Многоходовый план

День дипломатической встречи на Эскабаре выдался солнечным и ветреным. Подняв вверх блестящие чёрные крылья, «Ипсилон» приземлился на поверхность планеты. Корабль выпустил посадочные опоры, и Кайло замер у выхода, ожидая, когда опустится рампа. Как только она коснулась земли, Кайло шагнул вперёд. Он смотрел на встречающих — членов совета — прямо перед собой, но тем не менее ощущал всё, что происходило вокруг. Он заметил группу поддержки и расположившихся в нескольких метрах от неё представителей принимающей стороны. Он чувствовал прикованные к нему прицельные взгляды десяти пар глаз, плюс одной — позади. «Дормиц, — мысленно прошипел Кайло. — Вот же трус». В тот миг, когда Кайло Рен ступил на землю, грянули выстрелы. Казалось, они, вместе с вспыхнувшим красным лезвием светового меча, заполнили всё пространство посадочной площадки. Кайло крутанулся, плазменные заряды винтовок срикошетили от клинка и вернулись к их исконным владельцам. Кайло отражал атаку за атакой, вокруг раздавались крики. Одного из нападавших протащило по жёсткому дюракритовому покрытию и швырнуло к ногам Кайло. Дормица отбросило обратно в шаттл, его выстрел прошёл совсем рядом с целью. Менее чем за минуту бой был завершён, половина наёмников — мертвы. Из шаттла высыпали штурмовики и помчались ловить уцелевших, раненных собственными зарядами. Кайло презрительно усмехнулся, взглянув на валяющегося у него в ногах мужчину. Тот рыдал и молил о пощаде. Кайло тут же решил послать всех выживших на «перепрошивку», чтобы проверить их восприимчивость к ней. Если ничего не выйдет, они отправятся в трудовые лагеря Первого Порядка и будут работать там до смерти. Тем временем Хакс стоял на мостике звёздного разрушителя, рассекающего ледяные просторы космоса. Он ждал подтверждения того, что Верховный лидер успешно и без всяких проблем прибыл на поверхность Эскабара. Втайне же надеялся, что произошёл серьёзный инцидент, а Кайло Рен в данный момент истекает кровью на полу шаттла. Хакс удивился, когда с сообщением к нему подошёл не офицер с мостика, а пара штурмовиков. Один из них расстегнул ячейку на поясе, в которой находились стандартные наручники. — Генерал Хакс, нам приказано арестовать вас и доставить на гауптвахту. — Что? — Хакс повернулся к ним лицом. — Приказ Верховного лидера, сэр. — Но это… это абсурд. «Но как? — Кайло Рен абсолютно никоим образом не мог узнать о планах Хакса, Дормица и Маларус. — Нелепость какая, должно быть, кто-то проболтался». — Мы предлагаем вам пойти по-хорошему. — Вы не закуёте меня в наручники на моём собственном мостике, — Хакс отошёл от штурмовика, который держал в руках металлические обручи. — Младший офицер Ньюмо, — рявкнул он. Застенчивый офицер, тот самый мальчик на побегушках у Рена, быстро направился к Хаксу, и головы всех присутствующих повернулись в их сторону. Генерала Первого Порядка брали под арест — такое нельзя было пропустить. — Слушаю, генерал, сэр. — Возьмите мой датапад и потрудитесь вернуть в мои апартаменты, — у Хакса в глазах застыл гнев. Приходилось притворяться, что он совершенно не понимает, почему арестован. — Будет исполнено, сэр, — ответил Ньюмо, принимая датапад дрожащими руками. Хакс воззвал к звёздам, чтобы он не обронил гаджет по дороге. Затем Хакс позволил штурмовикам увести себя с мостика. Те следовали за ним, пока он шагал к лифту, который должен был доставить его на гауптвахту. Вопреки всему, Хакс надеялся, что его по-прежнему уважают. *** План изначально был обречён. Хакс должен был догадаться, что Кайло обо всём пронюхает, что Кайло будет прослушивать все его совещания. Хакс в одиночестве стоял перед трибуналом, внимая длинному перечню обвинений: государственная измена, заговор с целью совершения убийства и полдюжины прочих преступлений. Во время процесса стало ясно: Кайло Рен знал обо всём с самого начала. Зал суда на верхней палубе был подготовлен заранее, все необходимые подписи получены. В качестве доказательства участия в заговоре обвинение упирало на тот факт, что Хакс удалил все файлы с личного датапада перед нападением — на случай, если его поймают. Также была найдена, не без использования форсъюзерских способностей Кайло, резервная копия данных (сделанная на случай, если план сработает). Адвоката Хаксу не предоставили. Он стоял навытяжку, горделиво, сцепив пальцы скованных за спиной рук. По-прежнему одетый в свою шинель с серебристыми полосками на рукаве. Чтобы все видели его звание. Дроид с камерой парил вокруг, транслируя процесс на всю галактику. Великого — в недавнем прошлом — генерала Хакса судили за предательство Первого Порядка, предъявляя неопровержимые доказательства. Судья восседал в тени на возвышении, почти как Сноук когда-то. Хакс ничего не говорил, даже не двигался, отлично сознавая, какое впечатление производит. Он хотел сохранить непоколебимость, остаться достойным образцом для подражания, чтобы те, кто придёт следом, стремились идти по его стопам. Неважно, что он предал Первый Порядок, будучи самым молодым генералом за всю его историю. — Вы признаёте свою вину? — спросил судья. Его голос отразился от стен затемнённого зала. — Никак нет, — сказал Хакс отрывисто и чётко. Судья стукнул молотком по столу. — Суд признаёт вас виновным по всем пунктам обвинения. Прошу занести в протокол, что Армитаж Хакс приговаривается к смертной казни через расстрел. Приговор будет приведён в исполнение в течение двух стандартных циклов… Всё вокруг вдруг замерло. Хакс больше ничего не слышал, да ему и не нужно было слышать. Его судьба была решена. Через два дня он будет лишён звания, убит и похоронен без воинских почестей, неподобающим образом. Возможно, это станет самым впечатляющим крахом современной эпохи. В зал вошли двое штурмовиков и, подхватив Хакса под руки, вывели прочь. Миновав бронедвери, они очутились в ангаре. Внутри ангара находилась огромная толпа. Казалась, вся армия, выстроившись ровными рядами, собралась, чтобы проводить его. Вдоль прохода был установлен барьер. Хакс хмурился, продвигаясь мимо штурмовиков и высокопоставленных офицеров, многих из которых считал своими друзьями. Впереди виднелся «Ипсилон», в чёрной поверхности которого отражался свет люминесцентных ламп. Вырвавшись из рук конвоиров, Хакс злобно глянул на них. И застыл. Вот он, его последний момент. Хакс расправил плечи, вокруг вились дроиды с камерами (два рядом, остальные поодаль). Высоко держа голову, Хакс твёрдым шагом направился вперёд. Следовало сохранять лицо до конца: он — уверенный в себе военный, человек, который недавно командовал самым устрашающим флотом во Вселенной, человек, которого так и не поставили на колени. Пока он шагал навстречу неминуемой смерти, в ангаре царила тишина. Он не смотрел на выстроившихся в идеальные шеренги солдат, его взгляд был сфокусирован на шаттле. Он просто хотел остаться светочем в памяти тех, кто восхищался его деяниями. По-прежнему закованный в наручники, Хакс взошёл на посадочную рампу. Очутившись внутри, он надеялся увидеть Кайло Рена, но Верховного лидера там не оказалось. Может, тот ожидал Хакса на месте казни, а может, и вовсе не собирался на ней присутствовать. Хакс повернулся и посмотрел на собравшихся. Дроиды отлетели чуть дальше, чтобы охватить камерами генерала целиком, но на его лице не дрогнул ни один мускул. Конвоиры стояли рядом с ним и ждали, пока закроется люк. Зашипели поршни люка, щёлкнул запирающий механизм. Хакс наконец выдохнул, хотя даже не подозревал, что задерживал дыхание. Охранники усадили его в кресло и пристегнули ремнём, не сняв наручников. А после отправились в кабину, чтобы переговорить с пилотом. Они не вернулись, когда шаттл взлетел, и Хакс поник головой. Похоже, это конец. Чтобы успокоиться, Хакс сконцентрировался на дыхании и предался воспоминаниям. А ведь он успел сделать много хорошего за свою жизнь. Любой мог понять это, оценив успехи, которых достиг Первый Порядок под его руководством. А вовсе не под руководством Рена. При мысли об этом Хакс тихонько рассмеялся: «Кайло Рен. Похоже, этот беспомощный ребёнок в конце концов одержал верх». Хакс вздохнул, его улыбка поблёкла. Во время полёта к месту казни можно было расслабиться. Он не расслаблялся с тех пор, как… они с отцом бежали с Арканиса. Как же приятно было просто откинуться на подголовник кресла и ничего не делать. Он снова вздохнул. Возможно, через час с небольшим он наконец обретёт покой. Никаких неотложных дел, никакого стресса. Можно сидеть и ни о чём не думать. Хакс закрыл глаза, и неотступная колющая боль в голове исчезла. Успокоившись, Хакс решил, что это хорошее состояние для встречи с расстрельной командой. Жаль, что такое состояние не могло длиться вечно. Час спустя шаттл вошёл в атмосферу неизвестной планеты. Хакс не заострял на этом внимания, наслаждаясь ощущением скуки. Прежде у него никогда не было времени скучать. Распахнув глаза, Хакс увидел двух охранников и слегка напрягся, заметив в руках одного из них кусок чёрной ткани. Когда ему на голову натянули мешок, он не стал сопротивляться, хотя немного расстроился. Неужели ему даже не позволят ничего сказать напоследок? Крикнуть «Да здравствует Порядок!» или толкнуть какую-нибудь речь. Очевидно, нет. Штурмовики выдернули Хакса из кресла и отконвоировали к выходу. Хакс старался не споткнуться. Остановившись ненадолго, штурмовики дождались, пока опустится рампа, и, взяв Хакса под руки, повели вниз. Он машинально пригнулся. — Приказ выполнен, — сказал один из охранников, и Хакс напряг слух, чтобы понять, что происходит. — Прекрасно, — послышался механический голос. Хакс знал этот голос, точнее, очень похожий. Незнакомец говорил через встроенный вокодер. Внезапно раздалось шипение включающегося светового меча, и Хакс инстинктивно отшатнулся. Он услышал два коротких вскрика — слева и справа — и его руки оказались свободны, когда оба конвоира рухнули наземь. Крепкая ладонь обхватила предплечье, и Хакса быстро поволокли вперёд. — Какого хатта здесь творится? — Добро пожаловать на борт, генерал, — ответил незнакомец, подтолкнув Хакса, и тот догадался, что его пересаживают на другое судно. Незнакомец, который, похоже, был одним из рыцарей Кайло, грубо запихнул Хакса в кресло штурмана, а сам, судя по звукам, занял место пилота. Маленький кораблик втянул трап, задребезжал и, вибрируя, оторвался от поверхности. «Ну и металлолом», — подумал Хакс, вслух, однако, спросил: — Куда вы меня везёте? Рыцарь рассмеялся, и Хакс его тут же возненавидел. — В то место, где ты будешь в безопасности. Долгое, долгое время. Тюрьма. Умиротворённость Хакса улетучилась, головная боль вернулась. Он предпочитал быть расстрелянным, а не гнить в камере всю оставшуюся жизнь. Но выбора не было, и Хакс не произнёс ни слова, когда кораблик задрожал и прыгнул в гипер.