На грани с ночью

      Утро наступило слишком быстро, Фернандес не чувствовал себя вдоволь отдохнувшим, но и не ощущал прежнюю дикую усталость, что не могло его не радовать. Джерар встал с дивана, который, на удивление, был довольно удобным, и слегка потянулся. Часы на стене сообщали, что было уже шесть часов утра.       Парень решил сделать кофе, для себя и вампирши, и чай для сестры, чтобы как-то отвлечься от лёгкой тревоги, посилившейся глубоко внутри. Сегодня вечером будет этот ужин, на котором их компания обзаведётся сильным союзником, либо жестоким врагом, который не оставит от них и мокрого места.       О Гилдартсе ходило много слухов, Фернандес не знал, каким стоит доверять, а каким — нет. За спиной скрипнула дверь и в комнату прошла алая, слегка зевая. Волк чувствовал на себе ее взгляд.       — Хоть постыдился бы. Ладно, я совсем не против такое лицезреть по утрам, но волчонку-то зачем психику ломать? — Скарлет подошла к парню, втянув носом терпкий запах кофе.       — Я же не голый. В шортах, — Джерар подвинул кружку к девушке. — Ваш кофе.       — Какая забота, — Эльза незамедлительно сделала глоток, горячая жидкость приятно обжигала горло. Скарлет как бы невзначай пробежалась взглядом по обнаженному торсу парня. Да, она прекрасно знает, что оборотни стараются всегда держать себя в форме. Но зрелище все равно пикантное. Алая невольно вспомнила об их ночной прогулке до завода, она уже тогда отметила подтянутое тело Фернандеса, но в квартире, на кухне видеть его намного… Интимнее? — Как спалось?       — Как ни странно, довольно хорошо, — Джерар тоже сделал глоток, повернувшись спиной к столу и смотря задумчиво на вампиршу. — Как Венди?       — Слышал?       — Да.       Посреди ночи парень проснулся от тихих шагов сестры. Она аккуратно постояла в проёме двери, а затем скользнула в комнату Эльзы.       — Ей приснился кошмар, я не могла ей отказать поспать со мной. Не переживай, потом она крепко уснула. Я ее понимаю, некомфортно спать одной в комнате после… Такой насыщенной прошлой ночи.       — Почему она не пришла ко мне? — Фернандес показушно надулся, чем вызвал ухмылку на губах Эльзы.       — Может потому, что ты спал полуголый на диване? Как минимум, у меня была просторная и удобная кровать, к тому же, со мной спать намного приятнее.       — Да что ты?       — Ещё никто не жаловался, — алая подмигнула. Почему-то, парень не сомневался в этом факте.       Они тихо беседовали, попивая кофе, говоря обо всем, и одновременно, ни о чем существенном. Просто тихая, какая-то даже домашняя и уютная беседа. Но избегать волнующую каждого тему нельзя бесконечно.       — Что думаешь о Князе? Чего нам следует опасаться?       — Хм. Считаю, что не следует пытаться от него что-то скрывать, либо обманывать. Он чувствует ложь и терпеть не может лжецов, — алая задумалась. Она не так хорошо знала Клайва, чтобы предугадать его дальнейшие действия, но кое-какие мысли у нее были. — Он старый вампир. Очень. Думаю, один из древнейших, воспитан в порядке, так что Князь не потерпит неуважение. Он часть высшего общества и разговаривать с ним нужно, как с высшим обществом. А ещё, нужно быть готовым к тому, что он знает о нас все.       — Прямо-таки все? — Джерар улыбнулся, но заметив серьезное выражение лица девушки, улыбка пропала с его лица. — Ты серьезно из-за этого переживаешь?       — Когда столетиями хранишь тайны, не хочется, чтобы о них узнавали.       — Тогда зачем хранить их? Не лучше ли самой все рассказать?       Скарлет внимательно посмотрела на волка. Она хочет рассказать, вампирша устала все хранить в себе. Но боится испортить и без того хрупкие взаимоотношения с близкими ей людьми. Девушка вспомнила о дневнике, который она нашла вчера в библиотеке, и который читала почти всю ночь, пока не пришла волчонок. В нем столько личного, столько родного. Главное не забыть его дома. Его не должны найти.       — Иногда не стоит открываться. Иначе все, что ты с таким трудом строил на протяжении стольких лет, может разбиться вдребезги.       — Тогда как можно говорить о доверии?       У девушки не было ответа на этот вопрос.       Когда Венди проснулась, они все посидели и позавтракали, отметив, наконец, прибытие в новую квартиру. Алая торжественно передала ключи от нового дома Фернандесу, под радостные хлопки волчонка. Закончив трапезу и собравшись, Джерар с Эльзой отвезли Венди в гости к ее лучшей подруге с ночевкой, Шарли давно уже предлагала, да и ее родители были только за, и поехали в клуб, где должны были встретиться с остальными и обговорить предстоящий ужин.

***

      Дреяр был чернее тучи, сердито ходил из угла в угол, пару раз рявкнул на подчинённых и старался не говорить с Мирой. Штраус не злилась на него, напротив, очень понимала. Узнать о том, что любимый, единственный родной человек медленно и в муках сходил с ума — не лучшее, что может случиться в жизни. Лаксус даже нашел номер Яджимы, но тот не смог помочь, он не знал, из-за чего Макаров так себя вел, а маленького Дреяра пытался максимально отградить от душевно умирающего деда. Так Лаксус узнал, что Макаров не умер от какой-то там болезни, а покончил жизнь самоубийством, не выдержав такой стресс.       Первыми приехали Джерар с Эльзой. Скарлет первым делом пошла опустошать запасы крови. Она уже давно нормально не питалась. Девушка даже не перекинулась с Дреяром парочкой привычных колких фраз, заметив его нестабильное состояние, за что Штраус была безмерно благодарна. Поздоровавшись с Мирой и сдержанно кивнув Лаксусу, Фернандес плюхнулся на мягкий диван. Волку не очень нравился клуб, даже жилая часть. Здесь все провоняло вампирами, но это все же лучше разваливающейся мастерской Гажила.       Через минут двадцать появились Редфокс, Кана и новенькая девушка, которую никто не ожидал увидеть. Кроме вампирши, конечно.       — И как это понимать? — Дреяр вопросительно поднял густую бровь. — Это кто?       — Сейчас все объясним, но для начала нужно создать таинственную атмосферу, — Альберона вскинула руки и быстро зашептала заклинание, ее глаза в секунду окрасились в черный цвет, в воздухе чувствовалась магия, на стенах появилась еле заметная прозрачная пленка. Кана улыбнулась. — Этот фокус, чтобы нас не услышали любознательные людишки Гилдартса. Теперь можно говорить свободно.       — Прекрасно, вернёмся к вопросу, который я задал.       — Это Леви МакГарден, она работает в библиотеке и помогла нам расшифровать свиток. Мы не могли оставить ее одну в мастерской, — вступился Редфокс. Он был в очках, хоть девушка и была под внушением, вампир не хотел лишний раз красоваться своими глазами. — Какие-то проблемы?       — Да, — Лаксус подошёл к Гажилу ближе, зло бросив ответ на его вопрос. — Тут становится слишком людно. Можно спокойно избавиться от половины из вас.       — А ты попробуй, — алая зло стрельнула глазами. Она не знает, что произошло с парнем, но ее начинает выбешивать его поведение. — Сбавь обороты и держи себя в руках. Сегодня важный вечер и нам нужно как следует подготовиться, так что засунь свое недовольство куда подальше.       Дреяр уже хотел рявкнуть что-то едкое, но ладонь, опустившаяся ему на плечо, резко его отрезвила. Он с долей благодарности посмотрел в бездонные голубые глаза волчицы и отошёл в сторону. Будет говорить только по существу.       — Она под внушением? — осторожно спросила Штраус, вампир и ведьма одновременно быстро кивнули. — Гажил, ты уверен, что… Леви, да? Что внушение долго продержится на ней? Ты ещё достаточно молод для вампира и…       — Я ей внушила. Можешь не сомневаться в надёжности моей силы, — Скарлет хмыкнула. В их деле нельзя рисковать, поэтому вчера, перед уходом, алая снова поговорила с библиотекаршей, установив пару ограничений и усилив внушение. Когда (или если?) они вернутся от Князя, Эльза сделает так, чтобы МакГарден забыла обо всем, что она видела и слышала. — Вернёмся к нашему важному делу, если никто не против, да?       Все согласно кивнули. С девушкой можно разобраться позже, сейчас необходимо обобщить все сведения, которые собрала компания. Штраус кратко и по фактам изложила информацию о Макарове, коротко описала содержание дневников, стараясь не задевать по больному блондина. Но сведения были весьма сумбурны, полностью доверять им было нельзя, однако, Макаров с кем-то работал, возможно, с самим Князем.       Фернандес показал дела по убийствам, их они представят Гилдартсу, Редфокс же притащил с собой тот странный аппарат, который нашли Эльза и Джерар у последователя. Это была рация, или телефон, но работала она исключительно от какой-то неизвестной энергии, возможно, древней магии, Кана подключиться к ней не смогла.       Информации собрано было совсем немного, поэтому самое сладкое Редфокс оставил напоследок. Пришло время Леви, она подошла к небольшому столику и положила на него свиток, найденный в библиотеке. Девушка посмотрела, как завороженная, на Эльзу, та кивнула, позволяя МакГарден начать.       — Данный свиток содержит в себе старую легенду и имеет определенные свойства, как объяснила Кана, он заколдован и не может гнить и портиться, поэтому внешне нельзя определить его возраст, но судя по языку и содержанию, я думаю, он был написан точно не в нашем тысячелетии. Также…       — Короче, — бросил Дреяр, Мира виновато улыбнулась.       — Да, если это возможно, ближе к сути, Леви. Хорошо?       — Хорошо, — библиотекарша кивнула, расправила свои хрупкие плечи и начала рассказ о существах, о существовании которых она даже не подозревала вчера утром, а сегодня принимает их как факт. — Я повторяю, это всего лишь легенда. Совсем давно существовал некий колдун. Его цели и стремления были никому неизвестны, но он обладал поистине великой силой, способной создавать и забирать жизнь. В свитке упущены многие детали, поэтому заранее прошу прощения. Так вот, не понятно чем, но вампиры и оборотни мешали его планам, он озлобился на них и решил стереть с лица Земли. Тогда…       — Пока походит на детскую сказку, — Эльза откинула челку с лица, но та все равно упорно закрывала ее глаз, вызывая лёгкое недовольство. — И как это можно воспринимать серьезно?       — Это всего лишь легенда. К тому же тут не прописаны все подробности, поэтому приходится как-то связано формулировать и…       — Ладно, забудь. Продолжай.       — Колдуну было недостаточно сил уничтожить всех этих существ, ему нужны были последователи, способные сражаться и не быть убитыми в битве. Колдун создал магию, связавшую его и шестерых ближайших сторонников, даровав им силу и бессмертие. Но цена была… Неимоверно высока.       Два человека. Два оборотня. Два вампира. И один колдун, то самое связующее звено. Так образовалось Братство Семерых. Члены этого Братства поклялись служить своему Повелителю до конца своих дней, исполнять его волю и посвятить свою жизнь уничтожению нечистых созданий.       — Но так в Братстве состояли и вампиры, и оборотни. За их верность им даровали спасение или что? — Фернандес с интересом слушал, его всегда интересовали древние легенды. Мира тоже была заинтригована, а вот от Эльзы и Лаксуса отходил скептицизм.       — Братство… Было выше существ, уничтожением которых они занимались. За силу и бессмертие они отдали свои… сердца. Магия колдуна поддерживала в них жизнь. Спрятав свои сердца, они становились неубиваемыми и всесильными.       Но открытое уничтожение вызвало ненависть в сверхъестественном мире, и вся планета пошла войной на Братство. Они потерпели поражение, Шестерка была уничтожена, их сердца были найдены и сожжены, а Колдун запечатан. Но последователи, соратники, получившие магический знак на месте сердца, продолжали поиски своего Повелителя и спустя года отыскали и освободили его. Так проходили столетия, Колдуна запечатывали, а после со временем освобождали вновь, он создавал новую Шестерку. И так будет продолжаться во веки веков, пока нечистые создания не будут стёрты с лица Земли. На этом легенда заканчивается.       В комнате повисла тишина, каждый размышлял о прочитанном Леви. Теперь понятно, что Повелитель вновь пробудился в года, когда в Магнолии жил Макаров. И именно он свёл с ума старика. На лице Лаксуса ходили желваки, вены на лбу вздулись, а в глазах появился недобрый блеск, Штраус с беспокойством посмотрела на парня. Она всей душой надеется, что он сможет сдержать себя в руках.       Скарлет задумчиво вертела стакан с кровью, разбавленной виски, иногда делая маленькие глотки. Если хоть чуть-чуть верить легенде, то получается, что помимо сильного колдуна существует ещё шесть бессмертных магических чудовищ. Как их убить, если вся их жизнь спрятана в сердцах, которые, наверняка, хорошо спрятаны? И вампиршу настораживает начало легенды, как-то там все слишком сумбурно и непонятно. Тут задумчивость резко сменилась серьёзностью, почти паникой. А что, если Князь — один из Шести? Тогда им точно конец.       Эльза только хотела озвучить свою мысль, как она услышала тихий стук во входную дверь клуба. Оборотни и Гажил тоже его заметили. Сказав об этом Лаксусу, тот пошел вниз. Фрида и Бикслоу сегодня не было на месте, Дреяр всех отпустил, так что впустить гостя было некому. Алая пошла следом за Дреяром, сразу включая свое необычное зрение сверхъестественных. На пороге стоял вампир, это она определила молниеносно. Встав за угол для подстраховки, Скарлет кивнула Лаксусу. Блондин резким движением открыл дверь.       На улице стоял, видимо, совсем молодой вампир. На нем была темная накидка с капюшоном, закрывающая все тело, на руках плотные кожаные перчатки, глаза были спрятаны от солнца темными очками. Парень молча протянул довольно большую серую коробку, слегка кивнул и пошел прочь.       На втором этаже вся компашка обступила коробку со всех сторон, Фернандес аккуратно поднял крышку, Кана заглянула внутрь и достала маленький листок, лежащий сверху, зачитав содержимое вслух.       — 21:00. Особняк Клайва. Для друзей. P. S. Гилдартс Клайв, Князь Магнолии, Древнейший и… Крч это бесконечно можно читать, — Альберона отбросила листок в сторону и хмыкнула. — Думаю, это наши пригласительные.       В коробке лежало шесть карточек, к каждому была приложена маска.       — Это что, не ужин, а бал-маскарад? — Редфокс оскалился. — Видимо, там будет много твоих старых знакомых, Эль.       Алая фыркнула. Она ожидала что-то такое, но надеялась, что они будут приглашены лишь на ужин в конце, а не на все мероприятие. Видимо, не судьба.       — Ну что, начинаем? — Кана в нетерпении достала первое пригласительное. Оно было покрыто золотом, как знак гостя высшей категории. Посередине было прописано, кому оно предназначалось. — «Мисс Альберона-Клайв. Ну конечно, как же свою фамилию не приплести.       Перевернув конверт, Кана аккуратно отцепила маску, изумрудного цвета. Такой темный, насыщенный зелёный цвет. Губы ведьмы слегка дрогнули в улыбке, когда она прочитала надпись на обратной стороне: «Зелёный, цвет, который так тебе подходит. Под цвет изумрудов, что когда-то украшали шею твоей матери.» Чертов Гилдартс знает, на что надавить! Альберона отложила свое пригласительное в сторону и достала следующее. Оно тоже было золотое.       — Ну и кто у нас ещё «особый гость»? — спросил Дреяр, хмыкнув. Альберона молча протянула приглашение с маской Эльзе.       — «Леди Скарлет».       Все с удивлением уставились на хмурую вампиршу, читающую обратную сторону. Быстро закончив, она убрала карточку в задний карман темных джинс, рассматривая темно-фиолетовую маску, по краям прошитую черной нитью. Слова с пригласительного отдавались девушке болью в висках.       «Фиалковый цвет, цвет герба твоего когда-то великого дома. И цвет глаз твоего рода. Как жаль, что вас осталось лишь двое.»       Эльза знает, кто второй. Совсем недавно она нашла его дневник в библиотеке. К сожалению, как бы она не пыталась забыть этого человека, он навсегда останется ее семьёй. Вот только рода «Скарлет» давно уже не существует.       Фернандес не мог без боли смотреть на вампиршу, выглядевшую весьма пораженной, а на устах которой играла грустная улыбка, полная каких-то сожалений. Девушка почувствовала на себе взгляд оливковых глаз и посмотрела на волка, прошептав одними губами: «Я же говорила — он знает все».       Гажил ещё какое-то время допытывался до вампирши с вопросом, с каких это пор она стала «Леди», Скарлет только отмахивались от него.       Следующими были два серебряных пригласительных. Если золото, высшая категория, то серебро — уважаемая часть гостей. Члены древних семейств, к примеру. Первое шатенка передала «Мисс Штраус» с синей маской, с какими-то серебристыми камнями по бокам. На обратной стороне карточки было сказано:       «Ясный синий цвет, цвет неба над нашими головами. Под цвет твоих глаз. И глаз твоего отца.»       По спине Штраус пробежал табун мурашек. Князю известно, кто ее отец — это пугало, он знает, что в волчице кровь древнего рода. У ее матери тоже голубые глаза, у ее брата и сестры — такие же. Но глаза Миры были синее, цвет был более насыщенным. Ее мама всегда говорила, что дочь унаследовала синеву глаз своего отца.       Второе пригласительное было для Мистера Фернандеса. Волк пробежал глазами по надписи с другой стороны и иронично рассмеялся. Да, он даже слегка поражен. Оказывается, у Князя есть какое-то издевательское чувство юмора.       «Белый цвет. Чистый, идеальный. Репутация древнего рода должна оставаться такой же. Но жизнь отличается от желаний, не так ли? Жаль, что отцам этого не понять.»       Джерар покрутил белую маску, осматривая ее. Левая была абсолютно однотонная, чисто белая, а правую прошивали черные и красные нити. Ничто не идеально, не так ли? Черт, а знак рода же тоже с правой стороны лица парня. Совпадение? Нет, Фернандес не уверен.       Следующие пригласительное было бронзовым, знак того, что гость достоин быть приглашенным, хотя бы за свою верность и репутацию. Кана не помнила из своего детства, чтобы бронзу давали человеку, но тем не менее, оно предназначалось Мистеру Дреяру. И точно, его семья поколениями служила Князю, видимо, он посчитал Лаксуса достойным получить бронзу. Маска, прикреплённая к карточке, была черной, лишь белая нить прошивала ее.       «Черный. Твоему деду я когда-то отправлял белую маску, как знак его чистого сердца. Внутри тебя же растет тьма, которая не может найти выход. Белая нить — луч света, канат твоего спасения. Или погибели. Сможешь ли ты ухватиться за него?»       Лаксус молча смял карточку и выбросил. Князь даже не предполагает, насколько он сейчас прав. Внутри Дреяра сейчас действительно тьма, с примесью гнева, ярости и ненависти.       На самом дне лежало последнее, шестое пригласительное. Оно было просто серым, с такой же серой маской, которая немного блестела на свету. «Мистер Редфокс».       — Серьезно? — Гажил нахмурился. Он, конечно, не имеет корней в великих семьях, не известен и молод для вампира, но просто серый? Это даже обидно.       Брюнет с нетерпением перевернул карточку и прочитал ее содержимое.       «Ты был никем, просто существовал. Пустое место в огромном мире. Ты считаешь себя самым умным, но ошибаешься. Когда ты осознаешь свою никчемность — лишь тогда придет твоя сила. Твоя покровительница тебе уже говорила это. Так прими себя. Хочется верить, что в следующий раз твой цвет будет — не серый. Если будет следующий раз.»       — Зашибись. Можно мне не идти?       — Уже — нет, — Скарлет рассматривала свою маску. — Девочки, мои хорошие. У нас проблемка.       — Какая ещё? — Штраус ободряюще похлопал Редфокса по плечу и повернулась к вампирше.       — Это — бал-маскарад. У нас есть маски. Теперь нужны платья к этим маскам, — Эльза хитро улыбнулась. — Срочно по магазинам!       — Вот это тема! — Альберона радостно подпрыгнула. — Ни разу с подружками не ходила по магазам. Я за!       — Я думаю, сейчас не самое лучшее время, чтобы…       Начала Мира, но Эльза мигом закрыла ее рот ладонью.       — Это мероприятие высшего класса, которое устраивает чертов Князь Магнолии, — вампирша загадочно ухмыльнулась. — Все должно быть идеально. Не переживайте, я плачу.       Шатенка радостно захлопала в ладоши, она умоляюще посмотрела на волчицу и, получив тяжёлый, но удовлетворительный вздох, уже пошла вниз, схватив Штраус.       — Леви идёт с нами, — Эльза потянула МакГарден за собой. Редфокс попытался возмутиться, но девушка пресекла его попытку. — Я не оставлю ее одну с вами, похотливые мужланы. Увидимся в девять у входа. Надеюсь, не заплутаете и найдете дорогу. И оденьтесь по приличнее, тоже к маскам, желательно.       Вампирша взмахнула алыми волосами и вместе с Леви скрылась из вида.

***

      В кабинете стоял сумрак и духота. А также какой-то трупный смрад. Высокий старик, с длинными седыми волосами, слегка поглаживал такую же длинную и седую бороду. Один из его глаз был перевязан черной лентой.       Он был зол. Один из его подчинённых, который шел по следу одной доставучей вампирши, пропал, так и не успев ничего сообщить. Последнее время у него всё идёт не по плану. Повелитель недоволен его работой, он чувствует это, ощущает нутром.       У Шестерки всегда была особая связь с Колдуном.       Получив такую возможность, являясь простым человеком, уничтожения нечистых Фиора, огромной страны, он был горд. Но начались проблемы, старик не справлялся, медленно продвигался по плану Повелителя. Тогда в Фиор отправили ещё одного из Шести, в другой город, в другую часть страны, только тогда дело сдвинулось с мертвой точки. Уже тогда Хейдс разочаровал Повелителя. А теперь ещё он уже дважды упустил какую-то вампиршу. К тому же, его базу рассекретили, и теперь он ютится в каком-то задрипанном брошенном всеми богами складе. Будь оно все проклято.       В кабинет постучали, показалась голова одного из последователей.       — Господин, к вам один из Шести.       Прекрасно. Ещё его не хватало.       — Пусть зайдет.       — Мне не нужно твое разрешение, Хейдс, — послышался громкий басс. Огромный мужчина зашёл в комнату, но его невозможно было рассмотреть, он оставался в тени. Это и не было нужно, старик знал, кто перед ним. — Ты хоть понимаешь, что творишь, никчемный человеческий кусок?       Хейдс невольно сжался, хоть внешне оставался спокойным. Он всегда был трусливее остальных из Шести. Просто чудо, что его приняли в ряды.       — Никогда ещё такого не было, чтобы в одном городе собирались трое. Трое, ты понимаешь?!       — Трое? Но подожди…       — Да, ещё один наш Брат в Магнолии. Ты настолько бесполезен, что приходиться тебе помогать. И это уж точно не ради тебя, лишь ради нашей великой цели и Повелителя, — мужчина развернулся, блеснув своими красными глазами. — После бала я уеду. И только попробуй провалиться. Я вернусь и лично достану твое сердце из тайника. И уничтожу его.       Мужчина вышел, хлопнув за собой дверью. Хейдс тяжело вздохнул. Он всегда отличался от других из Шестерки, действовал медленно и обдуманно. Видимо, пришло время решительных действий. Пора выйти из тени. И пусть Магнолия содрогнется.