Инквизитор Тристан Аккер

      С момента нашего отступления прошло уже пять недель. Дни сменяли друг друга, но это ничуть не успокаивало метели и лютый мороз, покрывший инеем внутренние помещения тамбуров и вагонов, где складировались припасы. Теперь люди повсюду ходили в мешковинах, состоящих из десятков нарядов, найденных уже в вагонах или чудом унесенных с собой во время бегства. Вид беженцев порой одновременно и забавлял меня и повергал в ужас. Все эти чувства вызывали необъяснимую тоску. Как и очередной доклад о том, что наш ход замедлился.       Казалось бы, ресурсы ядерной установки, питающей все жизненно важные системы маглева, были неисчерпаемы в перспективе даже годичного перехода. Однако, сомневаюсь, что «Северный экспресс» когда-либо имел сопровождение из «часовых» или «химер».       После того, как майор отдал приказ свернуть на восток, проблемы с топливом никуда не исчезли. В целях экономии горючего был отдан приказ замедлить ход, чтобы уменьшившаяся в числе бригада разведчиков могла заблаговременно предупредить нас о ловушке, и при этом не удаляться слишком далеко, не исчерпав раньше времени драгоценный прометиум.       Так же на скорость состава оказывала влияния охота. Теперь вместо двух «химер» на поиски отправлялась только одна, а вместо сервитора-грузчика гвардейцы тащили с собой опустевшие канистры и ручные насосы с надеждой отыскать брошенные стоянки сборщиков шкур или браконьеров.       Медленно, но неотвратимо наш путь склонялся к югу, а возвышающиеся на горизонте холмы Змеиного хребта служили указателем, что дальше начинаются более обжитые территории. Совсем скоро мы могли встретиться с частями Имперской гвардии или Сил планетарной обороны. Впрочем, помимо них нас могла ожидать и менее приятная встреча… — Через двое суток мы наконец окажемся в зоне влияния хребта, — пояснял майор, указывая на голокарту, проецируемую на ободранную металлическую стену командного пункта. — Эта длинная и высокая горная система укроет нас от холодного ветра севера. Однако, по последним данным, которые мы успели получить после потери связи, впереди нас ожидает захваченный ксеносами город «Бивень».       Мигающий пунктир на карте свернулся в кольцо, которое позже начало увеличиваться, наполняясь трехмерными изображениями построек, разросшихся до внушающего вида улья. — Как вы можете наблюдать, этот город значительно больше Олеха, — продолжил майор. — И по последним спутниковым снимкам нам известно, что орки активно превращают его в свою крепость. Бивень был логистическим узлом местной промышленности: прометий, полезные ископаемые, уран, все, что можно выкопать или выкачать из земли свозилось туда. Поэтому, полагаю, данный населенный пункт должен представлять первоочередный интерес для Имперского командования.       Проекция спутниковых пиктов сменилась графиками. Согласно им в Бивне проживало более десяти миллионов человек, две трети которых были задействованы на производствах. Так же загоревшаяся шестерня Механикус говорила о наличии в городе как минимум одного крупного объекта, имевшего теологическое значение для слуг Омниссии. — Однако, для нашей небольшой группировки данная крепость является неприступной, господа офицеры, — подытожил майор, опуская руки на стол и обращая все взгляды на себя. — Поэтому мы будем вынуждены обойти город сверху.       Он взял паузу, давая всем присутствующим хорошенько обдумать последние слова. В это же время проекция на стене продемонстрировала новый путь — ответвление магнитных рельс, ведущих к каким-то шахтам глубоко в горной системе «змеиного хребта» и обозначенными как «сигма-05-57». — Впереди нас ждет небольшой распределительный узел, где мы сможем повернуть в горы. Однако там мы уже не сможем добыть пищу или топливо. В связи с этим я объявляю привал прежде, чем мы пойдем в обход орочьей крепости.       Майор сделал жест адъютанту, и тот, подорвавшись со своего стула, начал раздавать присутствующим информационные планшеты. — Всем вам будут выданы детальные инструкции. В течение недели, которую займет путь до обозначенного места, вы обязаны их выполнить. На этом все. Вы свободны.

***

      После этого совещания рядовые гвардейцы и их старшие засуетились по-настоящему. Маглев замедлился до скорости бега среднего участника «Трацианских спортивных игр», и большая часть личного состава покинула его, направившись выполнять поставленные задачи.       Из инструкций, что были переданы мне, я узнал, что майор планировал хорошенько изучить распределительную станцию, прежде чем состав доберется до нее. Именно потому последняя «химера» была передана передовому отряду разведки, и вместе с двумя «часовыми» он двинулся вперед, обгоняя нас на несколько дней.       На мой взгляд, этот план был очень рискованным. Вполне вероятно, что там нас поджидали зеленокожие, которые легко справятся с разведчиками, и мы просто угодим в ловушку. Даже если мы проскочим в нужном направлении, нас ждали тяжелые недели блуждания на высоте больше трех километров в ледяной пустоши. Ничего, кроме снега.       Возможно, поэтому майор отдал приказ расширить бригады охотников и отправить их по трем направлениям вдоль путей. Сейчас мы углублялись в густые хвойные леса, которые еще не были уничтожены промышленностью людей. К счастью для нас, Дюрер славился своей чистотой и девственностью охотничьих пастбищ, так привлекавших аристократию с Гудрун.       И все же я не мог до конца быть уверен в этом плане. Слишком многое зависело от случая и слепой веры в Императора. Но были ли у нас другие варианты? Гнать вперед и надеяться прорваться через орочью крепость? Размышляя об этом, я благодарил Золотой трон за то, что у майора Гизата хватало благоразумия воздерживаться от таких авантюр, что сулили либо бессмертие в легендах, либо смерть в бойне и забвение…

***

      Как и прежде, активного участия инквизитора во всех планах майора не предусматривалось. Я был предоставлен самому себе и кошмарам, что поджидали на каждом шагу.       После аутосеанса с Полпрусом, как мне казалось, моя паранойя разыгралась еще сильнее. Теперь, когда было точно известно, что среди пассажиров скрывается убийца, мне приходилось прикладывать титанические усилия, чтобы не заговорить об этом с комиссаром Гатсом. Лишь ужасные картины пыток и расстрелов останавливали меня, словно предзнаменование являясь во снах.       Впрочем, оставался всего день до момента, как псайкер приготовит обереги. В течение всей недели, что он попросил на работу я следил за его состоянием. Постоянно выспрашивал солдат о его здоровье, выказывал всяческое беспокойство. К счастью, ничего странного, кроме через чур расторопной подготовки моей просьбы.       Впрочем, уверен, майор не пропустил этого мимо себя и уже задумал какую-то авантюру в отношение меня. Но плевать. Полпрус был единственным, кто мог дать мне успокоение. Хотя бы на время.       А пока я старался сдерживать безумие молитвами и тренировками с булавой. Каждый день я запирался в одном из покоев на несколько часов, зажигал свечи над импровизированным алтарем и оттачивал боевые навыки пока тело просто не перестанет слушаться. Сантис всегда говорил, что залог успеха в бою — это тренировки. Даже если ты физически слабее противника, всегда найдется прием, который даст тебе преимущество. Поэтому я тренировал их все, пытаясь отвлечься от прячущихся во мраке кошмаров.

***

— Кажется тренировка вышла на славу, Босс? — Похоже, что Кавен большую часть свободного времени проводил за барной стойкой, нагло растрачивая полироль на идеально чистое покрытие. — Вам как обычно?       «Как обычно?» — сложно представить, чтобы мне, Тристану Аккеру, смиренному слуге Императора и Священной Инквизиции, претенденту на чин полноправного агента, задавали подобный вопрос, словно грязному пьянчуге с нижних уровней города-улья…       Однако в моем положении, играть гордеца было глупо. — Да, но сегодня меньше, — нехотя кивнул я, вешая полотенце на голую шею.       Несмотря на то, что механикус решили не заботиться об отоплении вагонов, и их жителям приходилось искать теплую одежду, мое тело сейчас охватывал жар, источаемый разгоряченным тренировками телом. Усаживаясь на высокий стул, я не смог не заметить удивления наемника, который украдкой разглядывал поднимающиеся от моих мышц ручейки пара. — Босс, вы не в курсе, когда мы уже переберемся в места потеплее?       На стойку аккуратно лег пластиковый подстаканник и рюмка шнапса. — По плану майора — не скоро, — коротко ответил я и опрокинул амасек.       По мере того, как глубоко проникало тепло мордианского пойла, я все явственнее начинал ощущать спокойствие. К своему стыду, подобное я не испытывал, даже стоя на коленях перед алтарем…       Зажмурившись, я попытался скорее прогнать богохульные мысли и посмотрел на наемника.       Похоже, что мои слова пришлись ему не по душе. Отдав выпивку, он облокотился спиной на спинку дорого стула, но даже его уют не мог подарить ему тепла. Кавен заметно вздрогнул, после чего потянулся за флягой на поясе и отхлебнул из нее. — Паршиво… — Обреченно прошептал он. — Еще и горячие пайки теперь только в обед. Император свидетель, наверняка офицеры жрут как гроксы, пока мы тут… — У вас есть вопросы к офицерам?       Мы оба обернулись на голос, так внезапно прозвучавший перед выходом в тамбур.       Там, опираясь на выступающий косяк портала, стояла комиссар Джунмакт. Поймав на себе наши ошарашенные взгляды, она постучала по панели из красного дерева. — Разрешите зайти, инквизитор? До меня дошел слух, что тут наливают добротный амасек. — Произнося эти слова, гостья как-то странно перевела взгляд на Кавена. — И кто же распускает такие слухи… — Я неодобрительно посмотрел на наемника, после чего вновь обернулся к комиссару. — Раз уж вы пришли, будьте как дома. — Благодарю, — Кайла проворно сократила дистанцию до соседнего со мной стула и тут же оседлала его, в ожидании выставив локти на стойку.       Кавен тем временем, видимо поняв мое неудовольствие, уже приготовил еще одну стопку шнапса и выставил ее передо мной. Однако, он не был бы собой, если бы не принялся приставать. — А что хочет дама? — Наигранно услужливо спросил он у комиссара, отчаянно пытаясь подавить ехидную улыбку. — Чтобы ты оставил меня в покое. — Тяжело вздохнула та и отклонилась на невысокую спинку. — Бог-Император свидетель, госпожа, ничего не могу с собой поделать. — Теперь уже в открытую улыбаясь, наемник обернулся к полкам с бутылками и начал пристально изучать их этикетки. — Кавен… — Я постарался подобрать достаточно угрожающую интонацию, чтобы немного приструнить этого наглеца. — Ладно, Босс, как скажете, — через плечо бросил тот будничным тоном. — Сегодня я просто бармен. Но…может быть вам двоим тогда пройти в ваш номер, а? — Кавен! — Вырвалось у нас с Джунмакт одновременно, но поняли мы это лишь спустя пару секунд, когда блестящие глазки наемника торопливо бегали то на меня, то на нее. — Все, все, молчу, — нарушил он неловкую паузу и поставил перед девушкой наполненный стакан. — Вот комиссар, попробуйте.       С нескрываемым недоверием она взяла в руку приготовленный напиток, не сводя глаз с Кавена и иногда глядя на ряд бутылок, из которых тот намешал содержимое стакана. Усугубляло ситуацию и то, с каким самодовольным лицом наемник следил за гостьей, деловито сложив руки на груди. От подобного выражение непокорности я уже готов был взорваться, но какая-то часть меня так же следила за Джунмакт, в ожидании ее реакции на приготовленный напиток.       Комиссар же, видимо, отбросив подозрения, наконец сделала первый глоток и принялась смаковать его, будто бы заигрывая с нашим ожиданием. — На удивление приятно. Спасибо. — Просто ответила она и отхлебнула еще. — Для слуг Императора только лучшее. — Гордо ответил наемника и заменил порцию мне.       Подобрав третью рюмку, я заглянул внутрь, словно не решаясь сделать глоток. Чтобы отсрочить этот момент еще и не притягивать к себе лишнее внимание, я решил спросить: — Так что же вас привело к нам, комиссар? — Я надеялась отдохнуть немного, — похоже, напиток начинал действовать, и Джунмакт наконец сняла с головы фуражку, разок махнув ей себе в лицо. — Майор поставил довольно сложную задачу, а потому приходится следить, чтобы с солдат сошли все семь потов, а потом еще столько же.       Я подождал, пока она выпьет еще. — Только это? — А еще я хотела узнать, какие кошмары мучают вас по ночам. — Медленно произнесла комиссар, опуская стакан и глядя на меня. — Значит медикусы проговорились? — Тяжело не отвечать на вопросы, которые задает имперский комиссар. — В такие моменты ее улыбка напоминала оскал хищника, который уверен в приговоре своей жертве. — Похоже, что «слава» наших организаций шагает впереди нас, верно? — Я попытался перевести тему, поворачиваясь к бару и залпом осушая рюмку. — Как бы мы себя не вели, от нас все равно будут ждать устрашения. — Как по мне, так это еще одно испытание, которое возлагает на наши плечи Император, даруя такие полномочия, — хмыкнула Джунмакт, будто уже не в первый раз отвечает на подобные умозаключения. — Вам ведь они не кажутся тяжелыми?       Снова ее охотничья улыбка. — Что вы! Отнюдь. — Отшутился я и мы коротко посмеялись. — Но все же, вы уходите от вопроса, инквизитор. — Ее глаза горели любопытством даже сквозь толстый хрусталь стакана, который она поднесла к лицу. — Зовите меня Тристан, — остановил ее, после чего задумался. — Или я уже просил об этом?       Она только сконфужено улыбнулась. — Просто я хочу быть более дружелюбным к тем, кто прикрывает мне спину, Кайла. — Тепло произнес я. — Обычно люди не слишком спокойны, когда у них за спиной имперский комиссар. Но от тебя… — Она на миг задумала, «пробуя» новое обращение. — От тебя эти слова будут комплиментом. — Тогда я могу довериться тебе в обмен на этот комплимент? — Я наклонился чуть ближе, как если бы хотел сообщить какой-то важный секрет. — По правде сказать, я все еще не вернула тебе должок за тот раз, когда ты сломал руку, — Похоже, я смог расположить ее к себе. — Пожалуй, этого достаточно, чтобы не убивать тебя в этот раз.       На миг задуматься пришлось мне, что в действительности скрывается за этой улыбкой…       Но я все же кивнул: — Хорошо. В общем…эти кошмары они являются мне наяву. — Галлюцинации? — Комиссар недоверчиво приподняла бровь, немного отстранившись от меня. — Да, — стыдливо согласился я, отводя взгляд. — Похоже, что вокруг планеты бушует сильный варп-шторм. Иначе мне сложно объяснить то испытание, что переживает мой разум. — Значит поэтому и Полпрус такой беспокойный в последнее время? — Он хлопочет по моей просьбе, — я попытался вернуть себе успокаивающий тон, дополнив его движением руки. — Но я полагаю, что гвардейцы тоже недомогают? — Да, — подозрение на лице Кайлы сменилось беспокойством. — Время от времени и мне снятся странные вещи. Я собиралась поднять этот вопрос на совещании, но на тот момент не была уверена, что явление носит массовый характер, а не касается только меня. — Думаю, майору будет достаточно моей поддержки, если ты вдруг не передумала поговорить с ним об этом.       На миг мы переглянулись, и я уверенно кивнул, демонстрируя свою серьезность. — Спасибо, я запомню, — неловко ответила она, старясь сменить тему. — Но это не опасно? Для Полпруса. Он ведь псайкер и… — Я тоже, Кайла. — Спокойно прервал ее я. — И вопрос остается открытым. — Совладав с голосом она стала звучать более грозно. — Ежедневные молитвы и амасек помогают мне.       После этой фразы передо мной опустилась еще одна рюмка, намеренно громко стукнувшись о стойку. — Знали бы вы комиссар, сколько часов в день он тратит на тренировки с булавой. — Бесстыдные подмигивания наемника, сопровождавшие его тираду, вогнали в краску нас обоих. — ох… Кажется его заткнет только смерть или сошествие Императора! — Прошипел я, прикрывая лицо ладонью. — И в последнем я не уверена. — Подхватила Кайла, и мы все втроем засмеялись.       После этого Кавен еще раз налил нам по порции амасека, возвращая разговор к первоначальному обсуждению. — Значит мне стоит присмотреть за Полпрусом? — Серьезно спросила комиссар, переводя взгляд со стакана на меня. — Или лучше за тобой? На миг я растерялся, встретившись с ней глазами и чуть не подавился. — Мой разум не настолько силен, чтобы представлять реальную угрозу, Кайла. — Опустевшая рюмка легла на стойку. — Так что, лучше обратить внимание на Полпруса. Но об этом могу позаботиться и я сам. Так что лучше возвращайся к плану майора. — Ну, как скажете, инквизитор, — комиссар пожала плечами и поднялась на ноги, одаривая наемника обворожительной улыбкой. — Спасибо за чудный коктейль, Кавен. Доброй ночи, господа.       Как только она скрылась в Тамбуре, Кавен крайне странно посмотрел на меня. Я вопросительно поднял бровь, ожидая пояснений, но только он открыл рот, чтобы что-то сказать, как в его ухе затрещал вокс-передатчик.       Я уже было потянулся к своему, но запоздало вспомнил, что оставил его в апартаментах. — Понял, сейчас передам ему. Он тут, — серьезным голосом ответил наемник, поднимая озабоченный взгляд ко мне. — Это судья. Говорит, что вам нужно явиться в штаб. Кажется, намечается что-то интересное.

***

      Спустя сорок минут мы уже мчались в иссиня-черные сумерки Дюрера оседлав длинные сани, принайтовленные к задней раме «часового». Мощные механические лапы с каждым шагом-прыжком поднимали в воздух гроздья снега. На такой скорости они казались обжигающими ледяными иголками, щипавшими кожу там, где шарф сползал с лица, заставляя морщиться.       Холод ночи медленно заполнял тело, насылая на нас волны будоражащих мурашек. Стараясь закутаться потеплее в пальто, я пытался сосредоточиться на докладе, который передал нам адъютант майора Гизата.       Мне, Кавену, Кайле и Хиту Уорену предстояло провести почти сутки в пути, чтобы добраться до распределительного узла и вызволить наших разведчиков, угодивших в засаду какого-то другого полка. Как следует из отчета, их командир не согласился поверить майору на слово, аргументируя это возможной мародерской ловушкой. Тем не менее, этот человек дал обещание, что разведчики будут в порядке, если мы согласимся выслать парламентеров… — Эй Босс, позвал меня Кавен, сидевший напротив и потряхивающий свою заветную флягу. — Хотите согреться, сейчас в самый раз!       Я кивнул в знак согласия и еще раз, благодарно принимая металлический сосуд укрытыми в перчатки руками. Крышка поддалась не сразу, но я торжественно ухмыльнулся, прежде чем сделать глоток согревающего амасека.       На пару минут, дрожь и мороз отступили, заставив запотеть визоры защитных очков. На мгновение зеленый экран инфопланшета превратился в расплывчатое изумрудное сияние, охватившее мои ладони.       Внезапно наши сани подскочили на особенно плотном сугробе, который «часовой» легко перешагнул. — Мне кажется, этот гвардеец нарочно… — Проворчал наемник, принимая обратное свою флягу. — Может составить для него взыскание, а, комиссар?! — Если ты не заткнешься, то я самолично вытолкну тебя за борт, Кавен. — Огрызнулась Кайла, прижимаясь свой спиной к моей. — Возьми лучше пример с Хита и спи. — Госпожа, я же наемник, а не арбитр, — развел руками Кавен и повел плечами, тщетно стараясь сбросить со свей спины тушу уснувшего судьи. — У меня чуткий сон. И очень тревожный. А не как…у этого…тяжеловеса… — Поделом тебе! — Подытожила комиссар и замолчала.       Улыбнувшись под шарфом, я снова уткнулся в экран инфопланшета, изучая данные, которые разведчики успели передать.

***

      За время пути не произошло ничего примечательного. Заснеженная равнина начала медленно переходить в крутые холмы, укрытые такими же белыми хвойными деревьями. Время от времени я замечал у опушки каких-то рогатых зверей, которые завидев нашего «часового» сразу бросались прочь.       На следующую ночь все тоже прошло относительно спокойно, разве что где- то далеко были слышны чьи-то угрюмые завывания. Хит сказал, что это местные хищники выходят на охоту, но тут же успокоил, уверенный в том, что на нас они не нападут из-за размеров шагателя.       Впрочем, я все равно приказал спутникам проверить оружие и подготовить его к внезапной стычке. — Даже если ночь будет спокойной, нам нужно подготовиться ко встрече с гвардейцами. — Сказал тогда я.       Ближе к полудню мы наконец добрались до узла.       Незаметно к нашей линии магнитных рельс прибавился еще десяток, тянущийся со всех сторон. Позади осталась заснеженная башня наблюдения, окна которой плотно покрывал лед. Впереди, среди расступившихся деревьев, показались стены, огораживающие периметр станции, за которыми виднелись многоэтажные здания складов и других зданий Администратума.       И как только их силуэт стал более или менее различим, в наших передатчиках послышался сигнал вызова. — Эй там, на санях! — Заскрипело ухе. — Прикажите «часовому» замедлить ход или мы откроем огонь. Даю вам десять секунд!       Я выругался про себя. Кажется, элемент неожиданности упущен. Впрочем, глупо было надеяться на какую-либо скрытность среди белоснежного и чистого пространства вокруг узла.       Хит связался с пилотом шагателя, и тот плавно перешел с механического галопа на легкую рысцу. Теперь сани скользили по снежному покрову куда спокойнее, позволяя подняться в полный рост. — Мы сделали как ты сказал, — я поднялся на ноги, заглядывая в ампливизор. — Теперь было бы неплохо показаться. — Сначала проследуйте за периметр. — На этот раз голос собеседника прозвучал более мирно, но я все еще различал нотки превосходства.       Из-за этого мне не терпелось увидеть лицо этого наглеца, когда перед ним засверкает знак моих полномочий.       От праздных размышлений меня отвлек громкий скрип — шум открывающихся раздвижных ворот впереди. Сбавив скорость еще больше «часовой», медленно зашел внутрь, протаскивая нас мимо пунктов охраны, бетонных арок транспортного КПП и уводя вглубь комплекса к возвышающемуся над всеми остальными зданиями зиккурату. Судя по виду, это было главное управление распределителя.       Все это время мы не опускали лазганов, явственно ощущая на себе чей-то пристальный взгляд. До сих пор мы не повстречали ни одного человека. Только снег и свист ветра в узких переулках.       Но все изменилось, когда «часовой» остановился у ступеней зиккурата. Давящую на нервы подозрительную тишину вдруг разорвал громкий голос, вырвавшийся из репродукторов по всему комплексу. — Будет лучше, если вы опустите оружие.       Сразу после этого наши сани оказались окружены дюжиной людей, закутанных в белые маскировочные плащи. С коротким шорохом откидываемых мантий, они резко выступили на фоне контейнеров, углов зданий и даже высоких сугробов. И каждый из них направил свой лазган в нашу сторону.       Очевидно, что в такой ситуации, противиться было глупо. Я первым поднял карабин над головой, кивком давай знак спутникам, чтобы они повторяли за мной.       Когда все подчинились, четверо гвардейцев вышли вперед и потребовали сдать оружие. — Мы вернем его вам, как только я пойму, что вы из себя представляете, — выступил к нам еще один. — Я капитан Ганс Ольстин, восьмой дюрерский полк.       Высокий и широкоплечий офицер подошел к нам вплотную и требовательно бросил: — Назовитесь.       Не опуская рук, я перешагнул через борт саней и подошел к нему, все еще находясь на прицеле нескольких гвардейцев. — Инквизиция. Ордо Скриптус. — Не опуская рук, я кивнул на инсигнию, предусмотрительно подвешенную на нагрудный карман пальто.       Стоит признаться, этот капитан оказался крепким орешком. Поняв, кто перед ним и в какой ситуации он и его люди внезапно оказались, он и бровью не повел. Хотя я почувствовал, как среди сознаний его подчиненных пробежала легкая оторопь. Не каждый день доводиться тыкать оружием в представителя Священной Инквизиции Императора Человечества.       Однако их главный оставался непроницаемым.       Лицо капитана закрывали визор и натянутый на нос шарф, так что я не мог разглядеть хоть что-то похожее на замешательство или иную реакцию.       Он же, поняв причину моего пристального взгляда, лишь усмехнулся и поднял кулак, разжав пальцы. Вымуштрованные гвардейцы тут же опустили оружие. — Кто остальные, инквизитор? — Мое сопровождение, капитан, — я решил, что не стоит вести себя слишком нагла с парнями, минуту назад готовыми тебя убить. — Служитель местных Арбайтес, комиссар пятидесятого гудрунского и наемник — мой агент. И пилот «часового». — Значит, те разведчики — гудруниты? — Заинтересованно спросил капитан, стягивая с глаз защитные очки и опуская шарф.       На мгновение я замялся, невольно зацепившись взглядом за его лицо, но тут же повернул голову в сторону и ответил: — Именно так, капитан. И я надеюсь, они в порядке.       И тем не менее, он намеренно шагнул в сторону, чтобы заглянуть мне в глаза.       Признаться, от этого взгляда мне стало не по себе. Ольстин был высоким и стройным человеком, прямиком с агитационных плакатов Астра Милитарум. Однако его вдохновляющий облик портил уродливый шрам, пересекающий все лицо от правой щеки до левого виска. Возможно, что именно невидящий взгляд пустого, наскоро заштопанного правого века, вверг меня в ступор в первый раз.       Судя по всему, капитан прекрасно понимал «преимущества» своего оскала и намеренно использовал их.       Еще минуту мы молча смотрели друг на друга, после чего он снова вернул визор на место и кивнул. — Они в полном порядке, инквизитор, — ответил Ольстин, делая короткую паузу и приглашая нас внутрь зиккурата. — Я отведу вам к ним, а потом расскажу, что случилось с орком, что оставил меня без глаза, если захотите.

***

      Ближе к вечеру, когда все организационные мероприятия были выполнены, а связь с составом майора установлена, нас пригласили за общий стол.       На одном из уровней зиккурата располагалась просторная столовая, способная вместить в себя пару тысяч рабочих узла. Сейчас многие из этих мест пустовали, а остальные занимали гражданские или те немногие гвардейцы, сумевшие отступить из павшего города южнее. — Так вы участвовали в обороне Бивня? — С горящими глазами спросила капитана Кайла после очередного глотка горячего рекафа. — Расскажите, что там произошло? Мы почти сразу потеряли с вами связь. — Да…эти зеленокожие ублюдки оказались на удивление изобретательными, — задумчиво почесал щетину Ольстин, прожевывая кусок мяса. — Они окружили город полностью, даже горный перевал оказался отрезан. И постоянно налеты. Не знаю, откуда у ксеносов столько техники, но через три дня после начала штурма они стали постоянно бомбить нас из своих развалюх. Те, что мы сбивали, они ловко направляли в расчеты ПВО.       Капитан на мгновение сделал паузу, глотнув из кружки. — Таким образом, за неделю они полностью подавили нашу артиллерию и прорвали внешний рубеж. Война переместилась на улицы. — Сколько же их там было?.. — Озадаченно спросила комиссар. — Сотни тысяч, мэм, — мрачно ответил Ольстин. — Мы понимали, что долго удерживать за стенами орков не выйдет, потому заранее начали готовить подрывные заряды, чтобы снести внешний радиус под корень. Но и это не задержало их надолго. Как только стены оказались в их власти, в город вошли эти уродливые титаны. Всего три штуки, но к тому моменту все наши пушки оказались уничтожены. Шестеренки пытались сопротивляться, выведя пару «гончих», но по словам одного из жрецов, они все еще были не закончены. Проходили здесь ремонт после «Освобождения». — Титаны? — Тут уже подключился я, наклоняясь ближе к гвардейцу. — Они еще целы? — Сэр, да проклянет меня Император, если я лгу. Я своими собственными глазами видел, — капитан запнулся, находя слова, — когда у меня их было еще два… Так вот я видел, как оба титана превратились в огромный столб пламени в последней схватке за город. Кажется им удалось свалить одну из орочьих машин. — Скверные новости… В Олеха мы встретили только одного и нам повезло, что он не был в рабочем состоянии. Смогли уничтожить его. — А что с самим городом? Мы потеряли связь слишком рано, так что совершенно не в курсе событий. Гвардия смогла хоть где-то отбиться? А что с Астартес? Я слышал, их крейсер стоял на орбите до нападения орков.       Да. Белые Консулы. Предатели. — Мы в таком же неведении, капитан. — Честно ответил я, оглядываясь и стараясь сменить тему. — Так как вам удалось выбраться? — Милостью Императора, не иначе, сэр… — Произнося эти слова, Ольстин осветил себя знамением аквиллы. — Это было на двадцать восьмой день осады. Напор зеленокожих был таким мощным, что главный штаб приказал нам подготовиться к отступлению. Оказалось, что у Механикус были какие-то тоннели для обслуживания подземных сетей маглева. Я слышал, что эту информацию главный из шестеренок рассказал только умирая…       Голос капитана опустился до шепота, в котором явно ощущалось презрение к этому магосу. — В общем, мы получили приказ вывести людей, что были ближе всех. Тогда последние уцелевшие танковые части выступили вперед, чтобы отвлечь на себя внимание. Это был последний приказ от штаба. Потом тишина. Как мы поняли, они погибли. Впрочем, как и многие. Мой полк обеспечивал проведение гражданских, часть взводов охраняла подступы к подземелью, минировала его, а мы шли впереди, чтобы защитить людей, если ксеносы окажутся в тоннелях. — Похоже, что опасения оказались не напрасны, капитан? — В голосе Кайлы ощущалось подозрение. — Так точно, — быстро кивнул гвардеец. — Едва мы спустились вниз, как началась пальба сверху. С нами было всего пару тысяч человек, потому что служебный лифт для техники не мог вместить больше. И когда мы отправили его обратно, сверху раздались взрывы. Что-то привело взрывчатку в действие, и мы оказались отрезаны. Я слышал истории об особых орках, но никогда не видел их живьем, так что… — Особых орках? — Парни из шестого самтерского рассказывали, что им встречались зеленокожие диверсанты. Мол они не нападают в лоб, а крадутся. И невероятно хорошо сливаются с окружением. Но мне кажется это все байки какие-то, — Ольстин презрительно отмахнулся. — Не уверен, капитан, — мы с Кайлой переглянулись, вспоминая орочью карту, найденную в одном из охотничьих поселений. — Кажется мы уже встречались с такими. И они действительно невероятно хитры. Выши люди достаточно внимательны?       Теперь уже к нам нагнулся Отльстин, вновь демонстрируя вблизи свой жуткий оскал. — Мы выживаем здесь уже месяц, сэр. Если бы мы были слабаками, то уже бы давно кормили орочьих сквигов. — Хорошее замечание, кэп, — вдруг подал голос Кавен, разглядывающий свой нож. — Однако ваши парни что-то встревожены. — Что? — Вместе с комиссаром я разделил непонимание гвардейца, но в этот момент к столу подошли двое слодат. — Сэр, — обратился один из них к Ольстину, — у нас ЧП, группа три не выходит на связь уже десять минут, а парни из четвертой только что пытались передать сообщение, но сигнал оборвался.       Капитан тут же вскочил на ноги, бросив вилку с ножом. Я последовал за ним, когда с улицы донесся первый взрыв. — Фраг… — Только и успел выдохнуть я, срываясь на бег.

***

      В считанные секунды мы оказались на улице, где царил полный хаос, сопровождавшийся симфонией взрывов и звона металла. Где-то в южной части узла огненный вихрь поглотил целый склад, после чего оставшаяся без опор крыша начала обрушиться с пронзительным лязгом.       Я заранее достал лазпистолет, но во тьме сумерек не сразу уловил неуклюжие громоздкие тени, скрывшиеся на крыше и среди самых высоких гор контейнеров.       Первый выстрел из болтера срезал выскочившего вперед гвардейца. Его тело разовралось фонтаном кровавых ошметков, окативших всех, кто оказался у выхода из зиккурата. Лишившись верхней части тела, ноги рухнули на заснеженный порог, источая белесый пар. — Снайпер! — Рявкнул Ольстин, тут же прикрывая меня собой и отталкивая за невысокий каменный забор, опоясывающий проход.       Следом за первым выстрелом на окружавший нас рокрит обрушился еще десяток. Но уже не таких точных. Болты откалывали громадные куски вокруг, какие-то попадали даже под ноги растерявшихся солдат, но только спустя еще двадцать четыре выстрела, один все-таки угодил в голову пригнувшемуся рядом гвардейцу. Бедолага понадеялся, что в череде промахов, ему повезет, однако он еще не успел вскинуть лазган, когда снаряд пробил его голову и та разлетелась как перезревший плод. — Трон Святый! — Застигнутый врасплох, Кавен упал на задницу и попятился прямо к Джунмакт, которая, кажется, как и незадачливый гвардеец, собиралась высунуться из-за укрытия. — Всем оставаться в укрытии! — Сильная рука капитана прижала меня к полу, когда очередной болт-заряд, пройдя по касательной, отколол кусочек моего укрытия.       Сам же Ольстин потянулся к вокс-бусине и начал передавать команды, перекрикивая грохоты выстрелов.       В следующий миг гора контейнеров перед зиккуратом превратилась в огненный столб, осветивший округу словно настоящее солнце. Если оказавшиеся на нем стрелки и пережили взрыв, то во всяком случае им пришлось сменить позиции. — Главный группам, статус! — Бросил Ольстин в вокс, прижимая лазган к плечу и осматриваясь.       К сожалению, я еще не успел попросить коды доступа на частоты дюрерцев, поэтому оценивать ситуацию приходилось по ментальной ауре капитана. Я выжидательно уставился на него, внимательно читая внешние ощущения его разума. — Орки отошли, — через минуту сказал Ольстин, уверенно вставая в полный рост. — Мои парни провожают уцелевших в ночь. — Как они вообще так близко подобрались?! — Кавен требовательно озвучил вопрос, который висел в воздухе.       На мгновение на лице гвардейца застыло искреннее недоумение, но он быстро сумел с ним совладать и хищно оскалился. — Похоже, что эти байки, вовсе не вымысел, мальчик. Эти засранцы крайне хитры и могут даже метко стрелять. — Главный вопрос теперь в том, ради чего они устроили эту диверсию, — вклинилась Кайла. — Хоть зеленокожие и не отличаются тактическим складом ума, действительность показала, что нам стоит воспринимать их куда серьезнее.       С этим никто не стал спорить. Все мы поднялись на ноги, но краем глаза каждый заметил, как сосед опасливо осматривается на полыхающий факел из контейнеров впереди. — Я бы стал ждать штурма от их сородичей, — подытожил я, опуская взгляд на два трупа, обильно истекших кровью. — Орки ничего не делают просто так. Вполне возможно, что эта атака — лишь прелюдия нетерпения их животной тяги к разрушению. А основная масса ксеносов сейчас мчится к нам. — Значит надо торопиться, — согласно кивнул капитан, потянувших к уху. — Я видел, как еще в Бивне они использовали какие-то машины, собранные из груды мусора. Они неплохо развивали скорость на снегу. — Организуйте оборону капитан. И предоставьте каждому из нас доступ к вашим каналам связи. Так же необходимо предупредить майора Гизата. Если к нам идет зеленокожие, значит времени на перегруппировку нет и нам придется сразу уходить в горы. Вы знаете, как перевести стрелки? — Наши шестеренки разберутся с этим, инквизитор. Значит приоритетная цель — пути наверх? — Да, мы должны удержать восточную ветку во что бы то ни стало, — мрачно кивнул я, всматриваясь куда-то в дальнюю часть узла, где полыхал пожар.

***

      Как я и говорил, зеленокожие оказались неподалеку. Судя по всему, их более сдержанные сородичи сумели преодолеть желание дать кому-то из своих по морде, и двинулись вперед, чтобы проредить наши силы. Возможно, что в идеале они должны были дождаться подхода своих основных сил, однако на это у орков терпения явно бы не хватило.       Впрочем, нанесенный ими ущерб все равно оказался болезненным. Разрушенные склады превратились в руины и оказались не пригодны к обороне, вынудив нас отступить глубже к в комплекс. Так же зеленокожие смогли повредить обширную область путей, которая вела прямо на юг. Это означало, что даже если бы мы хотели, не смогли бы пойти по прямой. Оставался только путь в горы, и в тот момент в мои мысли начали закрадываться смутные сомнения касательно этого пути. Зачем орки гонят нас туда?       Ответа на этот вопрос у меня не было, а обсуждать его с соратниками я не стал. Вряд ли кто-то из них поддержал бы мою паранойю касательно более сложной тактики ксеносов.       Всех сейчас заботило лишь построение обороны.       Благодаря мощной вокс-станции дюрерцев мы быстро установили связь с маглевом и обрисовали майору ситуацию. Тот, как я и ожидал, не стал произносить вслух банальностей о «необходимости удерживать позиции». Каждый из нас сам прекрасно понимал это. Однако просто так промчаться через узел наш состав не мог. Скоро должны были подойти охотники, с которыми нам так же удалось связаться благодаря позывным, которые имелись у Кайлы.       Следовательно, нам нужно было время на погрузку припасов. Технику мы могли бросить, однако продовольственный вопрос стоял слишком остро, особенно в условиях прибавившегося количества людей.       До прибытия маглева оставалось несколько часов, но, к сожалению, зеленокожие не оказались столь любезны, чтобы оттянуть атаку еще.       Как только передача последних сообщений майора завершилась, капитан получил сигнал, что орки переходят стены.       Множество красных иконок начало заливать голубую гололитическую модель узла с юга. В некоторых местах они встретились с зелеными и их продвижение резко замедлилось. Словно бы в подтверждение происходящего на тактической карте, мы слышали грохот взрывов, которые доносил до нас ночной ветер. Время от времени я включал свой вокс, чтобы лучше оценить ситуацию.       Пока что гвардейцы Ольстина держались. Оцепенение неожиданной атаки схлынуло с них, и теперь, когда они точно знали где находится их враг, да еще и подстегнутые жаждой отмщения за погибших товарищей, солдаты источали заразительную уверенность.       Впрочем, их настрой был лишь приятным дополнением к действительно интересующим меня докладам Кайлы. Как комиссар Имперской Гвардии, она не могла просто сидеть рядом со мной в штабе и наслаждаться красочной визуализацией смертей, агонии и звериной ярости. Однако я все равно беспокоился, свободной рукой нервно сжимая рукоять лазерного пистолета. — Уверен, Хит отлично присмотрит за ней, Босс, — в шутку бросил Кавен, деловито опираясь на гололитический стол, широко расставив руки. — Капитан, как много у вас человек в резерве?       Ольстин ответил не сразу, прежде кинув на меня вопросительный взгляд. Судя по всему, наемников он не жаловал, но из уважения ко мне старался воздерживаться от крепких выражений.       Я одобрительно кивнул. — Сейчас на линии соприкосновения всего две сотни бойцов, мальчик. Как только возникнет нужда, подтянется еще столько же, а оставшаяся сотня будет сторожить восточные ворота.       Пока капитан говорил, я отмечал позиции сил, которые он озвучивал. Сейчас основная схватка была сосредоточена на нижнем левом углу комплекса, ближе всех повернутому строго на юг. От его правой стены тянулись десять линий магнитных путей, которые шли на Бивень и в другие неизвестные мне на юге места. Главной же целью обороны являлась стены, повернутая на северо-запад. Именно там располагались ворота с двумя ветками, ведущими в горы.       Снаружи он были уязвимы, но в данный момент их скрывал плотный слой снега. Вряд ли орки будут настолько расторопны, чтобы шнырять по сугробам и искать бесполезные железяки, которые не смогут дать сдачи.       Внутри же комплекса, используя погрузочные манипуляторы, гвардейцы смогли построить плотный заслон из контейнеров, разрезавший внутренний двор узла на две неравные части. Если на то будет воля Императора, зеленокожие будут слишком заняты навязанной нами схваткой и не захотят перебираться через пятиметровую стену. — Кажется пока ситуация под контролем, — бормотал себе под нос я, уловив возбуждение за вокс-станцией. — На подходе охотники гудрунитов! — Объявил связист и начал перечислять их количество и силы, чтобы находящийся за гололитом техножрец мог нанести их на тактическую карту. — Отлично, тогда пусть готовятся к погрузке. После этого, капитан, они в вашем распоряжении.       Ольстин только кивнул, внимательно следя за происходящим на карте. Каждые несколько минут он отдавал приказы резервам, чтобы они поддержали огнем наиболее уязвимые места в обороне. К своему облегчению, я наблюдал как мало места смогли отвоевать орки за целый час яростного наступления.       Однако длиться вечно это не могло…       Спустя три часа ксеносы уже полностью захватили руины складов на юге и уверено теснили наши силы вдоль путей, которые мы успели забаррикадировать лишь частично. Во главе с комиссаром Джунмакт и самоотверженным арбитром Уореном гвардейцы сохраняли стойкость духа, но продолжали медленно отходить на подготовленные позиции. Капитан старался отдавать приказы об отходе до того, как отряды могли потерять слишком много бойцов.       К этому моменту Кавен отправился на снайперскую позицию, вознеся литанию подготовки для своего лонг-шот лазгана. Я же через камеры следил за тем, как уже третья, последняя, группа охотников разгружает свои пожитки и собирает их в заранее подготовленные ящики, которые легко смог бы захватить погрузочный манипулятор. — По моим оценкам, потери личного состава составляют уже не менее двадцати двух целых, пяти десятых процента, — заскрипел своим металлическим голосом техножрец. — Наблюдаю динамику увеличение потерь в геометрической прогрессии. Дальнейший прогноз: вычисляю, вычисляю… — Не нужно! — Отмахнулся Ольтин, метая единственным взглядом яростные молнии. — Лучше просчитай как много времени нам понадобится на загрузку припасов в маглев Гизата. — Принято, капитан, — не уверен, что я правильно понял, но кажется техножрец произнес это немного более обиженным тоном. — Создаю массив данных, основываясь на базе данных «Северного экспресса» об грузоподъемности и вместимости грузовых вагонов. Провожу гипотетический расчет веса и объема припасов…       Каждая фраза служителя Омниссии сопровождалась тихим скрипом вычислительных когитаторов, имплантированных прямо в его мозг. Едва уловимый скрежет медленно врезался в мысли, лишь усиливая напряжение. — На связи майор! — Крикнул радист. — Они докладывают, что видят огонь. — Слава Трону… — Выдохнул я, когда в ухе запищал индивидуальный сигнал от кого-то из членов моей команды. — Комиссар? Маглев почти тут. Кажется продержаться осталось совсем не… — Тристан, — несмотря на оглушительный стрекот выстрелов и грохот взрывов, я отчетливо сумел распознать тревогу в голосе Кайлы. — Здесь шагоходы! — Получаю сообщения о тяжелой технике орков! — Вторил ее словам оператор вокса, и техножрец начал торопливо «выставлять» новые фигурки на гололитическую карту. — Докладывают о пяти смертобанках. Запрашивают огневую поддержку. — Проклятье! — Выругался Ольстин, обрушивая кулак на темно-зеленый стол. — Неужели эти твари все это время шли к нам?! — Нам есть чем ответить, капитан? — Я осторожно воспользовался своими силами, чтобы охладить его пыл. — Ракетные установки? Или хотя бы мельта-бомбы?       Задавая эти вопросы, я впервые пожалел, что не взял с собой Хакса, который постоянно носил с собой смертоносный мельтаган.       Офицер оторвал взгляд от тактической карты и растерянно уставился на меня. — Следуйте за мной, Инквизитор, — произнес он, мгновенно стерев неуверенность.       Мы спустились в арсенал, небольшую комнатку, где похоже находилась оружейная местной охраны. Сейчас стойки выглядели опустевшими, а серебристые столы усеивали лишь редкие гильзы от испорченных патронов или опустевшие энергоячейки вперемешку с инструментами и маслами для ухода за оружием. — Так у вас есть что-нибудь, капитан? — Уже настойчивее спросил я, следуя за ним в дальний конец комнаты. — Не так чтобы много… — Нехотя ответил он и остановился у крайнего стеллажа, срывая брезентовую накидку. — Умеете заряжать?       На металлических несущих поблескивала одна единственная ракетная установка. — Однозарядная. Всего у нас есть пять выстрелов. — Уже что-то… — Вздохнул я, внимательно изучая смертоносный цилиндр. — И да, я умею перезаряжать. А вы стрелять?       Капитан резко обернулся ко мне. В полумраке арсенала его единственный глаз казался окровавленным кристаллом, пронзающим меня насквозь. Однако его изувеченное лицо тут же смягчилось в усмешке. — Справлюсь и с одним глазом. — Тогда нельзя мешкать, — подытожил я, поднимая с пола сумку с ракетами.

***

      Мы покинули зиккурат, когда орочьи шагоходы прорвали авангард обороны. Эфир заполнился воплями боли и запросами о помощи. Где-то была слышна молитва, обрываемая орочьим ревом. Земля под ногами начинала медленно вздрагивать, знаменуя приближение тяжелой техники.       Мы бежали к стене из контейнеров, из-за которой вырывалось рыжее свечение и звуки битвы. — Сюда, — не доходя до извилистого прохода, капитан свернул и повел меня к лестнице.       Мы поднялись на вышку, с которой Кавен прикрывал обороняющихся. Из-за прикрытой двери слышались редкие выстрелы снайперского лазгана.       Поднявшись на радиальную площадку, Ольстин перемахнул через ограду и оказался на контейнере. Осмотревшись, я прыгнул за ним, закинув сумку с крак-ракетами за спину. Как только мои ноги загремели по металлу, гвардеец хватил меня за плечо и с силой потянул вниз. — Не стоит искушать судьбу, — бросил он, подползая к краю контейнеров.       Я не стал спорить и двинулся следом. Теперь нашему взору открылось все поле боя. Мы без препятствий наблюдали за тем, как орды зеленокожих обрушиваются на островки обороняющихся гвардейцев, пока остальные отступают под напором плюющихся огнем смертобанок.       Через ампливизор я нашел Кайлу и Хита. Они возглавили сектор, который как раз поджимали шагоходы. Мои руки сильнее сжали прибор, когда очередной шальной снаряд автопушки разорвался совсем рядом с комиссаром, окатив ее и окружающих волной каменной пыли и осколков. — Я готов, капитан! — В порыве эмоций я опустил его руки с ампливизором от лица, желая обратить на себя внимание. — Ваши люди гибнут.       Кажется, он был недоволен моим напором, но все-таки кивнул и потянулся за ракетной установкой. Не вставая, он выгнул спину и оперся обоими котями на металл крыши. — Цель — смертобанка на девятнадцать. — Подтверждаю, — ответил я, проверяя цель через ампливизор. — Следующий снаряд готов. Огонь!       Палец надавил на спуск, и в моем правом ухе раздался оглушительный свист. Рассыпая за собой пламенный след искр, ракета устремилась вперед, навстречу шатающемуся уродливому дредноуту орков.       Несколько мгновений мы наблюдали, как снаряд пронзает метель, после чего на месте шагохода образовался огненный шар, осветивший весь двор ярче полуденного солнца. — Первый пошел! — Уверенно подтвердил я, вскакивая на колени и заряжая новую ракету в пусковую установку. — Второй выстрел готов. — Подтверждаю, — ответил капитан, сверяясь с датчиками на визоре прицельного устройства. — Выбираю цель.       Я снова взглянул в ампливизор и замер. Один из шагоходов оказался в опасной близости от отряда Кайлы и Хита. — Внимание, шагоход на тринадцать! Отряд в опасности. — Принято.       Снова огненная черта рассекла небесный мрак, и снова от орочьей развалюхи не осталось ничего, кроме оплавленного металла. — Уничтожен! — Третий заряд, быстрее! — Тревожно окрикнул меня Ольстин, не отрываясь от прицела.       Отбрасывая все прочие мысли, я потянулся к сумке, выхватывая новую ракету. Три простых движения: снять кожух предыдущего выстрела, установить новый заряд, закрутить до щелчка. — Готово! — Цель на двадцать один. Стреляю!       Третья ракета точно поразила цель, вновь осветив двор узла. Я уже установил новый заряд, когда внезапный шквал выстрелов накрыл нашу позицию, превращая контейнер под нами в решето. У меня было всего несколько секунд, чтобы отпрыгнуть на спину, едва не свалившись с другой стороны. — Вот фраг! Ублюдки догадались! — Пролаял Ольстин, отползая назад.       Не двигаясь с места, я наблюдал за ним и десятками искр, рождающимися от попаданий болтов. Капитан двигался медленно, опасаясь вставать и не решаясь повернуться к угрозе спиной. Из-за этого несомая им ракетница закрывала его от выстрелов. Ракетница, с установленным зарядом.       Возможно, что я слишком поздно понял, что сейчас произойдет, и любой другой на моем месте сиганул бы вниз в ближайший сугроб. Но я поступил иначе. — Капитан, бросьте! — Разум пронзили ледяные иглы от попытки использовать Волю.       Игнорируя подступающую тошноту, я метнулся вперед. Оглушенный мною Ольстин подчинился и уже разгибал руки в броске, когда случайный выстрел зеленокожего, пущенный куда-то точно мимо цели, угодил прямо в боевую часть ракетницы, улетевшей на пару метров прочь. — О Трон...— Только и успел выдохнуть я, направляя все силы тела на то, чтобы вместе с капитаном подняться на ноги и броситься вниз.       Детонация произошла мгновенно, и я ощутил невероятный жар, поразивший лице и наружную часть ладоней. Взрыв полностью заполнил мой слух, а сквозь зажмуренные глаза я увидел ослепляющую огненную вспышку.       Подхваченные взрывной волной мы перемахнули через край, после чего свободное падение впечатало нас точно в стену каких-то других контейнеров. От удара затряслись кости, но мы лишь сбавили скорость, потому что внизу нас поджидали еще три метра пустоты, которые, хвала Императору, окончились громадным сугробом.       Угодив лицом в ледяной снег я тут же пришел в себя и резко вздернул голову, опасливо озираясь. Вокруг никого не было. Битва, как и раньше, гремела на той стороне.       Однако, к привычным звукам прибавился еще один, пробивающийся сквозь звон в ушах.       Я обернулся и увидел капитана. Это был его неистовый вопль.       К сожалению, ракетница оказалась недостаточно далеко, чтобы он отделался лишь легкими ожогами. Теперь его лицо, бывшее и без того изувеченным, превратилось в розовый кисель, медленно и податливо дрожащий на костях черепа. Грудная пластина его брони почернела и заметно истончилась, словно в мгновение испарившись, а ладони обгорели до черноты: пальцы были похожи на обгорвешие изломанные ветки, растущие из странной смеси углей и плоти.       Я потянулся к вокс-бусине. Еще не включив передачу, я начал произносить имя, не обращая внимания на заикание. — К-к-кавен… Срочно вниз. Нужны стимуляторы — Понял Босс, — коротко ответил наемник, будто бы понимая, что произошло. — Срочно! — Зачем-то бросил еще раз я и попытался выбраться из сугроба.       Тело непослушно перебирало конечностями, сметая снег в стороны. Кое-как я выбрался на твердую землю, перевел дыхание и перевалился на бок, пробуя подняться на ноги.       Это стоило мне невероятно больших усилий, но, оперевшись на стену контейнера, я все-таки сумел вытянуться в полный рост.       К этому моменту Кавен уже спустился с вышки и бежал к нам, перекинув лонг-шот за спину. Приближаясь к сугробу, он вдруг замедлил шаг, поворачиваясь на булькающие крики. Но только когда очередная вспышка света за его спиной осветила лицо Ольстина, наемник сглотнул и торопливо сорвал с пояса подсумок с аптечкой. — Что произошло, Босс? — Дрожащим голосом спросил он, пытаясь нащупать на шее капитана место для укола. — Он закрыл меня от выстрела… — Прошептал я, пытаясь собрать мысли в кучу.       Тело все еще трясло от адреналина, и ноги так и норовили подогнуться. Ольстин все еще кричал, хотя теперь к его воплям добавились проклятья Кавена, который отчаянно пытался справиться с припадками боли несчастного. Время от времени до меня доносился звук впрыскиваемого обезболивающего. Лишь после третьей дозы капитан перестал так истошно орать, и его судороги ослабли.       Немного оклемавшись, я бросил на него нерешительный взгляд и почти сразу прикрыл глаза. Для меня было очевидно, что гвардеец скоро умрет. И он умрет по моей вине…       Однако не успел я начать самобичевания, как воздух вокруг наполнился странным протяжным гулом. — Босс? — Протянул Кавен, касаясь моего плеча.       Стараясь не упасть от его отяжелевшей руки, я приоткрыл глаза и тут же зажмурился. Руки сами потянулись к глазницам, чтобы протереть их, но, когда я снова взглянул вверх, наваждение не исчезло.       Вокс истерично запищал, принимая сотни сигналов разом. Продолжая тупо пялиться в небо, я потянулся к уху и стал слушать.       Все каналы были заполнены криками паники, полными недоумения запросами и молитвами. Среди них даже был голос Кайлы, отчаянно пытавшейся дозваться меня.       Но я не отвечал. Я потерял дар речи, как только понял, что порозовевший купол неба не является очередной галлюцинацией. Некогда иссиня-черный небосвод теперь покрывали тусклые вспышки различных оттенков розового и фиолетового, пространство между которыми исчерчивали «трещины», похожие на ярко-розовые молнии. Казалось, что на нас с невообразимой высоты смотрит гигантская опухоль, на фоне которой я мог видеть пятна космических кораблей, продолжавших сражаться между собой, словно ничего и не произошло.       А вот на поверхности планеты, кажется, даже зеленокожие в замешательстве ослабили натиск. — Инквизитор? Вы еще с нами? — Как всегда спокойный и жесткий голос майора привел меня в чувство. — Тристан? — Да, я здесь, — с некоторым сомнением ответил я, начиная ощущать странное жжение на лице. — Где Ольстин, он не отзывается. — Он рядом. Тяжело ранен… — Насколько? — Не уверен, что выживет.       Несколько мгновений на той стороне слышалось лишь умеренное дыхание. — Мы должны попытаться. Таким образом, мы, вероятно, сделаем его солдат более лояльными. — Понял вас. Когда приказывать отход? — Можете начинать стягивать силы, инквизитор. Кавалерия уже в нетерпении. — Кажется, на последней фразе майор хищно оскалился.       Передача оборвалась, оставляя меня самого разбираться со всеми неприятностями. Я снова посмотрел на капитана, которого обхаживал наемник. Бедолага уже не кричал, лишь изредка постанывая, а «кисель» на его лице стал обрастать морозной коркой. — Нам надо дотащить его до точки погрузки, — спокойно сказал я Кавену, касаясь собственного лица.       Похоже, что меня тоже обожгло, но намного легче, чем Ольстина. По ощущениям замерзших пальцев кожа пошла пузырями. Выругавшись, я достал свою собственную аптечку и вколол стимулятор. Холодная игла вошла в шею, и по спине пробежались мурашки. А следом за ними тело наполнилось волной обезболивающего.       Не успел я перевести дух, как с севера до нас донесся протяжный гудок, перебивающий даже звуки боя за стеной.       А следом за ним воздух разорвал бравурный речитатив отца Бернера, вырвавшийся из репродукторов маглева: — Укрепите сердца свои, воины! В этот тяжкий момент, когда силы зла давят на нас, помните — Бог-Император глядит на нас с Золотого Трона! Да наполнит его бдительный взор сердца наши отвагой! Да не убоимся мы тварей космоса, чьи дикие орды бьются о нас подобно волны! Да направит длань Бога-Императора наше оружие, дабы могли мы верно и точно разить врагов человечества! За Дюрер, воины! За Императора!       Не уверен, было ли это последствиями шока и принятия обезболивающего, но мне показалось, что там, за стеной, грохот боя вдруг затмил единый многоголосый рев. Сотни глоток в едином порыве вторили священнику, невероятным образом перекрикивая орду зеленокожих.       Я только покачал головой. — Отличная речь, отче. Однако, что насчет огневой поддержки? — Она есть у меня! — Тут же откликнулся священник охрипшим голосом. — Всем орудиям открыть огонь!       Казалось, что эта ночь уже не сможет застать меня врасплох. Но первый выстрел пушки «Леман Расса» сотряс мою диафрагму.       Невидимая для нас цель превратилась в огненный столб, осветивший узел со стороны внешней западной стены. Это означало только одно. — Похоже эти зеленые олухи все-таки додумались нас обойти, — невесело озвучил мою мысль Кавен.       Я потянулся к воксу и скомандовал отход по плану, что разработал Ольстин. Теперь все группы должны были медленно отходить к стене контейнеров, что отделяла путь в горы от поля боя. Получив подтверждение от Кайлы, я вернулся на командную частоту маглева. — Бдящий Молоту. Получаю запрос на поддержку. — Молот готов, ритуал перезарядки завершен. — Цель: орочья банка. Поджимает наши силы с юга. Пытается заслонить пути отхода. Нужен прицельный выстрел. — Сделаем все в лучшем виде, Бдящий. — Огонь по готовности, мы почти в зоне видимости. — Протяжный гудок маглева перемещался все ближе к нам, преодолевая внешние стены и уносясь вглубь комплекса. — Подтверждаю. Огонь!       Новый громоподобный выстрел сотряс округу, превращаясь в такой же оглушительный взрыв недалеко от стены контейнеров вдоль путей. — Гвардейцы подтверждают поражение. Отличная работа. — Император направляет! — Под одобрительное улюлюканье экипажа, отозвался наводчик башни. — Так и есть, Молот. Новые цели: северо-восток, на девятнадцать и двадцать часов. Легкая бронетехника. Стреляйте по готовности. — Визуальный контакт! Огонь!       Первый выстрел. — Первая цель уничтожена.       Второй выстрел. — Кажется, некоторые успели выбраться, Бдящий. — Видимо наводчик имел ввиду пассажиров. — Не проблема. — Отмахнулся диспетчер. — Бдящий левому борту. Огневым группам разрешается вести огонь на поражение по готовности.       Что было дальше, я не знал, лишь услышал дружное стаккато нескольких тяжелых болтеров. В следующий момент ко мне обратился незнакомый голос: — Инквизитор? — Да. — Медицинская группа для капитана. — Представился говоривший. — Где вы находитесь? — Вход к главному зиккурату, ориентир — наблюдательная вышка слева от входа. — Принято, будет через две минуты.       Окончив разговор, я обернулся к Кавену: — Похоже, что тащить капитана самостоятельно нам не придется. — Отличная новость, Босс, — наемник бросил обматывать Ольстина ремнями, пытаясь придумать какое-то подобие носилок.       Я же снова коснулся вокса, чтобы отслеживать происходящее на платформе. С нашей позиции я смог увидеть, как поползли тени вдоль корпусов погрузочных сервиторов, начавших работу. — Егерь-один в штаб, начинаем погрузку припасов. — Принято, егерь-один. Поторопитесь.       Я мысленно вознес благодарность Императору за то, что все шло по плану, а когда открыл глаза, из тени зиккурата уже вынырнули четыре фигуры с повязками на руках. — Инквизитор! — Главный из медиков сблизился со мной. — Сколько вы вкололи ему стимуляторов? — Четыре дозы, — ответил за меня Кавен, уступая место двум гвардейцам с носилками. — Понял, — кивнул старший и тут же утратил к нам интерес, начав раздавать команды своей бригаде. — Похоже, мы тут больше не нужны, а Босс? — Спросил наемник с явной надеждой в голосе. — Похоже на то, — согласился я.       Пора было эвакуироваться. Зеленокожие ни на шаг не отставали от стягивающихся к маглеву сил. Хоть основная битва и бушевала в стороне, у меня не было сомнений, что скоро они доберутся и до этого места.       Дождавшись, когда медики погрузят притихшего Ольстина на носилки, мы все двинулись в сторону маглева. Под грохот выстрелов и взрывов мы преодолевали сугробы и бьющий в лицо ветер. Буря усиливалась, поднимая снежное крошево до фиолетовых пульсирующих небес.       Я старался не смотреть вверх, испытывая необъяснимый страх и нарастающую боль в голове.