Инквизитор Тристан Аккер

      Приглушенный свет начал пробиваться сквозь веки, пробуждая сознание ото сна. Я не знал, где находился. Не знал, сколько прошло времени. Вместо чётких звуков окружения до меня доносилось лишь глухое эхо, будто я оказался под водой. И среди них я смог с трудом различить голоса. Трое мужчин говорили о чём-то, склонившись надо мной. Когда глаза наконец открылись, мир наполнился размытыми пятнами различных цветов. Чужие нечёткие образы время от времени закрывали источник света, позволяя на мгновение передохнуть от ослепляющего светила.       Но я чувствовал, что это ненадолго.       Очень быстро всё вокруг начало приходить в норму. Яркий свет все так же ослеплял, но образы на его фоне обретали резкие черты. Звуки, окружавшие меня, обретали четкость.       Вместе с эти пришло и некоторое понимание. Я находился в палатке из темно-зеленого материала, под куполом которой висела яркая световая сфера. Тело выше пояса время от времени обдувало прохладным сквозняком. Видимо, с меня сняли одежду. Теперь уши наполнял грохот техники, хоть и приглушённый стенами палатки. Значит, я был в каком-то полевом лагере.       Картинка складывалась из ощущений и образов, но сознание всё ещё пребывало в некоторой прострации. Мысли отчаянно не хотели собираться в какой-то стройный ряд, плавая внутри головы, словно внутри вязкого прометия. Казалось, будто я переживал серьёзный психический шок, как боксёр, пропустивший оглушающий удар. — Похоже, он приходит в себя, — послышался голос. — Макс, позовите того джентльмена. Бегом!       Палатку снова наполнил холодный воздух, заставив тело дрожать. Но этот импульс дал начало движению. Я попытался напрячь мышцы живота и сесть. — Постойте! Не так резко.       Чужие руки, обтянутые в резиновые перчатки, упёрлись мне в грудь. Но спустя секунду, одна из ладоней обхватила плечо, помогая подняться. Медленнее. — Вот так, — одобрительно прозвучал голос. — Скажите, инквизитор, вы меня слышите? Как вы себя чувствуете?       Только теперь я смог увидеть говорящего — высокий подтянутый мужчина с сединой на волосах и чисто выбритым лицом. Прищуренные глаза пристально смотрели на меня. На макушке я заметил визуальный анализатор, сейчас откинутый за ненадобностью. — Юноша? — доктор несколько раз щёлкнул прямо перед моим лицом, из-за чего я интуитивно моргнул. — Так, отлично, рефлексы есть… — Где я? — вместо слов из груди вырвался сдавленный хрип. — В лазарете временной базы триста шестьдесят седьмого полка Гесперуса, инквизитор, — отрапортовал мужчина, продолжая ощупывать меня холодными пальцами. — Как вы себя чувствуете? — Погано. — А можете дать более детальное описание? — Как долго я здесь нахожусь? — Перебил я врача. — Вас привезли ко мне в три часа дня. К тому моменту вы были без сознания. Данное состояние продлилось пять часов. Вы не помните, что послужило причиной обморока?       Новость, честно сказать, была крайне неприятной. Слишком много времени было потеряно… — Помню, как я зашёл в вагон маглева… — Так значит, не любите качку? — попытался пошутить доктор, но тут же смутился. — Оставьте ваш юмор для гвардейцев, — злобно оборвал его. — Прошу прощения… — на его лице выступила бледность. — Только это?       Я хотел было ответить, но полог палатки снова откинулся, и в помещение вошли трое: гвардеец, Кавен и комиссар Джунмакт. — Босс, — в глазах наёмника промелькнуло удивление. — Как вы? — В порядке… — прохрипел я, при помощи доктора слезая с кушетки. — В вагон никто больше не входил? — Нет. Я оставил Хакса сторожить вход, так что будьте уверены — всё будет путем.       Его манера общения в данный момент вызвала укол раздражения. На мгновение я даже задумался — насколько удобно сложились обстоятельства для этих двоих. Быть может, я потерял сознание совсем не случайно, и мне стоит впредь больше доверять традиционным методам допроса, чем своим сомнительным ментальным способностям? — Хорошо… — врач поддерживал меня за руку, пока не убедился, что в его помощи нет необходимости, и передал мне рубашку. — Комиссар Джунмакт, мне необходимо организовать транспортную магистраль до Увеги.       Я не обратил внимания сразу, но сейчас лицо девушки было крайне озабоченным. Кажется, что в появившихся мелких морщинах залегла пропасть времени, которую она провела без сна. И это было странно, ведь мы виделись как минимум пять часов назад и всё было хорошо. — Мне жаль, инквизитор, сэр, — её голос был тверд, но уже по обращению стало ясно, что следующее сообщение будет крайне неприятным. — Но это невозможно. — Не понял. Объясните. — Ситуация на фронте, сэр. За последние пять часов она резко ухудшилась.       Ну конечно… орки.       Я потёр глаза пальцами правой руки и только спустя секунду осознал, что место мягкой плоти теперь занимал хромированный холодный металл. — Комиссар, если у вас есть полноценный доклад, то прошу, предоставьте его, — почему-то новость об ухудшении ситуации на фронте вызывала гнев. — У меня нет времени слушать ваши ужимки, призванные лишь приуменьшить истинное положение дел! — К-конечно… — Джунмакт явно смутилась, а в её глазах на мгновение промелькнул страх. — Прошу вас за мной, инквизитор.       К тому моменту я уже застегнул рубашку и набросил поверх плотный жакет службы безопасности компании «Северный экспресс». Комиссар молча вышла из палатки, пропуская внутрь очередной порыв холодного ветра, немного ослабленный тепловой установкой под потолком.       Я двинулся за ней в ослепляющую снежную пелену. Кавен безмолвно шёл следом.

***

      Там, за тёмно-зелёным пологом меня встретил ледяной холод. Несмотря на то, что с последнего визита в Олеха прошёл целый месяц, зима ничуть не ослабила своей хватки над этим краем, пробирая потоками ветра до самых костей.       Пока мы шли до солдатской столовой, я отметил, что окрестности храма Святого Луки превратились в полноценный военный лагерь. Вот только солдат сейчас было заметно меньше. Посадочные поля из рокрита пустовали, а снег вокруг них растаял, оголив почерневшее от слишком частых маневров техники покрытие.       Где-то далеко слышались взрывы, свист заходящих на цель самолётов, нестройный грохот крупнокалиберных орудий. — Насколько близко враг? — спросил я, когда мы уже оказались внутри.       Сейчас просторное помещение было абсолютно пустым, лишь один увечный старик находился по ту стороны витрины напялив на тело белый фартук. Вдоль стен теперь стояли горы ящиков с маркировкой гвардии, уложенные, несмотря на явный беспорядок вокруг, в идеальные ряды.       Оставив Кавена сторожить двери, я сел за один из пустующих столов и принялся растирать плечи. — Всё ещё на подступах к городу, — отозвалась комиссар, ставя на стол две кружки с кофеином. — Возьмите, вам, кажется, холодно.       Спорить было глупо, лёгкая одежда службы безопасности явно не подходила для времени года здешних широт.       Я обнял пальцами кружку и благодарно кивнул. — На данный момент наша рота распределена в пригородах, вот по этой стороне, — Джунмакт вытащила из широкого кармана своего чёрного пальто информационный планшет, где уже была включена тактическая карта. — По приказу майора, отдельные взводы сейчас занимаются минированием окрестностей и подготовкой фортификаций. Два отделения были направлены на организацию эвакуации населения. Но нам повезло, — на лице комиссара появилась слабая улыбка, — репродукторы, которыми пользовались мятежники, чтобы продвигать свои богохульные речи при восстании, оказались в идеальном состоянии. Нам удалось быстро организовать гражданских так, чтобы они доставили меньше всего проблем. — Именно поэтому на помощь мне отправили всего одно отделение? — спросил я, делая очередной глоток горячего напитка и наслаждаясь эффектом. — Из-за вас я чуть было не упустил опасного еретика. — Мне доложили, что операция прошла успешно, — нейтральным тоном попыталась отбиться комиссар. — Если «успешным» вы называете расчленённый мозг негодяя, который медикусы вокзала торопливо поместили в стазис. — Мне… — девушка быстро отвела взгляд, вцепившись в кружку. — …жаль, что так вышло. Но я не могла ничего сделать. Майор был непреклонен. — Мне кажется, в ваши полномочия входит отслеживание того, как соблюдаются приказы высшего командования. — Но вы…       На стол тихо легла инсигния Корнелиуса Коха. — Давайте не будем говорить о том, чем Инквизиция не является или наоборот. Мне просто интересно, насколько всё плохо, если ни вы, ни этот ваш майор не смогли удовлетворить мои требования.       Комиссар тяжёло вздохнула и сделала большой глоток из кружки. — По последним отчётам с орбитальных станций слежения, сейчас на планете насчитывается уже около миллиарда орков. При этом, их численность крайне быстро увеличивается. Имеющиеся данные указывают на брешь, которая появилась в планетарной обороне в одной из умеренных широт. Вот здесь, — палец девушки указал на появившуюся вокруг планеты сетку, один из фрагментов которой был помечен красным. — По неизвестной причине одна из орбитальных крепостей перестала выходить на связь и… пропустила рейдеров в атмосферу. — Я видел рейдеров, комиссар. Один из их челноков чуть не превратил меня в кровавый фарш, поэтому я заявлю — этот мусор не способен перемещаться в имматериуме. Из этого вытекает вопрос — где головной флот и как он, потроха Императора, оказался невидим для той обороны, которую Империум выстроил вокруг Дюререа после Освобождения?! — Я понимаю ваше негодование, инквизитор… — голос девушки оставался тактичным, но уверенности в нём явно поубавилось. — Я не могу объяснить вам причин просто потому, что мы сами находимся в замешательстве. Единственное, что известно, так это то, что зеленокожие каким-то невообразимым образом сумели захватить орбитальную крепость, которая занималась мониторингом космического пространства в этой зоне. Причем так, чтобы никто не узнал об этом. — Что? — я не поверил своим ушам. — Вы хотите сказать, что самая воинственная и твердолобая раса в известном нам космосе, внезапно прибегла к невероятно сложной тактике, да ещё и смогла воплотить задуманное так, чтобы ни один чёртов клерк СОО не обнаружил их?       На мгновение за столом повисло молчание. Всё то время, пока говорил, я не сводил глаз с лица Джунмакт. У меня появилось серьёзное опасение, что комиссар пытается обвести меня вокруг пальца. Всё это было похоже на идиотский фарс! Подозрительно сощурив глаза, я пытался прочесть её мимику. После недавнего шока я не мог полноценно контролировать свои псионические способности, а потому требовалось более традиционное средство.       И оно говорило, что девушка не врёт. — Да, — ответила она без тени сомнения. — Всё это кажется бредом… — прошептал я, глядя на то, как по тактической карте инфопланшета бегали красные и синие сигналы. Красных было всё больше, и они медленно обступали скопления синих. — К сожалению, это жестокая реальность, инквизитор, — голос Джунмакт внезапно стал сухим и жёстким, словно песок. За одно неразличимое мгновение она переменилась.       Я снова видел запавшие глаза, заострившиеся скулы, слипшиеся от крови волосы, вываливающиеся из-под фуражки. Но самое главное — взгляд. Холодный, как ледяная Вальхалла, пропитанный чем-то, что я был не способен тогда понять. — Пока вы спали в медчасти, я была на передовой. Эти звери упиваются битвой, словно люди амасеком. Волна за волной они выступают из своих наспех приготовленных окопов и наваливаются на наши ряды. Сначала они гонят вперёд своих мелких рабов-гретчинов, надеясь, что мы расстреляем все заряды, а за ними уже сами вступают в бой…       Лицо комиссара поникло, она прикрыла глаза и тяжело вздохнула. — …и каждый раз они забирают на тот свет моих ребят. Ни один, даже самый плотный огонь не может их остановить. Мы неизбежно переходим в рукопашную схватку, что равносильно самоубийству… Даже опытным фехтовальщикам… крайне тяжело…       Комиссар поднялась на ноги и повернулась к выходу. — Пойдемте, я отведу вас к майору.       И именно в этот момент я заметил свежие пятна крови на нижней части её нагрудной брони. В месте, тщательно покрытом бинтами.

***

      Штаб располагался в широком блочном строении, возведённом на расчищенном дворе храма. Ещё на подходе я разглядел различные антенны и вышки, словно иглы облепившие крышу и близлежащую территорию.       Внутри и вокруг штаба царили хаос и суета. Повсюду сновали гвардейцы и летали сервочерепа. Один из таких чуть не врезался в меня, когда я зашёл в помещение вслед за Джунмакт. Я захлопнул за ним дверь, стараясь привлечь внимание окружающих, однако с удивлением обнаружил, что до меня никому нет дела.       Я поджал губы от этого горького удара по собственному самолюбию. — Прошу сюда, инквизитор, — подозвала меня комиссар.       Сейчас мы находились в некотором подобии тамбура, где сидели писцы и другие штатские, поспешно что-то печатающие на своих когитаторах. Дальше, в более широком помещении, расположился оперативный штаб. Вдоль стен стояли ряды кресел у десятков мониторов и голо-экранов. Со всех сторон летели команды: — Аквила-1, это Штаб. Повторите ваш статус! — Отряду «Карнодон», продолжайте следовать плану Гамма… — Отступайте! Немедленно выходите из боя.       В целом, обстановка казалась накалённой. Хоть я и потерял на время контроль над своими силами, в штабе чувствовался горький привкус отчаяния. — …мы получаем донесения со всего района, майор, — впереди, около широкого круглого стола, заваленного планшетами, стояли двое.       Высокий красивый мужчина с погонами капитана активно указывал что-то на большом экране инфопланшета второму — это был ещё более высокий, я бы сказал, даже слишком, человек с внешностью огрина.       Лысую голову слегка проредил седой волос, на квадратном лице темнели несколько старых шрамов, пересекающих, щёку, лоб и губы. Человек следил за пальцами адъютанта цепким резким взглядом. Иногда глаза его замирали, словно у приметившего добычу хищника. На плечах этого человека красовались чистые позолоченные погоны майора. — …зеленокожие двигаются очень споро. По расчетам аналитиков, мы не успеем приготовить укрепления по всему периметру. Именно поэтому я предлагаю перевести наши резервы сюда, чтобы успеть возвести укрепления хотя бы в одном месте.       Майор понимающе кивнул, взяв планшет в свои руки. Короткие узловатые пальцы начали водить по экрану. Послышался уверенный голос человека, который точно не выглядел на сто лет: — Хорошо, Дженкинс. Передайте группам Альфа и Бета, чтобы они оставили свои позиции. Но, я хочу, чтобы прежде они заминировали дорожные подходы к городу рядом с собой. Далее… организуйте ополчение. Нам явно понадобятся все свободные руки. Мужчины от пятнадцати до сорока лет — под ружье. Если нам не хватит оружия, определите их в строительные бригады. Когда имеешь дело с орками, снаряжение освобождается довольно быстро… — грустная улыбка промелькнула на лице майора, с которой так же грустно согласился капитан. — Ещё нам нужны крематории. Что с ними? — Со времён освобождения тут никого не сжигали, сэр, — пожал плечами адъютант. — Поэтому губернатор предложил использовать утилизационные печи на текстильной фактории. — Сойдет. В таком случае раздобудьте транспорт для перевозки тел. Мы не можем допустить, чтобы грязные ублюдки плодились прямо у нас под ногами. В похоронные бригады определите женщин, что не имеют военной подготовки. Увечных — на кухню. Выполняйте. — Есть! — сотворив знамение аквилы, адъютант удалился куда-то вглубь здания. — Майор Гизат, — комиссар выступила вперёд.       Маленькие глаза офицера сразу рванулись к ней, но тут же подобрели. Майор улыбнулся. — Рад видеть вас в добром здравии, Кайла, — от произнесённого вслух имени девушка немного покраснела. — Я получил отчёт о первых контактах на границе области. Рад, что… — внезапно голос мужчины стал тише и стократ серьёзнее. — …что вы выбрались. Да ещё и уже на ногах. Воистину, Император приглядывает за вами. — Жаль только… что Он не смог вывести нас всех… — На всё Его воля, комиссар, — кивнул майор, после чего наконец заглянул за её плечо. — Я так понимаю, это и есть инквизитор Аккер?       Что-то в его «инквизитор» мне не понравилось. Оно не было грубым, презрительным или насмешливым. Однако тон… Этот человек явно знал обо мне что-то. — Рад знакомству лично, господин Гизат, — я дипломатично протянул ему руку.       По правде сказать, не всегда приходится общаться с людьми, чья слава гремит на весь субсектор. — Жаль, что в такое неподходящее время, — кивнул тот и сразу стал серьёзным. — Так что вы хотели? — Информации. Комиссар убеждает меня, что славные полки Императора уступают мир проклятым ксеносам. — И она вам не врёт, инквизитор.       Вот опять! — В таком случае проясните ситуацию для меня. — Как вам будет угодно, — майор обернулся к столу, надавил на какие-то кнопки встроенной панели, и в центре комнаты прямо над столешницей возникла огромная голографическая сфера. — Времени на полноценный брифинг у меня нет, уж простите, однако вот вам последняя информация: зеленокожие заполонили весь центральный материк. Сейчас они контролируют примерно семьдесят процентов его суши. Я уже получил донесения о том, что массивный кулак пытается ударить в портовые крепости на западе, но безуспешно, хвала Трону. Восток пока остаётся для зеленокожих недоступным из-за больших горных образований и отличных действий наших пилотов. Они сбили уже сотню челноков этих тварей и тем самым позволили избежать ещё больших потерь со стороны гражданских. — А что насчет столицы? — Увега окружена, — коротко и мрачно произнес офицер. — Сейчас небо для её жителей — это металл из орочьих и наших самолётов, а дождем и светом служат падающие с неба обломки. — Значит, организовать транспорт до города быстро не выйдет? — грустно подытожил я. Комиссар и командующий переглянулись. — Мне жаль, инквизитор, — медленно начал майор. — Но пока столица находится в жёсткой осаде, мы не можем организовать никакого сообщения. Император свидетель, нам бы свой город отстоять! — Ну а как же подкрепление? — наивно спросил я. — Наверняка губернатор уже сообщил о происшествии на Офидию, а оттуда зов о помощи дойдет и до Трациана Примарис.       Глядя на грустные переглядывания собеседников, мне захотелось приструнить их. Накричать, показать силу. Складывалось чёткое ощущение, будто бы ко мне относятся как к неопытному юнцу.       Однако, в следующий миг я уже получил ответ на свой незаданный вопрос… — Вероятно, инквизитор, комиссар Джунмакт ещё не успела посвятить вас во все детали происходящего, — осторожно произнес майор. — О чём вы? — О варп-шторме, — тени как-то угрожающе легли на его морщинистое лицо, когда он сделал шаг вперёд. — Мы отрезаны от других субсекторов, а сообщение до Офидии вполне может затеряться. — Офицер повернулся ко мне спиной и опёрся руками на стол, где мигала множеством красных точек голубоватая модель планеты. — Пока что мы предоставлены сами себе, инквизитор. Теперь каждая наша ошибка будет бить по нам во сто крат сильнее. — Общественность уже в курсе? — тут же спросил я. — Нельзя допустить паники. Вместе с неожиданной войной, эта весть может проронить семя неповиновения в сердца людей. Нужно… — Император свидетель, инквизитор, сейчас у людей полно иных забот, нежели сотрясание воздуха и погромы на улицах. Сейчас каждый житель Дюрера занят делом для нужд Гвардии. С лопатой на перевес в окопах, на кухне за кастрюлями или в морге, сжигая тела тех, кому повезло меньше…       Наступило короткое, но тяжёлое молчание. — Что же… — начал я, оказавшись в тупике. — Рад, что военные офицеры смогли так быстро организовать сопротивление и оказать достойный отпор. Быть может, благодать Императора снизойдёт на нас, и мы сумеем отбросить ксеносов за одну короткую кампанию. — На всё Его воля, инквизитор, — кивнул майор, поворачиваясь ко мне. — Однако я бы не был столь оптимистичен. На данный момент наше положение довольно шаткое. Потому мы и стремимся как можно скорее распределить всю имеющуюся у нас свободную рабочую силу. — Да… я понимаю, — на самом деле, я просто пытался внушить себе оптимизм, наивно надеясь на истину всех тех эпических голо-опер, которые когда-либо смотрел о победах Имперской Гвардии. — Простите меня за дерзость, инквизитор, — фигура Геноуса Гизата неожиданно нависла надо мной словно гигантская гора. — Но зеленокожие оставляют нам всё меньше времени на личные разговоры. Что вы ещё хотели у меня узнать?       Сначала, когда я сюда шёл, то точно знал чего хочу — оказаться рядом с наставником. Покинуть этот проклятый город и увезти с собой эту дьявольскую книгу. Но сейчас… Ничего уже не имело смысла. Было совершенно очевидно, что никто мне не даст транспорт. Пока мы общались с майором, я видел напряжённые взгляды других офицеров. Все они были заняты, но некоторые ещё и следили за мной. За моим тоном, словами. На какой-то миг мне показалось, что приставь я к виску майора пистолет, то тут же бы умер от десятка выстрелов его подчинённых.       Но даже не это пугало меня. Жизнь ничто, в сравнении с жизнью Империума. Сейчас одно из священных владений Императора оказалось под угрозой. Угрозой явной, но столь мощной. Имею ли я право вмешиваться в Его провиденье, мешать этим благородным людям истреблять отвратительных орков?       Наверное нет. Пусть они ведут войну на своем фронте. А я… — Простите за беспокойство, — я сотворил знамение аквилы. — Да хранит вас Император.       Подняв голову, я повернулся к выходу и стал медленно удаляться. Мимо меня тут же начали пробегать люди, майор стал отдавать приказы, жизнь вокруг словно обрела новое течение, бурное и неподвластное никому, кроме него. Именно знака Геноуса Гизата ждали его люди, чтобы шестерёнки военной машины продолжили вращаться. Его, а не имперского инквизитора.       Не знаю почему, но осознание столь сильной чужой власти вызвало у меня зависть. Как только я вышел на улицу, то первым делом пнул собравшийся рядом снежный сугроб. Я не чувствовал холода, только злобу.       Незаметно рядом оказался Кавен. — Раздобыл для вас пальто, Босс.       Я обернулся. Губы непроизвольно изогнулись в легкой улыбке. Действительно. В руках наёмника было тёмно-серое пальто. Но забавляло меня нечто иное. Одна мысль, что этот человек — наёмный бандит и головорез, — носит мне одежду, вызывало странное удовлетворение. — Спасибо, — тем не менее, я попытался отмахнуться от столь неподобающих размышлений и принял пальто. — Куда мы двинемся дальше? — Наверное на вокзал… Свяжись со своим приятелем, как его… — Хакс, — судя по тону, его товарищ был недоволен. — Хорошо, я уже раздобыл для нас транспорт. — Неужели? — Несмотря на мороз, мои брови удивленно поднялись. — Да, — Кавен словно бы говорил «не ожидал такого?». — Следуйте за мной, инквизитор.       Я молча кивнул, признавая его старание и уже заскрипел по снегу следом, когда услышал, как позади зашипели гидравликой двери. — Инквизитор, подождите! — в снежную пелену ворвалась комиссар Джунмакт. Даже сквозь метель я видел её покрасневшее лицо, растрепанные чёрные волосы нещадно колыхались на ветру. Судя по всему, девушка поспешила покинуть майора, даже не надев бронированную фуражку. — Что-то случилось? — спросил её я, зачем-то махнув рукой. Возможно, я опасался, что она нас не заметит в столь сильную метель. — Ничего… — голос у комиссара был явно рассерженный, хотя она и пыталась не подавать виду. — Просто майор Гизат попросил меня оказать вам содействие в ваших делах… — Содействие? — подозрительно повторил я, глядя на девушку. — Да. Майор побоялся, что в условиях боевых действий вам потребуется свой человек в вертикали гвардии, чтобы было меньше проблем с уровнем допуска. — Ну хорошо. Я буду только рад вашей компании, — мне не нужно было прибегать к своим псайкерским навыкам, чтобы понять — она лжет. Старый вояка отправил девочку в тыл, потому что она была ранена и, судя по тому, как он встретил её, была ему не безразлична.       И снова странные мысли. На миг я допустил возможность любовной связи между этими двумя людьми… И помимо отвращения, это вызвало некоторое возбуждение…       Внезапно меня прошиб холодный пот, и я ускорил шаг, нагоняя Кавена. Весь оставшийся путь до вокзала я провёл в немой молитве очищения. Стихи, призванные усмирить разум, обожжённый греховными мыслями, слетали с моих мысленных губ и их слова, словно тряпка, стирали грязные разводы с поверхности моего сознания. Я не обращал никакого внимания на происходящее вокруг, полностью уйдя в себя. Даже канонады василисков, развернутых на одной из площадей, казались мне далёкими безобидными хлопками, хотя в реальности — сотрясали окна нашего колёсного автомобиля, раздобытого Кавеном.       Таким образом, я абсолютно не обратил внимание на прошедшее время. Процесс порицания самого себя позволил времени выскользнуть из моих рук, отчего я с удивлением обнаружил, что машина остановилась уже у ворот вокзала, когда молитва была окончена. Теперь меня наполняла лёгкость и благоговение перед мудростью, что смогла принести мне покой. И только одна мысль теперь терзала меня, что это затишье продлится совсем недолго.       Ибо предстояла долгая и тяжёлая работа.

***

      Грохот на фоне почти заглушал голос наставника. — Трис…тан? Прием! — очередной взрыв или громоподобный выстрел проглатывали часть слов Корнелиуса Коха. — По…ди! Минуту!       Теперь в воксе слышалось какое-то копошение, скрип дверей, раздражённые крики. Тем не менее, канонады артиллерии начали медленно отдаляться. Я терпеливо ждал, пока наставник не нашёл более удобного для себя места. — Докладывай, ученик, — неожиданно чётко прозвучал его голос.       Тут я и рассказал обо всем, что приключилось со мной за последние сутки, о битве с арко-флагеллянтом, таинственном лазутчике, чья изрубленная голова теперь покоится в стазис-контейнере у меня под рукой и о проклятой книге «signum malum». — Значит, Вер не забрал её… — задумчиво протянул наставник. — Интересно… В любом случае, Тристан, ни в коем случае не открывай контейнер. Эта вещь слишком опасна. Если можешь, изолируй её от себя и кого бы то ни было. Нельзя, чтобы пагубное влияние варпа влияло на окружающих. Поверь мне, оно слишком сильно… — Я понял, учитель, — произнося эти слова, я медленно попятился от контейнера с проклятой книгой. — Но что мне делать дальше? Майор Гизат ясно дал понять, что не сможет обеспечить меня транспортом до столицы. — Считай, что он спас тебе жизнь, Тристан, — грустно усмехнулся наставник. — Надеюсь, ты не начал ничего требовать? — Нет. Я решил, что мои интересы могут нарушить План. — Молодец… Всё, что ты мог, ты уже сделал, Тристан. Теперь послушай…охраняй книгу. Не дай никому даже смотреть на защитный контейнер, — тон Корнелиуса Коха стал тихим, заговорщицким. — Держи под замком. Нам ещё многое предстоит сделать, но сначала необходимо пережить осаду. Зеленокожие наступают по всем фронтам. Из донесений, которые я получил от лорда-командующего, известно, что мало где силам планетарной обороны удалось одержать верх. А ведь это не простые новички, многие из них ветераны Освобождения… — Учитель, — внезапно прервал его я. — Как вы? — Что? — похоже, мой вопрос выбил наставника из колеи. — Последний раз я видел вас в койке без сознания. А сейчас вы уже готовы размахивать шашкой наголо. Вам лучше? — Вполне, Тристан. Не беспокойся обо мне. Лучше займись проверкой каталогов. Нельзя допустить, чтобы какие-то книги оказались утеряны. Особенно сейчас. Ты понял? — Вы серьезно? — мысленно я молил Императора, чтобы это оказалось шуткой. — Ты меня понял? — медленно и чётко повторил вопрос наставник.       На мгновение я замолчал, пытаясь проглотить возмущение. Пришлось даже произнести литанию спокойствия, чтобы совладать со злобой. — Да. Я понял вас. — Хорошо. Когда закончишь с этим, займись расследованием дел Экклезиархии. Необходимо узнать, кто натравил на тебя арко-флагеллянта и зачем. Пути Инквизиции с церковью часто разнятся, однако подобная дерзость выходит за рамки профессионального соперничества. Старайся действовать осторожнее. Желательно, через третьих лиц. Всегда будь настороже. — Хорошо, учитель. Я буду предельно осторожен.       Я уже потянулся к уху, чтобы отключить вокс-бусину, когда голос наставника, ставший проникновенным и тёплым, произнес: — И постарайся не искать приключений, Тристан.

***

      Следующие несколько часов я провёл в одиночестве, лишь изредка выбираясь из вагона, чтобы выпить горячего кофеина и перехватить бутерброд с мясом грокса, которые теперь бесплатно раздавали в кафетерии вокзала, где развернули палатки для жителей с окраин.       Всё же остальное время я проводил в компании книг, которые похитители заботливо расположили в алфавитном порядке, в соответствии с составленными нами же каталогами. Это намного упростило мне работу, хоть и заняло порядка пяти часов бесконечных хождений среди бесконечных стеллажей.       Только глубокой ночью я триумфально выключил инфо-планшет, убедившись, что последнее описание жития какого-то там святого не было утеряно и мирно покоилось в стазис-контейнере.       Облегчённо вздохнув, я прошёл в тамбур вагона, куда притащил матрас и небольшой письменный стол из кабинета службы охраны. Несмотря на жуткое желание поспать, я должен был составить отчёт, да и по-хорошему, стоило бы занести все имеющиеся сведения по заговору Экклезиархии, пока свежи в памяти…       Но прежде чем заняться этим, я решил снова пройтись до кафетерия.       Под хруст снега под ногами, я медленно двинулся к зданию вокзала, наслаждаясь ночной прохладой. Ветер наконец стих, как и громоподобные выстрелы Василисков на главной площади Олеха. Казалось, будто ночью всё замирает. Даже война. Перед входом я на минуту остановился, впитывая в себя мгновения тишины и спокойствия. Подняв голову, я взглянул на небо, удивительно чистое от облаков. Сейчас на нём сверкали тысячи звезд, среди которых можно было чётко разобрать вспышки лэнс-пушек, чёрточки от выстрелов макро-орудий и цветки взрывов, расцветающие бесконечно далеко от земли. Тяжело было осознавать, что там идёт ожесточенный бой, пока на поверхности планеты царит кратковременное затишье.       На мгновение прикрыв глаза и вдохнув поглубже прохладного воздуха, я прошёл через роскошные автоматические двери вокзала.       Здесь уже всё было не так радужно, как на тихой улице: просторный зал ожидания теперь заполонили ряды палаток защитного цвета. Большинство из них сейчас были закрыты и из них доносился монотонный храп. Кое-где ещё сидели люди. Вид у них был измотанный.       Двигаясь к кафетерию, я прошёл мимо старика, который, судя по всему, работал в морге. На это наталкивали неестественная вонь от горелых волос, а так же пепел, который облепил его некогда жёлтый рабочий комбинезон. Да и не только одежду. Лицо мужчины так же было измазано серым, будто он сбежал с чёрно-белых иллюстраций какой-нибудь инструкции.       В это время работники кафетерия уже спали. Подойдя к стойке, я слышал всё такой же беспокойный храп и чьё-то тихое подвывание. Видимо, кого-то постигло горе…       Стараясь не обращать на это внимания, я взял чистую кружку со стойки и подошёл к автомату с напитками. Нажав на нужные руны, я стал ждать, пока тёмно-коричневая жидкость до краев наполнит кружку. — Вы наконец-то выбрались, инквизитор? — вдруг услышал я за спиной голос Джунмакт, которая так же подошла к автомату. — Как продвигается ваша работа? — К счастью, с ней покончено, — ответил я, потягиваясь, прежде чем забрать кружку с кофеином. — Есть какие-нибудь вести с фронта? — Увы, ничего интересного, — пожала плечами девушка. — Мне жаль, комиссар, что вас направили мне в помощники. И ещё больше жаль, что пока ваша помощь мне не нужна. — Бросьте вы это… — отмахнулась она. — Просто старый засранец слишком беспокоится обо мне.       Взяв свои кружки, мы вместе направились к выходу из здания, чтобы не мешать спать людям и сделать наш разговор более личным. — Могу я спросить, что вас связывает? — осторожно начал я, когда мы сели на край ближайшей платформы.       Комиссар странно посмотрела на меня, сделала глоток, после чего улыбнулась. — Вы же не подумали, что я сплю с майором?       Вопрос оказался столь неожиданным, что выбил меня из колеи. Я почувствовал, как покраснел от стыда. — Что вы…       Но договорить она мне не дала, потому что уже заливалась смехом. — Вы расстраиваете Императора такими мыслями, инквизитор, — комиссар покачала головой, пародируя наставников из Схолы. — Ну вы мне ещё пальчиком пригрозите… — буркнул я, утыкаясь в кружку. — Мне казалось, вы ещё достаточно молоды, чтобы подозревать людей в чём-то подобном. — У инквизитора не может быть возраста, — начал я повторять некогда сказанные мне слова. — Нет молодых или старых. Есть только опытные и мертвые.       На минуту над нами повисло какое-то странное молчание. Я испугался, что своим занудством вогнал девушку в тоску, повернулся к ней, но тут же замер. Комиссар Джунмакт смотрела на меня каким-то странным хищным взглядом. Слегка наклонившись ко мне, она спросила: — Ну и насколько вы опытны?       Я медленно отвернулся и снова пригубил кофеин, пытаясь скрыть своё смущение.       Внезапно я почувствовал, как она хлопает меня по плечу. А потом услышал удаляющийся хруст шагов. С шипением отворились двери вокзала, набрасывая на меня прямоугольник тусклого света. — Когда будете готовы ответить на этот вопрос, дайте мне знать, — произнесла комиссар.       Я обернулся, чтобы увидеть её мимолетную улыбку, после чего она тут же скрылась в здании, оставив меня в полной растерянности.

***

      Взяв себе ещё рекафа, я вернулся в свой импровизированный кабинет и сел за отчёт. Стилус устало водил по экрану информационного планшета, выводя аккуратные буквы. Время давно перевалило за полночь, когда я поставил последнюю точку. Тело ломило от усталости, а сознание медленно отключалось. Мне был необходим отдых. Последние дни были слишком насыщенными.       Медленным шагом я добрался до матраса, кинутого в закрытом углу, где сквозняка было меньше всего. Это, конечно, не «Элизиум», но сейчас я словно бы лег на самую мягкую перину во всем Империуме. Получше завернувшись в пальто, я отдался сну. Забвение медленно поглощало моё сознание, отправляя его куда-то в мир мрачных сновидений, в то время как что-то чужое и злое скреблось в подкорку извне…

***

      Грохот разрывающихся снарядов накатывал волнами, заставляя всё внутри невольно вздрагивать. Наступившее утро принесло гвардейцам новое противостояние, которое разворачивалось совсем близко от нужного мне места — небольшого храма на южной окраине города.       Это было массивное сооружение с крепостными стенами, которые, как я понимал, служили убежищем для верных слуг Императора ещё в далекие дни Освобождения. И теперь этим рубежам брошен новый вызов…       Храм был окружён стенами под три метра высотой, с которых то и дело доносился грохот тяжёлых болтеров или уханье лазерных пушек. Некогда аккуратный дворик внутри был заполнен гвардейцами: два минометных расчёта методично отправляли свои смертоносные посылки в холодное бледное небо, а совсем рядом от них ремонтная бригада окружила повреждённого «Часового». — Ну и обстановочка… — нервно бросил Кавен, когда мы шли по узкой дорожке к высоким металлическим дверям храма.       Наёмник явно чувствовал себя не в своей тарелке, постоянно оглядывался по сторонам и старался обходить гвардейцев за версту. Об этом определённо стоило бы спросить, но сейчас я был сосредоточен на другом.       Порой меня удивляла Экклезиархия. С одной стороны, её служители, так ревностно восхваляющие Бога-Императора, были склонны проявлять позорную трусость перед какой-либо серьезной угрозой, которая могла возникнуть для их жизни. Это качество обычно стояло в одном ряду со склонностью к интригам, которые постоянно плелись в крупных городах-ульях и кафедральных мирах. Но в противовес этому существовала вера. Я никогда ранее не был участником войн, но моё пребывание в рядах Ордо Скриптус способствовало изучению различных книг, как художественных, так и документальных, где описывалась невероятная храбрость отдельных священников, чей пример настолько вдохновлял солдат, что те совершали невозможные подвиги.       В рядах Инквизиции подобное вызывало скепсис, но сейчас глубоко внутри я надеялся, что Император ниспошлёт на кого-нибудь из своих слуг подобного рода «вдохновение», потому как лица гвардейцев уже сейчас отражали всю тяжесть положения.       Впрочем… Сюда я прибыл не ради поднятия боевого духа солдат или поисков мессии.       В компании комиссара и двух наёмников я предпринял попытку разузнать что-нибудь о человеке, чьи мозги так старательно попытался нарезать убийца из культа Смерти. Воспользовавшись камерами вокзала, я смог добыть чёткий пикт-снимок его лица, а благодаря протекции комиссара Джунмакт — попасть сюда без каких-либо проблем.       Тяжёлые двери со скрипом отворились раньше, чем мы достигли их. Из небольшого проема стали выходить люди, судя по виду — гражданские. Несмотря на их уставшие лица и тяжёлые шаги, в глазах я видел воодушевление, надежду на что-то. — Кажется, мы прибыли как раз к концу мессы, — констатировал я, оказавшись в проходной храма. — Их проводят даже сейчас? — удивился Кавен. — Да, — ответила комиссар, проходя в помещение за ним. — Майор посчитал, что поддержка церкви поможет повысить эффективность гражданского населения. Поэтому везде, где есть возможность, экклезиархи проводят короткие службы в специально отведенное время. — Император защищает… — внезапно и многозначительно произнес Хакс, нарушив своё обычное молчание. — Всё верно, дети мои, — из полумрака главного зала к нам вышел старик в тёплом плаще, накинутом поверх белоснежных одежд служителя, и сотворил знамение аквилы. — Что вам угодно, сын мой?       Судя по взгляду его старых глаз, священник обращался ко мне. — Здравствуйте, отец. Император послал меня в это священное место с миссией, — я сотворил знамение аквилы в ответ. — И что же необходимо слуге Божьему? — Я ищу этого человека, — информационный планшет с пикт-снимком осторожно лёг в мозолистые руки старика. — У меня есть подозрения, что он знает людей, которые действуют по велению Губительных сил.       Стоило только упомянуть о последних, как глаза служителя расширились. Казалось, будто бы в них разгорается праведный огонь. — Я… — он сглотнул. Нижняя губа тряслась. Явственно чувствовалась аура набирающей силы ярости. — Я не знаю его лично… но видел его лицо раньше. — Где? — я сделал аккуратный шаг вперёд, подключая к беседе чтение поверхностных мыслей. — В прежние времена, бывало, мы собирались всей паствой на Вознесение Императора. — Значит, этот человек тоже состоит в церкви? — Да-да, — энергично закивал старик. — Но, если мне не изменяет память, он принадлежал к небольшому монастырю, что южнее. — Южнее? — переспросил я, поворачиваясь к Джунмакт, которая всё это время внимательно слушала нас. — Монастырь Девственной Веры, — пояснила та. — Церковная схола для юношей. Крайняя линия обороны на юго-востоке Олеха. — Хорошо, — мне не составило проблем проверить, врёт ли старик. Прикрыв глаза, я удовлетворенно кивнул: — Спасибо вам, святой отец. Будьте уверены, Бог-Император оценит вашу помощь.       Мы уже развернулись к выходу, закутывая лица глубже в воротники своих одежд, когда узловатые пальцы слегка коснулись моего предплечья. Я обернулся, пытаясь скрыть некоторое раздражение. Со священниками всегда нужно держать ухо востро… — Постойте… — вид у священника был виноватый. — Я помню все молитвы, но…боюсь обмануть вас. Будет лучше, если вы поспрашиваете об этом человеке у моих послушников. Церковная жизнь этого города всегда способствовала общению между храмами…       В этом есть смысл. — Разумеется, — кивнул я, поворачиваясь к проходу в зал. — Вы отведете нас к ним? — Прошу за мной, — старик сделал приглашающий жест рукой и повёл нас за собой.

***

      Не дойдя до главного зала всего пары шагов, мы свернули за священником в невысокий проём, ведущий в длинный узкий коридор. В отличие от храма Святого Луки, тут проход освещали обыкновенные факелы, словно маяки мерцающие в царстве полумрачного коридора. Время от времени мы проходили мимо дверей с тяжёлыми засовами и решётками на уровне глаз. Каждый засов был закрыт на увесистый замок…       «Интересные тут кельи», — подумалось мне, когда грохот артиллерии внезапно встряхнул пол под ногами. Пришлось примкнуть к холодной стене, чтобы остаться на ногах. С потолка посыпалась древняя пыль и мелкая каменная крошка. — Он же не собирается нас тут похоронить? — услышал я шипение Кавена, когда обернулся к спутникам проверить, всё ли с ними в порядке. — Не беспокойтесь, — словно бы услышав наёмника, начал старик, — это место крепче, чем кажется. Мерзким ксеносам ни за что не разрушить его!       Мы все переглянулись. Вероятно, не стоило говорить нашему проводнику о том, что храм сотрясают залпы лояльных Василисков.

***

      Некоторое время спустя мы снова остановились. Однако теперь причиной были отнюдь не громоподобные разрывы снарядов на линии фронта… — О Трон… — прошептал священник и медленно упал на колени, припав к стене.       Я не стал тратить время на то, чтобы поднять его, ведь впереди лежал обезглавленный труп. Алая кровь обильно окропила брусчатый пол, испачкав некогда белые одежды. — Куда дальше?! — рявкнул я на проводника, используя Слово.       Тот содрогнулся и опустил голову к земле, лишь махая рукой куда-то прямо. Пытать его дальше не имело смысла, ведь спереди вдруг донёсся грохот схватки. — За мной! — выхватив лазерный пистолет, я повёл отряд за собой.       В этом месте коридор немного сворачивал и переходил в небольшой зал, похожий на трапезную. Однако сейчас столы в ней были перевёрнуты и разломаны в щепки, стулья валялись в беспорядке, а пол обильно покрывала свежая кровь, от которой всё ещё поднимался пар.       Ещё двое послушников, лишившихся головы.       Сердце забилось сильнее, когда пришло осознание. Таинственным врагом был никто иной, как тот самый убийца с вокзала. Скрипя зубами, я помчался дальше по небольшому помещению, перепрыгивая через остывающие тела.       Дальше, среди нового коридора в кельи, я наконец увидел своего врага — худая чёрная тень скользила в полумраке, преследуя что-то белое, невысокое. — На помощь! — завопило оно, срываясь на фальцет и скрываясь за поворотом в тщетной попытке убежать от убийцы.       Я же на миг остановился, выкидывая вперёд руку с оружием. Секунда на прицеливание, палец давит на спуск. Короткий треск разрывает траурную тишину, но лазерный заряд уже поражает пустоту. — Кишки Императора… — процедил я сквозь зубы и побежал вперёд изо всех сил.       Нельзя было позволить этому ублюдку перебить тут всех свидетелей. На мгновение меня посетила приятная мысль, что именно здесь можно найти ключ к разгадке тайны, но очередное обезглавленное тело на пути ударом под дых выбило из меня остатки уверенности.       К счастью, впереди ещё доносился чей-то истеричный вопль.       Свернув за очередной угол, я столкнулся плечом с тяжёлой дверью наружу. Холод ударил в лицо, порывистый ветер выхватил и закрутил в непослушный смерч все имеющиеся вокруг звуки. На мгновение я потерялся. Где я находился? Куда бежать дальше?       Хвала Императору, выучка Схолы Прогениум не подвела.       Не тратя время на оглядывание, я тут же подключил к поиску своё сознание. Сквозь материальную метель я видел следы ослабевающего страха, уходящие прочь в белую мглу. Открыв глаза, я увидел на снегу кровь — послушник был ранен, а значит, времени у меня оставалось совсем немного…       Следуя за пятнами крови и ужаса, я принялся плутать между какими-то руинами, совершенно не обращая внимания на окружение.       И только разорвавшийся где-то в двадцати шагах снаряд вернул меня к реальности. Отброшенный взрывной волной, я оказался в сугробе. Звон в ушах заставлял мир перед глазами содрогаться с невиданной частотой. К горлу подступила рвота.       Однако вместе с этим в мой мир ворвался ещё один леденящий душу звук.       Точнее, гортанный рёв сотен глоток зеленокожих. — Ва-а-а-а-а-а-а-агх! — гремело над землей.       Очень быстро до меня начали доноситься нестройные звуки выстрелов.       Я тут же вскочил на ноги, не обращая внимания на боль в рёбрах, отыскал почти скрывшийся под снегом кровавый след и побежал. Побежал наперегонки со смертью.       Петляя по проулкам пригорода, перебегая небольшие улицы, я вновь врезался в дверь какого-то здания. Пятна крови вели меня вверх по лестнице. Я расслышал отдающиеся эхом причитания где-то наверху.       Палец потянулся к уху: — Комиссар, я нашёл их. Какое-то жилое здание на углу улицы. Тут только что рядом разорвался снаряд. Старайтесь найти кровавый след или ждите меня у выхода из храма!       Не теряя надежду, что меня кто-то услышит сквозь помехи бури, я устремился вслед за убийцей и её жертвой.       Когда же наконец цель была достигнута, оказалось уже поздно… — Стоять! Инквизиция! — бросил я, выставив перед собой лазерный пистолет.       Прямо передо мной, на крыше, стояла обтянутая в чёрное фигура. Идеально облегающий тело костюм выделял бугристые мышцы и фигуру женщины, чьё лицо было скрыто такой же как костюм непроницаемой маской.       Не обращая на меня внимания, она медленно подбиралась к послушнику, лежащему на краю крыши. Лицо его было бледным, как окружающий нас снег, а глаза почти что закатились от усталости и кровопотери. Было видно, что жить ему осталось всего ничего. Поэтому я потянулся к нему своим сознанием, чтобы попытаться вскрыть поверхностные мысли, найти хоть какие-то следы…       Но внезапно меня будто бы резанули мечом по руке. Я отпрянул, сдерживая импульс боли. Что-то не давало мне мысленно приблизиться к несчастному святоше и его палачу. Но когда пришло понимание, мне было уже не до него.       Слегка качнувшись в бок, убийца резко развернулся в маневре, призванном пронзить мне живот. Смертоносный рывок с вращением вдоль тела. Я едва успел увернуться, неуклюже уходя вправо. Перекатившись, я оборачиваюсь туда, где должен быть оппонент, пистолет прижимаю к животу левой рукой, чтобы его было сложнее выбить.       Хромированная правая рука зависла у груди, чтобы защитить тело в случае внезапного удара.       Но его не последовало, потому что сразу три лазерных выстрела устремились в сторону убийцы. Два из них никуда не попали, потому что были нацелены в чёрную фигуру, а вот третий смог обжечь её бок.       Всё как учил Сантис. Два на цель, чтобы заставить увернуться, третий — на упреждение.       Кажется, я расслышал злобное шипение, когда наёмница поняла, что в неё попали. Взгляд её красных овальных окуляров устремился на меня, и даже сквозь их я мог чувствовать её гнев.       Второй раунд нашего смертельного танца начал я. Словно бы спровоцированный её немым взором, я сделал ещё несколько выстрелов. Ассасин тут же пришла в движение. Легко, словно кошка, она уворачивалась от обжигающих алых лучей, то совершив кувырок, то прокатившись по полу на коленях. Таким образом, за какие-то несколько секунд она достигла меня.       Её оружие — короткий изогнутый клинок, исходящий из чёрного наруча на левой руке, — вновь устремилось мне в грудь.       Не зная, отравлено лезвие или нет, я не стал уворачиваться. Оглушительный звон раздался, когда острие убийцы врезалось в ладонь моего импланта. Хвала Омниссии, хромированная поверхность с лёгкостью выдержала смертоносный натиск.       На одну секунду наёмника замешкалась. Мне хватило этого времени, чтобы сделать шаг в сторону, уступая место ещё непогашенной инерции её тела. Убийцу понесло вперёд за клинком, который теперь находился в стальной хватке моих пальцев.       Покрепче сжав рукоять лазерного пистолета, я, что было сил, врезал её передней частью под вытянутый локоть оппонента, пока второй ладонью начал резко отводить меч на встречу.       Над крышей здания прозвучал мерзкий хруст костей.       Наёмника взвыла, но тут же впрыснутые в кровь стимуляторы позволили ей позабыть о боли. Не обращая внимания на то, что я всё ещё держу клинок вместе с её сломанным предплечьем, она воспользовалась моим триумфом — выбила пистолет из левой руки и пнула меня в живот. Прежде чем упасть на спину, я окончательно оторвал ей руку по локоть, оставив болтаться лишь на редких жилах и оборванной ткани костюма.       Тем не менее, похоже её это не сильно волновало. Последний маневр наёмницы позволил ей увеличить расстояние между нами. Она вновь оказалась рядом с послушником и тогда невозмутимо схватилась правой рукой за левую, рывком разорвала остатки костюма. — Стой! — Только и успел крикнуть я, когда блестящее лезвие устремилось к телу несчастного святоши.       Искать пистолет времени не оставалось, поэтому я прыгнул вперёд, беспомощно наблюдая, как сталь входит в живот священника. Как он испускает последний вздох, сопровождаемый гортанным бульканьем.       Послушник был уже мёртв, когда я врезался в наёмницу и сбил её с ног, толкая к небольшому парапету, ограждающему край крыши. Опрокинув противника, я тут же забрался на неё, перехватив уцелевшую руку своей левой. — На кого ты работаешь?! — закричал я, замахиваясь хромированным кулаком. Удар. Из-под треснувшего стекла окуляра течёт кровь, делая чёрную ткань ещё темнее. — Говори, именем Императора! — я слышу, как под моим ударом ломается плечо многострадальной руки.       В ушах шумит закипающая кровь. Тело поглощает праведная ярость от одного только взгляда на труп возможной ниточки к разгадке. Потом я снова перевожу взгляд на наёмницу — она лежит и не сопротивляется, покорно ожидая смерти. Из мелких трещин окуляра я вижу зелёный глаз, который уже заливает кровь. Он смотрит на меня с вызовом.       Я вновь заношу кулак над её головой. Разум твердит мне остановиться, но что-то так манит меня ударить. Превратить голову этой твари в кровавое месиво, расколоть её череп и растолочь его в пыль, залить крышу её горячей кровью!       Пальцы послушно сжались, готовясь поставить точку, но вдруг в ухе активировался вокс-передатчик: — Инквизитор… прием… Тристан…?.. — помехи нагло пытались заглушить голос комиссара. — Вы всё ещё в доме?.. Движемся…к…ам… Но ор…ки….       Орки. Как только я забежал в здание, то совсем позабыл о том, что слышал толпу зеленокожих монстров совсем рядом. Слова Джунмакт словно сорвали с меня то странное наваждение. Я посмотрел на убийцу прояснившимся взглядом.       Нужно было доставить её в безопасное место и там уже попытаться узнать всё необходимое.       Однако, стоило мне только подумать об этом, как за спиной послышался тяжёлый топот. Вряд ли это мог быть кто-то из моих спутников, даже громила Хакс…       Я обернулся и почувствовал, как тело сковывает природный ужас…       Хриплое дыхание облаками зловонного пара вырывалось из зубастых пастей, а две пары мелких красных глаз смотрели на меня с едва ли не осязаемой яростью.       Двое зеленокожих громил несколько секунд смотрели на меня. Кажется, что их уродливые морды изображали что-то вроде усмешек. Но когда они поняли, что их видят, то тут же впали в безумство. — Ва-а-а-а-а-агх! — заревели оба, стуча топорами и стреляя в воздух из болт-пистолетов.       Всё это время я остолбенело смотрел на их приближающиеся фигуры, не в силах сделать что-либо. Казалось, сейчас один из этих тупых топоров изрубит моё тело на кусочки, которые потом с удовольствием сожрут зеленокожие.       Ещё множество вариантов смерти могло промелькнуть в моем сознании, если бы не наёмница. Воспользовавшись моментом, она высвободила свою правую руку, схватила меня за воротник пальто и хорошенько врезала мне лбом в лицо. От столь мощного и неожиданного удара в нос я потерял ориентацию в пространстве, пока убийца ловко выскочила из-под меня. На всё это ей потребовалась всего пара секунд, но орки уже добрались до нас. — Мочи юдишек! — заревел один из них, замахиваясь одноручным топором над моей головой.       Всё ещё оглушенный, я попытался сделать кувырок влево. Мир вокруг завертелся, потому что я не смог выйти из стойки в нужный момент. Успешно увернувшись, я, тем не менее, врезался в парапет и чуть не перевалился через него с высоты десятого этажа.       С мгновение полюбовавшись красотами едва видимого под метелью пригорода, я поспешил отпрянуть, уже ощущая смрад орочьего тела. — Стой на месте! — казалось, обиженно пробасил ксенос, когда я снова сделал рывок прямо под его рукой.       Теперь я оказался за его спиной и мог беспрепятственно сбежать. Оказавшись у выломанной двери на крышу, я бросил взгляд назад. Было очевидно, что с двумя орками мне не тягаться, но было обидно терять последнего живого свидетеля…       Впрочем, когда я бросил короткий взгляд ко второму зеленокожему, след его противника уже простыл…       Усмехнувшись, я бросился вниз по лестнице, одновременно с этим открепляя от пояса силовую булаву службы охраны. Стоило мне пробежать всего один пролет, как позади послышался топот тяжёлых сапог. — Ва-а-а-а-а-а-а-агх! — орки, мешая друг другу на узкой для них лестнице, поспешили за мной.       Одни из них пытался попасть в меня из своего пистолета, однако его снаряды попадали куда угодно, но только не в меня.       Его сородич же оказался хитрее. Когда я оказался на шестом этаже, инстинктивно прикрывая голову от косых выстрелов, нечто камнем пролетело мимо меня в широком проёме между пролетами. Второй орк сиганул вниз и сумел схватиться за перила рядом со мной!       Однако, под его огромным весом стальные балки сначала прогнулись, а потом и вовсе лопнули, снова отправляя зеленокожего в полёт.       Впрочем, короткий, потому что этот сукин сын умудрился направить свою тушу точно в пролёт нижнего этажа.       Оставив громадную вмятину в стене, зеленокожий обернулся ко мне, когда я оказался рядом. — Папался! — торжествующе проревел он, бросаясь вперёд.       Пытаться держать удар столь рослого и массивного монстра было бы самоубийством, поэтому я вновь предпринял попытку увернуться. Переставляя свои мускулистые ноги, зеленокожий снова замахнулся на меня топором. Тогда я нырнул под его руку, в надежде проскользнуть, но на этот раз тварь оказалась умнее.       Свободной рукой он преградил мне дорогу и мощным рывком толкнул меня к перилам. Когда я врезался в стальные балки, почувствовал, как жалостливо хрустнули позвонки, а следом за ними уже засвистел топор.       Я ушёл вправо, не глядя на снопы искр, высекаемые из разрубленных до пола перил. Не рассчитав силу, орк присел, склонив голову мне на уровень груди. Тогда я решил дать сдачи, отвесив ему мощную оплеуху булавой.       Потеряв пару зубов, ксенос завалился набок. Яростно рыча, он поспешил поднять и врезать мне в ответ, но я уже поспешил унести ноги подальше.       Спустившись на второй этаж, я выбросил вниз булаву и рискнул перемахнуть через ограждение. Падая с высоты пяти метров, я сгруппировался и, только коснувшись земли, ушёл в долгий кувырок. Справившись с головокружением, я поднял оружие и продолжил отступление к двери, где вдруг увидел несколько теней.       Деваться было некуда, я замахнулся булавой и понёсся вперёд, стремясь выиграть максимум из эффекта неожиданности.       Уже приближаясь к дверному проёму, я приготовился прыгнуть, когда вдруг увидел красную фуражку, выглядывающую из-за угла. — Инквизитор? — вопросительно посмотрела на меня Джунмакт. — Комиссар? — спросил я в ответ, пытаясь погасить инерцию разбега. — Вы вовремя. Пора уносить ноги. — Мы как раз и собирались сделать это, просто хотели забрать вас, — улыбнулась девушка и направила пистолет куда-то над моим плечом.       Уступая ей место, я быстро развернулся и ушёл в сторону. Оказавшийся за моей спиной орк оказался достаточно близко, чтобы разорвать нас на части. Однако, двумя точными выстрелами, комиссар смогла ослепить ксеноса, заставив его беспомощно махать топором. Впрочем, переходить на шаг он не торопился, поэтому я замахнулся булавой, дождался, когда он окажется совсем рядом, и ударил прямо под его квадратную челюсть.       Громадная голова оторвалась от тела и устремилась вглубь помещения вместе с моей булавой, которую я случайно отпустил, вложив все силы в удар. Туша орка же, чуть не снеся меня, врезалась в стену и замерла. — Хороший удар, — похвалила меня комиссар, отправляя несколько разрядов во второго зеленокожего на лестнице. — Однако, вам стоит больше не терять оружия.       Отцепив от пояса свой цепной меч, она передала его мне и подмигнула. — Простите, Босс, вы закончили ворковать? — внезапно в проёме оказался Кавен.       Лицо его было потным, несмотря на жуткий холод, и довольно измученным. — Нам пора сматываться.       Я кивнул и поспешил за ним на улицу.       Теперь мы снова оказались окружены метелью. Вой ветра перемешивался с утробным рёвом орков, заполонивших окрестности, и грохотом стрельбы. Захлопнув за собой дверь, в надежде что она хоть на секунду сдержит второго зеленокожего, Кавен повёл меня прочь от дома. Мы пересекли широкую улицу и нырнули в какой-то узкий переулок, заполненный мусорными баками.       Тут нас поджидал Хакс, вытирающий о снег мачете. За спиной здоровяка у стены лежал мёртвый орк. Углубившись чуть дальше в переулок, мы оставили его следить за периметром. — Вы знаете, куда идти? — спросил я спутников, когда понял, что мы находимся в относительной безопасности. — Да. На север, — просто ответил Кавен, вытаскивая из кармана небольшой компас. — Эта штучка приведёт нас к своим. — Надеюсь… — я вздрогнул, когда услышал отряд орков, прошедший мимо нашего укрытия.       И тут пришло осознание. — Нам за ними? — Всё верно, Босс, — кивнул наёмник и широко улыбнулся. — За этой сворой зелёных накачанных парней, которые задавят нас, как только увидят. И Император знает, сколько тут ещё таких же. — Но ты нас выведешь? — спросил я, слегка напрягаясь.       Ситуация была, мягко говоря, не в мою пользу. Оказавшись за линией фронта, без ауспекса, карт и армии сопровождения, моё положение вожака стало довольно шатким. Кажется, Кавен почувствовал это, как и мою усталость. Пока они плутали по улицам, я сражался с наёмником, которого с детства натаскивали убивать людей. А после этого убегал от пары безумных зеленокожих. Уже сейчас я чувствовал, как ноет всё тело, а рёбра неприятно пульсируют. Если и существовал момент, чтобы поквитаться за события в поезде, то он наступил.       Похоже, наёмник понял, о чем я думаю. Он сделал шаг вперёд, откладывая лазерный карабин за спину. Несколько секунд мы испытующе глядели друг другу в глаза, после чего он очень медленно протянул мне руку. — Конечно выведу. Инквизитор.       Я молча кивнул и сжал его ладонь.       Разумеется, этот жест мог быть ловушкой, но я был не настолько идиотом, чтобы не воспользоваться своими силами и всё проверить. Вокруг стоял мороз, который с лёгкостью мог скрыть след психического воздействия. Сильнее того, что я использовал обычно. И благодаря этому я сумел полностью прочесть Кавена Менхаузена. — Пора, — стоявший до этого на краю переулка Хакс вернулся к нам.       Теперь в его руках было не мачете, а разогретый мельтаган, готовый к стрельбе. Более красноречивого жеста я ещё не видел…