Неисповедимы пути

      С самого своего сотворения Лилит была... ну, не то чтобы прям совсем незначительной, вовсе нет. Она была именно что рядовой, помощницей, одной из многих. Вместе с такими же рядовыми ангелами-помощниками она помогала своему мастеру регулировать свечение звёзд, их яркость и очерёдность возникновения в ночи на небесном полотне и их влияние на мир и его жителей. Лилит вместе со многими трудилась над созданием ночи, наступлением рассветов и закатов.       А в короткие мгновения отдыха она, всегда слишком любопытная и непоседливая, словно не величественный ангел, а девчонка, убегала на край создающегося мира. Туда, где не было ничего, кроме бескрайней, кажется, пустыни, которую Бог повелела оставить нетронутой.       Это место облюбовали для тренировок Власти — защитники Бога и мира, который вышел из-под Её рук, а они теперь помогали его упорядочить. Во главе их неизменно стояла она, одна из семи, избранных Ею, великая и прекрасная в своём могуществе.       Михаил.       Она всегда была строга и сурова. Золотые доспехи её сверкали в лучах сияющего солнца, но едва могли затмить сияние, исходящее от неё самой. Сильные пышные белоснежные крылья были распахнуты в стороны, и на них она парила или стремительно пикировала в гущу событий, сражаясь неустанно в тренировочных боях как в настоящих.       ... если бы они тогда только знали, как скоро эти бои действительно станут настоящими...       Но в те благословенные дни думы их ещё не были омрачены тяжёлым предзнаменованием. В те благословенные дни Лилит сбегала во время перерывов от работы на край творящегося мира и пряталась в тени, затаив дыхание, наблюдая за прекрасным и могучим архангелом.       Которая, конечно, даже не подозревала о существовании рядовой и незначительной Лилит, всего лишь незаметно помогающей создавать ночь и времена суток. Рядовой и незначительной Лилит, которая всегда была не четой великому Архистратигу, отмеченной Её милостью.       Но Лилит это никогда не останавливало. И даже в тот день, когда должна была грянуть первейшая из битв, Лилит всё равно удалось улизнуть из лав готовящихся к сражению мятежников, чтобы в последний раз взглянуть на прекрасную и такую недосягаемую Михаил...       Когда всё заканчивается и начинается опять, Лилит требуется много времени для того, чтобы прийти в себя и принять новую действительность. Смириться не столько с поражением, сколько с осознанием невозможности снова тихо наблюдать за той, кто ещё с самого Начала Времён завладела навеки сгоревшим сердцем демонессы.       Теперь это было уже неважно. Ведь отныне и до скончания веков они были предвечными врагами, которым надлежало уничтожить друг друга при первой же встрече. Или?..       Когда они встречаются впервые, почему-то сжигать её в пламени своего праведного гнева Михаил не спешит, хоть и смотрит, конечно, воинственно и максимально мрачно. Лилит тогда замирает, боясь спугнуть момент — об этом, разумеется, никто не знает, но это не значит, что долгожданное знакомство и встреча не стоили ей бесконечного множества репетиций на берегу реки и бесконечного роя сомнений и неуверенности.       Среди которых перспектива быть уничтоженной стояла, вообще-то, самым последним пунктом.       Так начало, которое Лилит оттягивала непозволительно долго, было положено. То, о чём Лилит могла лишь мечтать, вдруг стало реальностью, к которой она пыталась подготовиться со всей, вообще-то, никогда не свойственной себе серьёзностью и ответственностью. Ведь Михаил совершенно точно не собиралась уничтожать её, но вместо этого, почему-то, продолжала терпеть компанию настойчивой и назойливой демонессы.       Лилит не могла её разочаровать.       Она не могла подвести её. Её, великого Архистратига, одну из семи, отмеченную Её благословением. Рядовая и ничем не примечательная демонесса должна была соответствовать той, кем втайне восторгалась ещё с самого Начала Времён. Она должна была быть безупречной и достойной спутницей и — само собой разумеется — противницей могучей и знатной Михаил, ведь иначе... иначе...       Иначе всё это не будет иметь никакого смысла. И кумир, к которому Лилит так упорно тянулась и до сих пор — что противоречит её демонической природе, вообще-то! — искренне восхищалась, отвергнет её, отвернётся от неё, навсегда оставит в чёрном мраке одиночества, от которого Лилит будет уже никогда не уйти.       Если это случится — это будет в разы страшнее и хуже Падения.       Поэтому Лилит старается. Она изо всех сил старается хотя бы немного приблизиться к уровню Михаил и стать ей ровней. Показать, что великий Архистратиг не даром обратила на неё, простую рядовую демонессу, своё внимание.       И как на предвечную соперницу, и как на вечную подругу, и как на будущую возлюбленную, которой сама Михаил стала для Лилит ещё в тот самый миг, когда глаза её впервые увидели Архистратига в её величии.       Лилит делает всё для этого, о да. Держит высокую планку, больше всего на свете опасаясь вызвать чужое разочарование.       ... при этом даже не догадываясь, какое на самом деле вызывает восхищение.