Фиолетовый

Лорд исчез. Стоило им выбраться из катакомб, через дыру в полу заброшенного храма, как вампир испарился. Оставил мага одного созерцать рассвет, среди развалин и обильной зелени, ставшей полноправной хозяйкой этого места. Выбравшись, Дима первым делом осмотрелся. Храм находился на границе ареала обитания проклятого, потому как отсюда виднелись столбы, являющиеся опознавательным знаком. Это была пара каменных колонн, испещренных древними рунами, которые не несли в себе магического значения, а чаще являлись частью какого-нибудь священного писания Создателя или еще кого, в зависимости от того, во что хозяин этих мест верил. На колоннах должны были висеть фиолетовые флаги, обозначающие присутствие проклятого на этой территории. Но их не было. Спешно приблизившись, Дима принялся шарить в высокой траве и вскоре нашел один из флагов, видимо, их закрепили недостаточно хорошо, и буря, разразившаяся прошлой ночью, сорвала их со столбов. Подняв один из вытянутых прямоугольников, что обрамляла золотая тесьма, он обратил внимание на землю. Не веря своим глазам, он выронил флаг и принялся раздвигать траву, чтобы лучше рассмотреть свежие следы копыт. Словно опомнившись ото сна, маг вспомнил, что у него есть контракт с лордом, будущим королем, на устранение проклятого вампира. И меньше всего этого высокопоставленного господина волновала его научная деятельность, которую он тут развернул, напрочь забыв о сроках. Быстро поднявшись, по пути стерев с шеи кровоподтеки, потому как кровь на прокусе давно остановилась, Карпов побежал в сторону особняка. Следы от копыт шли через лес, прямо туда, в логово вампира. Набрав воздуха в легкие и не сбавляя хода, маг громко окликнул лорда: — Владимир! — но на его призыв никто не ответил, лишь ветер огладил верхушки деревьев, а те тревожно зашуршали листвой, словно шептались о страшных делах, о которых Дима не ведает. Карпов не мог позволить ему прикончить кого-то. Единственный, кто мог прибыть сюда — посыльный от будущего короля, ведь прошло уже немало дней, а к нему так никто и не явился с хорошими новостями. Такая легкая добыча, могла свести все потуги Димы на нет. Прошло не меньше получаса, прежде чем запыхавшийся маг завидел меж деревьев крышу особняка. Он вышел к его парадному входу, тут же почуяв кровь. Приблизившись, он увидел широкую темно-красную борозду, которая тянулась куда-то за особняк. Сглотнув, Дима беззвучно проследовал по кровавому следу. За домом лежала истерзанная лошадь. Из живота по земле растянулись внутренности, конь был на последнем издыхании. Шагнув к умирающему животному, Карпов потянулся к сумке на седле и сунув в нее руку, вытащил письмо. Судя по штампу, оно было от короля, внутри находилось приглашение на его официальную коронацию, которая пройдет через месяц в столице. Значит, что слова Владимира — правда, отец его руками пробился к власти. Несчастный посыльный искал мага, а нашел свою смерть. Спрятав письмо в карман, Дима вошел в особняк через кухню. Здесь все осталось нетронутым, алхимические инструменты, сундучок и котел. На втором этаже послышался топот, а затем вскрик. Маг бросился наверх, но ему было не суждено успеть. Лорд разорвал его напополам, словно тряпичную куклу. Ноги и часть туловища лежали у стены, от них к ногам лорда тянулись внутренности. Сам он держал верхнюю часть посыльного за предплечье. Несчастный дергался, беззвучно открывая и закрывая рот. Владимир сунул руку в дыру в брюхе и вынул из грудной клетки еще бьющееся сердце. Лорд поднял холодный взгляд на замершего мага и поднес сердце к своим губам. Резко раскрыв клыкастую пасть, он жадно запихал орган в свой рот. Отпустив обмякшую половину, лорд водил ладонью по щекам и губам, слизывая с пальцев густую кровь. При этом он не сводил взгляда с Карпова, словно ждал, что тот сейчас развернется и убежит. И Дима был близок к обмороку, но бежать он не собирался. — З…зачем вы… — хрипло начал маг, привалившись к стене, дабы удержаться на ногах. — От него воняет моей семейкой, — брезгливо произнес лорд и улыбнувшись, направился к магу. Он выставил окровавленную ладонь и повел ей по стене, неспешно приближаясь к Диме. — Я только что доказал тебе, что не способен бороться с этим, чтобы ты осознал, какую ошибку совершил, не убежал, пока мог. Но Карпов был не в силах сдвинуться с места. Даже после всего увиденного, лорд был для него лишь капризным вельможей, но никак не чудовищем, ведь он сам все еще жив. И прямо сейчас вампир казался ему невероятно красивым. Владимир был все ближе, а маг все сильнее хотел провести языком по его окровавленной ладони. «Я что, влюбился?» — испуганно пронеслось в голове Димы. И в это же мгновение Владимир улыбнулся шире, облизнулся и оказавшись достаточно близко, протянул ему ладонь. «Боги! Он же манипулирует моими эмоциями! Кровь этого вампира разбавила мою и розовая вода больше не действует!» — Прекратите… — тихо произнес Дима, а сам потянулся к ладони. Крови прямо на ней уже не осталось, вся она отпечаталась на стене, но между пальцами еще была. Обхватив его запястье, маг прижался губами к пальцам и протиснул между ними язык, проведя им вверх, а затем вниз, собирая горькие алые остатки. — Ваш отец… — жарко выдохнул Дима, на мгновение прикрыв глаза, силясь собрать разбегающиеся мысли в кучу. — Ваш отец ждет меня… На коронации, чтобы быть уверенным, что вы ему не помеха… — Мне все равно, — проурчал вампир, протолкнув пальцы в его рот. — Если тебя там не будет, он пришлет еще кого-то, да? Тогда я поем, а потом приедет еще кто-то. Я не останусь голодным, а ты останешься живым. Эти слова вдруг вызвали в маге такие ясные чувства симпатии, словно бы они были вызваны не контролем лорда, а зародились сами по себе. Владимир огладил подушечками пальцев его человеческие зубы и вынув пальцы, ухватился ими за щеки и подбородок Димы. После чего повернул его голову в сторону, открыв шею. Маг видел, как жадно вампир смотрит, но не кусает. — Кусайте, — прошептал Карпов. — Нет, — он с пугающей улыбкой повел по ней пальцами вниз. — Ты пропитался своим поганым зельем, поэтому я никак не мог завладеть тобой. Внушить обожание, но сейчас… — Вы ведь хотели отпустить меня. Там в храме. Мы были на границе, я мог уйти, — напомнил Дима, чувствуя, как замершая на шее рука медленно начала сжиматься. — Действительно хотел, но потом бы сильно пожалел. Мне казалось, что я могу убить тебя, но после того, что я сделал с посыльным, понял, что с тобой так не смогу. Ты нравишься мне живым, — ответил он и убрав руку с шеи, взялся за ворот рубахи и резко дернул в стороны, разорвав ее. Дима вздрогнул, по обнажившейся коже побежали мурашки. — Но меня злит, что я не могу владеть твоим разумом и одновременно пить кровь. Ответь, сколько зелье будет в твоей крови? И маг не мог не ответить. — Месяц. Я испил его перед отъездом. Был неделю в пути. С вами тоже неделю. Ожидание будет недолгим. — Какие славные вести, — вампир провел ладонью по его груди к животу, а затем взял за руку и повел в спальню. Маг покорно пошел следом. Лепестки на постели привяли, но не обращая на них ни малейшего внимания, лорд потянул с него рубаху и приказал лечь, и Дима лег. Шелк холодил кожу, а в животе клубился страх перед неизбежным. — Это буду не я… — выдавил из себя маг, глядя как вампир приближается к кровати и неспешно взбирается на нее, словно змея, ползущая к уже отравленной и обреченной добыче. — Если вы… — язык ворочался все тяжелее и тяжелее, Владимир сдавливал его сознание. — Если вы будете так сильно контролировать, то разве это буду настоящий я? — А настоящий ты не захочет сбежать? — с полуулыбкой спросил лорд, нависнув над ним. — Нет, — прозвучало неуверенно, но вампир тут же попустил, мир сразу приобрел более четкие очертания, разум стал яснее. — Так достаточно? — спросил он наигранно заботливо. Дима не ответил, лишь зажмурился, борясь с желанием кивнуть. Вместо этого он приподнял дрожащую руку и положил ладонь на его щеку. Владимир чуть склонил голову, потершись о подставленную ладошку щекой и чуть повернув голову, прижался к ней губами. — Прошу, не сломайте мне кости, мой господин, — произнес Карпов, завуалированно соглашаясь на близость, хоть его разрешения и не спрашивали. — Я буду аккуратен, — ответил вампир и чуть спустившись, коснулся губами его ключиц. И от этого прикосновения по телу волной пронеслось удовольствие, словно лорд транслировал в него свои чувства и смешиваясь, они затапливали и без того измученный разум мага. Владимир спускался все ниже, продолжая оставлять невидимые следы поцелуев на его коже. Дима закусил губы, чувствуя, как ему повелевают приподнять бедра и подцепить края штанов, чтобы лорд мог легко стянуть их. И руки послушно двигаются, помогая оголить его. Ноги сами сгибаются в коленях и расходятся, чтобы вампир мог удобно устроиться между ими. Карпов делает, а после больше не может смотреть и зажмуривается, слыша, как лорд шуршит своей одеждой, придвигается ближе, касается губами его колена и проводит пальцами по внутренней стороне бедер. После чего магу повелевают смотреть. И Дима не может сопротивляться, он открывает глаза. Лорд, глядя на него, облизывает палец и опускает руку между его ног. Это был средний палец и маг ощутил его в себе. Вздрогнув, непроизвольно сжался и хрипло выдохнул через рот, не в силах сопротивляться. Проворачивая палец, Владимир огладил стенки и быстро обнаружил нужную точку. Карпов воскликнул и сжимая в пальцах простынь попытался отодвинуться, но тело совершенно его не слушалось. Вампир пригнулся и облизнув губы, взял в рот головку его члена. Медленно опускаясь, погружая его дальше в рот, он протиснул указательный палец. Диму трясло от непознанных ранее ощущений, которые сладкой, тягучей патокой тянулись от живота к горлу, сдавливая его, лишая голоса. Вампир, выпустив изо рта налившийся, готовый вот-вот выплеснуться член, вновь огладил чувствительную точку внутри мага, и тот излился, запачкав собственный живот. Одурманенный, Карпов глядел на разноглазого Владимира, который пожирал его взглядом, блуждая ладонями по его телу. Лорд задерживался на груди, что часто вздымалась, скрывающее внутри бешено колотящееся сердечко. Он размазал белесые капли по его впалому животу, видя, как кожа покрывается мурашками. Ему льстило, что столь прекрасный юноша — чист. И позволит запачкать себя, с головой погрузить в первородный грех, существу, которое на многие поколения старше, беспросветно погрязшее в крови и смерти. Лорд развел его ноги шире в стороны и встав на колени между ими, взял его под коленками и притянул ближе к себе. Проведя ладонями по бедрам, он разместил их на талии и резко вошел на половину, тут же ловя хриплый возглас и наблюдая как маг, закрывает руками свое красное лицо и проступившие слезы впитываются в ткань пышных рукавов. Лорд потянул его на себя, входя глубже, до самого основания. — Вла… — беспомощно выдохнул маг, тут же закусив нижнюю губу, борясь с болью и удовольствием, которые переплелись, не давая ему даже шанса на спасение. Вампир на мгновение замер, с удовольствием наблюдая, как юный маг под ним содрогается, находясь под его полным контролем. Он уже очень давно не чувствовал тепла тела. Лорд медленно двигался, чувствуя, как туго растягивается кольцо мышц, плотно обхватывающее его и слегка тянувшиеся следом, когда он подавался немного назад, чтобы затем погрузиться глубже чем прежде. Недостоны стали перемежаться со звучными всхлипами и слогами, которые никак не строились в одно слово на устах мага. Дима мог лишь ерзать и отчаянно цепляться за руки на своей талии, совсем не ощущая, что длинные ногти вампира вот-вот прорежут его кожу. Все его чувства были сконцентрированы внизу, там, где все тянуло и горело, а каждое резкое движение вампира, вбивало огромный орган все глубже, хотя казалось, что глубже уже не куда. Воздух не задерживался в его легких, а перед глазами маячил силуэт лорда, который разглядеть затуманенным взглядом, в сумерках комнаты, не представлялось возможным. Но воображение само дорисовывало ужасающие глаза, холодное лицо и идеальное тело, часть которого была в нем, от чего думать дальше этого у мага не выходило. Он не мог бороться с этим, особенно когда боль растворилась в экстазе, а сквозь гул собственного сердца в ушах, он услышал довольный стон лорда. Вампир говорил что-то на древнем енохианском, из которого Дима смог разобрать лишь свое имя. Это были короткие фразы, звучавшие почти что урчащим голосом, которые было очень приятно слушать. Маг проснулся в полной темноте. Шторы распахнуты, окна тоже и комната наполнена прохладным ароматом летней ночи. На небе не было луны, только звезды, потому Дима далеко не сразу осознал где он и что вообще произошло. Его обнаженное тело укутано в шелковые одеяла, а прямо перед ним, на второй половине кровати лежат свежие розы «Кровь земли». Маг медленно сел, ощущая все «прелести» утех с лордом. — Владимир? — прохрипел Дима, вглядываясь в темную комнату. И вместе с этим именем, он вдруг понял, что его разум свободен. Вампир больше не контролировал его эмоции. На мгновение он заволновался, что тот мог отправиться убивать дальше, мало ли кто еще мог забрести сюда, если флагов больше не было. Раздался шорох и скрежет, как будто кто-то карабкался, цепляясь когтями за каменную кладку дома, прямо к открытому окну. Вспомнив гулей, Дима не на шутку испугался, особенно, когда горбатый силуэт взобрался на подоконник. Но очень быстро это ночное чудовище встало на две ноги, выпрямилось в аристократической осанке и шагнуло к Карпову. — Я здесь, — раздался бархатистый голос лорда. — Какие-то путники разбили лагерь прямо на границе моих владений. — Вы… — нерешительно начал Дима. — Нет, — беззлобно усмехнулся Владимир и подойдя ближе, опустился на край кровати, повернувшись к нему. — День в постели с тобой удивительно успокоил меня. Я не зол на них, они просто потревожили меня своим нежданным визитом. Мне было интересно взглянуть на них. — Это замечательно, — выдохнул маг и непроизвольно улыбнулся. Он не видел лица вампира в темноте, только очертания, но лорд действительно выглядел спокойным. Как вдруг разум мага снова пленили. Его заставили отпустить одеяла и потянуться к вампиру с объятиями. — Зачем вы… — начал было Дима. — Тш-ш-ш, — ответил вампир и подавшись к нему, позволил себя обнять, уткнувшись в шею мага. Всю последующую неделю, если лорд желал близости, он не соблазнял мага, а просто захватывал его разум, управляя эмоциями и желаниями. Дима осознавал это и с каждым разом все легче поддавался, показывая Владимиру, что это совсем не обязательно. По иным поводам виделись редко, после часов разврата, вампир приносил ему корзины ягод и фруктов, а коробочка с алхимическими препаратами и куб исчезли еще в первую ночь. Дима про них не спрашивал, молча принимал дары и мысленно рассуждал о том, что случится, когда эссенция розовой воды перестанет действовать и лорд сможет по-настоящему испить его. В мыслях о своем будущем, он часто гулял по саду и наткнулся на великолепный плодоносящий куст шиповника. Вернувшись в особняк, он взял деревянную миску с кухни и поспешил к кусту. Погода портилась, темные тучи затянули небо и грозились вот-вот разразиться проливным дождем. Быстро собрав ягоды, он направился в другую сторону сада, где видел кустики мяты и мелиссы, но для них нужна была другая тара, поэтому он отнес шиповник и взяв холщовый мешочек направился было к кустам. Но едва вышел за порог кухни, как увидел в коридоре темную фигуру. Тело охватила знакомая дрожь, лорд транслировал ему свое раздражение, которого в поведении вампира не было с тех пор, как они начали вместе спать. И испытав это, Дима, не задумываясь, развернулся и бросился бежать в глубь сада. — Нет-нет-нет! — успел прокричать Карпов прежде, чем лорд свалил его с ног, прямо в цветущие кусты пионов. Парень ухватился за стебли, попытавшись подтянуться за них, чтобы выползти из-под вампира, но все было тщетно, он крепко держал. Лорд легко вплел пальцы с длинными ногтями в волосы мага и отведя его голову в сторону, открыл шею, второй рукой забираясь под его сорочку, чтобы расцарапать кожу на боку. Дима воскликнул, чувствуя, как острые когти легко распарывают кожу. Стебли в пальцах, сжатых от боли в кулаки, с хрустом переломились и несколько крупных бутонов упали на них. — Прошу вас, отпустите, вы делаете мне больно, — прошептал Карпов, пытаясь успокоиться, но нехотя все же вздрагивая, от поглаживаний по кровоточащему боку. — Почему ты побежал? — спросил вампир, склоняясь к его беззащитной шее. — Вы напугали меня, — сглотнув, произнес Дима. Рука лорда исчезла, но объявилась вновь на его бедре, немного ниже прежнего местечка. — Я наблюдал за тобой. Сегодня последний день, когда гадкое снадобье будет в твоей крови. Хотел сварить новое? — его ногти угрожающе прошлись по коже, но лишь слегка оцарапали. — Нет. Это травы для заварки: шиповник, мята, мелисса, — медленно приподняв одну руку, он согнул ее в локте и ладонью к верху протянул лорду. Вампир убрал руку с его бедра и ухватив ей за запястье, ткнулся в пальцы носом, втягивая запах трав, сохранившийся на коже. Вторая рука, державшая голову за волосы, пропала и Дима тихо выдохнул. Лорд приподнялся и заставил его перевернуться на спину, потянув за руку. — Убегая, ты провоцируешь меня догонять, — спокойное лицо вампира дало магу окончательное подтверждение того, что он поверил ему и уже не злится. — Я испугался, — повторил Карпов, свободной рукой отодвинув от своего лица бутон пиона, вновь ловя на себе странный взгляд. — Вы давно не были так рассержены. — Все из-за вампиров, которые трутся у границ, — он сел сверху и пригладил воротник его сорочки. Дима сглотнул, лорд это заметил и наклонив голову в бок, глядя прямо в его глаза, взял под контроль. Маг совершенно не сопротивлялся, ожидая мысленного приказа, но его не последовало. Вампир оторвал от него взгляд и потянулся к пионам. Он с коротким хрустом, приятным каждому травнику, срывал самые красивые бутоны. Пышные голубые и розовые цветки оказались сначала на животе Димы, а затем, один за другим, лорд вплетал их в его волосы, собирая венок. Карпов опешил, он ожидал чего угодно, но не этого. — Тебе не нравится? — с плохо скрываемой улыбкой спросил Владимир. Вопрос был риторический, потому как он прекрасно чувствовал его эмоции. Маг испытывал тепло от заботы, которую лорд проявлял все чаще. Но это не продлилось долго, едва ли он украсил волосы Димы цветочной диадемой и не завершив ее в венок, резко повернул голову и сморщил нос, словно учуял что-то мерзкое. — Человеческие охотники гонят сюда стадо оленей, — произнес он ответ, на не заданный вопрос мага. Вампир почувствовал его смятение. — Пускай, — произнес он, привлекая к себе внимание тем, что начал двигаться без приказа: протянул руку и положил ее поверх ладони вампира на своем животе. — Ты все еще веришь, что я смогу вернуться в общество? — усмехнулся лорд, взглянув на него. — Завтра ты станешь пригодным в пищу. Может стоит приковать тебя цепями у постели и продолжить убивать всех в округе, чтобы никто нам не мешал? — Если сочтете нужным, — Дима улыбнулся. — Что, я уже не страшен для тебя? — лорд продолжал чувствовать его эмоции. Там был страх, но совсем иного рода, не тот, что был в первый день. — Нет, просто цепи не нужны. Я и так останусь с вами, — ответил маг. — Только и вы можете быть со мной, в городе, например. И я бы хотел, чтобы вы пришли на мой выпускной в Академию. Может быть даже познакомитесь с моими родителями и братьями. — Только сначала убью своих родных, — вновь недобро оскалился лорд и Дима ощутил, как он начинает давить его позитивные эмоции, окрашивая их одиночеством и страданиями. — Я помогу вам, — зажмурившись произнес маг. Эмоциональная боль, которой поделился лорд, была настолько сильной, что у него заболела голова. — Убить? — удивился Владимир, разом отпуская и его тело, и его сознание. — Раз они причинили вам боль, я готов мстить. — И что на это скажет твой отец? — усмехнулся вампир. — Боюсь, до этого момента он мой рассказ не дослушает, наш разговор закончится на моменте, где я описываю свои близкие отношения с проклятым лордом, — честно признался Дима, вспомнив сурового отца. Вампир расхохотался в ответ. Совсем беззлобно, даже немного по-человечески.