увидев особо нетерпение, а, посмотрев на сурового Виктора, который по ночам явно спал, Бэгмен продолжил, — вам предстоит испытать на себе то, что испытывали хваленые рыцари прошлого… — Дорогой коллега, думаю, нам надо перейти ближе к делу — старт через десять минут, — лаконично перебил блондина Барти. — Прошу прощения, — кажется, ничего не могло сбить настрой этого человека. Бэгмен продолжил, не меняя ни темп, ни тон голоса, — вас ожидает… встреча с драконами! — он замолчал, ожидая бурную реакцию, Гарри даже стало дико смешно от того, как вылупился в ожидании Людовик, а все остальные выглядели так, словно сию же секунду заавадят его, если тот не продолжит. — Так вот, — мистер Крауч взял инициативу на себя, — в этом мешке находятся миниатюрные копии драконов. — Бэгмен весело улыбнулся и, развязав атласную ленту, подошел к Флёр, которая стояла по правую сторону от него, — вам необходимо… Спустя несколько минут в руке Гарри крутилась, скалясь, Венгерская хвосторога. *** Седрик только что покинул палатку. Стадион взорвался оглушающими выкриками. Такой бурной реакции не получали ни Флер, ни Крам. Гарри остался один… и поток мыслей обрушился на него, словно лавина — только сейчас он вдруг осознал, насколько глуп их план! Вдруг у драконов другой язык? А если дракониха будет не в настроении отвечать на просьбы, учитывая, что у неё отобрали кладку? А если Гарри забыл парселтанг? Судорожно представив змею, Гарри пытался поздороваться с ней, но когда уже третий раз слышал обыкновенный «привет», паника накатила на него с новой силой — руки вспотели, а во рту все пересохло. «Чёрт! Я забыл парселтанг!» — с ужасом подумал Гарри. «Ты придурок, Поттер, — внезапно в мыслях появился ухмыляющийся голос Малфоя, — ты никогда не слышал, как говоришь на змеином, для тебя это обычный английский, а для остальных — шипение.» «Он прав, Гарри, — нежный голос Гермионы в его голове только подтвердил, что крыша уже давно съехала, даже не попрощавшись, — не паникуй, ты все сможешь». Гарри судорожно вздохнул, а палочку он не забыл? — И ЧЕМПИОН ХОГВАРТСА СЕДРИК ДИГГОРИ В РЕКОРДНЫЕ СРОКИ СПРАВИЛСЯ С ЗАДАНИЕМ! ЧТО ЖЕ, ПРИШЕЛ МОМЕНТ… — раздался голос Бэгмена, усиленный сонорусом… «пора» Гарри почувствовал спазм в горле. Филч приоткрыл выход из палатки и Гарри подошел к выходу… ноги стали ватными, на грудь что-то давило … Мыслей не было. Шаг, еще шаг, еще — и Гарри оглушил вопль беснующегося стадиона. — ГАРРИ, ГАРРИ, ГАРРИ, — скандировали трибуны. Поттер присмотрелся — было множество двигающихся плакатов, и все — все со словами поддержки. Волнение лопнуло, как мыльный пузырь. Как это обычно бывает — боишься чего-то всем сердцем, но наступает момент истины и на смену приходит необычная легкость и уверенность в себе! И опять Гарри мельком вспомнил свой первый матч… Теперь уже уверенно он вышел на стадион — рельеф имитировал горную местность, он шел между камней, а потом посмотрел вперед и увидел её. Что он там про легкость и уверенность втирал? Впереди желтыми глазами на него хищно смотрела Хвосторога — огромный, самый опасный дракон. Дракониха походила на ящерицу — чешуя черная, как смоль, а бронзовые шипы на её хвосте угрожающе сияли. Краем сознания парень вспомнил, что огонь, извергаемый этим монстром, может доходить до расстояния пятидесяти футов (пятнадцать метров). Что же, придется шипеть очень громко. Гарри хмыкнул от этого каламбура и пошел по направлению к драконихе. Прямо. К. Ней. Просто пошел, даже не доставая палочку — камни под ногами неприятно скатывались, намекая на то, что будет ОЧЕНЬ тяжело убежать. Но Гарри не думал — он просто шел. У него не было иного выхода. Кажется, от храбрости (очередной безрассудной тупости — прошипел где-то на трибунах Снейп) впала в ступор сама ящерица. Но ненадолго. Угрожающе шипя она, медленно передвигая крыльями, поползла навстречу герою и через секунду Гарри оказался за огромным валуном, прячась от огненного напора. Через несколько минут атака ненадолго прекратилась. Парень понимал, что оставаться здесь безрассудно, поэтому резко вынырнул с другой стороны камня и чуть не угодил под очередной огненный поток. На трибуне кто-то вскрикнул. Упав на живот и прячась в небольшом овраге, Гарри обнаружил, что у него горят полы мантии. — Чёрт! Аква Эрукто! — легкий пожар сразу же прекратился. Но внезапно рядом прогрохотала цепь, дракон приближался. — Стой! — вскрикнул Гарри, вставая. Нога нещадно болела, — я хочу поговорить с вами и не причинять вред! — Очень спорно, кто кому может навредить. — не мигая и смотря прямо в глаза решительному Поттеру, произнесла дракон, даже не удивленная таким поворотом, — что ты хотел от меня, наглый мальчи-ш-ш-ш-ка? «Кого-то мне напоминает эта манера речи…» — Мы… я, — Гарри сглотнул вязкую слюну, — отдайте мне яйцо, прошу вас, оно же все равно не ваше! Дракон все также, гипнотизируя взглядом, пригнулась и подползла, опираясь на крылья, ближе к Поттеру. Между ними было, максимум, десять футов. Оскал на жуткой морде не предвещал ничего хорошего — дело запахло жареным. — Оно не моё, потому что моих детей отобрали! — желтые глаза блеснули, когда Гарри начал медленно отступать, — вы, глупые людишки со своими глупыми играми. Раньше нас уважали, наша раса процветала наравне с вами! А сейчас нас используют, как цепных псов… Трибуны замерли, многотысячный стадион погряз в удивленную тишину — это было воистину поражающее зрелище — герой магической Британии издает непонятные звуки, а дракон отвечает ему угрожающим шепотом. — Поэтому я не хочу сражаться с вами, — Гарри отступил еще на пару шагов, поскользнувшись на камнях, — я хочу поговорить и мирно разойтись! Вот и все. Я сам ужасно не хочу тут быть… — Глупые людишки, — зарычал дракон, — ослепили мою сестру! Нет вам пощады из-за вашей жестокости! Глаза дракона загорелись красным и, расправив крылья, она извергла огромное пламя прямо на Поттера — бежать он не успел. — Протего Максима! — заорал парень, выставляя сильный щит. Трибуны закричали. Несмотря на то, что волшебные щиты от огня очень слабы, поток обогнул его по полукругу, лишь раскаленный воздух щипал глаза. Когда дракон выдохся, Гарри, не теряя времени, помчался к выходу — надо уйти подальше от неё и что-нибудь придумать. Ушибленная нога почти не чувствовалась. Все было бесполезно — сзади него гремела цепь, дракон не отставала. — Бомбарда максима! — Гарри резко направил палочку на валун, который был на пути у Хвостороги. Заклинание ударило настолько мощно, что мелкие камешки разлетелись мелкой пылью прямо в глаза дракона. Она заревела и выпустила такой огненный поток, что Гарри не успел выставить щиты и пламя лизнуло его подставленную руку — дальше огонь достать не мог. — Агуаменти! — взвыл Гарри, целясь на горящий рукав. Через секунду он уже опирался спиной на холодный камень — лицом к выходу. Потоки огня беспощадно атаковали его слабую защиту — он уже чувствовал, как камень нагревается. Он слышал, как заливался соловьем Бэгмен — кажется, его голос был обеспокоен. Не суть. Дело дрянь, он перебрал мысленно сотню заклинаний, но не одно не подходило… — Гарри! — кто-то тихо шепнул ему на ухо. Парень дернулся, но рядом с собой обнаружил лишь клубы дыма, что изолировал его ото всех, — я под мантией! — Гермиона! — простонал Гарри с облегчением. Невероятная девушка! — Слушай сюда, — прошептала девушка, высунув ладонь с зажатым внутри хроноворотом. Поттер моментально взял его. Спрашивать, где она его достала, Гарри не собирался, — тебе надо… Тут огненная атака прекратилась, дракон зарычал. — Секунду, Герми. Серпенсортиа! — перед ним появились две кобры, услужливо извиваясь, — отвлеките дракона. — Да, хозяин. — Давай Гермиона, быстрее, тебе надо уходить! — Гарри огляделся вокруг — клубы дыма также верно скрывали их. Но беспокойные, а потом удивленные возгласы зрителей возрастали. — Заклинание называется «Темпус Сонтра» — это обездвижит дракона. Только тебе обязательно нужно зажать хроноворот в другой руке! Повтори, — затараторила она. Дракон на фоне выл и рычал. Змеи справляются. — Темпус Сонтра. — Гарри поднялся, трибуны зааплодировали, — уходи немедленно! Услышав удаляющиеся шаги, парень вышел из-за укрытия. Картина открылась невероятная — две кобры оплетали морду Хвостороги, сжимая её челюсти. Та сдавленно мычала, но хвост, усеянный шипами, хаотично разбивал камни в округе. Гарри не стал терять время, направив палочку на дракона, прокричал: — Темпус Сонтра! — хроноворот в руке потеплел и начал пульсировать. Тут на глазах у удивленной публики — и самого Поттера — хвост дракона начал замедляться, злобное рычание утихать и спустя мгновенье Венгерская хвосторога оказалась полностью обездвижена. Кобры, довольные выполненной работой, скрылись среди камней. — НЕВЕРОЯТНО! — ожил Людо Бэгмен, — ДАМЫ И ГОСПОДА, ЭТО НЕВЕРОЯТНО! Его голос заглушил вопль трибун, а Гарри, стиснув зубы, заковылял за яйцом.